Цветок пустыни

Глава 6. На орбите

Проход через червоточину прошёл без эксцессов. Капитан Плат мягко вывел корабль из режима гиперскорости, но пока не возвращал искусственную гравитацию. Это было разумно. Без ущерба для здоровья только драконы способны переносить изменения скорости и резкие перепады давления. Остальным существам требуется и премедикация перед прыжком, и после вводятся препараты, способствующие восстановлению организма.

Контроль над состоянием каждого пассажира и члена команды осуществляла команда бортовых медиков с использованием возможностей искина «Ковчега».

Пока корабль был похож на собственный призрак, я покинула каюту и отправилась в кают-компанию выпить настоящий заварной кофе. В коридорах мелькало оранжевым аварийное освещение. В рамках протокола через пять минут, если всё прошло, как положено, оно должно будет смениться на обычный дневной свет с длинной световой волной, равной уровню солнечного утра на Алракисе.

Я свободно прошла в техническое помещение кухни. У меня, как у владелицы «Ковчега», был доступ ко всему на этом судне, кроме отсека с двигателем.

В закреплённых шкафчиках нашла начатую пачку кофе. Аромат мягко обжаренных зёрен приятно пощекотал рецепторы, вызывая предвкушающую улыбку.

Кофемолка нашлась тут же, закреплённая на столике рядом с большим пищевым автоматом. На этого зверя я покосилась с опаской. Он издавал разные чавкающие и булькающие звуки. В автоматическом режиме шло приготовление очередного завтрака. Хотя по времени это мог быть и ужин. В космосе понятие утро-вечер условно, определяется только включением и выключением верхнего света, согласно привычному для команды суточному режиму.

– Я заслуживаю чести получить чашечку кофе из рук прекрасной дэсы? – раздалось за спиной, и я резко развернулась к Эргану. Он стоял, сложив руки на груди и оперевшись на край столешницы бедром. – Ты как?

– Прекрасно. А что, может быть иначе?

Настроение было замечательным. До Каракса оставалось полдня пути, а там меня ждало столько всего интересного, что дух захватывало от перспектив и возможностей.

– Ты не сожалеешь? До Каракса осталось совсем близко.

Эрган подошёл со спины так близко, как не подходил все семь дней. От этой близости меня повело. По позвоночнику вниз к хвосту пробежали колкие мурашки, в области лопаток всё приятно напряглось, зазудело, словно фантомные крылья пытались развернуться. Я прогнулась, прижимаясь спиной к своему дракону и откидывая голову ему на плечо.

– О чём я никогда не буду сожалеть, так это о встрече с тобой. Алракис, Каракс – не имеет значения. Мой дом там, где ты, любовь моя.

Мужчина уверенно обхватил меня руками за талию и развернул лицом к себе.

Синие глаза с золотой мерцающей щелью зрачка смотрели с желанием. Я довольно выдохнула, избавляясь от неуверенности из-за натянутости в наших отношениях во время всего полёта. Я первая потянулась за поцелуем. Мужчина дразнил, отклонялся, заставляя меня тянуться к нему, к его манящим губам. В нескольких сантиметрах я остановилась, полностью распластавшись по сильному телу и охватив могучую шею руками. Замерла, всматриваясь в глаза моего дракона. Мне нужен был ответ на закономерный вопрос: простил ли он меня? Или только позволил сгладиться напряжённой ситуации перед встречей с отцом.

Мужчина качнулся, подминая меня под себя, охватывая рукой затылок так стремительно, что я только хекнуть успела. Его поцелуй был по-звериному напористым, изголодавшимся. Я тихонько заскулила ему в рот, вжимаясь крепче в тренированное тело.

Своими сплетёнными телами мы смахнули со столешницы пачку кофе. Та с шумом шлёпнулась под ноги, рассыпая драгоценные зёрна. Маленькие роботы уборщики принялись за своё дело. Бездушным машинам было всё равно, что тут на кухонном столе проходило примирение двух вечных существ. Никакого пиетета!

Вжикнула входная дверь камбуза и тут же закрылась с чьими-то громкими «ой!» и «ого!».

Мы же продолжали жадно целоваться. Вот не знаю, сколько бы это ещё продлилось, если бы дверь вновь не открылась, и за спиной Эргана не послышался уверенный голос капитана Плата:

– Дэсай ар Кьерри, вы выбрали неудачное место для своих брачных игр. Вы нарушаете устав корабля. Используете места общего пользования не по назначению. Пройдите в каюту и там занимайтесь созданием потомства.

