Дочь самурая. Три книги в одном томе

«В таком наряде я выгляжу жутко развратно. Но не думаю что в ближайшее время я опять надену это платье с сапожками».

Наконец, изрядно уставшая и опустошенная вытянулась на постели и почти сразу уснула.

7 августа 1992 года

раннее утро

Токио

Ну и как тебе переговоры с сиккэном? – поинтересовался кронпринц у императора. Да никак, – император был не на шутку раздражен, – ты же слышал, что я ему сказал. – Ты заявил, что в свое время занял трон императоров России не для того, чтобы играть роль куклы, – ответил с долей уважения Фридрих.

– А что я еще мог ему сказать? – Император продолжал распаляться, – предложить мне выбрать из двух девиц ту, которую он сочтет подходящей. Одна его племянница, вторая просто тупая корова. Я ему напомнил, что мой дед выбрал его бабку вопреки всем и только благодаря доброй воле моих предков он вообще сидит на троне князей Эдзо. Вассал называется.

– Ты уверен, что предложить ему принести вассальную присягу за маркизат прямо в его дворце было правильной идеей, – Фридрих покачал головой, – ты был излишне резок. – Я всего лишь показал маркизу его место и он вассальную присягу принесет послезавтра как и обещал. Злится?! Пускай злится. Мне надоело выслушивать от него более получаса пустые разглагольствования о чистоте крови и о величии древних родов. – Но согласись, заявить о том, что с высоты трона России он и ныряльщик за жемчугом одинаковы, было все таки…эээ некоторой резкостью. – Не было, – отрезал царь, – и тот и другой мои подданные и ныряльщика я простить могу поскольку он темен и неучен, а то что творит мой родич уже почти измена. Это не говоря что трон всероссийских императоров – это еще и трон японских тэнно! Фридрих промолчав, тем не менее всем видом показал царю свое несогласие.

– Знаешь что, – император решил поменять тему беседы, – следующая встреча у нас вечером и время есть. Давай погуляем по Токио. Когда я был здесь – тому уже пять лет, мне понравилось в Омоте-сандо. Такое милое местечко. Я тогда открыл для себя неформальный Токио и пару раз удирал от охраны и неплохо провел время с чудными девочками с Такэсита. Там есть пара отличных рыбных ресторанчиков рядом и мы можем спокойно посидеть. Для японцев мы все равно на одно лицо, нас никто не узнает.

– Ладно, но человек шесть охраны мы возьмем.

– Бери, мои лейб-гвардейцы из японского полка хоть и переоделись в штатское, но вполне справятся с любой мыслимой угрозой, да и сто к одному что полиция и мой батальон охраны втихую оцепят район в течение часа.

7 августа.

Токио.

Омоте – сандо

Наглый солнечный луч опять светил ей в лицо, вырывая из сна и не давая предаваться вожделенной лени. А Хикэри так хотелось поваляться подольше, раз уж никто не будит ни свет ни заря… Моргнув пару раз и окончательно просыпаясь, она покраснела вспоминая что вытворяла вчера вечером. Вытянулась на кровати, едва не мурча от удовольствия как кошка на солнце.

Потом закончив утренние процедуры, отправилась на кухню, по пути включив телевизор на программу новостей. Хватая палочками очередную порцию салата, она краем уха прислушивалась к бормотанию ведущего.

Местные новости…. Вчера нас почтил своим визитом божественный Сумеро Микото. Только что пресс-служба его высочества Сиккэна распространила коммюнике о его встрече с Божественным господином. Его Величество остался доволен приемом и благочестием его высочества и выразил ему свое восхищение порядком и чистотой нашего города. В связи с перемещением кортежей Сумеро Микото и приездом Тэнго автомобилистов просят воздержаться от поездок на своих автомобилях в течение последующих трех дней в связи с перекрытиями улиц Токио.

«А мне все равно – машины то нету.»

Дослушав новости, и подумав что подхалимы и идиоты наличествуют на телевидении в полной мере, Хикэри закончила завтрак и занялась уборкой вчерашнего разгула. Кое-что полетело в корзину для грязного белья, остальное заняло свое место в шкафу. Проявив типичную японскую аккуратность раннее ей совсем не свойственную, разложила все вещи по местам. С недавних пор ее стал раздражать вид валяющихся не на своих места или неаккуратно сложенных вещей. Избавляясь от это чувства она положила новые вещи в шкаф и несколько раз поправляла постель пытаясь добиться идеального вида. На извечный вопрос русских предков – «что делать?» ответ нашелся довольно.

