Обретение магии. Обретение любви

Глава 2

Благополучно пережив заполошные сборы, барон ней Рустис наконец-то дождался, когда его женщины рассядутся в большом семейном автомобиле, и велел водителю трогать.

К поместью ней Брасса подъехали ещё засветло и смогли вдоволь налюбоваться стоящими вдоль дороги деревьями, умело украшенными цветами из шёлковых лент и пока не горящими гирляндами. Юджили, позабыв про то, что она уже взрослая девушка, прижалась к стеклу и восторженно рассматривала всё это великолепие.

– Ах, Ани, Ани, ты только посмотри! Те акации украшены настоящими живыми розами! А я думала, что Тайла врала, когда говорила, что они пригласили декоратора из самой Луатавы!

– Леди Юджили! – строго одёрнула матушка. – Не заставляйте нас с папой усомниться в том, что вы заслуживаете оказаться среди гостей!

– Да, маменька, простите, маменька. Случайно вырвалось. Больше такого не повторится, – младшая ней Рустис покорно оторвалась от стекла и откинулась на спинку сиденья, чинно сложив руки на коленях.

Впрочем, сидеть так ей пришлось совсем недолго. Машина, обогнув фонтан с подсвеченными струями, подъехала к широкому парадному крыльцу и остановилась. Барон подал руку жене, а сёстрам помогали выбраться самые настоящие лакеи. В дверях стоял разодетый в пух и прах мажордом и громко объявлял имена прибывших.

– Барон и баронесса ней Рустис с дочерями леди Белианной и леди Юджили! – торжественно объявил он.

– А ты молодец, – похвалила Юджили Белианна после того, как они поздоровались с хозяевами приёма и отошли в сторону, уступив дорогу другим прибывающим гостям, – не раскрыла рот от удивления. Признаться, даже я не ожидала такого размаха от обычной провинциальной вечеринки.

– Ты знаешь, – шёпотом призналась младшая, – для этого мне пришлось крепко-накрепко стиснуть зубы.

Сёстры весело прыснули.

– Леди Белианна, леди Юджили, – к ним подошла Тайла ней Брасса – закадычная подружка Юджи по детским играм и школе, – я вас приветствую на нашем скромном вечере и хочу представить Джайдена ней Тэррила, моего… впрочем, всему своё время, – словно спохватилась она, резко смолкнув и загадочно приопустив реснички. – Джай, это моя лучшая подруга Юджи и её сестра Белианна ней Рустис.

Тайла по-хозяйски опиралась на руку серьёзного чуть полноватого брюнета лет двадцати или немногим больше, флегматично поглядывающего на окружающее его великолепие.

– Рад знакомству, – вежливо кивнул он обеим сёстрам сразу.

– Нам тоже очень приятно, – на правах старшей ответила Белианна.

– Ах, девочки, так хочется поболтать, но, сами понимаете, обязанности, – нацепила на себя вид уставшей светской львицы Тайла. – Мы с Джаем должны приветствовать и других гостей. А чтобы вы не скучали, мы вас обязательно познакомим с кем-нибудь интересным, правда, дорогой? – залившись милым румянцем, обратилась она к спутнику.

– Да, конечно, – подтвердил он и отправился следом за тянущей его куда-то девушкой.

– Этот жирный намёк стоит понимать, что пригласили нас по случаю помолвки? – Белианна озадаченно глянула на сестру.

– Эх, нужно было всё же надеть то колье! – досадно сморщила носик Юджи.

Долго простоять одним девушкам не позволили. Тайла и её покорный спутник вскоре вернулись. И вернулись не одни. С ними были два молодых человека примерно одного возраста с Джайденом.

– Леди, – обратился он к сёстрам, – позвольте представить вам моих лучших друзей. Лерден, виконт ней Блитцуотер, – один из молодых людей – высокий голубоглазый крепкий блондин изящно склонился, – и Кернон Риддок.

– Да, просто Кернон Риддок, – подтвердил второй спутник – не менее высокий кареглазый шатен, – отвешивая дамам такой же куртуазный поклон и прикладываясь к ручке каждой девушки, не обойдя вниманием и порозовевшую Тайлу. – Наш друг Джай сообщил, что именно здесь находятся самые красивые девушки в этом зале. Мы не могли не поспешить.

