- -
- 100%
- +
Она всхлипывает, прижимает меня к себе, гладит по волосам.
– Лен, я так его любила! – наконец-то вырывается из моей груди. – Лен, он всем был для меня! – слезы катятся так, что их уже не сдержать. – Он был моей мечтой, моей жизнью… – всхлипываю, вздрагиваю. – Лена! Он же полностью меня уничтожил! Он попросту растоптал все, что было для меня ценно! – усмехаюсь в истерике. – Про&бал, по-другому не скажешь!
– Ч-ш-ш-ш-ш, – качает меня, словно ребенка, Лена. – Плачь, девочка, плачь… Это лучше, чем молчать… Говори…
– Лен! – резко отстраняюсь я. – Ты понимаешь, что все, что в этой жизни для меня было значимо, было связано с Артемом? Дом, работа, семья! Это все было Артем!
– Малышка, – Лена сама уже плачет, ласково гладит меня по лицу.
– Лен, – я замираю, чувствуя, как в груди что-то леденеет. – Лен, я сделаю с ним то же самое, – стискиваю зубы, яростно выдыхая. – Я согласна на московского адвоката! – щурюсь, потому что сквозь слезы не могу четко видеть. – Правдой или неправдой, я отберу у него все! – почти выкрикиваю. – Все, что он любил!
.
***
– Не пори горячку!
Саша загнанным зверем ходит из угла в угол собственной кухни.
Да, я сегодня ночую у них.
Ленька уехал, мансарда пустует. А в свою квартиру я вернуться не могу, даже несмотря на то, что Артем пообещал там не появляться.
Лена прижимает к груди стопку чистого постельного белья и растерянно на меня смотрит.
– Что? – кричу я ей. – Что ты молчишь? Разве ты не сделала то же самое?
Ленины губы вздрагивают, она оборачивается к мужу, смотрит на него беспомощным взглядом…
– Саш, ведь правда… – произносит еле слышно.
– Да ну нефига не правда! – срывается Сашка. – У тебя была совсем другая история! Твой подонок тебя изначально обокрал, унизил…
– А Артем? – спрашиваю с вызовом. – Артем разве нет?
– Давай начнем с того, что Артем вообще-то развода не хочет, – раздраженно отзывается Саша.
– Ефимов тоже не хотел, – тихо, но очень весомо произносит Лена.
Сашка рычит.
Впивается руками в собственные волосы, крутится на месте, воя…
– Вот поэтому я и сказал тебе, что не возьмусь! – кричит он мне.
– А я тебя и не прошу! – ору в ответ. – Адвоката обещал! Давай! А не дашь, так сама найду!
– Саш, – жалобно склоняет голову Лена, глядя на мужа.
– Да к черту! – жмурится он.
Встряхивает головой, поджимает губы…
– Алис, давай так, – шумно выдыхает он. – Я помогу тебе во всем! – произносит он почти спокойно, поднимает на меня взгляд. – Найду адвоката, сам прослежу за ходом дела, – он хмурится, молчит. – Но давай не прямо сейчас? – смотрит на меня упрямо. – Не даром же в судах месяц дают? – щурится, словно готовится к бою. – Давай ты сейчас немного остынешь, успокоишься…
– Все ясно, – вскакиваю, перехватывая у Лены постельное. – Ты с Артемом говорил.
– Да, черт возьми, да! – выпаливает Сашка. – Говорил! И я говорил ему то же самое! Убеждал не лезть к тебе сейчас, дать тебе время прийти в себя! – Сашка взмахивает рукой. – Между прочим, он пообещал мне, что в ближайшие три дня не будет пробовать тебя отловить!
– Ну спасибо, – цежу язвительно.
– Алис, – умоляюще смотрит на меня Лена, – Саша в чем-то прав! Взять паузу, сменить обстановку – очень полезно! Все обдумать, все решить… Да черт возьми! – не выдерживает она и тоже кричит. – Да просто отвлечься!