Совсем оглушённая страстью моего дракона, я непонимающе выглянула из-за плеча Эргана. В дверях, за спиной капитана, толпились члены экипажа и даже часть учёных с улыбками во всё лицо.

Драконы не умеют краснеть, но в жар меня бросило – думала, испепелюсь.

Эрган прикрыл меня своей широкой спиной, давая время привести одежду в приличный вид. Магнитные застёжки на кителе оказались полностью расстёгнуты. А майка задрана до груди.

– К сожалению, у нас пока не брачный период, – невозмутимо произнёс он. – Дел, знаете ли, невпроворот, некогда нам. Вот сейчас кофе варим.

Зрители за спиной капитана прыснули от смеха. Даже невозмутимый Плат дёрнул уголком губ.

– Позвольте этим заняться стюардам. Вы мне нужны для другого дела, дэсай ар Кьерри. Дэсу ар Ньерри я тоже жду. Мы приближаемся к орбите планеты.

Капитан развернулся уходить, и сразу же рассосалась и толпа зевак. Два кухонных работника прошмыгнули мимо нас к истерично пищащему пищевому автомату.

Мы с Эрганом молча последовали за капитаном.

В рубке несли дежурство трое: второй пилот, навигатор, главный техник.

Плат отдал голосовую команду искину, и в зоне проецирования карт развернулся вид космоса с отображением нашего текущего расположения. Пунктиром была обозначена траектория движения к голубовато-жёлтой планете моего жениха.

Когда я в прошлый раз попала на Каракс, то на его орбите не было абсолютно ничего. Сейчас же картина разительно отличалась. Ближний космос планеты «ожил».

Я с интересом рассматривала проекции малых патрульных кораблей. С обнаружением Каракса и внесением его во все каталоги возникла опасность набегов пиратов. Планета была молода, богата драгоценными металлами и самоцветами, редкими минералами. При этом уровень развития был феодальным, и технический прогресс еще не пришёл на планету. Общим решением Большого Совета эмиров был принят ряд законов, запрещающих ввоз и использование современного оружия и технологий по его изготовлению. Драконы не хотели менять строй, но понимали, что взаимодействия с внешним миром не избежать. Поэтому Караксу присвоили категорию «заповедника». И для его защиты эмиры в складчину наняли космический флот для защиты от несанкционированного проникновения, ввоза контрабанды и пиратов. Эрган с моим братом лично подбирали капитанов и команды для несения службы.

Сейчас в поле зрения «Ковчега» находилось два патрульных корабля. На самом деле одномоментно несли службу семь кораблей, каждый в своём секторе, и четыре корабля усиления находились на поверхности.

Но не корабли флота привлекли моё внимание и вызвали довольную улыбку. На орбите находилась научно-исследовательская станция «Оптимус», смонтированная в космосе из доставленных с Алракиса блочных конструкций. На её строительство ушло больше года. Я жаждала оказаться на ней и посмотреть изнутри на чудо современной технической мысли. На станции находились самые современные лаборатории, уютные спальные места для сотрудников, зоны отдыха. Большинство учёных, летевших со мной на «Ковчеге», должны были высадиться на станцию. На поверхность Каракса спустится максимум до десяти существ, не больше. На станции предполагался вахтовый срок работы сроком полгода и год.

Бублик станции стремительно увеличивался в размере по мере нашего приближения к нему.

– Через час «Ковчег» должен состыковаться с «Оптимусом». Уже запущены двигатели торможения.

– Самый опасный и ответственный момент – это стыковка «Ковчега» со станцией, – с внутренним трепетом я наблюдала за меняющимися показателями на трёхмерной проекции.

– Искин, покажи расчёт траектории стыковки. Скорректируй через час, а потом каждые полчаса. Отправляй информацию на коммуникаторы дэсайя ар Кьерри и дэсы ар Ньерри.

– У вас был подобный опыт? – поинтересовался Эрган и восхитился. – Грандиозно смотрится!

– Подобная процедура достаточно распространена для кораблей меньших параметров, дэсай. В нашем случае «Ковчег» имеет другие габариты, но это не проблема. Я отрабатывал процедуру стыковки на симуляторе вместе с командой целый месяц. Итог более чем положительный. Как говорится, даже с закрытыми глазами справимся.

