- -
- 100%
- +
548 Ко мне вдруг неожиданно пришло ощущение того, что она чего-то не договаривает, и я, шагнув вперёд, в сторону темнеющего под лестницей неизведанного пространства, остановился как раз между ним, и своей продолжающей изучать это место подружкой. Вглядевшись в сгустившийся под лестницей полумрак, я повернулся к Жанне и сказал:
549 – Да, там и есть дверь. Там, правда, висит замок, но если Айко поможет нам сбить его своим камнем, то войти в неё нам будет легче лёгкого.
550 Жанна, помолчав, только лишь пожала плечами в ответ, а сама продолжила пялиться туда, под лестницу. На лице её отражалась какая-то тупая неуверенность, словно бы у подозрительного идиота, который вроде бы и понимает, что его где-то хотят обмануть, вот только никак не может уловить, где именно, и каким образом.
551 – Слушайте, да вы хотя бы объясните, по кой чёрт вообще вам понадобились эти развалины? – взволнованно поинтересовался Айко, чувствуя, что всё некогда обращённое на него внимание вдруг разом улетучилось, и все те, с кем он разговаривал до этого, словно бы загипнотизированные каким-то слышимым только лишь им – не ему – пришедшим ниоткуда звуком, вдруг разом отвернулись от него, и уставились в некую, опять же, видимую только лишь им самим точку – Нет там у них никаких подвальных помещений, а если и есть, то их хватило бы только на штаб троих десятилетних детей, решивших поиграть в шпионов. Если это здание, как говорит Северин, совершенно свободно, то мы можем взять его в своё собственное распоряжение целиком и полностью, и не надо нам…
552 – Айко, – прервал его вдруг Северин. Мой взгляд автоматически переместился на него, и в этот момент я увидел, что он, словно заворожённый таращится на мою девушку. Едва ли с романтическими целями, хотя по его блеклой физиономии и блуждала такая же, как и он сам, мутная и блеклая улыбка, но мне стало сразу же понятно, что, смотря на Жанну, он словно бы смотрит сквозь неё или, точнее сказать,
через
неё, наблюдает что-то с её помощью, как будто бы моряк при помощи телескопа наблюдает приближающуюся к его кораблю долгожданную сушу – Пожалуйста, не спорь с ними. Точнее сказать, с ней. Она знает, что делает, и лично мне кажется, что задала себе верный маршрут. Она пришла в верное, нужное место, и в нужный момент, и её не стоит сбивать сейчас с дороги…
553 – Что? – в изумлении повернулся к нему Айко – Какое ещё нужное место? Она стоит там, как идиотка, и пялится под эту чёртову лестницу с таким видом, словно там установили вращающийся щит с нарисованной на нём красной спиралью! Ты… Ты что-то увидел там, в её голове?
554 – Да, – кивнул Северин, и сам находящийся как будто бы под воздействием транса – И это… Это
прекрасно
! Пожалуйста, не спорь с ними, а лучше помоги им сбить замок с двери.
555 У Айко был такой вид, словно бы он попал в плен к шизофреникам в период весеннего обострения.
556 – О, Господи, – только и смог он выдавить из себя – Вы все тут, наверное, сговорились, а я до такой степени оказался идиотом, что дал вам провести себя… Ладно, хрен с вами, где эта ваша грёбаная дверь?
557 Я молча полуобернулся назад, и указал ему на увиденную мной дверь под лестницу. Айко, прищурив глаза и играя желваками на щеках, направился в указанном мной направлении, приблизился к двери, а затем, разглядев на ней старый замок, размахнулся и ударил по нему своим камнем. От удара тот сломался и повалился на пол почти мгновенно.
558 – Да вы бы сами могли бы сбить его, одним ударом ноги, – проворчал Айко мрачно – Он совершенно сгнил, висит тут, наверное, уже Бог знает сколько времени… Ладно, – он повернулся к нам, прежде всего ко мне и Жанне – Что дальше? Откроем и пойдём в этот грёбаный подвал?
559 – Ты совершенно напрасно боишься того, что там может оказаться кто-то из
них
, – заметил Северин, опять вроде бы и влезая не в своё дело, однако явно пытаясь ответить на не заданный Айко вопрос, и который, тем не менее, уже давно вертелся у оного на языке – Там никого нет, теперь я уверен в этом почти что на все сто процентов.
560 – Да что ты такое говоришь! – повернувшись к нему, скривил Айко скабрезную рожу – Сам же говорил, что у тебя может и не получаться читать их грёбаные мысли!
