- -
- 100%
- +
Предисловие
Историю писали мужчины, делать ее предпочитали тоже они; потому ничтожно мало женских имен мы находим в исторических источниках. Но они есть, и если пришли к нам сквозь толщу тысячелетий, значит, достойны, чтобы мы их знали, изучали биографии самых ярких представительниц слабого пола и делали выводы для себя. Впрочем… Определение «слабый пол» явно не соответствует действительности в отношении большинства героинь этой книги.
В истории Рима времен республики женщины почти не упоминаются в источниках; исключение составляют, разве что, весталки – жрицы одного из самых почитаемых культов.
Ситуация вполне объяснима. Во все времена человечеству требовались сенсации; потому на страницы произведений античных авторов попадали не хорошие матери или жены, а весталки, нарушившие обет целомудрия и похороненные за свой грех заживо. Не писать же о почтенной матроне, посвятившей свою жизнь домашнему очагу? Иных забот во времена республики на слабый пол и не возлагалось.
В императорский период писатели также проповедуют традиционные женские добродетели: покорность, благочестие, целомудренность, любовь к мужу, заботу о детях. Однако женщинам становится тесно в придуманных мужчинами рамках, их уже не удовлетворяет роль, отведенная общественным мнением. Если Ливия, жена Августа, и его дочь, Юлия, согласно старинному римскому обычаю, прядут шерсть вместе с рабами, то это их не единственное, и не главное занятие. Жены, ближайшие родственницы императоров желают пользоваться частью огромной власти их мужа, отца, брата и, в силу своих качеств и положения, наравне с мужчиной вершат судьбами мира.
Умные, образованные, энергичные представительницы слабого пола не только добиваются права на часть власти мужчин, но и ломают стереотипы о месте женщины в обществе. Многие из них пользуются огромным влиянием среди всех слоев населения империи, они становятся настоящими помощницами мужьям в деле управления государством. Эта несвойственная женщинам роль, как ни странно, воспевается античными авторами: наиболее яркий пример – жена императора Траяна – Плотина.
Не все женщины, оказавшись у власти, использовали свое положение на благо общества. Власть – этот монстр, исследуемый лучшими умами человечества и до конца непонятый – меняет людей, и, чаще всего, не в лучшую сторону. Но что желать от хрупких существ, если подвиг Луция Корнелия Суллы, отказавшегося от власти на вершине своего могущества, сумели повторить лишь единицы на протяжении всей мировой истории.
Одержимые безумными мечтами, они несли на алтарь самой великой своей страсти все, что было святого в жизни и собственные жизни. Они поднимались на самый высокий Олимп человеческих отношений запятнанные кровью близких родственников, чтобы спустя недолгое время пасть жертвой, опять же, самых близких людей.
Их звезды вспыхивали ярким светом над миром, которым правили мужчины. Они пробирались сквозь законы и предрассудки, расталкивали локтями представителей противоположного пола, проникали на их сокровенную территорию, чтобы сказать свое властное женское слово на века и тысячелетия. И мужчины, которые считали себя единственными творцами истории, восхищенно и покорно рукоплескали женщинам, занявшим их традиционное место.
Книга посвящена самым знаменитым римлянкам, но не только им. Биографии представительниц других народов нисколько не лишние, ибо их имена неразрывно связаны с Вечным городом, они стали неотъемлемой частью римской истории. Эти амазонки боролись своим женским оружием: умом и красотой – с самым могучим государством мира. Кто‑то из них желал победить и уничтожить Рим, кто‑то желал видеть родину независимой от мирового хищника, кто‑то хотел править Римом, а кому‑то доставляло удовольствие грабить римлян.
Кто они: знаменитые женщины – враги Рима?
Тевта – царица Иллирии, превратившая своих подданных в пиратов и позволившая грубо обойтись с римскими послами.
Софониба – прелестная карфагенянка, которая своим телом доставляла союзников родному городу. Ее усилия едва не изменили ход 2‑й Пунической войны.
