- -
- 100%
- +
— Гадина, — едва слышно процедил мужчина сквозь зубы.
Я против воли зло сузила глаза. Не уверена, что это он обо мне, но… В запале схваченный с тумбочки кувшин с глухим ударом обрушился на голову хама, брызнув во все стороны осколками и вином. Нэйт за моей спиной приглушенно хрюкнула, не то от удивления, не то от шока:
— Ты не переборщила? Он вообще жив еще?
— Само собой, — я поднялась на ноги, брезгливо отряхнувшись. — Чтобы избавиться от Гончего нужно что-то посущественнее глиняного кувшинчика. Иначе я бы давно обзавелась про запас сотней-другой чудодейственных гончарных изделий.
Нэйт хихикнула. Я же, разговаривая с ней, между тем рассматривала мужчину перед собой. Весьма интересный представитель мужского пола. На вид лет тридцати с небольшим, с приятными, если не сказать больше, чертами лица. Хотя, с Гончими, как и с алатами, внешняя молодость крайне обманчива. Мне тоже никто больше двадцати пяти не давал в мои четыреста с огромным хвостиком.
Наклонившись к мужчине, я чуть сильнее отодвинула ворот рубашки. А вот и она, родимая, татуировка гильдии на груди — витиеватое переплетение печально знакомых рун в контуре поджарой собаки с явно волчьей формой морды. Никогда не понимала этой символики. Хм, а вот это что-то более интересное.
Я подцепила тонкую цепочку на шее мужчины и потянула, выуживая кулон и болтающийся рядом перстень-печатку. Кулон красивый: причудливый узор тончайших серебристых нитей, внутри, словно в клетке, удерживающих сияющий чистой синевой сапфир в форме капли. На переливающейся и мерцающей цепочке смотрелось очень красиво.
Но вот кольцо едва не обожгло мне ладонь. Тяжелый металл, напоминающий по виду черненое серебро, а в центре — черный же камень с металлическим отливом. Гематит.
Твою же мать. Интересно, доколе высшие силы будут подбрасывать такие дурные сюрпризы? Подобные перстни носили только заместители главы гильдии, причем, чем сильнее камень, тем круче его обладатель. Гематит в магии считался камнем первого эшелона по своим свойствам. Отчего-то этот факт меня сейчас совсем не радовал. Даже наоборот, порождал смутное ощущение какой-то вселенской подставы.
— Что-то не так? — Нэйт заметила гримасу разочарования.
— Все, — хмуро отрезала я, выпрямляясь. После прикосновения к кольцу нестерпимо хотелось вытереть ладонь. — У нас не получится избавиться от него так просто.
— Почему? — искренне недоумевала девушка. — Дай ему еще раз по башке и вся недолга. Ну разве что возьми что-то потяжелее…
— Потом можно смело выкопать себе могилку, — оборвала я ее. — Ты кольцо не видела? Он из верхушки Гильдии.
— Все равно не понимаю, в чем проблема, — хмыкнула алата. — Где девять убитых, там и десятый ляжет.
— Почему нельзя просто послушаться, если я говорю нет? — недогадливость всегда настигала Нэйт в самый неподходящий момент.
— Извини, — алата невольно отшатнулась.
Было от чего. Я догадывалась, какое у меня было сейчас выражение лица. В былые времена, завидев его, свита Вильгельма предпочитала эмигрировать из особняка без вещей первой необходимости.
— Так что теперь? — неловко кашлянула девушка. — Дождусь, пока он очнется, и сделаю вид, будто мы провели вечер вместе?
— Чушь, — отмахнулась я, немного успокаиваясь. Нэйт просто попала под горячую руку из-за того, что нервы натянуты до предела, как бы я не делала вид, что все под контролем. Но просить прощения за резкость у меня по-прежнему не выходило. — Он купился не на твой соблазнительный танец, а на ауру алаты. Подумал, как мне послышалось, что ты — это я. Поэтому, если этот тип проснется, увидит тебя рядом… Не лучший план. И потом я не передумала от Гончего избавляться вовсе. Мне бы день-два про запас, чтобы разузнать о нем побольше и подготовиться.
Снова склонившись к безмятежно посапывающему мужчине, который не слышал сих крамольных речей, я стащила с его шеи цепочку, сняла кольцо и бросила его Нэйт:
— Лови! Заберешь эту побрякушку с собой, выбросишь как можно дальше отсюда. Надеюсь, что, проспавшись и обнаружив поутру пропажу своей драгоценной регалии, наш Гончий отправится на поиски колечка.