– Алис, у Кристины сейчас каникулы будут, квартира в Калининграде полностью в твоем распоряжении, – разводит руками Сашка.
– А хочешь Москву? – встревает Лена. – Мы там жилье к продаже готовим, уже все вынесли, вычистили, но много ли тебе надо?! Поставишь надувную кровать и живи, сколько хочешь! Но не спеши с решениями!
И я вдруг вижу себя их глазами…
Они сейчас смотрят на молодую взбалмошную девчонку, которую, попросту говоря, накрыло.
Они не хотят мне зла, они не хотят добра Артему, они просто призывают не рубить сгоряча…
А что рубить-то?
Что рубить?
Разломать можно только то, что было. А у нас с Артемом, как выяснилось, ничего и не было.
Семья? Доверие? Любовь?
Хоть что-то из этого?!
Хоть что-то?!
Боль ржавым штопором сворачивает меня изнутри, чуть не сгибаюсь, снова теряю равновесие…
– Алис! – подхватывает меня Сашка.
– Все в порядке, – сжимаю его руку. – Все хорошо, – киваю, успокаивая своего друга. – Вы правы, наверное, мне сейчас лучше всего отдохнуть, подумать… – перевожу взгляд на его жену. – Лен, давай я сама постелю…
Где-то тут мимоходом прозвучало, что Лена беременна. И хоть носит пока идеально, она вдруг стала казаться мне такой хрупкой, что заставлять ее заправлять мне кровать, кажется кощунством.
– Вы правы, ребят, – киваю покладисто, лишь бы не продолжать этот разговор. – Я действительно сейчас не в адеквате.
Это хорошо, что Сашка предложил своего друга. С ним я бы не смогла работать. Я бы не вынесла его уговоров и успокоений.
Стискиваю зубы, упрямо отбираю комплект простыней, поднимаюсь по лестнице.
Сегодня первую ночь я буду ночевать не мужниной женой. Не Артемовой…
Уничтожу!
Полностью!
Он разрушил меня, я разрушу его!
Камня на камне не оставлю!
Если б можно было, даже б мужское достоинство отчикала бы! Что б больше ни в кого его не совал!
На секунду в голову приходит дикая мысль, что можно сделать вид, что простила и как-нибудь ночью…
Ой…
Заманчиво, но нет… До этого я все-таки не опущусь…
Закрываю за собой дверь мансарды, стаскиваю с кровати Ленькины простыни, стелю свои…
Перед сном беру телефон.
Нужно поставить будильник.
Впервые за черт знает сколько лет нужно поставить будильник.
Слезы опять перехватывают горло. Отчаяния добавляет индикатор неотвеченных звонков и непрочитанных сообщений. Звонки за сотню перевалили…
Открываю приложение и с остервенением принимаюсь все удалять, не открывая.
К черту! Пропади ты пропадом! Ненавижу! С шалавами своими говорить будешь!
И в запале чуть не сношу сообщение совсем не от Артема!
Упс!
Утренний клиент. Ермолов!
Богатый и вредный.
Написал чуть больше часа назад. Всего одна строчка.
“Завтра буду в Калининграде. Пообедаем?”
Хм…
Как там Лена говорила?
Отвлечься?
.
Глава 8
Алиса
Обед Ермолов назначает на восемь вечера… Хм. Большой оригинал…
Сообщение от него я прочла уже утром, едва продрав глаза.
Вчера я ему чирканула просто “Да”. Уже потом подумала, что можно было бы написать “Да, конечно”, или “Да, можно”, или даже “Да, с удовольствием!”
Но едва я включила телефон, на него сразу упало несколько сообщений от Артема, и я снова вырубила аппарат.
Надо занести номер мужа в черный список. В любом случае будем общаться теперь только через адвоката.
Будильник звонит в семь, как я и выставила.
И…
Артем тоже звонит…
Ровно в семь.
Как всегда.