561 – Дело не в этом, – покачал Северин головой кажется, ничуть не смущённый мрачным, почти что злым тоном индейца – Дело в том, что
они
просто
не могут
появиться
здесь
, это
не то место
, чтобы
им
тут появляться.
562 – А тебе-то почём это знать? – спросил Айко у него недовольно – Или ты, помимо того, что способен читать чужие мысли, ещё и умеешь чувствовать
ауры
мест, в которых находишься?
563 – Я ничего такого не умею, – ответил Северин – Но вот она, – он опять посмотрел на Жанну – Чувствует это весьма явственно, а я чувствую то, что чувствует она… И её друг, Жан, тоже… Правда, он чувствует это настолько слабо, что почти что этого не замечает… И ты… Ты тоже чувствовал это, когда в первый раз пришёл сюда, но ты не понял, что это, и именно это-то тебя и напугало… И ты почувствовал только лишь страх. А сейчас ты не почувствовал это, потому что они оба теперь вместе с тобой, и ты словно бы спрятался за ними… Не физически, а духовно, ментально…
564 – Что я чувствую сейчас, так это то, что я словно бы попал на очередной выпуск ток-шоу «За пределами», или на передачу «Охотники за невероятным», и мы сейчас находимся сейчас не в здании паромного причала, а в каком-то грёбаном
доме с привидениями с живущими в нём обеспокоенными жильцами, которых играют трёхкопеечные актёры, набранные из числа завсегдатаев голливудской массовки, – он посмотрел на меня и на Жанну – Эй, вы двое! Что вы там такое нахрен чувствуете? Какое-то место.
..
силы
?
565 – В штанах у тебя место…
силы
, – вдруг ответила ему Жанна, между тем со всё тем же не меняющим выражения лицом – Причём отнюдь не спереди, а сзади, а в голове вообще пусто.
566 – Нет, конечно, спасибо за комплимент моей заднице, но всё же – что вы там такое учуяли? Жан, хотя бы ты скажи мне по человечески, пока мне и в самом деле не стало страшно…
567 – Тебе нечего бояться, – оборвала его Жанна – Открывай дверь, и, уж доколе тебе и в самом деле становится не по себе, то пусти вперёд себя этот свой… Булыжник. Правда, мне кажется, что Северин прав, и бояться тебе там совершенно нечего. Словами ни я, ни Жан всё равно ничего не объясним, по крайней мере, пока, но там и вправду всё нормально. Хорошо.
568 – Хорошо, – повторил вслед за ней Айко как-то ошарашенно, устало и недоверчиво одновременно – Ладно… Если там всё хорошо, то, может быть, ты пойдёшь туда… Первой?
569 Жанна только лишь хмыкнула, и, подойдя к двери в подвал, отодвинула созерцающего её чуть ли не в изумлённой полупрострации Айко в сторону, после чего открыла дверь сама. За дверью было темно, и ничего не было видно. Жанна пошарила рукой сразу же за косяком дверного проёма, сначала слева, затем справа, наконец, нашла там что-то и перещёлкнула его. За дверью загорелся свет, тусклый и тёмно-жёлтый, словно сильно разбавленный чай.
570 – Ну, идёмте? – сказала Жанна, открывая дверь пошире, точно приглашая нас всех куда-то в гости. Айко, аж позеленев лицом, лишь только отошёл немного в сторону – откуда у него взялась эта странная боязнь подвальных помещений, мне было совершенно непонятно.
571 Я подошёл к двери и заглянул внутрь. Там был узкий коридор с множеством труб, идущих вдоль стен, и низковатым потолком, заканчивающийся входом в некое, пока ещё плохо видное и оттого непонятное помещение где-то метров через десять отсюда. Ни чего-то невероятного, как это описывал Северин, ни, тем более, вызывающего какой-то там испуг, я в этом не видел. Пожав плечами, я молча вошёл внутрь, а сразу же следом за мной последовала Жанна. Мы прошли с ней немного вперёд, и Жанна вдруг остановилась и оглянулась назад. Сразу же после нас в подвал пробирался Северин, а вот Айко, испуганно таращась на нас, всё ещё стоял снаружи, рядом со входом. Камень всё ещё лежал у него на руках, отчего он напоминал напуганную мамашу с грудным ребёнком, которую тяжёлые и неожиданные жизненные обстоятельства принудили к экстренному переезду на другой конец света.