Жена Гасдрубала – трагична и ужасна история последних минут жизни карфагенянки, оказавшейся мужественнее мужа‑военачальника.
Клеопатра – раскрыть секрет ее успеха у самых знаменитых римлян – Цезаря и Антония – пытаются уже два тысячелетия. А была ли красива женщина, у ног которой падали мужчины, правившие миром? Чем их соблазняла Клеопатра? Попытаемся разобраться и мы вместе с античными авторами.
Боудикка – британская царица, отплатившая за оскорбление грандиозным восстанием, которое едва не прекратило владычество римлян на острове. В ее биографии излагаются также некоторые интересные моменты из истории самой далекой римской провинции.
Римлянки в книге необычны и такие разные, но все они, так или иначе, обладали властью. Многие из них добились высокого положения своим умом, хитростью, изворотливостью, и даже правили теми, кто правил Римом. Многие были красивы и использовали свою внешность как грозное оружие; некоторых и вовсе трудно назвать красавицами, но и они пользовались успехом у мужчин. Далеко не все отличались целомудренностью, скромностью и прочими чертами, которые хотели видеть в женщинах античные мужчины. Волевые, целеустремленные, обладающие нестандартным мышлением, они не обращали внимания на мужские условности, древние традиции и законы и уже одной своей смелостью заслужили право быть известными; и нам, в том числе.
Итак, римлянки, попавшие на страницы древних манускриптов и, соответственно, в нашу книгу:
Весталки – непорочные, иногда блудливые, жрицы очень почитаемой римлянами богини. Здесь же – история возникновения культа, множество небольших рассказов о женщинах с самыми большими правами в Риме и всего с двумя главными обязанностями: соблюдать девственность и поддерживать священный огонь.
Туллия Младшая – на какие поступки готова пойти женщина, страстно желающая стать царицей? Чье тело топтали копыта лошадей ее колесницы? Здесь же рассказывается о том, как впервые в Риме была учреждена власть двух консулов.
Сервилия – она происходила из рода, славного республиканскими традициями, но была самой преданной любовницей идейного отца римских императоров – Гая Юлия Цезаря.
Порция – дочь Катона, одного из главных врагов Цезаря, и племянница Сервилии, любовницы Цезаря – все как в обычной гражданской войне, трагичной по определению. Но Порция определила свою судьбу: она должна последовать за мужем, что бы ни случилось.
Фульвия – жена трех самых известных римских авантюристов и фактически первая в истории Рима женщина‑политик. Фульвия стала первой римлянкой, чье изображение появилось на монетах.
Октавия – положительный образ римлянки времен крушения республики. Сестра Октавиана Августа и жена Марка Антония.
Ливия – третья жена императора Августа; он был вторым мужем Ливии. В совместном браке прожили 51 год.
Агриппина Старшая – жена Германика – самого популярного представителя императорского дома Юлиев – Клавдиев.
Мессалина – третья жена императора Клавдия; высокое положение не помешало ей стать самой известной в истории развратницей.
Агриппина Младшая – мать Нерона и последняя жена императора Клавдия – большого любителя вступать в брак с женщинами, совершенно негодными для семейной жизни.
Домиция – Домиция и Домиций – императрица и император. Одинаковые имена, характеры и привычки – вовсе не повод для счастливой супружеской жизни.
Плотина – Плотину Плиний Младший изобразил как благочестивую женщину и примерную супругу императора Траяна. Так ли это?
Сабина – Ее муж, император Адриан, был весьма умным и необычайно талантливым человеком, но он любил кого угодно – только не собственную жену. В отместку Сабина оставила императора без наследника.
Фаустина Старшая – жена добрейшего римского императора Антонина Пия. А вот за императрицей кое‑какие грешки водились.
Фаустина Младшая – следующей Фаустине также несказанно повезло с мужем. Философ Марк Аврелий терпеливо сносил и прощал многочисленные измены жены.
Луцилла – дочь императора‑философа Марка Аврелия, не унаследовавшая от отца ни одного из положительных качеств.
Марция – величайшая римская куртизанка, которая десять лет пользовалась любовью жестокого непредсказуемого императора Коммода.