Как все эти восемь лет…
От этого становится жутко больно… Все внутренности словно скручивает в узел и утягивает куда-то к позвоночнику. Грудь сжимается, как под невыносимой тяжестью, а горло становится каменным – не могу ни вздохнуть, ни глотнуть.
На экране смартфона его портрет: серые, чуть смеющиеся глаза, красивая улыбка…
Зачем он звонит?
Он хочет показать, что ничего не изменилось?
Он хочет пожелать мне доброго утра?
После всего, что он сделал? Что делал со мной изо дня в день? Из года в год?
Отбиваю звонок, тут же заношу его номер в ЧС.
Все. Этот способ просыпаться мне больше не нужен.
Спускаюсь по лестнице, пошатываясь…
Наверное, мне нужен кофе… И поесть. Я вчера вообще ела? Кажется, нет… Не помню… Сложный был день.
В кухне первого этажа меня встречает одна Лена.
– Саша уже уехал, – сообщает она мне с радостной улыбкой.
А сама тревожным взглядом всматривается в мое лицо.
– Будешь завтракать? – на стол становится тарелка с бутербродами, две чашки кофе. – Или к Саше перед работой зайдем?
И тут я понимаю, что нет…
Не зайдем.
И вообще, ничего из привычного мира больше не будет.
Никогда.
Я не буду просыпаться под нежный, хрипловатый голос Артема, не буду быстрой ланью сбегать вниз по Променаду, чтобы подхватить кофе с круассанами, не буду весело щебетать с Оленькой Егоровной о пустяках…
Не смогу…
Будто весь этот мир, что был моим, превращается в обломки, разлетающиеся в разные стороны.
– Лен, – выдавливаю из себя хрипло, – Лен, я не смогу больше работать…
– В смысле? – ахает моя подруга и опускается на стул напротив меня.
А как ей объяснить, что это все тоже про Артема?
Каждый проект, каждый маршрут, каждый договор, который я держу в руках, напоминает мне его. Мы были партнерами не только в жизни, но и в этом бизнесе. Как от этого избавиться? Как оставить все позади, когда оно в каждой детали моей работы?
Любая бумажка, любой план, любой набросок договора на моей работе – это про Артема.
Нет, я многое делала сама, и бизнес, в общем-то, независим. Но это про Артема!!!
– Понимаешь… – произношу я и замолкаю. – Это же… Это… – хмурюсь, качаю головой.
– Кажется, понимаю, – тихо отзывается Лена, опускает взгляд. – Ну и что теперь? Просто бросишь?
– Нельзя, – выдавливаю из себя. – Очень хочется, но нельзя, – поднимаю на нее взгляд отекших глаз. – Люди…
И тут мне в голову приходит невероятная мысль.
– Лен, а давай ты!..
Еще часа два я ее уговариваю!
Обещаю, что всегда буду рядом, что от нее много не требуется, и что ей все равно теперь вредно козой по дюнам скакать!
Потом мы звоним Саше. Посоветоваться. Натыкаемся на долгое молчание, сопение и один короткий вопрос: “Приступать сегодня?”
Это спрашивает Саша. Не Лена. И я понимаю, что не прогадала! Что управляющая у меня в компании будет отличная!
В офис приходим поздно. Я заранее прошу Ольгу Егоровну подготовить приказы…
Старушка смотрит на меня обеспокоенно, а я…
– Я разрешаю Лене вам все рассказать, – улыбаюсь обеим. – Но только после того, как я уйду! – вскидываю палец вверх. – Не при мне!
И закрываюсь с Леной в кабинете, чтобы передать ей дела…
Есть срочные, есть текущие, есть потенциально интересные проекты… Есть еще какая-то пыльная синяя папка, которую я зачем-то держу в шкафу… Все это раскрываем, смотрим, проговариваем…
Вздрагиваю, когда открываю карты с маршрутами.
На них почти везде пометки. Рукой Артема.
