Случайностей у судьбы не бывает

– Что ж, спасибо господину Давыдову, что он поступил справедливо, – вышло немного язвительно, и адвокат это заметил. Его губы тронула кривая улыбка.

– Я передам Ярославу Александровичу слова вашей благодарности. Кстати, вы уже звонили насчёт обслуживания на свадьбе? Могу помочь.

– Аттракцион невиданной щедрости! – фыркнула в ответ на его слова о помощи. Такие, как он, за помощь берут непомерную плату, бескорыстно ничего не делают. – Господин Карпов решил заняться благотворительностью? Сегодня не воскресенье, чтобы подавать на паперти.

– А у вас язычок, как бритва, Наденька, – широко улыбнулся мужчина в ответ на мою эскападу.

– Не рановато ли переходить на фамильярное обращение, Сергей Григорьевич? – недовольно прищурилась, глянула на свободно развалившегося мужчину в кресле.

– Что вы, право, я от широты души, – Карпов улыбнулся и сел ровно, как и положено, в тот момент, когда вернулась его помощница. – Просто я знаю, где сейчас находится Полина Сергеевна и где она будет через час. Мог бы вас непосредственно представить.

Анастасия положила передо мной все пять экземпляров договора, и я заново начала просматривать бумаги на предмет внесения каких-либо посторонних пунктов, которых не было в образце. Ничего такого я не нашла. Ещё раз, убедившись в правильности написания суммы компенсации, размашисто поставила подпись. Помощница тут же подхватила экземпляры договора и передала адвокату, а мне передала нотариально заверенную доверенность, подтверждающую, что Карпов является представителем интересов Давыдова Ярослава Александровича. Как только адвокат поставил свою подпись, как доверенное лицо, и передал мне два экземпляра договора, я согласилась на то, чтобы он лично представил меня Полине Сергеевне.

– Я согласна, Сергей Григорьевич, чтобы вы представили меня Полине Сергеевне. Куда нужно идти?

– Она приедет сюда, в бизнес-центр, к шести. Вот тогда и представлю, а пока прогуляйтесь. У нас здесь есть неплохое кафе, не такое, конечно, солидное, как ваше, но не отравитесь, если съедите там пирожок с котятами.

– Сергей Григорьевич! – возмутилась Анастасия. – Что за дурацкая шутка про котят!

– Прости, Настенька, совсем забыл твоё трепетное отношение к братьям нашим меньшим, – искренне покаялся адвокат. – Иди вместе с нашей гостьей. Тебе тоже не мешает сделать перерыв. Наш рабочий день ещё не окончен.

Настя кивнула и, дружелюбно улыбаясь, предложила:

– Действительно, идёмте-ка вместе. Я покажу вам, что лучше заказать.

Мы вдвоём неспешно спустились на первый этаж и, не проходя магнитную рамку охраны, перешли в другую часть здания. Кафе больше напоминало студенческую столовую с характерными запахами и шумом. Несмотря на вечернее время, там было достаточно посетителей. Меня это удивило, и я спросила об этом девушку.

– Анастасия Всеволодовна, а во сколько заканчивается рабочий день в вашей компании?

– Если вы не против, то предлагаю обращаться по имени. А то моё отчество не из простых, – она подхватила два белых подноса у раздачи и один передала мне.

– Согласна, – я даже порадовалась её предложению, – и можно на «ты», – девушка была не против.

– Раньше я работала в европейской компании и привыкла к тому, что все обращаются друг к другу по имени. В компании господина Давыдова чтят другие традиции. Вот, привыкаю. По поводу рабочего времени: график работы в компании – с девяти до восьми, но у большинства отделов, как правило, ненормированный рабочий день. У нас оплата труда почасовая, но просто так никто не пересиживает. За всеми ведётся видеонаблюдение. Так, – озадаченно протянула Настя, рассматривая блюда на мармите, – можно взять отварную куриную грудку, смотри, салатик из капусточки вроде бы привлекательно выглядит, – указала она на холодильную витрину. – Или ты хочешь что-нибудь посерьёзней?

– Да нет. Возьму то же самое, – ответила ей, ставя на поднос выбранные блюда и стакан с томатным соком.

Мы выбрали столик в стороне от всех, ближе к окну, и стали ужинать, вежливо обсуждая общепринятые темы для таких шапочных знакомых: погода, природа, море, работа в общих чертах.

За время нашего ужина у Насти трижды звонил телефон, пока она не перевела его в бесшумный режим.

– Настойчивый поклонник? – не удержавшись, спросила, когда она сбросила очередной вызов.