— Зачем бы ему? — усомнилась Нэйт. — И для чего это вообще? Чисто позлить его?
— Фора, Нэйт, нам нужна фора, — я подавила вспышку раздражения и не стала говорить, что «чисто позлить» — это ее лишние вопросы. — Чем больше, тем лучше.
— Но дальше-то что? — снова подала голос алата. — Что делать, если Гончий не пойдет искать кольцо и решит сразу взять наш след отсюда?
Что ж, не все вопросы Нэйт бесполезны.
— Переместись отсюда к городскому архиву, а уже потом в мой мир. След от портала не затирай полностью. Он ведь думает, что ты — это я в другом облике, так что не заподозрит подвоха.
— Хочешь заманить его в свой мир?
— Там маловато магии, поэтому туда никто из алатов старается не соваться — слишком тяжело долго находиться. В целом, практически любое одаренное магией существо там слабее, но у меня есть еще и ведьминский дар.
Пока Нэйт думала, я невозмутимо нацепила на шею кулон Гончего. Сапфиры всегда были мне к лицу, а этот тип должен заплатить за «гадину», но сомневаюсь, что попинывание спящего мужика принесет больше удовольствия, нежели красивая безделушка. Судя по моим ощущениям, кулон был талисманом на удачу. Ее много не бывает.
Алата молчала, даже не комментируя мои действия, из чего я заключила, что вопросов у нее больше нет. Прежде, чем портал утянул меня в переход между мирами, я увидела, как она накинула на плечи плащ и выскользнула из комнаты.
*****
Очнулся Десмонд не то от ярких солнечных лучей, бьющих в глаза даже сквозь плотно сомкнутые веки, не то от отвратительного запаха дешевого кислого вина, забившего нос. Поморщившись, попытался отвернуться от солнца, но тут же сильно пожалел, что вообще пришел в себя. Головная боль отозвалась звоном в ушах, подкатившая к горлу тошнота только усугублялась вонью перегара. Усилием воли подавив желание организма вывернуться наизнанку, мужчина медленно досчитал до десяти, глубоко вдохнул и почувствовал, как запустился процесс регенерации. Жаль, что у Гончих он не происходит самостоятельно, иначе сейчас уже был бы бодрее всех. Лишь почувствовав, что боль схлынула и сфокусировалась в одной точке где-то на лбу, Десмонд решил открыть глаза, перед этим щелчком пальцев предусмотрительно задернув шторки на окне.
Увиденное, а именно дощатый грязный пол, щедро усыпанный глиняными черепками и пятнами всех видов, форм и размеров, положительных впечатлений не вызвало. Тем более, что все это Гончий почему-то рассматривал в непосредственной близости от своего лица. Несколько секунд он мучительно пытался вспомнить, что могло этому предшествовать, потом вдруг в порыве злости хлопнул себя по лбу. Идиот! И вовсе не потому, что поутихшая было боль снова счастливо тюкнула его по башке. Как?! Как можно было повернуться спиной к алате хоть на мгновение?! Как можно было допустить, что она не предполагает кто он?! Да эту стерву нужно было глушить ловчей сетью еще на лестнице, не доходя до комнаты и не предоставляя ей почетное право первого удара!
Ощущая себя первостатейным придурком, мужчина рывком поднялся на ноги, не позволяя себе даже думать о том, чтобы дождаться, пока звон в ушах окончательно исчезнет. Отряхнул с рубашки глиняную крошку, огляделся вокруг. Особого беспорядка в комнате не наблюдалось, значит, если алата вдруг и рылась в его вещах, то делала его аккуратно. Сложив вместе глиняные осколки, пятна от брызг вина на полу и рубашке, Десмонд пришел к выводу, что несносная дрянь приголубила его кувшинчиком не слишком благородного напитка. Вот только он никак не мог сообразить, как пропустил этот момент. Гончий помнил, как зашел в комнату, как вошедшая с ним алата трещала без умолку, сбивая с мыслей. Но в руках у нее точно ничего не было. Да и в его комнате никаких сосудов с хмелем не находилось. Так как все произошло? Какой бы ловкой и быстрой не была эта алата, она не могла незаметно для него выхватить из воздуха кувшинчик, да еще и замахнуться от души.
Кстати, вот вопрос куда интереснее: почему он до сих пор жив? Если ей удалось так быстро отключить его, почему она не завершила начатое? Быть может, ее просто кто-то спугнул?