А еще дурацкие рисунки. Вот сердечко в бухте, где мы с ним… А вот звездочка… А тут…
Сначала становится больно от того, что этого всего больше никогда не будет.
А потом в голову приходит мысль, что эта бухта могла быть не только его и моя, но и его и… чья-то еще… Кандидаток даже могло быть несколько…
И неизвестно, что больнее… Терять самое сокровенное, или понимать, что этого сокровенного никогда не было…
Глубоко вздыхаю, вдруг ощущаю руку Лены на своем запястье.
– С маршрутами я разберусь, – тихо говорит она.
Я лишь киваю и выбегаю на улицу.
Молча сбегаю с работы.
Нет, улыбаюсь всем в офисе, конечно. Все понимают, что я ухожу. Но даже просто попрощаться ни с кем сил нет.
В этот раз я иду домой.
Я твердо намерена поехать на этот чертов ужин с этим козлом Ермоловым. И я буду громко смеяться, флиртовать, и кто знает, может, даже…
От одной мысли, что посторонний мужчина запустит руки мне под юбку, накатывает такая волна тошноты, что приходится остановиться и глубоко вздохнуть…
Нет. Никаких “может, даже”…
Просто поужинаю…
К квартире подхожу аккуратно, но Саша обещал, что Артема не будет в моем поле зрения.
Не знаю как, но у него получается сдержать слово. Артема у квартиры нет.
Умеет все-таки Григоров убеждать.
Поднимаюсь к себе, открываю дверь и… жмурюсь.
Первое, что вижу – это наш с Артемом портрет… Свадебное путешествие. Мы на корме яхты. Той самой. “Лисы”…
– Будь ты проклят!!!
Срываю! С криком! Вырывая гвоздь! Рама в хлам, стекло вдребезги…
И другая! И та, что около кровати! И даже наше фото с холодильника! И его дурацкие подарки с моря! Эти идиотские ракушки и куски янтаря!
В конце концов, обессиленная, падаю на колени посреди этой кучи мусора. Вся моя жизнь теперь лишь куча мусора. И в этом виноват он! Он меня в это дерьмо окунул!
В порыве злости пинаю что-то попавшее под руку, резко встаю…
Ну ничего! Я все поправлю. Без него!
Достаю свое самое шикарное черное платье! Струящийся шелк, открытая спина. Со шпилькой божественно!
Долго умываюсь холодной водой, почти избавляюсь от отеков, старательно наношу макияж.
Нет, конечно, с Ермоловым ничего не будет.
Но я обязана быть великолепной! Для себя! Сегодня я праздную свою свободу! Сегодня я праздную возвращение к целой себе! Я больше не чья-то половинка. Я – сама! Целая! Самодостаточная!
Укладываю волосы крупными локонами, ярко крашу губы, окидываю себя удовлетворенным взглядом в зеркале. Я вижу перед собой новую женщину. Женщину, которая не нуждается в чьей-то любви для того, чтобы быть полноценной. Женщину, которая встала после удара, потому что она может. Она сама себе опора.
Самое время сходить на свидание!
Ресторан, куда меня пригласил Ермолов – один из самых дорогих в Калининграде.
Я сама его не очень люблю. Я, вообще, предпочитаю либо наш городок, либо тогда уж замки. Но, видимо, у этого вечно занятого бизнесмена в городе какие-то дела.
Такси ко входу приезжает почти вовремя, и я волнуюсь, не появлюсь ли я раньше своего мужчины.
Ан нет!
Вот он! Столик на двоих в нише.
Хостес подводит меня, Ермолов встает мне навстречу и даже изображает кривую улыбку.
– Алиса, вы очаровательны! – чуть склоняет голову он.
Оставляю это без комментариев, присаживаюсь…
– Что будете заказ…
И тут:
– Простите, что задержался! – раздается хрипловатый голос за моей спиной!