«Пора вновь выйти в люди».

Одев вчерашний красный костюм и взяв рюкзачок она покинула квартиру идет к станции метро.

«Надо более детально изучить магазины в своем районе и особенно тот торговый центр куда я вчера так и не попала с этими монахами и их Буддой. Пора купить что-нибудь симпатичное и уютное!»

Улыбаясь этой мысли она вошла в подошедший поезд.

Девушка, здесь нельзя пользоваться мобильной связью! – голос пожилой женщины вырвал ее из раздумий.

– Нельзя? – глупо переспросила она от неожиданности разглядывая табличку на стенке вагона «места для беременных. Воздержитесь от использования мобильных телефонов» – Гоменнасай![18], – фраза с оттенком самоуничижения вырвалась вместе с поклоном автоматически, без участия разума.

Видимо женщина осталась удовлетворенна ее реакцией и ответила коротким кивком.

Навигатор в комте коротко пискнул, сообщая что пора выходить.

Решено, сначала покупаем часы.

Дома конечно, лежат одни, но явно дорогие и что главное слишком мелкие. Найдя прилавок с часами она быстро выбрала приглянувшиеся. Вежливая шатенка-продавщица, по виду чуть старше ее с поклонам протянула облюбованную модель.

– Это мужская модель, госпожа – предупредила продавщица.

– Ну и что, зато циферблат большой и сами часы ударопрочные и в них нырять можно, – ответила Хикэри пытаясь затянуть браслет на узком запястье.

– Многие молодые люди не любят когда у их девушки такие часы – пояснила шатенка.

– Когда молодой человек у меня будет, то это будут его проблемы – выдала она приставучей девушке.

Её улыбка стала несколько натянутой и оплата товара прошла в полном молчании.

Довольная маленькой пакостью, Хикэри установила точное время на часах и отправилась дальше. Бродя по первому этажу она дошла до конца зала где было довольно тихо и спокойно. Негромко журчал фонтан, и тихо шелестели листьями маленькие деревца. Наверное это был маленький уголок для релаксации. Опустившись на скамейку рядом с фонтаном слегка откинулась назад и расслабилась. Но слева она заметила небольшой павильон который странно тянул к себе. Встряхнула головой, но наваждение и не думало проходить. Небольшое помещение оказалось воплощением мечты любого помешанного на холодном оружие. Трехзубые саи, топорики-камы, катаны с парными короткими мечами и как завершение – почти запретное оружие синоби – сюрикены. Такие же сюрикены висели на поясе манекена в форме «Ночных птиц» – сформированного отцом принца Мамору полка в котором бойцы проходили обучение по методикам тех самых синоби и ниндзя – и распущенном через три года за бесполезностью. На маневрах обычный разведвзвод провинциального полка повязал роту «Птиц» как желторотых новобранцев. Как смутно помнила она объяснения – по сути от школ ниндзюцу ничего не осталось еще в эпоху Токугава – зачем тайные шпионы в мирной стране? А эти вещи определяет мастерство – сумма тысяч приемов и методик и огромное наследие воинской культуры. Там, где эта связь порвалась, – порвалась навсегда. Ни по каким тайным книгам и манускриптам – если они и есть – не научишься.

Она еще с какое то время изучала стальные орудия смерти. Но увы, при внимательном взгляде было видно что режущие кромки всего оружия были затуплены и все это великолепие явно годилось только на сувениры. Кроме катаны в центре. Её плавные изгибы завораживали. Очень хотелось взять и почувствовать ее вес, ощутить клинок продолжение своей руки, взмахнуть и услышать свист рассекаемого воздуха.

– Понравилось? – раздался за спиной голос.

– Амитофо!!! Едва не закричав от испуга она резко развернулась к говорящему. Ведь совсем неслышно подошел. Так и до обморока довести можно!!!

Передо ней стоял невысокий старичок, с длинными седыми волосами заплетенными в косичку. На морщинистом лице играла легкая улыбка, а в глазах искрилось веселье. Явно ее реакция на невинный вопрос его развеселила.