— Да какого хера тут вообще происходило?! — досадливо рявкнул Гончий вслух, мгновенно устав от бесконечных и безответных вопросов. По злой иронии судьбы, этот вопрос тоже остался без ответа. Только кто-то из соседей глухо забарабанил в стену, требуя, чтобы «козел, возомнивший себя утренней пташкой, захлопнул пасть». Будь Десмонд в благостном расположении духа, он бы пропустил это мимо ушей. Но в данный момент до хорошего настроения ему было как до горизонта пешком, а потому Гончий мрачно щелкнул пальцами. За стеной что-то глухо треснуло, упало, возмущения усохли на корню. Удовлетворенно хмыкнув, мужчина направился к умывальнику, на ходу избавляясь от испорченной рубашки.
И лишь вытираясь полотенцем, он заметил, что с шеи исчезла цепочка с кулоном и перстнем Гильдии, который он снял от греха подальше. На голову алаты обрушился шквал отборной ругани, после которой ей полагалось умереть в муках от икоты.
— Пернатая взбалмошная дрянь! — натуральным образом прорычал Десмонд, ощущая насущное желание придушить гадину. За стеной благоговейно молчали. — Ну вот зачем тебе это?!
Швырнув полотенце на умывальник, Гончий оперся руками о тумбочку и задумался. Допустим, без перстня он какое-то время сможет обойтись, потом все равно получит новый, если не сумеет вернуть этот. Но кулон — артефактор, который его изготовил, давно мертв, да и камень подбирался особый, второго такого просто не найти. Соваться же без кулона в Гильдию — чистой воды самоубийство.
Итак, за прошедшие сутки он дважды упустил алату Страх, получил от нее по башке и лишился уникального и жизненно необходимого артефакта. Просто прекрасно.
Нервно пройдясь по комнате, Десмонд пришел только к одному выводу: его интерес к поимке синеперой приобретал все более личный окрас, что не радовало. Но перед тем, как последовать за алатой, сперва придется связаться с руководством и сообщить об утрате кольца. Иначе вполне можно нарваться на нудную воспитательную лекцию от главы Гильдии. Ни возраст, ни список достижений, ни положение в иерархии — ничто не могло помешать Аристарху устроить подчиненному «час просвещения». Припомнив, что на нем еще висит пара незавершенных заданий, мужчина поморщился. Похоже, нравоучений все же не избежать.
Для связи с Гильдией он использовал старый и проверенный тысячелетиями способ — зеркало. Когда вместо своего хмурого и потрепанного отражения он увидел вежливо-изумленное смуглое лицо мужчины лет сорока с лишним, облегченно выдохнул. Все же, хоть в чем-то судьба к нему все еще благосклонна: вести разговор с Мелитоном куда проще, нежели с его начальником.
— Очень мило с твоей стороны самому связаться с нами, — с иронией заметил мужчина, потом пригляделся к физиономии Гончего и ехидно фыркнул: — Вижу, времени ты даром не терял… Завершал дела?
— Не совсем. Остались еще демон в мире Картэ и зарвавшийся некромант в Тене.
— Ерунда, — отмахнулся секретарь главы Гильдии Гончих. — Это вполне можно кому-нибудь перепоручить.
— В чем дело? — Десмонд подозрительно прищурился:
— Мы уже несколько часов тебя дозваться не можем. Что с твоим кольцом?
— Это прозвучит невероятно глупо, — усмехнулся Гончий, — но его украли. Вместе с кое-какими другими ценностями.
Например, профессиональной гордостью.
— Любопытно, зачем ты его вообще снимал, — протянул Мелитон. — Впрочем, не мое дело. Срочно возвращайся, Аристарх жаждет тебя видеть.
— Как сильно жаждет? — с опаской уточнил Десмонд, лихорадочно пытаясь придумать стоящую отмазку от немедленного посещения Гильдии, а заодно понять, что вдруг так срочно понадобилось от него начальнику. Некстати вспомнилась история вылета из Гончих Витора, которого внезапно обвинили в предательстве и пособничестве алате Страх и оправдать не смогли, как ни старались. Что, если эта дрянь оставила его в живых именно потому, что за это время исхитрилась обстряпать подставу?
— Ты должен был быть здесь три часа назад, — многозначительно отозвался Мелитон, не добавив тем самым ни одного светлого пятнышка в грозовые облака, сгустившееся над головой коллеги. — Еще немного, и твое задание закатит скандал.
В непроглядных тучах явственно громыхнуло вселенской катастрофой.