– Керн, позволь закончить представление леди, – прервал его выступление Джайден. – Леди Белианна ней Рустис, – Бель лишь слегка склонила голову, всё же представляемый даже не удостоился аристократической приставки к фамилии. – Леди Юджили ней Рустис, – Юджи скопировала движение сестры.

– Ох, как же я оплошал! Будет ли мне прощение? Готов заслужить его любым приличным способом. Принести бокал вина? Лимонада? Быть вашим спутником на весь вечер и до самого утра?

– Болтун, – Тайла легонько ударила Керна веером по плечу. – Не поддавайтесь на его речи, – улыбнулась она подругам, – иногда Кернон забывается. Ну, не будете без нас скучать? – кокетливо спросила она, собираясь опять утащить куда-то своего спутника.

– Будем, – изображая отчаяние, ответил Кернон и, тут же забыв и о Тайле и о Джайдене, обратился к сёстрам: – Так что вы предпочитаете?

– Апельсиновый сок, – решила Белианна, и Юджили кивком подтвердила выбор.

Кернон и так и не сказавший ни слова Лерден удалились за заказом.

– Интересно, это на что же Тайла сейчас намекнула? На то, что Кернон не из благородных и ему чужд этикет? А мне этот Риддок, пусть и болтун, показался гораздо аристократичнее её Джайдена. Впрочем, чему удивляться. Насколько я помню, торговцы зерном Террилы получили приставку ней к своей фамилии совсем недавно. Теперь понятно, откуда вся эта роскошь, – Белианна обвела взглядом богато украшенный зал. – Удачная будет партия и с той, и с другой стороны.

Совсем скоро парни вернулись, в руках у каждого было по два бокала. Бокалы с оранжевым содержимым были вручены девушкам, а нечто синеватое и жизнерадостно-зелёненькое досталось кавалерам.

– Это коктейль, – пояснил специально для Юджи молчавший до того Лерден. – Но думаю, леди Юджили, вам ещё рановато приобщаться к алкоголю.

– Вот ещё, я и сама не собираюсь пить эту гадость, – Юджи обиженно тряхнула головой, – мы сюда не напиваться пришли, а танцевать и веселиться!

– Какое совпадение! – подхватил разговор Кернон. – Мы тоже. Лерд! – строго обратился он к другу. – Не напивайся.

От такого заявления бедняга даже поперхнулся, а Белианна не смогла сдержать улыбки. Похоже, друзья будущего жениха Тайлы были ещё те весельчаки, и вечер может выйти не таким скучным, как ожидался. Нужно только не забывать следить за сестрёнкой, как бы она не попала на удочку этих столичных ловеласов. Все они одинаковы, им только позволь посмеяться над молодой простушкой. Вон и мама, о чём-то увлечённо беседующая с леди Клотильдой – глуховатой бабушкой Тайлы, уже бросила в их сторону несколько предостерегающих взглядов.

Наконец музыка, ненавязчиво раздающаяся в зале, смолкла, и стоящий на небольшом возвышении лорд ней Брасса привлёк внимание гостей. По правую руку от него стояла лучащаяся довольством леди ней Брасса, слева – сама покорность и смущение – его дочь Тайла, около неё, уже ожидаемо – Джайден ней Тэррил. И рядом с ним, наверняка, его родители – худой высокий господин в строгом деловом костюме и разодетая в пух и прах пышная дама, гордо демонстрирующая залу всё ещё шикарную грудь с возлежащим на ней колье стоимостью в половину поместья ней Брассов.

– Господа! – начал свою речь хозяин дома. – Мы, как и многие из вас, планировали провести этот сезон в столице. Но непреодолимые обстоятельства распорядились иначе и попытались испортить нам лето. Но, как говорится, неприятности были всегда, а жизнь не стоит на месте. Мы собрали вас здесь не только для того, чтобы ещё раз убедиться, что никаким обстоятельствам нас не сломить, но так же, чтобы доказать, что эта самая жизнь в любом случае продолжается. Появляются дети. Встречаются. Влюбляются. И жизнь устремляется дальше! И не нам противиться любящим сердцам. А потому сегодня я счастлив сообщить о помолвке моей дочери Тайлы Риэны и замечательного молодого человека, сына уважаемого всеми нами Кориона ней Тэррила – Джайдена Кориона ней Тэррила. Поздравляю вас, дети мои!