– Да, сенсей… – вместе с максимально глубоким поклоном ответила Хикэри после секундной оценки увиденного. Слишком сильно он напоминал учителя брата по рукопашному бою. Такой же маленький и явно очень быстрый.

– Первый раз вижу что бы юная девушка уделила столько внимания оружию – задумчиво произнес он слегка наклонив голову и рассматривая ее с интересом энтомолога, удивившего новую бабочку которую обязательно препарировать.

– Увы, мастер, простите мне мое невежество – с поклоном ответила Хикэри, – но все что я могу, это оценить прекрасный внешний вид. Слишком мало в свое время я уделяла внимания благородному искусству кен-до.

– Бывает что жизненные обстоятельства сильней нас – все с той же легкой улыбкой философски заметил старик.

«Хотя какой он старик, нашего наставника в его шестьдесят пять я с братом так и не смогла коснуться».

– Но вы правы….? Он вопросительно посмотрел, слегка подняв бровь.

– Хикэри Накамото, сенсей! Простите что сразу не представилась. – с очередным поклоном ответила она правильно истолковав его вопросительный взгляд.

– Да Хикэри-тян, давать в руки неопытному человеку меч право же не стоит. С этими словами он прошел мимо нее, сделав при этом движение, которое могло сойти за приглашение следовать за ним. Остановившись около небольшого столика последовало еще одно приглашающие движение. С любопытством глянув на маленький ящичек Хикэри увидела с десяток толстых игл. Но почти сразу поняла что это маленькие стилеты сделанные в виде женской заколки.

Получив разрешение Хикэри осторожно взяла одну из них почувствовав заметную тяжесть для такой маленькой вещи.

«Просто прелесть!!!! И как раз для моих волос!!»

Вскоре она удалялась от гостеприимного зала сжимая в руках ящичек с новыми заколками. И пусть они как и почти все оружие были затуплены («Ну, камешек и ремень для заточки я быстро найду!») и обошлись многократно дороже часов, впервые за последние дни Хикэри была странно счастлива. Посчитав программу выполненной она отправилась домой. Уже подходя к дому, вспомнила что в холодильнике продукты на исходе. Купить продуктов и приготовить себе ужин? А может зайти в ближайшее кафе или якиторию? Поколебавшись она решила приготовить себе ужин. Ближайший продуктовый нашелся буквально в паре кварталов. Магазинчик встретил приятной музыкой оставляя новые впечатление. Так любимых всеми лентяями готовых завтраков и полуфабрикатов много. Бобов и соусов к ним огромный выбор. Фрукты в наличии. Рис, морепродукты в любом количестве на любую цену… Понемногу корзинка заполнялась продуктами. Закупив все необходимое девушка направилась домой. Через час на сковородке поджаривался большой кусок мяса. Рядом на столе стояла посудина наполненная привычным салатом и пара пиал с соусами и подливами.

«Да, знаю что мясо на ночь вредно, но как же это аппетитно пахнет!»

Переключив канал на новости она без интереса прослушала мировые и местные новости. Улыбнулась, увидев ролик из Ирландии где посла Швеции принимал по какому то поводу Верховный король Патрик – смешной рыжий коротышка во фраке и забавном зеленом головном уборе увешанном аляповатыми украшениями. Лишний раз убедившись что все идет как обычно, в мире – мир и порядок насколько это возможно; император восхищен Токио и сиккэном, сиккэн безусловно верен повелителю и мельком подумав – зачем аудиторию так рьяно в этом убеждают? – выключила телевизор и доела. Затем стала перед зеркалом. Как создать нужное впечатление? Подошла ближе и попробовала улыбнуться. Результат превзошел все ожидания: невинный взгляд наивных глаз, смущенная улыбка и ямочки на нежных щечках. Идеально. А если вот так? Губы растянулись шире и впечатление изменилось: злорадное создание, вертящее окружающими.

«Ясно. Так улыбаться нельзя. Пока что нельзя.»

Сейчас внешность играла на руку – от слабой, красивой девушки никто не ждет подвоха.