— Дьявол, только не это! — с неподдельным ужасом поморщился Гончий, разом позабыв и об алате, и о головной боли, и о кулоне. — Умоляю, скажи, что речь не идет о какой-нибудь высокородной дочери бесчисленного ряда старинных друзей Аристарха, которой срочно нужен телохранитель для похода на бал! Меня воротит от этих истеричек!
— Ты и угадал, и нет, — загадочно ухмыльнулся Мелитон. — Я не могу ничего рассказывать, в курс дела тебя введет сам Аристарх.
Десмонд отчетливо почуял запах собственной паленой шкуры.
— Слушай, Лит, — замялся он, — может, я сначала кольцо найду? Без связи сложно обходиться.
— Пустая трата времени, на месте новое закажешь…
— Не все так просто, — не дослушал его Гончий. — Мне нужно именно это кольцо. Я должен забрать его у одной, — Десмонд вовремя прикусил язык, вспомнив, что Мелитон не терпит хамства, — не самой хорошей особы.
— Женщина? — от изумления Мелитон даже забыл, что хотел сказать. — Тебя обчистила женщина?
Очевидно, удар алаты был слишком сильным и заметно сказался на Десмонде, потому что дальше он следовал по принципу «была не была».
— Даже подозреваю, какая именно, Лит. Есть вероятность, что я случайно пересекся с Эвелинн.
— С алатой Страх? Случайно? — на лице секретаря главы Гильдии отобразился здоровый скептицизм. — Хочешь сказать, что мы ее целенаправленно найти не могли, а ты просто в таверне столкнулся?
— Не уверен пока, но вполне возможно, — заюлил Гончий, весьма смутно представляя, как потом будет выпутываться из собственной сети вранья. — Сам понимаешь, что стоит убедиться, так ли это, раз выпал шанс ее прищучить. Только Аристарху пока не говори.
— Да, но что делать с девицей? — просьба Десмонда Мелитона совсем не удивила. Их начальник в самом деле не любил выслушивать пустые предположения. — Старх четко дал понять, что она сейчас на первом месте.
— Ты отправь ее на координаты, которые укажу, — мужчина ухватился за моментально созревший в голове план. — Буквально через пару часов я ее заберу оттуда.
Мелитон задумался. Нервно постучал пальцами по зеркальной раме, повздыхал и, наконец, решился:
— Хорошо, так и сделаем. Аристарху скажу, что ты сам девчонку забрал, но вы очень торопились. Ее я направлю, куда скажешь, но у тебя в запасе только два-три часа, потом неудобных вопросов не избежать.
— Понял, — машинально кивнул Десмонд, вычерчивая на зеркале символы координат мира.
— Дай знать, если это действительно Эвелинн. На рожон не лезь, она не так проста…
Но Гончий уже не слушал, отключившись. Главное, что он все же сумел выкроить себе немного времени и исключить на ближайшее время посещение Гильдии. Теперь самое время найти мерзавку.
После разговора с Мелитоном Десмонд привел себя в порядок, окончательно избавившись от последствий удара, после недолгих раздумий в очередной раз решил, что недельная, а то и двухнедельная щетина вполне может считаться приличным внешним видом.
Более внимательный осмотр комнаты дал зацепку: Гончий сумел ощутить слабый след пространственного портала. Похоже, алата либо слишком торопилась, уходя, либо была слишком самонадеянна.
Быстро покидав вещи в дорожную сумку Десмонд помчался к хозяину таверны. Рассчитался за проживание с небольшой надбавкой за преждевременный отъезд, предупредил Имара, что через некоторое время его здесь будет искать девушка, за которой нужно присмотреть до его возвращения. Тот же, небрежно споласкивая кружки в мутной воде, лишь уточнил, не потребуется ли глубокоуважаемому господину магу комната для встречи с его гостьей. «Господин маг» брезгливо передернулся. В итоге сговорились, что Имар просто оградит девицу от излишнего внимания и, при желании последней, накормит. Скрепив, для пущей верности, договор еще парой монет, Десмонд вернулся в комнату.
Конечная точка пойманного портала оказалось неожиданной. Гончий дважды перечитал вывеску, чтобы убедиться, что ему не чудится, и он перед городским архивом. Почти сразу он ощутил рядом еще один след, но уже более свежий, четкий. Хотел было «подцепить» его, но вдруг замер.
Мгновенно мелькнула непрошенная мысль: зачем алата сюда возвращалась? Неужели?..