– Артем Шевцов, – протягивает мой муж руку ошарашенному Ермолову. – У вас же деловой ужин? – иронично произносит он. – А у нас семейный бизнес! Жена вас не предупредила?
.
Глава 9
Алиса
– Не жена! – шиплю сквозь зубы. – И семьи уже нет!
Губы на моем лице растянуты в улыбку, но взглядом я пытаюсь Артема убить.
Нет, мне не жаль испорченного ужина.
Мне жизни жаль! Эти восемь испорченных лет!
Перед моими глазами тут же возникает спина той сисястой блондинки, которую я несколько секунд недоуменно наблюдала, а потом лицо Артема…
И фотография, которую я разбила… Где мы в обнимку на той самой яхте, и его выкрик: “Никто из них…”
Как же это мерзко!
Как же это больно!
Но Артем старательно ничего не замечает!
Ловко перехватывает у другого столика стул, садится между мной и Ермоловым…
– Ну семьи, может, и нет, а бизнес семейный, – с ухмылкой отвечает Артем. – Обсуждаем проект корпоративного трип-тура, если я правильно понимаю? – произносит он спокойным деловым тоном.
Но тут Ермолов откидывается на спинку стула, оценивающе и, если честно, слегка надменно смотрит на моего супруга и отвечает:
– Нет!
И все.
Пауза.
Во время этой паузы Артем бледнеет, тут же краснеет, дергается…
И я вижу, как его рука едва заметно дрожит. Он пытается скрыть это за маской надменной самоуверенности, но мне не нужно больше ничего. Я знаю, что он боится. Боится, что он меня потерял.
– Судя по тем бумагам, что я видел… – откашливается этот морской кобель.
– К черту бумаги! – фыркает Ермолов. – Я просто пригласил красивую женщину на ужин. Она согласилась, – он улыбается, и в этот момент я завидую этому умению выдать совершенно очаровательную мимику при абсолютно ледяном взгляде. – А что здесь делаете вы? – невинно вскидывает бровь мой клиент.
– Подождите, – хрипло смеется Артем, встряхивает головой. – То есть вы мне сейчас абсолютно спокойно говорите, что кадрите мою жену?!
И я вижу, как его шея багровеет, а глаза наливаются кровью. Он еще изображает ухмылку, но уже закусил нижнюю губу до белизны.
– На данный момент мы разводимся, – вежливо и очень спокойно комментирую я, глядя на Ермолова.
– Нет! – выкрикивает Артем, и почти весь зал оборачивается.
Мой будущий бывший муж замирает, впивается взглядом в Ермолова:
– Нет, – повторяет он уже тише, – это моя жена, и вы подписали контракт с моей фирмой.
– Хм, – Ермолов скучающе разглядывает костяшки своих пальцев, задумчиво проворачивает дорогой перстень-печатку на мизинце. – Надо посмотреть, сколько я обязуюсь выплатить неустойки… – кривит губы, но тут же поворачивается ко мне с совершенно другим выражением лица. – Алиса! – произносит он воодушевленно. – Я не большой любитель зрелищ и представлений! – он делает паузу и бросает многозначительный взгляд на Артема. – Но, говорят, в Нессельбеке сегодня отличное шоу! – он улыбается одними уголками губ, его взгляд заговорщически сверкает.
– Там еще отличное пиво! – довольно щурюсь я.
– Мне повезло встретить знатока! – Ермолов встает, подавая мне руку. – Если у вас будут какие-то вопросы по контракту, – он чуть склоняет голову в сторону Артема, – напишите, пожалуйста, моему секретарю…
И почти рывком притягивает меня к себе, укладывает мою руку к себе на предплечье…
Мы близко, очень близко.
Своим бедром чувствую его тело и…
И мне даже не противно!
Я боковым зрением ловлю Еромоловскую довольную ухмылку, его высоко поднятый подбородок, его гордо развернутые плечи…
И в этот момент с удивлением понимаю, что мы с ним заодно!