Джайден взял в свою руку ладошку Тайлы, надел на пальчик кольцо, искристо сверкнувшее россыпью бриллиантов. Должно быть, тяжёлое, подумала Белианна.

– Бедняжка, как она носить такую тяжесть будет, – словно прочитав её мысли, притворно пожалел новоявленную невесту Кернон.

– Гордо, – неизвестно, то ли всерьёз, то ли с сарказмом ответила на это Юджи.

Судя по тому, как сияла от счастья Тайла, тяжести она совсем не ощущала.

Раздались шумные поздравления, лакеи стали обходить гостей с подносами, заполненными фужерами с искрящимся игристым. Это был как раз такой случай, когда отказаться было невозможно. Лерден и Кернон опять взяли по два фужера и протянули их своим спутницам. Заиграла музыка, и Тайла и Джайден открыли бал неизменным торжественным цельсом. Вскоре к ним стали присоединяться другие пары, в том числе и наша четвёрка.

Вёл Кернон легко и уверенно. Давно у Белианны не было такого партнёра. Он словно угадывал каждое её желание, ведь фигуры цельса были довольно-таки самостоятельны и запутанны. Каждая пара выбирала их сложность на своё усмотрение. Шаг навстречу друг другу, расхождение, кивок головой и приседание, поворот, сближение, прогиб, небольшой общий круг. И всё это – едва касаясь друг друга пальцами. Пробежки и фигуры усложнялись, словно партнёр хотел испытать умения Ани, но она лишь покорно отвечала ему улыбкой и выполняла все па с неизменными искусностью и изяществом.

Под смолкнувшие аккорды танцоры поклонами поблагодарили друг друга. Кавалеры повели дам к тем местам, откуда их пригласили. К Белианне и Юджи шёл их отец. Странно, как будто папа чем-то не доволен. Он не демонстрировал своё недовольство откровенно, нет. Но Ани слишком хорошо его знала, чтобы заметить промелькнувшие признаки в потемневших глазах.

Барон ней Рустис, словно не замечая протянутую к Белианне в приглашении на танец руку Лердена, сам взялся за пальчики старшей дочери и повёл её в центр зала.

– Не смею отказать, – это всё, что оставалось сделать парню. Лерден пожал плечами и отошёл в сторону.

Кернон уже вёл на площадку сияющую от счастья Юджи.

Этот танец не был так сложен. Все его движения были однообразны до автоматизма. Белианна и раньше танцевала с папой. Но сейчас всё было как будто по-другому. Сначала отец долго смотрел ей в глаза, потом медленно опустил взгляд ниже, остановил на губах, опять глянул в глаза и резко прикрыл веки, продолжая танец с закрытыми глазами. Так, что партнёрше даже пришлось перехватить управление, чтобы не столкнуться с другими парами.

– Ана, моя Ана. Ты опять со мной, – послышался едва уловимый шёпот.

Странно, раньше Белианну он так никогда не называл. Либо полным именем, либо кратким семейным Ани. Музыка стихла, и папа отвёл её к Юджи и новым друзьям, к которым уже присоединились Тайла и её жених.

– Веселитесь, дети, – напутствовал барон и удалился.

– Интересный у вас отец, – отметил Кернон.

И почему Белианне показалось, что вместо интересный он хотел сказать странный? Может, потому, что именно так на миг показалось и ей самой?

– Наш папа – самый лучший, – уверенно заявила Юджили. – Но что сейчас говорить о нашей семье, когда можно поговорить о женихе и невесте!

Тайла растаяла в довольной улыбке. Оказывается, быть героиней вечера так приятно.

– Право, что о нас говорить, – снисходительно отмахнулась она. – И так всё ясно. Сегодня помолвка, потом свадьба.

– Вот именно, когда свадьба? – Юджи не замечала или не хотела замечать, что этот разговор интересен только им двоим.

