Нас обезвожила мерзкая стужа

На тебе слово! На тебе два!

Отрываю от глупого сердца.

Нас уже не спасти. Если будешь жива,

я не дам тебе, суке, согреться.

***

В твоем пальто ночевала ласточка.

А утром окошко разбилось ей вслед.

Мое пребывание тебе уж до лампочки;

за поворотом перрон, в руке сжат билет.

Даже Солнце и ярче уже, и теплей.

Канавы сугробы вдруг жаждут топить.

Воздух пахнет весной, ей видней.

А я корю Солнце: зачем же мне жить?

Зачем эти яркие сны и откуда

стонет в горле гнилом аппетит?

Рассмеялося Солнце: «Ты, лучше, подумай,

отчего эта птица всё над тобою кружит».

***

На Сельмаше мы пили водку,

целовались рассадой речей.

Ты любила, как идиотка.

Я предлагал агидель.

Шатаясь под куполом ЖЭКа,

мечтали о новозеландском вине.

Прости, что не так кончилось лето.

Прости, что бомжую теперь.

Ни дня не сидится без рифмы!

Зубы стонут от снега с песком.

В нем найдут меня зверски убитым,

выдыхающим твой любимый псалом.

***

Здравствуйте, откройте, пожалуйста, двери,

мне слишком необходимо участие в канители.

Нет, я не наркоман, я лишь разношу листовки.