572 – Ну же, Айко, – не выдержав этих его переполошённых позы и взгляда, сказал ему я – Ты так и будешь там стоять? Давай уже идём с нами – или ты собрался торчать там, и охранять вход сюда в гордом одиночестве?
573 Айко, переминаясь с ноги на ногу, промямлил в ответ что-то неразборчивое.
574 – Да что там с тобой, я не понимаю? Опять тот приступ страха, про который ты говорил?
575 Айко пожал плечами.
576 – В любом случае, страх было бы гораздо легче пережить в компании, – посоветовал ему я – Торчанием там в одиночку ты точно от него не избавишься, особенно если у этого страха и впрямь есть реальные причины.
577 Айко, скорчив нервозную гримасу, оглянулся по сторонам, а затем, плюнув в сторону и процедив сквозь зубы ещё что-то, всё-таки зашёл внутрь, закрыл дверь за собой, а затем торопливо, едва ли не бегом, добрался до нас.
578 – Чёрт с вами, – пробормотал он, продолжая вращать головой по сторонам и озирать всё вокруг опасливым взглядом. Настроение, судя по всему, у него было такое же, как и тогда, когда он вошёл вместе с нами в холл здания интерната, впервые после своего трёхнедельного отшельничества в прибрежных пещерах – Идём. Хотя я всё равно не понимаю, какого чёрта вам понадобилось от этого чёртова маяка.
579 – И именно поэтому ты так не хотел идти туда с нами? – полюбопытствовала Жанна.
580 – Неважно… Неважно. Идём туда, уж если собрались идти, и не надо задавать никаких ненужных вопросов, хорошо?
581 Мы только лишь пожали плечами и отправились вперёд, в намеченном нами направлении.
582
***
583 Коридор, по которому мы все наконец-таки решились пройти, и в действительности привёл нас в некое подвальное помещение, полутёмное, и с низким, едва ли не царапающим – лично мне – макушку потолком, и до отказа набитое разнообразными трубами, какими-то вентилями, баками, обогревательными устройствами, счётчиками и манометрами, в которых никто из нас, даже если бы очень сильно того захотел, не разобрался ни за что в жизни. Понять, куда идти дальше, в этой перепутанице было очень сложно – оставшееся свободным от всех этих трубопроводов и котлов пространство было совсем мизерным, и вихляло из стороны в сторону, образуя какие-то непонятные закутки, тупики и переходы, а кроме того, здесь было очень сумрачно, грязно и, что самое неприятное, дико шумно; едва кто-то из нас пытался заговорить, все остальные едва разбирали его слова. Айко хватило минут десяти блужданий по этому помещению для того, чтобы его взгляд и выражение лица из испуганных стали страшно недовольными, а губы скривились от раздражения и отвращения – он не говорил ничего, но было понятно, что самой большой его мечтой в эти минуты было поскорей убраться отсюда и не возвращаться сюда больше никогда.
584 Впереди нас всех шла Жанна – мне по прежнему было совершенно непонятно, какими ориентирами она руководствуется, идя вперёд по выбранному ей направлению, но это было очевидно, именно она нас за собой и вела. Двигаясь таким образом, мы, наверное, прошли уже всё это помещение насквозь, до противоположной от входа стены, как Жанна вдруг остановилась, достаточно внезапно, чтобы я, продолжая идти вслед за ней, чуть было не врезался в неё на полном ходу, а затем повернулась налево, прошла ещё немного дальше, а затем остановилась снова.
585 Перед ней была пластмассовая застеклённая дверь в стене, вроде тех, что стояли у нас на этажах на входе в каждое из общежитий, и за стеклом её была тьма. Сверху, прямо поверх стекла, была приклеена (или привинчена) табличка с надписью «Не входить до дальнейших распоряжений»
586 Здесь так же всё громыхало, гудело и щёлкало, как и во всём остальном подвале, а потому нормально общаться с друг-другом могли лишь мы с Жанной, которых все эти раздражающе громкие и не умолкающие звуки нисколько не глушили. Жанна повернулась назад и, хотя все и так сбились вокруг неё в кучку, кивком подозвала к себе Северина.
587 – Там, – крикнула она ему, указывая на дверь – Там есть кто-нибудь?
588 – Нет, – проорал Северин в ответ – Я же сказал, что здесь нигде никого нет!