– Ну, не так скоро. Ведь мне всего семнадцать. И потом, Джай должен попробовать пройти испытания. Ведь со всеми этими изменениями в стране для перспективных молодых людей открываются такие возможности!

– Испытания? Какие испытания? – задала Юджи вопрос, который заинтересовал и старшую сестру.

– Как, вы не знаете?! – Тайла ощутимо упивалась сегодняшним триумфом. Мало того, что она первая из подруг обрела настоящего, к тому же богатого жениха, так она ещё и знала больше них о том, что творится в стране. – Триумвират официально признал отказ от магии неудачным, и уже принято решение повсеместно отключить глушащие установки и вернуть магию в страну. Приглашённые некроманты – это только начало. Стране нужны свои специалисты. Руководство должно уметь признавать прошлые ошибки, – а здесь хвастушка уже явно повторяла чьи-то слова. – Вот и решили открывать школы, колледжи и даже академию для магов!

– И где же их взять, этих магов? – младшая ней Рустис опять с точностью озвучивала вопрос, который возник у Белианны. – По миру собирать?

– А вот и нет! – ответила Тайла так, как будто собиралась вытащить этих магов из рукава, как фокусник на ярмарке. – Магов будут искать среди нашей молодёжи! И Джайден обязательно отправится в столицу, чтобы пройти проверку на наличие магии. Сами понимаете, быть магами опять становится очень почётно и, – она потёрла в знакомом жесте большой и указательный палец, – прибыльно! Прошёл слух, что старым магическим семьям, ну, тем, кто ещё остался в Таллии, даже вернут титулы и, по возможности, владения. Если, конечно, они согласятся сотрудничать.

– Проверку приглашают пройти всех, даже тех, кто уже учится в других учебных заведениях, – подтвердил Джайден. – Мы, как верные граждане нашей Таллии должны попробовать себя на этом поприще.

Белианну разговор заинтересовал, но она заметила, как к ним приближается сын одного из Трёх герцогов – маркиз Нисгард ней Теннингем, до этого о чём-то беседующий с её отцом. Радостно вспыхнули и тут же погасли глаза Юджили, ведь молодой человек, отвесив положенный в таких случаях поклон, пригласил старшую из сестёр. Впрочем, младшая, как и надеялась, долго стену не подпирала и вскоре тоже кружилась в танце.

Разговор остался незаконченным, но вывод можно было сделать однозначный: в Таллию возвращалась магия. Ней Теннингем, несомненно, знал обо всём этом гораздо больше Тайлы, и его сведения должны быть более верными. Но разговаривать с маркизом на эту тему не хотелось. Да и потом, какое дело Белианне до магии и магов. В её семье одарённых нет, а, как известно, способности к магии чаще всего передаются по наследству. Ну подумаешь, кроме обычных специалистов, появятся ещё и маги. Если понадобятся, папа пригласит и их, как уже пригласил некроманта. Барон ней Рустис не бедствовал, и его работники никогда не жаловались на скупость нанимателя.

Скучать на этом приёме сёстрам не пришлось. Им даже иногда приходилось отказывать кавалерам, ссылаясь на желание немного отдохнуть. А ней Теннингем, в нарушение всех приличий, имел смелость пригласить Белианну на танец два раза подряд, это допускалось только в случае, если парень и девушка были помолвлены, или же намерения мужчины в отношении избранной леди были более чем серьёзны.

В общем, так и получилось, что Ани пришлось прятаться от навязчивого кавалера в небольшой нише за вазоном с разлапистой пальмой.

Вид из окна был изумительным. На улице уже стемнело, и все деревья, росшие вдоль подъездной аллеи и у ближайших парковых дорожек, были усыпаны гирляндами с мелкими сияющими светлячками. А ещё отсюда был виден фонтан, мимо которого они проехали днём. Сейчас он переливался во всём своём великолепии. Глядя на него, хотелось верить в магию.

– На огонь и воду можно смотреть вечно, – прервал уединение знакомый голос. – От кого-то прячетесь, леди Ана?

– Господин Риддок, это вы? Почему вы меня так назвали?

– Вам не нравится? Я согласен на любой вариант, который предложите вы. Так же не буду возражать, если наедине будете называть меня Керн.