Юлия Домна – сирийская девушка весьма необычным способом занимает место на троне рядом с грозным императором Септимием Севером.
Юлия Меса – сестра Юлии Домны. Никто не мог даже представить, что эта старушка будет свергать и назначать императоров.
Юлия Мамея – она оказалась достойной дочерью Юлии Месы. Эта женщина подготовила и возвела на трон собственного сына Александра, но ее непомерное властолюбие сгубило и сына и ее саму.
Галла Плацидия – дочь императора Феодосия, сестра императоров Гонория и Аркадия. За свою полную приключений жизнь Галла Плацидия успела побывать женой варварского короля и римского императора.
Юста Грата Гонория – она была не в восторге от судьбы монашки, навязанной ей насильно. Коварная затворница вознамерилась «купить себе свободу сладострастия ценою зла для всего государства».
Амаласвинта – королева остготов, захвативших Италию. Она пыталась примирить завоевателей и римлян.
Величайшие личности мировой истории – они породили много сплетен, домыслов. Естественно, античные авторы тоже люди, и не могли избежать субъективного фактора при описании своих героинь; тем более, речь идет о неординарных личностях, окутанных туманом легенд и тайн еще при жизни. Мы можем лишь оставить их реальный портрет на совести древних историков.
Автор книги – профессиональный историк – использовал для ее написания десятки античных источников. Для большей достоверности исследуемого материала в книге много цитат римских и греческих историков, поэтов, являвшихся современниками наших героинь, либо живших незадолго после их смерти.
Кроме знакомства с яркими персонами античности, читатель получит представление о жизни Рима на протяжении более чем тысячелетней истории, перед его глазами пройдут многие интересные события и малоизвестные факты из жизни великого мирового государства.
История – это мудрость тысячелетий. Изучение ее незамысловатых сюжетов помогает избежать многих ошибок современности. Желания, мысли, стремления человека существенно не изменились за несколько тысячелетий.
Тевта (? – после 228 г. до н. э.)
В душе римляне всегда оставались сухопутным народом и с предубеждением относились к соленой воде. Однако после 1‑й Пунической войны (264–241 гг. до н. э.) у Рима появились островные провинции и, волей неволей, приходилось осваивать мореходство, строить торговый флот. Тирренское море, омывающее западную сторону Италии, Сицилию, Корсику, Сардинию было освоено в кратчайшие сроки.
Аппетит приходит во время еды. О восточные берега Италийского полуострова плескались волны Адриатического моря. По нему можно добраться до богатой Греции, а дальше сказочный Восток. Глаза италийских купцов горели алчным огнем, когда они планировали освоение Адриатики.
Имелся и чрезвычайно удобный порт на берегу Адриатического моря – Брундизий. Древний город в Калабрии перешел под власть римлян в 266 г. до н. э. Римляне скоро оценили его преимущества и в конце 1‑й Пунической войны вывели в Брундизий свое поселение.
Казалось, чего проще: есть великолепные гавани, море – осталось нагрузить корабли и плыть, зарабатывать сестерции, денарии; получать удовольствие от созерцания заморских чудес.
Не тут то было: на Адриатическом море римляне столкнулись с такой проблемой, что разом отпала охота плавать на торговых кораблях. А виной стала женщина…
Пираты освоили морские просторы гораздо раньше римлян. Пожалуй, эта рискованная профессия может оспаривать звание древнейшей. Когда человек, одетый в звериные шкуры, в выдолбленном из цельного дерева челне ловил рыбу, а два других подплыли точно в таких плавучих посудинах и отняли рыбу – это и была первая пиратская акция.
Активность пиратов то возрастала до невиданных масштабов, то на время затихала. Все зависело от обстоятельств, и, прежде всего: в каких руках находилось море – слабых и безвольных или умелых и сильных.
Во время, когда у римлян появился интерес к Адриатическому морю, там творилось что‑то невообразимое. Пиратство не просто существовало – оно было поставлено на промышленную основу. Не очень достойным промыслом жило и кормилось целое государство – Иллирия. А раздробленная, утратившая былое величие, Греция дрожала от страха и не имела никакой надежды справиться с этим бедствием.