– Ну уж нет, лучше держите глаза широко раскрытыми, капитан! – я покосилась на членов команды, которые ответственно выполняли свои задачи, не обращая внимания на любопытствующих гражданских.

Капитан склонил голову в знак уважения.

Стыковка «Ковчега» с научной станцией прошла, как и обещал капитан, замечательно.

Теперь в задачу команды «Ковчега» входило компенсирование изменения траектории «Оптимуса», чтобы станция не сошла со своей орбиты.

С самого начала нашего путешествия предполагалось, что «Ковчег» не будет опускаться на планету. Этот класс корабля собирался в космосе и не был приспособлен взлетать с поверхности даже в случае аварийной посадки. Разгрузка грузов должна была проводиться шаттлами. Им же и отводилась роль «общественного» транспорта, доставляющего рабочих и учёных на планету и обратно на «Оптимус». Для этих целей был уже выделен небольшой челнок.

Работы по разгрузке предстояло ещё тьма. А сейчас настало время познакомиться с капитаном станции, на вид суровой женщиной, Аурикой Грин. Как для человеческой самки, она обладала крутым нравом, была прямолинейна и строга. Мои учёные побаивались её, о чём мне неоднократно писали в сообщениях между строчками, отчитываясь о закупке нового цифрового хроматографа и о росте кошачьей травы в состоянии невесомости.

После традиционных приветствий капитан станции пригласила меня с Эрганом и капитана Плата с первым помощником в личную гостиную. Там уже был сервирован обед. На «Ковчеге» в это время была ночь. Это говорило о разнице в условном времени на суднах.

– Прошу к столу, – Аурика скупо указала мне на место возле себя. – Мы ждали вас позже.

– Это проблема?

– Никак нет. Всё готово для приёма первой большой смены ваших учёных, дэса ар Ньерри. Вы хотите убедиться?

– Скорее, хочу бегло осмотреться. Мы не хотим надолго задерживаться. Нас ждут дома, – я зацепилась взглядом за синие глаза дракона и вздохнула. Сама не замечала, что последние четыре часа находилась в жутком напряжении. Всё-таки ответственность за жизни более чем двух сотен существ значительно давила. – Позже у нас будет время посмотреть на всё более тщательно. Работы предстоит много и здесь, и на поверхности.

– Мне приятно оказаться на пороге великих свершений. Меня ознакомили с концепцией проекта развития Каракса. Впечатлена! Вы так молоды, и такие стремления.

Женщина вдруг улыбнулась.

Это выразительное движение мышц лица, согласно Этикету взаимодействия разумных рас, считалось положительным проявлением эмоций. Ксенопсихологи давно сошлись во мнении, что этот мимический жест – эффективный инструмент деловых коммуникаций.

Я автоматически улыбнулась в ответ, понимая, что чем-то заслужила расположение капитана Грин.

– Рада слышать. Насчёт молодости, тут я должна восхищаться. Вы к своим тридцати годам занимаете такой ответственный пост. Держите команду бывших спецов в ежовых рукавицах. Но не буду выпытывать секреты управления. Главное, выполняйте свою работу. Мы возлагаем большие надежды на тех, кто теперь находится в вашей вотчине, капитан. Я привезла цвет научного общества. Надеюсь, вы позаботитесь об их безопасности.

– Безусловно. «Оптимус» снабжён мощной установкой, генерирующей защитное силовое поле, и оборонительными противокорабельными пушками. Но лучше бы нам не пришлось их применять.

– Будем молить Духов о защите!

Глава 7. Возвращение на Каракс

На станции мы задержались на целых пять часов. Столько времени у нас оказалось в запасе в связи с разницей между началом дня на Караксе и на корабле. Эрган не настаивал на том, чтобы мы летели на планету ночью. Ему так же, как и мне, хотелось увидеть родной дом при ярком свете дня.

За это свободное время я посетила ключевые места на «Оптимусе». Восхитилась продуманной системой биологической защиты лабораторий. Удовлетворилась осмотром мест отдыха сотрудников. Узнала о первых результатах исследования грунтовых вод на планете. Этот вопрос требовал тщательного изучения, так что я забрала с собой информационный кристалл с результатами геологоразведки. Переговорила со старшим научным руководителем, считай, директором станции, решила некоторые вопросы очерёдности отправления груза, привезённого «Ковчегом» на Каракс.