Чуть помедлив, девушка ответила:

– Да. Так иногда бывает. То, что казалось светлой мечтой всей твоей жизни, вдруг оказывается самым сильным разочарованием, – её взгляд застыл и словно устремился в прошлое, голос надломлено задрожал. – Когда он был мне нужен – я была ему не нужна, а теперь наоборот, а я не хочу иметь с этим человеком ничего общего, хотя это и невыполнимо теперь.

Давать какой-либо совет Насте я не хотела. Взрослая, умная женщина – сама разберётся со своим бойфрендом. Поэтому сказала только следующее:

– Психологи обычно говорят, что так себя ведут незрелые личности. Они хотят отношений с теми, кого сами ранее отвергли. Это как забрать игрушку в песочнице у другого, хотя она тебе на самом деле не нужна.

– Безответственный, самовлюблённый, наглый, не способный чем-то серьёзно заниматься – это основные эпитеты и характеристики, которыми могу наградить этого человека, и да – незрелая личность к своим двадцати девяти годам.

Экран телефона бесшумно загорелся, высвечивая имя «Бабушка Ангелина». Настя неспокойно дёрнулась и, извинившись, встала из-за стола, отходя в сторону и принимая вызов. Когда она вернулась, на лице было беспокойство, руки нервно перекатывали в руках нож и вилку, когда она пыталась доесть ужин.

– Что-то случилось? – вежливо поинтересовалась.

– Ничего страшного, – безэмоционально ответила девушка и, улыбнувшись через силу, предложила съесть что-нибудь сладкое. Я была не против полакомиться, и Настя принесла две песочные корзинки с ягодами, сдобренные сливками. К концу ужина она немного повеселела и предложила вернуться назад в офис, поскольку время, отведённое адвокатом на наш ужин, истекло.

Настроение после интересной беседы с приятным человеком, сытного ужина и подписанного в мою пользу договора, было прекрасным. Остался последний важный шаг. Возвращаясь в кабинет адвоката, мысленно представляла, какая она – эта Полина Сергеевна, смогу ли я убедить её, ведь Давыдов сразу сказал, что ничего не обещает. Шла и проговаривала про себя все аргументы в пользу того, чтобы наняли наш персонал для обслуживания гостей на свадьбе во время церемонии и после во время банкета.

– Надежда Владимировна! – окликнул меня Карпов, вырывая из собственных мыслей. Я оторвала глаза от пола и увидела, что адвокат стоит в собственной приёмной вместе с крупным темноволосым мужчиной с проседью на висках и чуть полноватой женщиной. Русая коса длинной змеёй изогнулась вдоль спины, доставая низа попы, и обладательница косы повернулась лицом к нам с Настей…

– Полина Сергеевна! – немного неуверенно и даже растерянно воскликнула я, ещё полностью не веря своим глазам. – Полиночка Сергеевна!!! – кинулась к своей бывшей классной руководительнице и крепко обняла так, что она ойкнула и торопливо заговорила.

– Стой, Наденька, помнёшь же, – только тогда я смутилась и поняла, женщина беременна. Небольшой животик прикрывало платье свободного покроя. Полина Сергеевна рассмеялась, увидев моё выражение лица. – Дай же я посмотрю на тебя. Какая ты стала красавица! И волосы не обрезала до сих пор, – умилилась она и погладила меня по голове, как маленькую. Моя коса была короче, чем у Полины Сергеевны, но уже доросла до поясницы. – Как ребята? Тимур, Денис, Маргарита? Всё так же дружите? – засыпала она вопросами, и мне тоже хотелось расспросить её обо всём на свете. – Саша, – обратилась она к незнакомому мужчине, – помнишь, я тебе рассказывала о самом первом своём выпуске? Вот она – Наденька, наша звёздочка! Моя лучшая ученица и первая помощница! Я к ним пришла на классное руководство в восьмом классе, сразу после университета. Так ребята молодцы, вместо того, чтобы палки мне в колёса ставить и нервы испытывать на прочность, – помогали!

– Ну что вы, Полина Сергеевна, – смущаясь от похвалы, зарделась щеками. – Это вы нам помогали. Мы стали теми, кто мы есть, только благодаря вашей заботе и упорству. Мы всегда вспоминаем вас, когда собираемся. Тимур даже предлагал вас разыскать, ведь в нашей школе вы больше не преподаёте.

Женщина махнула на меня рукой и с нежной, немного печальной улыбкой сказала:

– Я теперь нигде не преподаю. Муж считает, что перетружусь, – она печально посмотрела на темноволосого мужчину. Тот не поддался жалостливому взгляду жены и, отрицательно покачав головой, словно этот спор вёлся и ранее, ответил:

– Нет, Полина, у тебя теперь другие заботы, – он интимно прикоснулся к округлому животу и погладил его с лёгкой лаской, от чего женщина смутилась и одёрнула платье, отодвигая руку мужа. – Не при детях же, – укоризненно фыркнула она.