Потупила взор – в зеркале отразилась милая девушка с которой можно писать картину «Невинность». А если так – поставила ногу на стул, прогнула спину, тряхнула головой перебрасывая волосы на одно плечо, рукой сдвинул и приподняла грудь. Влажные блестящие губы, похотливо блуждающий между ними острый язычок, призывный взгляд, соски задорно торчат сквозь ткань…

– «Да уж, выгляжу как дорогая шлюха. Но делать нечего – сексуальность это то же оружие которым в моем положение не стоит пренебрегать. И умение танцевать вальс, танго и румбу может пригодиться, когда-то занятия бальными и латиноамериканскими танцами приносили мне удовольствие. Когда-то у меня был дом и была семья….» – мелькнула грустная мысль. Хикэри печально улыбнулась своему отражению в зеркале и пошла спать.

16 сентября

Санкт-Петербург

Штаб-квартира Осведомительного Агентства.

Технику нравилось работать с обычной плёнкой – она была стандартной, операции несложными и оборудование для них использовалось самое простое, – и он уже давно перестал проявлять интерес к изображениям на кадрах, а следил лишь за тем, чтобы всё было проделано правильно. В данном случае наполнение цветом оказалось характерным и сразу все объяснило. Плёнка японской фирмы «Фуджи». Он проявил плёнку, разрезал её на слайды и поместил каждый в картонную рамку. Единственное, чем отличались эти слайды от тех, где молодожены запечатлеют свадьбу или студенты – выпуск, заключалось в том, что на каждой рамке стоял штамп «Совершенно секретно». Пронумеровав все слайды, техник уложил их в коробку, запечатал в пакет и поместил в корзинку для исходящих документов. Через тридцать минут в фотолаборатории появился курьер с сопровождающим, взял пакет, подошла к лифту и поднялся на пятый этаж здания, где размещалось Японское отделение. Здесь сейчас трудились приглашенные эксперты-ракетчики – их задача заключалась в том, чтобы изучать спецификации ракет и определять их истинные возможности.

Титулярный советник Борис Акакиевич Дорошин приступил к делу без спешки. Уж времени-то в его распоряжении было сколько угодно. Открыв коробку, он разместил слайды для автоматической подачи в проектор и внимательно изучил каждый кадр, делая подробные записи. Для этого ему потребовалось два часа, и работу пришлось прервать на обеденный перерыв. Он снова уложил слайды в коробку и запер в сейф, после чего спустился в кафетерий на первом этаже. Вернувшись к себе в лабораторию, он задёрнул шторы и снова установил слайды в проекторе. Он мог бы выбрать только те, что заинтересовали его и которые он отметил, но сегодня у него нет больше работы, а потому её следует растянуть на весь день, если не на всю неделю. И потому Дорошин решил с максимальной тщательностью сравнить все, что видит на экране, с информацией, полученной ранее от специалиста из Космического Департамента.

– Акакиевич – ты не будешь возражать, если я присоединюсь к твоим исследованиям? – послышался голос коллежского асессора Подрясного, просунувшего голову в дверь.

– Да, конечно, дружище! – отозвался Дорошин.

Подрясный перехаживал в чине из-за склонности выпить – но весьма поднаторел в анализе снимков, и, будь в этом деле ученая степень – был бы профессором – его опыт в этой области был поистине энциклопедическими.

– Ага, наш старый друг «Черный меч», – заметил Борис Акакиевич, опускаясь на стул. – Знаешь, а мне нравится, как она теперь выглядит. – Пожалуй, – согласился Подрясный, потягиваясь и стряхивая послеобеденную дрёму.

Они некоторое время изучали снимки – корпуса ракет сверкали полированной нержавеющей сталью…

– Иванов – Второй из Департамента говорит, что японцы сумели заметно облегчить вес корпуса, применив новейшие сплавы – сталь легирована редкоземельными, – заметил Дорошин. – Теперь я верю ему.

– А мы знаем, кто сделал эти фотографии? – спросил Борис Акакиевич.

– Один из агентов ОКАА – это все, что мне известно. – Подрясный нажал на кнопку. На экране появилось новое изображение. – Много изменений. У меня такое впечатление, что японцы старались сделать их особенно красивыми, – заметил он.

– Ну и что думает господин титулярный советник о том, какой вес они теперь могут поднять на орбиту? – спросил Подрясный.