Иллирия опоясывала восточное побережье Адриатического моря – теперь эту территорию занимают Босния, Черногория, Албания и Далмация. Населяли ее народы фракийского корня. Перенаселенность страны, и как следствие, бедность, заставляли жителей Иллирии искать счастья в морских набегах.
Особенно искусными мореходами были выходцы из племени либурнов – отсюда и пошло название быстроходного парусного двухпалубного пиратского судна. Занятию преступным ремеслом способствовала необычайно изрезанная, предоставлявшая хорошие убежища, береговая линия.
Наивысшего расцвета иллирийское пиратство достигло при царе Агроне. Он фактически узаконил морской промысел и значительно усилил морские и сухопутные силы. От единовременных грабительских набегов иллирийцы перешли к захвату сопредельных территорий. Македония уже не могла обеспечить безопасность эллинской торговли. Расписавшись в собственной беспомощности, она заключила дружеский договор с Иллирией. Царь Агрон использовал дружбу с македонянами, чтобы грабить их врагов – этолийцев.
Очередная крупная победа и явилась причиной преждевременной смерти правителя пиратского государства. «Царь Агрон по возвращении лодок выслушал сообщение начальников о битве и чрезвычайно обрадовался победе над этолянами, преисполненными величайшей гордыни. Он предался пьянству и прочим излишествам, заболел плевритом, от которого через несколько дней и умер», – рассказывает Полибий.
После Агрона остался малолетний сын от первого брака и молодая жена Тевта. Она и утвердилась на троне вместо неудачно отпраздновавшего победу мужа.
Царица оказалась еще более деятельной и кровожадной, чем прежний правитель. Она мечтала только о войне и победах. Тевта, «прежде всего, разрешила подданным грабить на море по своему усмотрению всякого встречного; потом она снарядила флот, собрала войско не меньшее прежнего и, отправляя его в поход, дозволила начальникам поступать с каждой страной, как с неприятельской» (Полибий).
Разбойничий пыл иллирийцев не угас со смертью царя, наоборот, разгорелся с новой силой – распоряжения царицы Тевты пришлись им по душе. «Иллирийцы же, вкусив сладости завоевания и власти, и желая большего и большего, выстроили себе корабли и стали грабить всех других, с кем бы им не пришлось столкнуться», – подтверждает слова Полибия историк Павсаний.
Пираты проявляли изрядную изобретательность, чтобы завладеть добычей. Под видом купцов они появились в Мессении. Иллирийцы послали вестника в ближайший город Мофон с просьбой доставить на корабли вино.
Как далее разворачивались события, рассказывает Павсаний:
«Когда к ним с вином прибыло несколько мужчин, они купили у них вино по цене, назначенной самими мофонцами, и сами стали продавать им то, что привезли. Когда на следующий день к ним пришло из города большое количество людей, иллирийцы дали возможность и им получить от продажи выгоду. Наконец к ним на корабли пришло много женщин и мужчин для продажи вина и с тем, чтобы в свою очередь купить что‑либо у варваров. Тогда иллирийцы со всей дерзостью бросились на них и похитили много мужчин и еще больше женщин; забрав их к себе на корабли, они поплыли к берегам Ионийского моря, оставив город Мофону почти безлюдным».
Другой флот иллирийцев приблизился к городу Фенике в Эпире. Пираты не стали немедленно штурмовать «укрепленный и могущественный город эпиротов» (Полибий). Они изъявили желание запастись хлебом, а во время переговоров вошли в сношение с наемниками из племени галатов. (Их в городе находилось 800 человек.) Так, с помощью предательства пираты овладели богатейшим городом.
Эпироты скоро опомнились и решили отбить город, но на помощь пиратам пришло сухопутное войско под предводительством Скердилаида. Сражение произошло перед городом. Войско Эпира, атакованное с одной стороны пятитысячным войском Скердилаида, с другой, пиратами и галатами, потерпело поражение. «Многие из них пали на месте, еще больше взято в плен, прочие бежали…» (Полибий).