Проскочив мимо стражи, Гончий спустился вниз по винтовой лестнице в книгохранилище, искренне надеясь, что с Витором все в порядке, и он будет на месте.
Тот был. С невероятно мрачным и ошарашенным выражением лица он сидел за письменным столом, сцепив руки в замок и гипнотизируя взглядом стакан перед собой. Погруженный в это странное занятие, Витор даже не сразу заметил появление товарища.
— Над чем голову ломаешь? — окликнул его Десмонд. Архивариус, к своей чести, даже не вздрогнул.
— Да вот думаю, не стоило ли мне вчера послать тебя с порога куда подальше, — хмыкнул Витор с напускной задумчивостью. — Скажи, друг мой, что все-таки происходит?
— А что происходит? — эхом отозвался Гончий.
— Не прикидывайся, — серьезности в голосе его товарища прибавилось. — Вчера нас опоили, да так качественно и незаметно, что я пикнуть не успел, как отключился посреди улицы.
Дес едва не чертыхнулся на собственную недогадливость. Ну конечно же! Опоили. Поэтому он и не помнил, как получил по башке, видимо, в этот момент и так уже отключился.
А Витор тем временем продолжал:
— Но, как ни странно, проснулся я в целости и сохранности в укромном переулке неподалеку, окруженный прекрасными защитными контурами. Их точно ставил не я. И вряд ли ты.
— На что ты намекаешь?
— Я предпочел бы получить ответы, а не новые вопросы, — покачал головой архивариус. — Какого черта вчера произошло?
Скупясь на подробности, Гончий пересказал события прошедшего вечера. Он полагал, что Витор укоризненно покачает головой на его признание в неосторожности или вовсе высмеет, но архивариус молчал. С каждой минутой выражение его лица становилось все более обеспокоенным.
— Не понимаю я, что она затеяла, — наконец, тяжело вздохнул он. — Лина вряд ли бы дала тебе такой легкий шанс поймать след ее перемещений. Зачем играть в «поймай меня, если сможешь»? Разве не проще было убить тебя сразу?
— Спасибо на добром слове, — саркастически поблагодарил Десмонд.
— Всегда пожалуйста, — невозмутимо хмыкнул Витор. — Знаешь, на твоем месте я бы не следовал за ней. Поступишь так — примешь правила ее игры. И одним богам известно, что это за правила.
— А если все же попробовать обставить ее? Это шанс поймать Эвелинн.
Бывший Гончий неожиданно вспылил:
— Думаешь, ты один такой умный?! — Витор зло ударил кулаком по столу. — Что никто раньше не пытался этого сделать? Она практически прислала приглашение, значит, уже совершенно точно придумала, как закончит твою историю. Не повторяй моих ошибок.
В кабинете повисла гнетущая тишина.
— Что за кулон? — архивариус решил перевести тему разговора. Даже не подозревая при этом, что для его товарища она как раз максимально неприятна. — Ты ведь сказал, что она сперла кольцо и важный кулон?
— Артефакт, — отозвался Гончий.
Мгновенно поколебавшись, он все же решил, что скажет старому другу правду на этот счет. Абсолютно всю, как бы на нее не отреагировал Витор. Но одно дело принять такое решение в своей голове. И совсем другое действительно выложить товарищу неприглядный скелет в шкафу. Слова подбирались с великим трудом.
— Какого свойства? — Витор решил подтолкнуть Десмонда, видя его замешательство.
— Чары подмены. Ты будешь крайне удивлен, когда узнаешь, что они меняли.
Глава 4.
Над маленькой кастрюлькой медленными тягучими клубами поднимался красивый зеленоватый дымок, распространяя вокруг тяжелый и вяжущий мятный запах. Мне неумолимо хотелось расчихаться, но я сдержалась. Зажала пальцами нос и продолжила равномерно помешивать зелье букетиком из вербены, полыни и розмарина. Из всего доступного мне ведьминского арсенала я люто ненавидела именно эту охраняющую настойку, но она была самой действенной, особенно, если приготовлена по всем правилам. Не то, чтобы я не доверяла своей травнице, но самые важные зелья и отвары готовила обычно сама. Поэтому уже два часа намешивала пряную жижу, молясь не пропустить заветный момент готовности.
Темно-изумрудный настой наконец-то глухо булькнул и выпустил в воздух зеленовато-золотистое облачко. Проворно схватив горячую кастрюльку голой рукой, я, ругаясь сквозь зубы, переставила ее в темноту под шкафом и накрыла тем же букетиком, что использовала вместо поварешки. Вот и все, осталось подождать часа два, а потом настойку можно использовать по назначению.