Мы заговорщики, конспирологи, актеры – лицедеи! Выходим из ресторана с каменными лицами и нарисованными на них улыбками, словно по нотам разыгрываем шпионскую спецоперацию! Я еле сдерживаюсь, азарт переполняет меня, и едва мы скрываемся в проулке, где находится стоянка такси, я взрываюсь хохотом!
– О боже! – смеюсь и не могу остановиться. – Денис Валерьевич, – закрываю лицо ладонями.
– Витальевич! – тоже улыбаясь, поправляет меня он.
– Простите, – склоняю голову и, кажется, впервые внимательно смотрю в его глаза, – Витальевич… Спасибо! – улыбаюсь признательно. – Спасибо, что подыграли.
– Да не за что! – хмыкает он. – Я, в общем-то, почти ни в чем не соврал, – он лукаво улыбается. – О нашем договоре я сегодня и правда не собирался разговаривать!
– Оу! – игриво вскидываю брови.
Где-то внутри вспыхивает опаляющее меня волнение и возмущение, но я тут же загоняю его куда подальше!
К черту!
Я так клево сейчас опустила Артема, что готова простить этому зануде абсолютно все!
– А что же тогда? – смотрю вопросительно. – Действительно Нессельбек?
– Там, говорят, бронировать столик надо чуть ли не за месяц, – хмыкает он.
– Ну, – веду плечом, – как турагент могу поспособствовать, – предлагаю игриво, хотя очень хорошо вижу, что на рыцарское шоу он сейчас не хочет.
– Давайте вы лучше покажете мне Калининград! – он делает один шаг по тротуару, призывно выставляя локоть. – А то я бываю тут по делам чуть ли не каждый месяц, но ничего кроме Кирхе и не видел.
– Хм, – беру его под руку. – А ничего, что тогда мы останемся без ужина?
Он пару мгновений молчит, а потом на его лице снова мелькает это выражение…
Мы снова шпионы, у нас снова спецзадание, и надо классно отыграть роль…
– Алиса! – произносит он с чувством. – А вы любите шаурму?
И этот приступ смеха я уже не могу сдержать…
Хохочу реально до слез. Держусь за Ермолова, чтобы не упасть!
Он, довольно улыбаясь, ждет, пока я успокоюсь, придерживает меня рукой за второе плечо, не давая оступиться, а я смеюсь, смеюсь, смеюсь…
И с опозданием замечаю, что на входе в проулок стоит Артем. Стоит и на нас смотрит…
.
Глава 10
Алиса
– Что значит “управляющая”? Я что, в собственном офисе уже никто? – слышу рык Артема.
И тут же Сашкин глухой, но твердый голос:
– Ты сюда поорать на мою беременную жену пришел?
Ух!
Даже у меня от этого тона мурашки по коже.
Артем тоже затихает, но атмосфера вокруг такая, что кажется, напряжение можно ножом резать! Оленька Егоровна попробовала слиться со своим креслом и не отсвечивать из-за стола, Лену не слышно.
Вообще, после Сашкиной фразы тишина стоит звенящая.
И сейчас от этого страшнее, чем от криков…
Я медленно открываю дверь офиса.
Уже одиннадцатый час. А я только вот явилась.
И нет, дело не в том, что я вчера загулялась до поздна. Вовсе нет.
Вчера мы прошлись по Рыбацкому городку, свернули к музею Мирового океана. Там на парапете установлен один из хомлинов. Витек. Мальчишка-мечтатель в лодочке.
Ермолов как-то странно долго его рассматривал, а на губах сурового делового дядьки играла грустная улыбка. Видимо, это было что-то личное, во что я не решилась лезть.
Да, мы купили шаурму, кофе, потом все-таки упали в какой-то пиццерии. Взяли обычную маргариту и бутылку вина…
Кажется, о чем-то болтали. Я даже и не вспомню о чем. Каждый из нас очень старался не сболтнуть лишнего и не перейти на личное. Два человека, которые очень старались не быть откровенными.