– Судя по тому, что нам сообщили наши космолетчики, это облегчило корпус ракеты более чем на четыреста килограммов… – Снова щелчок.

– А ты вот сюда посмотри…

– Действительно странно. Если им требовалось облегчить конструкцию – то отчего бы им не заменить узел крепления??

В боевых ракетах главное – их головная часть. И конструкция ракеты была приспособлена для их крепления. Любая твердотопливная баллистическая ракета летела с непрерывным ускорением с момента начала полёта до полной остановки ракетных двигателей, однако момент наибольшего ускорения наступал перед самой их остановкой. В это мгновение, когда сгорало больше всего топлива, нарастание скорости достигало максимума и перегрузки превосходили все возможные представления. В то же самое время структурная прочность корпуса ракеты, зависящая от содержащегося внутри топлива, становилась минимальной, и потому крепление боеголовки должно быть тяжёлым и прочным, чтобы равномерно распределить ее намного возросшую инерционную массу.

– Интересно почему? Ведь теперь эта «птичка» предназначена для вывода на орбиту космических спутников…

– Но может дело в том что они хотят выводить тяжёлые спутники, обеспечивающие космическую связь…

– Да, верно, однако посмотри вот сюда…

Основание для крепления боеголовок должно быть массивным и прочным по всей своей площади, тогда как крепление спутника связи представляет собой всего лишь узкое стальное кольцо, и всегда кажется слишком лёгким для выполнения такой задачи. В данном случае крепёжное кольцо походило скорее именно на массивное и прочное крепления боеголовки.

Дорошин полез в ящик стола, достал оттуда недавнюю фотографию ракеты «Блэк свордс», сделанную немецким офицером во время инспекционной поездки в Англию, посмотрел на неё и молча передал Подрясному.

– Действительно. Это самое обычное крепление для боеголовок, точно такое же, как было спроектировано англичанами. Может быть, с использованием более качественных материалов, при более тщательной сборке. Японцы изменили почти все, верно? Тогда почему они именно это оставили таким, как раньше? – спросил асессор.

– Мне тоже это кажется странным. Сохранив прежнюю крепёжную конструкцию, они не захотели избавиться от… сколько весит такое крепление? Килограмм сто пятьдесят а то и больше.

– Совершенно непонятно, батенька! Именно здесь они должны были бы стремиться сберечь вес. Каждый килограмм в этом месте равен четырём или пяти на первой ступени ракеты…

Они подошли к экрану.

– Одну минуту… Совершенно верно, это крепление для боеголовок. Никаких изменений. Но тут отсутствует кольцо для крепления спутника. – титулярный советник недоуменно пожал плечами.

– Может быть, они намерены установить третью ступень? Например для лунных аппаратов или каких-нибудь космических телескопов на геостационарной орбите??

Дорошин – бывший выпускник Петербургского Технологического института не прошедший по конкурсу в тот самый космической департамент и с горя принявший в своей время предложение ОСВАГа подумал и решительно покачал головой.

– Нет…. Даже в этом случае такое массивное соединение совершенно излишне! Ступень требует совсем другого крепежа…

– Если бы это не было полной бессмыслицей – изрек Подрясный – я бы предположил что они под видом космических ракет пытаются сделать боевые…

– Но это же полная чушь! Не говоря уже обо всем прочем… Но у Японии нет и не может быть… боеголовок, оправдывающих столь мощную ракету. По некоему суеверию Дорошин избегал произносить «ядерных» вслух.

– То – то и оно! – Подрясный озабоченно вздохнул.

8 сентября

Токио

Ну вот и последний звонок на сегодня. Хикари как обычно накладывала перед зеркалом в туалете скромную косметику. Но в этот раз ее прикрывает Марико. Она, прикусив язычок, пытается одеть сережку-колечко. Поскольку в школе были запрещены не только яркий макияж, но и украшения, то она просто забыла про шкатулку с украшениями. И дырочки в ушах едва не заросли.

Ну вот, ее старания вознаграждены, уши чуть-чуть оттягивает. Теперь еще часики и пару колечек на пальцы.