589 Жанна кивнула ему с ничего не выражающим видом, а затем опять повернулась к двери, и потянула её на себя. Потом толкнула вперёд. Дверь была закрыта. Жанна вновь повернулась к нам, теперь уже к Айко, так же смотревшего на дверь, но теперь не с выражением раздраженного мучения, а, скорее, с опасливым любопытством. Камень всё так же находился у него в руках.
590 – Можешь разбить стекло в ней? – крикнула Жанна ему, кивнув сначала на его булыжник, а затем на саму дверь.
591 Айко сначала приподнял брови вверх, затем покачал головой.
592 – А что если оно… Бронированное? – крикнул он в ответ – Камень отлетит от него и угодит в кого-нибудь из нас.
593 – С чего ты так взял? – спросила у него Жанна на сей раз гораздо более тише, чем прежде, но Айко, кажется, всё равно её понял.
594 – Ну ты же видишь, что тут написано, – прокричал он ей – Что вход строго запрещён. Причём не просто запрещён, а до дальнейших распоряжений! Почему запрещён, до чьих распоряжений? Что там, за ней, может находиться? Какая тут может стоять дверь? Да какая угодно! Ну его нахрен, я бы не стал рисковать!
595 – Ну так мы можем отойти в сторону, да и ты, наверное, тоже.
596 – А если отскочит и попадёт в какую-нибудь из этих ерундовин? Посмотри вокруг – тут, судя по всему, пар, газ, горячая вода…
597 – Чёрт, – произнесла Жанна едва слышно с раздражением в интонациях, а затем приблизилась к Айко и отняла у него камень. Наверное, эта штуковина должна была быть не Бог весть какой легкой для девушки её возраста и комплекции, но, вернувшись к двери, она как ни в чём не бывало занесла его у себя над головой так, словно бы это был не здоровенный булыжник килограммов этак на десять весом, а волейбольный мяч, вскинутый для подачи, а затем изо всех сил обрушила его вниз, но не на стекло, а на ручку и торчащую слегка вперёд по отношению к остальной плоскости двери замочную скважину.
598 Дверь глухо бухнула, выгнулась назад, после чего где-то внутри неё послышался глухой хруст, очень слабый, слышный разве что нам с Жанной, так как мы с ней стояли вплотную к двери. Жанна, желая осмотреть дела рук своих, сделала несколько шагов назад (и все остальные вместе с нею), и мы увидели, что ручка, отломившись, теперь висит, болтаясь, лишь на нижнем своём конце, чем-то похожая на брошенную, но не положенную обратно телефонную трубку, а пластмассовую пробку с замочной скважиной перекосило, так, что верхняя её часть ушла назад, а нижняя – вперёд.
599 – Ладно, – пробормотала Жанна, сдувая прядь волос, упавшую ей на лицо; несмотря на всю лёгкость её движений, возиться и продолжать держать камень ей всё-таки было относительно нелегко – Попробуем по другому…
600 Всё так же с камнем в руках, но на сей раз так, чтобы наиболее узкая его часть находилась впереди, Жанна опять отошла назад, причём довольно далеко, и, по видимости, планировала дойти так до самого центрального прохода, чтобы, ну не знаю, взять какой-то разбег оттуда, но Айко, увидев, чем она занимается, решил остановить её, прежде чем она успела уйти достаточно далеко от нас.
601 – Да погоди ты! – крикнул он ей – Положи этот дурацкий камень!
602 – Зачем?
603 – Сейчас… Если замок не застопорен, и его ещё не переклинило от твоего удара, то… В общем, я сейчас попробую кое-что сделать…
604 Жанна некоторое время смотрела на него, а затем, пожав плечами, положила камень в сторону и отошла сама. Айко подошёл к двери вместо неё и приложил к исковерканной ударом замочной скважине руку. Он закрыл глаза, точно вспоминал чего-то, постоял так ещё секунд с десять, а затем, скривившись, как будто бы от головной боли, стал медленно оттягивать всё ещё плотно прижатую к поверхности двери ладонь назад, в противоположную от края сторону. Скрежет и щелчок, которые послышались через несколько мгновений после этого, теперь услышал, наверное, только я, потому что Жанна продолжала стоять позади нас всех, и наблюдала за действиями Айко со стороны, но вот мелкую сухую пыль, которая тотчас же посыпалась из щели между косяком и дверью, заметили, несомненно, все сразу же.