Простившись с двумя капитанами, мы с Эрганом спустились в грузовой трюм, где всё это время находились наши с драконом космические транспортные средства.

Спускались на планету мы по отдельности. Моя скоростная яхта легко вылетела из нутра «Ковчега» и устремилась к поверхности планеты. Шаттл Эргана находился в поле видимости внешних камер моей яхты.

Иррационально нервничая, я переживала за моего дракона, хотя знала, что Эрган налетал уже не одну сотню часов на разных моделях даже покруче его корабля. С ним на планету спускались парни из его академической группы. Они сдружились с драконом за время учёбы. Поэтому не удивительно, что не захотели расставаться и решили провести каникулы в доме Эргана, естественно, по его приглашению.

– Кис, веди шаттл дэсайя Эргана, – отдала команду своему искину и переключила внимание на приближающуюся поверхность Каракса.

Мы еще не достигли атмосферы, как вдруг ожила связь на корабле.

– Внимание, с вами говорит капитан патрульного катера воздушного пространства Каракса. Вы вторгаетесь в территориальное пространство заповедной планеты, находящейся под протекторатом Альянса. Назовите себя, класс корабля и цель визита, – грубоватый мужской голос в наушнике застал меня врасплох. Я ещё не привыкла, что радиомолчания здесь больше нет. – Приготовьтесь к досмотру пограничным дозором. В случае неповиновения стреляем на поражение.

– Я дэса Эолайн ар Ньерри. Судно – гоночная яхта «Фулгур», возвращаюсь домой, в эмират ар Кьерри.

После короткой паузы, достаточной чтобы свериться с данными, патрульный ответил:

– Мирных звёзд, дэса. Ваша яхта имеет статус «неприкосновенной». Досмотр отменяется. Счастливого приземления.

Ещё бы! Кто бы им разрешил осматривать сокровищницу дракона!

– Шаттл дэсайя Эргана тоже имеет статус «вип», – прокомментировал Кис. – Но запрета на досмотр на его судне нет. Вы на особом счету у эмиров, дэса Эолайн ар Ньерри.

– Должна признать, что я рада получить подобный статус. Мне хватило стрельбы и погони в прошлый раз. Сейчас просто хочется радоваться возвращению. Уже скоро с отцом увижусь и с дядей, – отца Эргана я признала, как своего, в связи с потерей родителей. – И ребята меня заждались. Данилиэль заспамила мне почту сообщениями о том, как им меня не хватает. Ей тяжело даётся климат Каракса. Всё же она эльфийка. Пустыня не их среда обитания.

– Как ей поможет ваше присутствие? – Кис не смог сделать логического вывода и уточнил у меня.

– Поможет в моральном аспекте. Я умею отвлекать её от проблем и загружать работой. Занимаясь саженцами, она забывает обо всех неудобствах. У эльфов врождённый дар взаимодействия с растениями на одной энергетической волне. Их биополе резонирует со всем, что относится к флоре и фауне. Даже на меня она положительно влияет. Может снять усталость и раздражение одним прикосновением. То, что раньше считалось магией, сейчас получило научное обоснование.

– Наука отняла всю прелесть первобытного заблуждения, – Кис уставился в потолок рубки. – Древние смотрели на звёзды и видели в них особую прелесть, а ваши современники, глядя на звёзды, видят возможность дополнительных ресурсов.

– Эк тебя проняло. Ты сам результат научного прогресса.

– Это не мои мысли, дэса. Но я посчитал, что озвучить их сейчас будет к месту.

Косвенное напоминание о родителях немного притушило энтузиазм, но ненадолго.

Планета стремительно приближалась. Яхта, следуя заданной траектории посадки, прошла плотные слои атмосферы и на маневровых двигателях стала плавно приближаться к поверхности. Под брюхом пронеслось жёлтовато-кремовое море песка.

В прошлый раз я потерпела аварию прямо здесь, а сейчас яхта целенаправленно заходила на посадочную площадку новенького космического порта. Пока единственного на весь Каракс. Порт начали строить одномоментно с «Оптимусом», и сейчас среди песка возвышались здание диспетчерской башни, здание таможни, трёхэтажное офисное здание, пока пустующее, и ангары складских помещений. Отдельно стояли боксы для патрульных кораблей и двух грузопассажирских шаттлов.