– Вот как? – сейчас нужно вежливо, но решительно отшить этого наглеца, посмевшего ступить на черту, за которой флирт перетекал в неприличное преследование. Но… – Вы считаете, что мы часто будем находиться наедине?

Ну кто тянет её за язык? Похоже, наличие рядом этого безродного субъекта делает её глупее и… свободнее в поведении.

– Мы уже находимся в такой ситуации. А ещё я предлагаю вам пройти на улицу подышать свежим воздухом и рассмотреть всё это великолепие вблизи. Хотя, вблизи оно может померкнуть. Как не раз меня убеждала жизнь, большое лучше видится на расстоянии. Жаль, что я не знаю этот дом, а то обязательно пригласил бы вас в одну из башенок, что приметил раньше. Думаю, именно оттуда всё это, – он повёл рукой, описывая красоту за окном, – будет смотреться лучше всего.

А вот здесь господин Кернон Риддок незримую черту явно переступил, и Белианне полагалось вскинуть голову и, бросив на него осуждающий взгляд, молча удалиться. Она бы так и сделала, но прежде чем выйти из своего укрытия, успела заметить маркиза ней Теннингема, кого-то активно выискивающего. А уж самой-то себе стоило признать, что её теперешний собеседник, сколь бы ни был нагл, кажется гораздо приятнее бесконечно вежливого и бесконечно приличного сына одного из вождей Триумвирата. Только вот не затеяна ли эта прогулка с целью опорочить её честь? Не об этом ли совсем недавно сама Белианна предупреждала Юджи?

– Я часто бывала в этом доме, и знаю, как пройти в башню, – слова вырвались сами собой.

– Значит, вперёд, за приключениями? Причём, делаем это так, чтобы вас не увидели ваш отец и этот самодовольный индюк?

– Папа? А при чём здесь мой папа?

– Я заметил, что сразу ему не понравился, – пожаловался Риддок.

К опасениям папы стоило отнестись серьёзно. Ведь он никогда не ошибался в людях и желал своим девочкам только хорошего. Но… маркиз ней Теннингем и правда был похож на напыщенного индюка, а потому при первых же зазвучавших аккордах Белианна сама подала руку спутнику, и они, как ни в чём не бывало, выплыли в танце в общий зал.

– Где останавливаемся? – поинтересовался Кернон, ведя спутницу по замысловатой траектории. – Ближе к маркизу или входной двери?

– Шантажист! – приняла игру Белианна. – Нам туда, – и она плавным поворотом руки, совмещённым с фигурой танца, показала на неприметную дверцу, предназначенную скорее для слуг, нежели гостей.

С отзвучавшим последним аккордом наша парочка оказалась почти рядом с указанным выходом.

– Мы решили сами выбрать себе закуски, – пояснил Кернон опешившему лакею, встретившемуся им сразу за дверью, и подхватил два бокала вина с подноса, который этот лакей нёс в зал.

Белианна же про себя отметила, как же хорошо, что слуга ей не знаком. Видимо, он из приглашённых специально для этого вечера. Ведь слуги болтают гораздо больше господ. Ещё не поздно вернуться. И спутник, словно слыша её мысли, ждал. А, была не была! В конце концов, она уже совершеннолетняя, и сейчас давно не тёмные века, когда женщину забивали камнями, едва на её добродетель падала хотя бы тень подозрения. И они направились вглубь помещений по слабоосвещённым коридорам и переходам.

Удача сопутствовала дерзкому побегу, и по пути больше никто не встретился. Лестница, ведущая в башенку, из которой бы открывался лучший вид на центральную площадку перед домом, была крута и, к счастью, чиста. Не хотелось бы испачкать в пыли светлое платье. В редкие окна, долженствующие изображать древние бойницы, пробивался свет с улицы.

– Вот, это здесь, – от усталости или же от волнения, но голос Белианны слегка прерывался.

– Заходим?

– Ты первый, – неизвестно от чего перешла на ты. Наверное, тоже от волнения.

– Боишься летучих мышей? – Кернон поддержал переход на менее формальное общение.

– Нет, грязи, – почему-то тоже захотелось язвить. Ну, и в этом была своя доля правды.