Усевшись за старый и немного запыленный обеденный стол, я невольно потерла зудящую ладонь. Кожа уже заживала, но что-то моим рукам слишком много достается за последние дни: то заклинание в библиотеке Гревальского, то кастрюля. Стоит быть осмотрительнее.
Я глотнула давно остывший кофе и мрачно огляделась. Брошенный дом, который стал временным пристанищем, мне не нравился в целом, но кухня — особенно. Даже в таком запущенном состоянии. Слишком светлая и маркая, слишком освещенная большими окнами. Совершенно не подходящая на роль ведьминского рабочего места. Однако заниматься благоустройством очередного временного дома я не собиралась. Откровенно говоря, вообще не рассчитывала оставаться здесь больше дня, но все пошло наперекосяк.
Я так ничего и не разузнала о Гончем, с которым столкнулась. Никто из моих знакомых, к которым можно было обратиться без риска, об этом типе ничего сказать не мог. А те, кто и мог бы обладать нужными познаниями — к ним я не рискнула пойти, боясь выдать себя.
Впрочем, меня заставляло нервничать вовсе не это. Смирившись с неизбежным, я была готова просто убить его своими руками. В конце концов, Нэйт была права, где девять Гончих, там и десятому место найдется, но…
Но этот гнусный тип даже не показался! Я могла поклясться, что он совершенно точно взял мой след, Нэйт клялась, что сделала все, чтобы заманить его за собой, но Гончий просто не появился. Прошла уже пара дней, как я без сна слонялась по этому дому в ожидании его атаки, но ничего не происходило. Собственно, Нэйт смылась от меня под первым же предлогом, чтобы не стать случайной жертвой вместо Гончего.
Услышав хлопанье входной двери, я сперва насторожилась, но почти сразу расслабленно откинулась на спинку стула. Гончий вряд ли стал бы открыто вламываться в парадную дверь. Да и задорный звон бесчисленных золотистых браслетов на моей памяти сопровождал только шаги Лисии.
— Фу, — поморщилась девушка, проходя в кухню и картинно помахав перед носом тонкой ладошкой. — Терпеть не могу, когда вы с Камиллой варите всякую гадость.
— Эта пахнет еще очень даже ничего, — усмехнулась я, легко поведя рукой в воздухе.
Второй стул услужливо отодвинулся, на столе возникла еще одна чашка, но с горячим зеленым чаем. Другие напитки Лисия не выносила.
Алата довольно проплыла мимо меня, принимая приглашение, села за стол и неторопливо отпила. Браслеты на ее руке с чашкой звенели при каждом жесте, их мерцание красиво перекликалось с золотистыми локонами девушки и ее солнечно-желтым легким платьем.
— Иногда ты напоминаешь мне кошелек с монетами, — хмыкнула я.
— В принципе, этими побрякушками вполне можно расплатиться, — парировала Лиса, невозмутимо поправляя шелковую прядь у лица.
Лисия выглядела вроде как обычно, жизнерадостной, воздушной, легкой и сияющей, словно солнечный свет, но в темно-зеленых глазах я видела некую опаску. Будто произошло что-то неприятное, но она не знает, как мне об этом сообщить.
— Выкладывай, — мрачно вздохнула я, заранее приготовившись к худшему. — Что не так?
— Кажется, настал мой черед покинуть свою свиту, — нервно улыбнулась алата, обеими руками вцепившись в кружку. — Я понимаю, что тебе важно иметь своего человека в окружении Высшей ложи, но дело плохо. Судя по всему, Роланд всерьез намерен вычислить, кто передает тебе сведения о действиях верхушки алатов. Позавчера в свите Вильгельма пропало сразу двое, с кем я поддерживала видимость дружбы, вчера Калли заключила под стражу мою приятельницу из ее свиты. Говорят, что тут не обошлось без Роланда.
— Кто-то из них может тебя выдать? — вздохнула я, отчего-то не ощущая ни страха, ни разочарования от вести. Рано или поздно это должно было произойти.
— Не уверена, — покачала головой Лисия. — Никто из них вроде не знает, что я хоть как-то связана с тобой. Максимум, они могут считать меня той, кто шпионит для свиты Рогнеды. Вот только если Роланд явится к моей покровительнице с обвинениями, не уверена, что она хотя бы попытается вступиться. В свое время Нед этого даже ради Лоркана не сделала.