Пока трафик был минимальным, диспетчерская не работала. Но в ближайшее время этот недочёт должны были исправить. Велись работы по созданию спутниковой сети связи с челноками. На Караксе не было глобальной сети, и эмиры выступили против её внедрения. Приходилось мириться с их решением. Поэтому искали альтернативные методы. Всё-таки это не планета интегрировалась в Альянс, а Альянс должен был мягко влиять на планету. За раз не больше чем на пол шажочка, но их планировалось сделать ох, как много!

Яхту я вела сама, не привлекая Киса. Современнейшая посадочная полоса, мягкие захваты манипуляторов в зоне парковки – всё понравилось.

Заглушив двигатели и поставив блок на управление яхтой, я вышла через трюм наружу. Спрыгнула на покрытие, не дожидаясь полного опускания трапа, и осмотрелась, ориентируясь на крупные указатели на межгалактическом и драконьем.

Шаттл Эргана приземлился неподалёку, вздымая в воздух тонкую взвесь песка. Хотя специальные уборщики регулярно чистили поверхность покрытия, песок умудрялся проникнуть внутрь в тот короткий промежуток, когда опускалось силовое поле перед посадкой космических суден.

– Кис, займись разгрузкой. Арендованный ангар Н-ноль два.

– Принято к исполнению, – отрапортовал андроид и, закрыв корабль, отправился в здание таможни для оформления документов и утрясания формальностей. Нам с Эрганом и его ребятами тоже предстояло зарегистрироваться в системе. Это не заняло много времени.

Мы прошли с парнями в комнату ВИП-гостей, пока Эрган куда-то удалился.

Вернулся он с ворохом цветных вещей. Вывалил на свободное кресло, порылся в тряпках и выудил халат меньшего размера и платок. Я только глаза закатила, вспоминая традиции Каракса. Но не возражала. Как говорится, в чужое Гнездовье со своими правилами ни ногой!

– Так, парни, быстро разбираем вещи, – деловито предложил Эрган и подошёл ко мне. – Напоминаю, у драконов должны быть скрыты лица.

Жених помог мне надеть длинный стёганый шёлковый халат небесно-голубого цвета и повязал платок мне на голову, полностью скрывая волосы и лицо. Красивыми заколками с сапфирами, выуженными из кармана, зафиксировал конструкцию на голове.

Сам он тоже надел традиционную одежду драконов и спрятал лицо под тканью белого платка. Тёмно-синий халат дракона был расшит золотыми узорами из хризантем и дивных птиц с роскошными хвостами. Из холщёвой сумки, поставленной им на журнальный столик, он извлёк шкатулку. Поверхность её была искусно обработана резчиком по дереву – отцом Эргана. Эмир ар Кьерри увлекался этим видом искусства.

– Подойди, – подозвал Эрган меня жестом. – Здесь парные украшения.

Дракон достал золотое ожерелье с сапфирами, широкие браслеты на руки и женскую тиару с налобной висюлькой крупного каплевидного камня.

– Зачем всё это? – искренне удивилась.

– А как ты думала, любовь моя, это Каракс, – хотя лицо моего жениха было скрыто, я чувствовала нежность в его голосе. – На улицы Шархата выйдет весь город, чтобы поприветствовать вернувшегося наследника с невестой. И ты не забыла о нашей свадьбе? Все ждут.

– Красивые украшения, – я потрогала золотые звенья ожерелья, присмотрелась к замочку крепления – всё было новым. – Их изготовили специально для нас?

– Да. И не только это, моя драконица. Тебе понравится. Все ювелиры эмирата трудились эти полтора года, и теперь один перед другим будут демонстрировать свои работы на ярмарке.

– Знают, чем брать, – проворчала и потянулась за парными мужскими украшениями. Тонкий золотой обруч Эргана был инкрустирован мелкими бриллиантами. – Какой дракон устоит перед золотом и драгоценными камнями?!

– Они хотят порадовать тебя, Эолайн. Ведь ты принесла радость их любимому эмиру.

И ведь Эрган не преувеличивал. Эмира ар Кьерри уважали и любили. Он достойно содержал общину. Налоги были сбалансированы. Совсем бедняков в эмирате не было. Если по каким-то причинам появлялись сироты, то их пристраивали в семьи.