Странный вышел ужин. И не деловой, и не свидание.
Мы попрощались около полуночи, наверное. Ермолов заказал мне такси. Мимоходом сообщил, что улетает утром, пошутил, что если я буду когда-нибудь в Москве…
Я закусила губу, чтобы не ляпнуть ему в ответ: “Обязательно!”
Потому что это звучало, как формула вежливости.
Вот здесь и сейчас мы были связаны единым порывом, а… А что нас будет связывать там?
Не хочу об этом думать.
Как и о странном блеске в его глазах, как и о грустной улыбке, когда он смотрел на ушастого мечтателя Витька.
Домой я вернулась во втором часу ночи, но спать легла, наверное, уже на рассвете…
Сначала долго стояла в коридоре и смотрела на кучу хлама, в которые я превратила фотографии и сувениры из нашей с Артемом жизни.
Потом с каким-то остервенением сгребала это все в мусорные мешки и вытаскивала на помойку. Прямо в вечернем платье. На шпильках.
Потом сидела в душе.
Поливала себя горячей водой и мечтала смыть с себя всю грязь, всю боль, все восемь лет, что я была замужем…
На кровать лечь не смогла. Утащила свою подушку на диван, стоящий посреди гостиной, и уснула без снов. Пока меня не разбудил звонок.
Сквозь сон подумала, что это снова Артем, и долго не брала, но…
Потом все же вспомнила, что его номер у меня в ЧС, а значит, это кто-то другой!
Это была Оленька Егоровна. И она спешила сообщить мне, что в моем любимом офисе, оформленном в прованском стиле, сейчас будет самый настоящий мордобой!
– Ты какого черта тут права качаешь? – слышу тихий, но попросту жуткий Сашкин голос. – Тебе нужно с Алисой разобраться, с ней и разбирайся! Моей жене спасибо скажи, что она всю рутинную оперативку на себя взяла!
Ой! Натворила я дел! Нет, по документам-то генеральный директор тут я. И закон мы нигде не нарушили. Только вот Артем соучредитель…
Рывком распахиваю дверь…
Елки-палки!
Лена сидит в моем кресле. Бледная, с распахнутыми глазами. Сашка загораживает ее, пытаясь вытеснить из кабинета Артема. Он почти на полголовы ниже моего будущего бывшего мужа, и в плечах поуже, но выглядит все так, будто Сашка сейчас ему просто в глотку вцепится…
Артем стоит спиной к двери, ноги расставил, подбородок выпятил… Кажется, ему бы и делать тут нечего, но вот уж пришел! И ни за что не отступит!
– Артем! – звонко окликаю его я.
Он резко оборачивается, и я слышушумный вздох облегчения. Лена. Она меньше всего хотела этих разборок.
Сашка сверкает глазами в мою сторону.
– Простите, – тушуюсь.
Перед ними, конечно. Не перед Артемом.
Мне стыдно, что я не урегулировала этот вопрос заранее. Просто Артем в этом офисе появлялся два раза в год! На Новый год и на день рождения компании.
– Ничего, мы понимали, что с этим столкнемся, – цедит сквозь зубы Сашка. – Лена! – оборачивается он к жене. – Выпей со мной чашечку кофе! – подает ей руку с явным намерением увести отсюда подальше.
Ленка судорожно хлопает ноутбуком, подхватывает какие-то бумаги, рабочие телефоны и пытается мышью проскользнуть мимо Артема.
– Я потом с тобой хочу поговорить, – все также тихо цедит Артему Сашка и распахивает перед Леной дверь.
Григоровы уходят, а я… Мы… остаемся.
Наедине. В закрытом кабинете…
.
Глава 11
Алиса
– Что ты здесь делаешь?! – обращаюсь к Артему сухо и сдержанно.
Хотя саму меня штормит. Внутри все вибрирует и… пылает.