605 – Всё, – Айко резко открыл глаза и, оставив дверь в покое, отошёл в сторону – Сделал всё, что мог. Она не должна быть больше запертой, попробуйте открыть её…
606 Я осторожно прикоснулся к висящей на одном конце дверной ручке, и полагая, что она в любой момент может отвалиться, осторожно потянул её на себя. Из щели между дверью и косяком опять посыпалась мелкая сухая пыль, но теперь в гораздо меньшем количестве, потому что дверь тут же немедленно открылась, и сыпаться первой стало уже просто неоткуда, да и не от чего.
607 Айко и Северин отошли назад, дабы не мешать мне, и я раскрыл дверь пошире. Там было совершенно темно, едва ли кто-то из нас, даже мы с Жанной, зайдя туда, сумели бы разглядеть даже собственную руку перед своим лицом; повглядывавшись туда ещё некоторое время, я сделал полшага вперёд и протянул руку внутрь, шаря за дверью в поисках выключателя.
608 – Может быть, свет включается снаружи? – спросила у меня Жанна, оказавшись позади меня столь внезапно, что я невольно сделал вперёд ещё один шаг и оказался внутри полностью. Вокруг меня тот час же загорелся свет, электрический, холодный, какой-то синевато-серый; я, предположив, что выключатель всё-таки нашли снаружи, повернулся назад, но с некоторым удивлением увидел, что все, включая Жанну, просто стоят рядом с дверью, причём с таким видом, как будто бы за последние полчаса они даже и не думали двигаться с места.
609 – Это не мы, – сообщил мне Айко – Мы ничего не делали. Там, наверное, какой-то датчик движения…
610 Я оглянулся и обнаружил, что стою в коридоре, довольно длинном, метров в тридцать, а, быть может, и того больше. Стены, пол и потолок у него были серые, шершавые, из голого, ничем не покрытого, ни краской, ни побелкой, бетона, и какие-то совершенно одинаковые в ширину, такие, что невольно возникало впечатление, что я оказался в какой-то гигантской длинной коробке вроде тех, в которые упаковывают новогодние шутихи или дорогую сервелатную колбасу. На стенах под потолком где-то через каждый метр висел небольшой, забранный в пластик люминесцентный светильник, который, собственно, и освещал здесь всё. Больше ничего и нигде здесь не было, ни схем, ни указателей, ни каких-либо предупреждающих плакатов, и куда вёл этот странный коридор, было совершенно непонятно. В конце его виднелась ещё одна дверь, такая же, какую мы вскрыли только что, и тоже, судя по всему, закрытая. Я оглянулся на своих спутников, ожидая помощи в принятии окончательного решения, но они пока предпочитали держаться снаружи, и ничего конкретного ни мне, ни друг-другу не говорили.
611 Первым вслед за мной в коридор проскользнул, как бы это странно не звучало, Северин. Он даже прошёл вперёд по коридору даже немного дальше, чем я, и остановился только лишь где-то у его середины. Остановившись, он на несколько мгновений замер, словно бы во что-то вслушиваясь, а затем, повернувшись ко мне и указывая вперёд, сказал:
612 – Там тоже никого нет. Вы можете идти туда спокойно.
613 По этому поводу у меня, собственно, никаких сомнений и не возникало – весь этот коридор выглядел настолько пустынным, что невольно возникало впечатление, что в последний раз по нему проходили где-то около двадцати лет тому назад. Сейчас меня беспокоило совершенно другое, а, точнее сказать, совершенно другие, а именно – Жанна и Айко, всё ещё продолжавшие выжидательно стоять перед ведущим в коридор дверным проёмом. Что та, что другой определённо что-то чувствовали, в определённом смысле – ничуть не хуже, чем тот же Северин, но отнюдь не то же, что и он, а что-то другое, и, что раздражало меня более всего, что-то разное ощущал и каждый из них.
614 – Жанна, – оглянувшись, я посмотрел на свою подругу. Та молча подняла в ответ свой спокойный, ничего не выражающий взгляд на меня – По твоему, если мы сейчас пойдём к этой двери, мы выберем верное направление?
615 Она кивнула, а затем искоса взглянула на Айко. Тот был бледный, как полотно, и его едва ли не трясло.
616 – Северин, ты можешь понять, что он сейчас чувствует? – спросил я тихо, вполголоса, у нашего нового знакомого-телепата.
617 – Страх, разумеется, – сообщил тот в ответ – Странно, что ты спрашиваешь, я думал, что это заметно без всякого чтения мыслей. Он боится того, что находится там, за той дальней дверью… Но… Но он напрасно это делает, потому что боится не из-за того, что это и в самом деле страшно, а потому что он этого просто не понимает. Так люди боятся грома и молнии или сильного открытого огня. Если бы твоя девушка могла бы объяснить ему, что чувствует она сама, он бы так не боялся.