Вообще к детям в эмиратах отца Эргана и моего дяди относились очень трепетно. Сказывалась длившаяся тысячелетия невозможность драконов завести потомство.

Пока мы общались с Эрганом, парни оделись. Они подсмеивались над вырвиглазными расцветками широких штанин: охряно-жёлтой, алой, зелёной, розовой.

– Эрган, а почему у тебя приличного синего цвета штаны, а у нас, как у тропических птиц? – спросил Рурк, тоже дракон. Остальные трое были оборотнями из разных видов.

– Тебе сказать или сам догадаешься? Вы не расслабляйтесь. Сейчас я вас познакомлю с Джафаром и его ребятами. Ох, и погоняет он вас, похлеще, чем инструкторы в Академии.

– Это тот, который твой побратим?

– И названный брат, – подтвердил Эрган. Я только хмыкнула, вспоминая альфу песчаных львов. Потрепал он мне нервы в прошлый раз. Думала, в поединке его порву. Но потом всё так закрутилась… Да и отец очень переживал за своего названного сына. В общем, простила я его.

Пёстрой стайкой мы вышли из кондиционируемого зала ожидания. Проследовали к выходу из здания. Силовой купол над портом чуть слышно потрескивал и гудел. Пройдя турникет гостевой зоны через оборудованный выход, мы вышли за территорию космопорта и оказались в жёлтой пустыне.

Жаркое солнце приветливо коснулось меня. Драконы любят такую температуру. А вот оборотни дружно застонали.

– Пекло!

– Эрган, а где кар? Сейчас бы под кондиционер.

Я громко фыркнула.

– Что за неженки. Нормальная погода. Солнышко. Приятное тепло. Да успокойтесь вы, адаптируетесь. Потом мёрзнуть будете, когда вернётесь домой.

– А вот и кар, – усмехнулся Эрган и вышел вперёд.

К нему, крича и подгоняя виверн, нёсся небольшой отряд воинов во главе с Джафаром.

Альфа, не останавливая полностью огромного нурда, спрыгнул на песок и влетел в объятия дракона.

– С возвращением, брат!

– Как я рад тебя видеть! Да ты ещё больше заматерел! – парни тискали друг друга в каменных объятиях, неимоверно радуясь встрече. Да, мой дракон скучал по дому, по своим побратимам-воинам, по отцу, по пустыне. Она даже снилась ему ночами. Но за полтора года Эрган ни разу не упрекнул меня, что я никак не приму решение и не уеду с ним.

– А ты? Небось, наел там, на чужбине, лишний жирок? Поедем в пустыню с ночёвкой. Братья так печалились, что тебя долго нет. Хотя бы иногда прилетал, – укорил Джафар.

– Зато мне есть, что рассказать им нового. Готовьтесь, посмотрим, кто из нас расслабился, – с наигранной угрозой произнёс дракон. – Я хочу познакомить братьев со своими новыми друзьями. Парни покажут вам мастер-класс и по методам разведки, и по ведению боя. Но давайте уже отправляться в путь. Познакомитесь дорогой.

– Эолайн, иди сюда, – дракон обернулся и поманил рукой к себе. – Ты поедешь на виверне со мной.

– Приветствую тебя, Джафар.

Оборотень кивнул и посторонился, пропуская нас к ездовым ящерам. Виверны были полуразумными драконоподобными существами. Управлять ими могли только драконы, используя свои ментальные способности. Остальные расы ездили на ездовых нурдах – парнокопытных с горбом на спинах и вытянутой мордой с хоботоподобным носом.

Ящер Эргана был янтарно-коричневым. Тупоносая треугольная морда потянулась к ездоку, и виверна, узнавая хозяина, облизала того раздвоенным языком.

– Скучал… – дракон потрепал виверну по чешуйчатому боку. – Скоро прогуляемся и поохотимся. А сейчас вези-ка нас домой!

Чёрный дракон легко взлетел в седло и протянул сверху мне руку. Я оттолкнулась и оказалась шустро втянута Эрганом на спину виверны. С высоты осмотрелась, покрутила головой. Пересчитала нашу группу, скорее, по преподавательской привычке, чем по необходимости, и расслабленно облокотилась на грудь моего мужчины. Его руки, подхватив повод, заключили меня в уютное кольцо. На меня навалилась усталость от суеты и напряжения последних дней путешествия. И я благополучно уснула, чтобы проснуться от непонятного шума.