– Хорошо. Постараюсь собрать на себя если не всю грязь, то как можно больше, – покорно согласился спутник и шагнул в приоткрытую дверь. – Хм, – споткнулся он и резко смолк.

Сколько помнила Белианна, в этих башенках хранилась старая мебель и разный ненужный хлам. Ещё будучи детьми, они тщательно обследовали их все, и не единожды получали от гувернанток за испачканную в пыли и паутине одежду. И чему можно так удивляться? Она и не обещала роскошных покоев.

Ох, какой стыд! Действительно, хм. Похоже, они попали как раз в чьи-то роскошные покои, вернее, любовное гнёздышко. Здесь всё было не так, как помнилось. Половину восьмиугольной башни занимала огромная кровать, застеленная тёмным, поблескивающим в уличных отсветах, бельём. Кроме неё здесь был небольшой столик, толстый пушистый ковёр на полу, в темноте невозможно было определить его цвет и, не считая женских тапочек с игривыми пушистыми помпонами, больше ничего. И что мог подумать Керн? Лепетать и оправдываться, что не знала? Да в это не поверила бы даже Юджи.

Белианна покраснела так, что это стало заметно даже в слабых отблесках уличной иллюминации, и, желая вот прямо сейчас провалиться сквозь крепкий дубовый пол, можно даже прямо в гости к хозяйским скелетам в подземелье, если таковые там имеются, пробормотала:

– Прости, что привела тебя сюда, я не знала, что здесь кто-то поселился. Давай уйдём!

– Да, конечно, – без колебаний согласился Керн.

Они уже повернулись к выходу, но именно в этот момент на улице раздался первый залп, и в ночной тьме расцвела настоящая огненная роза.

– Фейерверк. Неужели ней Брассы заказали магический фейерверк? – Белианна, забыв про только что испытанное неудобство, бросилась к окну. – Давай посмотрим, я ещё ни разу не видела такого!

Кернон согласно кивнул, встал рядом и протянул один из двух бокалов, которые он захватил у лакея и всё ещё держал в руках.

А волшебные огни неистовствовали, затмив собою даже звёзды. В небе возникали чудесные цветы, фонтаны из драгоценностей и даже изображения плавающих лебедей – символа любви и верности. Закончилось представление появлением в небе двух переплетённых колец, распавшихся на имена: Тайла и Джайден.

– Как красиво!

– Помолвка, о которой мечтает каждая девушка, не так ли? – Кернон, подавая пример, отпил из своего бокала.

После танцев, восхождения на довольно-таки крутую лестницу, и особенно, последовавшего казуса, в горле пересохло, и Белианна тоже пригубила от своего. К тому же, это дало время обдумать ответ.

– Если присутствует любовь, то да, о лучшем и мечтать не стоит.

– Любовь, она ведь может быть разной. К деньгам, например. Или к положению в обществе и титулу. В одном я уверен точно, если я не захочу сам, ничто не заставит меня жениться.

Это намёк, что Белианна затащила его сюда, чтобы оказаться скомпрометированной, и у неё ничего не выйдет? Да кто он вообще такой, чтобы иметь подобное самомнение?! Он и попал-то сюда только потому, что является другом жениха. Джайден, пусть и неумело, но хотя бы старается соответствовать аристократическим понятиям. Этот же безродный…

– Кажется, мы здесь задержались. Всё интересное уже закончилось, – сухо сказала она и шагнула к двери.

А за дверью раздался игривый женский смех.

– Дорогой, ну что же ты такой нетерпеливый! Ну подожди же ты! Я сама распутаю этот узел, иначе ты опять порвёшь моё платье.

– Как порву, так и куплю новое, – Белианна узнала голос старшего брата Тайлы Микара, между прочим, недавно женившегося.

А вот женский не принадлежал его жене, в данной момент глубоко беременной и тяжело эту беременность переносящей. И это был конец, и явно не для спутницы Микара, похоже, уже совершившей своё падение, а именно для Бель.

Кернон отставил бокал в сторону и первым открыл дверь, пока этого не сделала увлечённая друг другом парочка.

– Кхе-кхе, – осторожно отвлёк их он, вставая так, чтобы закрыть спиной комнату и ту, кто в ней находилась.