У выхода из школы ее догнала староста и предложила сопроводить ее на шоппинг – за новым платьем, при этом выразительно намекнув, что это помогает неплохо расслабиться. Не ожидая подвоха, Хикэри согласилась…

Подруга целеустремленно повлекла ее за покупками… Цель визита помещалась в крупном торговом центре. Искомый магазинчик оказался на втором этаже.

– Нам сюда, – сказала Такаги, кивая в сторону стеклянной двери с вывеской «Дизайнерская одежда».

– Здравствуйте. Я могу чем-нибудь вам помочь? – приветливо произнесла молоденькая девушка-продавщица, выходя нам навстречу и слегка кланяясь.

– Да вот… – Саю окинула взглядом зал. – Платье себе новенькое хочу прикупить…

– О! Тогда вы определённо зашли по адресу! У нас всё только самого лучшего качества! – тут продавец-консультант несколько скептическим взглядом окинула нас двоих..

Мы что, настолько неплатёжеспособно выглядим? Вроде на нас школьная форма с эмблемой не самой плохой школы…

– Главное, чтобы понравилось… Ведь так? – флегматично протянула я.

– Угу… – рассеянно произнесла Саю, мечтательным взглядом окидывая платья. – Думаю, мы здесь задержимся…

– Ну как тебе? – покрутилась староста.

– Эээ… – невнятно промычала Хикэри, – так это не платье, а занавеска!!!

Нет, а как ещё назвать это непотребство? Две какие-то полупрозрачные… занавесочки тёмно-зелёного цвета, кое-как скреплённые на поясе и на спине…

– Хикэри, ты ничего не понимаешь в современной моде, – поджала губки Саю. – Я еще займусь твоим вкусом! Так что немедленно снимай эту ерунду!

– Прямо сейчас? Прямо здесь? – захлопала глазами Такаги. – Хотя бы до дома подождала…

– Саю!!

– О, я видела, как ты смотришь на меня в душе! Что тебя нравится больше всего, Хикэри? Это моя грудь? Мои ноги? Кстати, мои бедра покачиваются, когда я иду? – при этом ее шаловливый язычок прошелся по губам.

Хикэри почувствовала, как загорелись уши и вспыхнуло лицо от смущения. С момента последнего свидания с девушкой прошло изрядно времени и все больше хотелось повторить все еще раз.

– Просто любуюсь твоим телом, Саю. У тебя просто совершенное тело. – открытое до невозможного платье оставляло мало простора фантазии. Зачем покупать новое платье, если носишь только школьную форму? – ушла девушка от опасной темы.

– Вот закончим школу, поступим в университет. И буду тогда каждый день по три платья носить!

– Одновременно не получится – будет слишком жарко. Тем более будет лень так часто переодеваться. Не говоря уже о том, что они к тому времени выйдут из моды…

– Зануда – вяло возмутилась Саю.

– Давай следующее платье…

– И ты еще критиковала мои платья! – Возмущалась Саю – А сама купила такое!!! – Да это ж классика! – возмутилась Хикэри. – Нормальное вечернее платье!

– Да!? Пункт номер один, – ее ткнули пальцем в грудь. – Декольте слишком глубокое. Пункт номер два – вырез сзади до самой задницы. Пункт номер три – разрезы снизу до пояса. Пункт номер четыре – кричащий красный цвет… С бабочками!!! Я молчу, что соски видно сквозь ткань.

Вредная подруга сопроводила свои слова щипком за упомянутый сосок… Вот зараза!!!

– И вообще, куда ты только собралась идти в таком платье-то? – зловеще поинтересовалась Саю. – И с кем?

– Ни с кем и никуда. Буду ходить в нем дома. – И вообще, это платье известной охотницы на вампиров и международной шпионки!

– Шпионки? Больше похоже на рабочую одежду шанхайской шлюхи.

– Да что ты понимаешь в охоте на вампиров?

– Ты права, ничего. Например совсем не представляю как ты будешь бегать на таком каблуке…

– Надеюсь бегать не придется.

Саю тут же взяла реванш, затащив ее в парфюмернй отдел.

Хикэри подобрали целую коллекцию баночек и флакончиков, и тюбиков. Староста же прибарахлилась по полной с огромным удовольствием.

– Ну и к чему это представление? – поинтересовалась она у Саю, когда спустя где-то полчаса они, наконец, разместились в кафе, закончив покупки.