618 – То есть, то, что они оба чувствуют, скорее всего, безопасно?
619 – Безусловно. Я же сказал, что бояться там вам абсолютно нечего. И уж тем более, этих людей… Или существ, которые здесь, на острове, всё это устроили… Уж не знаю, насколько верно моё предположение, но мне кажется, что они вообще не стали бы оставлять после себя никаких следов своего присутствия, ни физических, ни… М-мм… Психических… По своей же собственной воле они наделали здесь столько индивидуумов, которые могли бы их таким образом почувствовать, так к чему бы им так глупо подставляться? Уж таких сильных следов они бы не оставили бы после себя точно, и то, что сейчас чувствуют Айко и твоя подруга – это вовсе не после них… Это другое. Нет, я говорю вам, вы можете идти туда совершенно смело, там всё хорошо, у вас нет никаких причин, чтобы бояться этого.
620 Жанна вошла в коридор, уже третья после меня и Северина, сделала несколько шагов вперёд, а затем, остановившись, оглянулась на всё ещё стоящего рядом с дверями Айко.
621 – Нам может снова понадобиться твоя помощь, – сообщила она ему спокойно-равнодушным голосом, каким могла бы напомнить ему, что небо синее, а трава зелёная – Та дверь тоже может быть закрытой.
622 Айко, вздрогнув, посмотрел сначала на неё, потом на дверь в конце коридора, затем перевёл свой взгляд на меня. Вид у него при этом был такой, словно бы у меня была возможность отменить необходимость его во всём этом участия.
623 – Я… – выдавил он из себя еле-еле – Я не знаю… Это точно нельзя сделать… Ну, без моей помощи?… Ну, я имею ввиду – а вдруг она и так открыта?
624 – Ну, если хочешь, то можешь попробовать открыть её так, – пожала Жанна плечами – Ты можешь сделать это на таком расстоянии?
625 Айко взглянул на неё с таким видом, словно последние несколько часов Жанна только и делала, что пыталась всяческими способами довести до кондрашки, потом, скривившись, посмотрел на дверь в конце коридора. Мина страха и отвращения на его лице на несколько секунд сменилась выражением просто напряжённости, затем он прикрыл глаза, скривился ещё больше, чем прежде, как-то странно, словно от внезапного спазма, дёрнул головой, после чего открыл глаза и сделал шаг назад.
626 В конце коридора послышался слабый и приглушённый, едва слышный щелчок, а затем дверь легко и не спеша, словно влекомая порывом сквозняка, открылась.
627 – Вот, пожалуйста, – кивнул нам Айко на неё – Это вам было нужно?
628 Мы молча переглянулись с друг-другом, а затем, оглянувшись на Айко, я заметил:
629 – Айко, спасибо, конечно же, но… Послушай, если ты будешь становиться столбом перед каждой новой открываемой нами дверью, мы навряд ли когда-нибудь дойдём до того места, в которое направляемся…
630 – А вам там что, мёдом намазано что ли, что вы так туда спешите? – поинтересовался Айко в ответ ворчливо-испуганным тоном – Мне так вот туда не хочется совершенно.
631 – Лично я поворачивать назад не намерена, – произнесла Жанна, даже не поворачиваясь в его сторону – Я буду идти вперёд, пока не доберусь до этого места и не увижу, что там. Если у кого-то из вас
это
вызывает страх или какие-то иные негативные эмоции, то пожалуйста – возвращайтесь назад, если хотите, ищите безопасное укрытие на этом острове ещё где-то, в пещерах, в здании интерната или же в роще Монтебрю. Я же нашла его здесь. Жан, ну что, мы идём?
632 – Да, сейчас, – произнёс я, продолжая смотреть на всё ещё упорно торчащего в дверном проёме Айко, теперь уже с чувством лёгкого раздражения. Интересно, что он такое чувствовал там, впереди, что ему не помогало решиться двигаться вместе с нами дальше даже осознание того, что он пойдёт туда не один? – Айко, тут действительно никому не хочется тратить своё время на то, чтобы наконец выяснить, идёшь ты дальше вместе с нами или же нет. Уж не знаю, что ты там такое узрел, но тебе нужно немедленно принять решение, что ты намерен сделать в ближайшие несколько минут – так же, как и мы, переступить этот порог, перед которым ты сейчас стоишь, или же продолжать стоять снаружи…