«Ограбив Эпир, они (иллирийцы) заключили с жителями его перемирие, по условиям которого возвращали за выкуп свободнорожденных пленных и город. Рабов и прочую добычу они поместили в лодки, после чего часть их отправилась назад морем, а отряд Скердилаида отступил сухим путем через теснины Антигонии. Велико было смущение и страх, наведенные иллирийцами на прибрежных эллинов» (Полибий).
Поразительно, в каком плачевном состоянии оказалась родина великого царя Пирра1. Эпироты даже не думали об отмщении обидчикам. Они отправили посольство к царице Тевте и заключили союз с иллирийцами, только это средство и могло быть некоторой защитой от пиратских набегов.
«Иллиряне и раньше постоянно нападали на торговых людей Италии, а во время пребывания в Фенике большая часть иллирян отделилась от флота и не замедлила ограбить множество италийских торговцев, причем одни из ограбленных были убиты, немало других увезено в плен» (Полибий).
Последнее явилось большой ошибкой пиратов. Потерявшие чувство страха, упивающиеся силой и безнаказанностью, иллирийцы еще не знали, что Рим нанесенные обиды не прощает.
Тевта разбирала сокровища, награбленные в Эпире, когда к ней явились римские послы Гай и Луций Корункании.
Недовольна была царица, сурово и надменно держала себя с послами. Когда римляне перечислили все обиды, потребовали вернуть на родину италийских торговцев и возместить убытки, Тевта ответила:
– Я позабочусь о том, дабы римляне не терпели никаких обид от иллирийского народа. Что же касается отдельных лиц, то у царей Иллирии не в обычае мешать кому бы то ни было в приобретении себе добычи на море.
Луций Корунканий, раздраженный речью царицы, позволил себе дерзость. Впоследствии она ему дорого обошлась.
– У римлян, Тевта, – сказал посол, – существует прекраснейший обычай: государство карает за обиды, причиненные частными лицами, и защищает обиженных. Мы с Божьей помощью постараемся вскоре заставить тебя исправить обычаи царей для иллирян.
Слова посла привели царицу в бешенство – она ведь привыкла, что правители соседних государств слезно просят мира и союза с Иллирией. А здесь какой‑то римлянин из‑за моря вздумал угрожать. Тевта отправила вслед послам воинов и приказала убить дерзкого Корункания. Что и было сделано вопреки всем общепринятым нормам и человеческим правилам.
Сведения Полибия подтверждает Аппиан Александрийский, а Флор рисует еще более страшную картину преступления: «Наших послов, на законном основании требовавших возмещения убытков, они убили, и даже не мечом, а топором, словно жертвы, а командиров кораблей сожгли. И самое недостойное – это приказала женщина».
Тевта посчитала, что подобным образом уладила недоразумения с римлянами, и занялась привычными делами. Весной 229 г. до н. э. она снарядила две флотилии для грабежа Эллады. Первая вошла в гавань города Эпидамна под предлогом пополнения запасов воды и хлеба. Чтобы окончательно усыпить бдительность горожан, иллирийцы приблизились к Эпидамну безоружными, неся лишь большие сосуды для воды. Как только они оказались у ворот, извлекли мечи из сосудов и перебили привратников.
Пиратам удалось овладеть частью стен, но жители Эпидамна на редкость дружно принялись защищать свое имущество и свободу. После продолжительной битвы иллирийцев выбросили из города.
«Таким образом, эпидамняне по своей беспечности, едва было, не потеряли родины, но благодаря мужеству без всякого ущерба для себя получили урок на будущее» (Полибий).
Побитые иллирийцы соединились со второй флотилией и все вместе приблизились к острову Керкире (совр. Корфу). Жители Керкиры успели отправить послов к ахейцам и этолийцам с просьбой о помощи.
Эллины послали к острову десять четырехпалубных кораблей. Произошла морская битва.