Мужчина довольно улыбнулся и продолжил общение:

– У тебя все твои ученики лучшие, – снисходительно сказал мужчина и подмигнул мне. – Ты готова каждого нахваливать часами, даже самого последнего лоботряса.

– Саша, – учительским тоном сказала Полина Сергеевна, – я правду говорю. У Наденьки, знаешь, какие способности к языкам – она четыре знает. Мы с ней первые места на областных олимпиадах занимали. А ещё она прекрасный организатор!

– Полина Сергеевна, вы преувеличиваете, – от похвалы горели не только щёки, а и уши, и было неловко. Вроде бы ничего такого я в школе не делала, а вот как, оказывается, это воспринималось.

– Ещё и скромная! – припечатал адвокат, вклиниваясь в разговор, и только после его реплики я сообразила, что моя классная руководительница, обожаемая Полина Сергеевна, и та женщина, с которой я должна договариваться о работе моего коллектива на свадьбе Давыдова, – одно и то же лицо. Я растерялась, понимая, что ни за что не стану упрашивать её о том, чтобы с нами заключили договор. А Саша, чертами лица схожий с братьями Давыдовыми, – это Давыдов-отец? Он был не так «блестящ», как на страницах глянцевых журналов, но это действительно был он. У меня от собственных догадок рот открылся.

– Наденька, ты смутилась? – моя учительница приобняла меня за плечи и заглянула в лицо. – Зря. Всё, что я о тебе сказала – истинная правда!

Робко улыбнувшись, я смогла поблагодарить за такие слова.

– Полина, – голос Давыдова звучал по-мужски притягательно. О таком говорят: бас-баритон. – Ты лучше спроси, что привело твою Наденьку к нам в офис.

– Александр Андреевич, – торопливо заговорил адвокат, – Надежда Владимировна хотела бы договориться об обслуживании свадьбы Ярослава Александровича. Надежда Владимировна, Александр Андреевич – отец счастливого жениха.

– Очень приятно, – пролепетала я, глядя на первую бизнес-величину нашего края. Мужчина не совсем понял, каким образом я собралась обслуживать свадьбу его сына, и внимательно, чуть нахмурив брови, посмотрел на меня. Только я открыла рот, чтобы прояснить ситуацию, как заговорила Полина Сергеевна.

– А, так ты та рестораторша, которая должна была мне позвонить? Саша, Ярослав просил поспособствовать. Он сказал, что ему очень понравилось обслуживание в ресторане, где он отмечал свой мальчишник. Погуляли они там хорошо, раз Артур до сих пор не объявился.

– Протекции Ярослава можно верить, это не Артур, – успокаиваясь, мужчина расслабился. – Вы, Надежда, не обижайтесь, но прежде, чем дать вам ответ, вас проверит моя служба безопасности. На свадьбу моего сына приедут первые лица государства и мои партнёры по бизнесу, будет много уважаемых людей. Неожиданностей и неприятностей быть не должно. Безопасность – краеугольный камень мероприятия. Душа моя, – ласково обратился Давыдов к жене, – вы, конечно, можете обсудить обслуживание свадьбы, но если Бизон выскажется против, то никто не опровергнет его решение, даже я. В вопросах безопасности он профи.

Полина Сергеевна ободряюще погладила меня по руке.

– Ничего, Наденька, не стоит раньше времени печалиться. Думаю, что твои родители не стали бы держать среди персонала совсем уж плохих людей. Помнится, Владимир Сергеевич – очень ответственный человек, и мама у тебя такая замечательная.

– Спасибо, – улыбнулась с благодарностью своей бывшей учительнице, – Полина Сергеевна. Да, они у меня то, что надо! Александр Андреевич, приятно было с вами познакомиться, – слегка склонила голову, прощаясь со всеми. Разговор был окончен, пора и откланяться. – Сергей Григорьевич, – кивнула и адвокату, – до свидания, надеюсь, если и увидимся, то не по такому неприятному делу.

– Серёжа, я чего-то не знаю? – жёстко спросил Давыдов-старший у адвоката. При этом из взгляда мужчины исчезла вся доброжелательность, расслабленность сменилась напряжением. У меня внутри всё ухнуло вниз. Я и не предполагала, что отец семейства не знает об инциденте в моём ресторане. Быстро метнув взгляд на адвоката и опережая его, заговорила я.

– Да ничего страшного. Посуду разбили, вот я и пришла за компенсацией.

У Александра Андреевича недовольно дёрнулся уголок губ, но спрашивать о подробностях он не стал.

– Пойду я, – немного неловко переминаясь с ноги на ногу, произнесла я, ощущая за собой какую-то вину. Кто меня дёрнул за язык? Пусть бы отец узнал о проказах своего младшего от кого-то другого.