Иллирийцы, совершенно не жалея своих судов, сталкивались с кораблями ахейцев, воины перебирались на греческие суда и с боем захватывали их. Смелость принесла немалые плоды: иллирийцы завладели четырьмя четырехпалубными судами, а один корабль потопили вместе с командой. Капитаны остальных эллинских кораблей, не полагаясь на удачу и собственную храбрость, вручили судьбу попутному ветру и умелости гребцов, изо всех сил помогавших ветру гнать корабли подальше от свирепых иллирийцев.
Подданные Тевты беспрепятственно продолжили осаду острова. Впрочем, она была недолгой: жители Керкиры увидели, что помощи ждать больше неоткуда, и вступили в переговоры с пиратами. Они согласились признать власть царицы Тевты и допустили в город отряд иллирийцев. Командовал ими Деметрий из Фара (остров у побережья Далмации).
Победа воодушевила пиратов. Они решили вернуться к Эпидамну и попытаться еще раз завладеть им.
Непокорный Эпидамн стал проклятьем для пиратов. Как раз в это время римляне вновь напомнили о себе и выбрали для этой цели более действенные меры, чем посольство. Консул Гней Фульвий с флотом в 200 кораблей приблизился к Керкире. Второй консул Луций Постумий вел сухопутную армию в составе 20000 легионеров и 2000 конницы.
Это было первое появление римских легионов на Балканах, и Рим постарался, чтобы оно выглядело как можно более эффектно.
Наместник Тевты на Керкире Деметрий Фарский даже не помышлял о сопротивлении: он направил римлянам предложение о передачи города и острова. Жители Керкиры с удовольствием отдались под покровительство римлян.
Затем Гней Фульвий направился по следам разбойников к Эпидамну. Его появление заставило иллирийцев вторично отказаться от осады города и в панике бежать.
Флот римлян захватил двадцать судов с награбленной добычей, а сухопутный консул тем временем покорял город за городом. Скоро в руках римлян оказалось почти все побережье, ранее принадлежавшее иллирийцам. Царица Тевта оставила столицу Скодру и укрылась в труднодоступной крепости Ризон. Весной 228 г. до н. э. царица отправила к римлянам посольство с просьбой о мире.
Условия мира были чрезвычайно суровы для Иллирии. Римляне наложили на пиратское государство огромный налог. Тевту лишили трона, передав его малолетнему сыну Агрона. От обширных владений Иллирии осталась полоска земли: захваченные у греков города вернули прежним хозяевам, часть собственно иллирийских земель передали в управление Деметрию Фарскому под протекторатом Рима. Его же назначили регентом при малолетнем царе.
Превосходных мореходов, иллирийцев, лишили самого необходимого – моря. Им запретили плавать южнее определенной точки (Лисса) более как двумя судами, причем на кораблях не должно находиться никакого оружия.
Не забыли римляне рассчитаться за посольство Корунканиев. «Топоры, обрушившиеся на шеи старейшин, умилостивили манны послов» (Флор).
Вся Эллада с восторгом приветствовала победы римского оружия. Уж больно досадили грекам иллирийские пираты. Посольства римлян тепло принимали Афины и прочие города Греции. Коринф допустил римлян к участию в Истмийских состязаниях. Происходили они раз в три года и были весьма престижны в античном мире. Впоследствии даже римские императоры испытывали к ним огромный интерес.
Так римляне получили в свои руки удобные морские базы на берегу Адриатического моря, очистили его от пиратов и обрели благодарность эллинов.
На этом заканчивается история пиратской царицы, которая посмела бросить вызов Риму, но явно не рассчитала свои силы. После Деметрия Фарского на иллирийском троне мы видим другого военачальника Тевты – Скердилаида. Скорее всего, он предал свою царицу, как раньше это сделал Деметрий. В пиратском государстве свои законы, и неудачникам нет места в мире, где погоня за удачей, легкой добычей является смыслом жизни. Боготворимая подданными царица Тевта ушла со страниц древних рукописей и из жизни иллирян, как только заключила позорный договор с римлянами.