Великое княжество Литовское

Иногда литовцы, вторгаясь в русские земли, получали достойный отпор, но в Полоцкой земле они почти не встречали сопротивления. Обессиленная внутренними усобицами, Полоцкая земля к началу XIII века пришла в полный политический и военный упадок. Это отмечается и русским историком В. Е. Данилевичем: «Между тем полочане, сознавая свое бессилие, впадают в совершенную апатию и почти не делают попыток защищаться, а потому Литва, разграбив Полоцкую землю, обыкновенно отправлялась в соседние с нею русские земли. Такой порядок вещей имел последствием то, что князья соседних областей должны были освобождать от литовцев не только свои земли, но и Полоцкую землю. Под 1216 годом у польских летописцев есть известие, что Литва напала на Полоцкую землю и, не встречая сопротивления, достигла уже Полоцка, но в это время явился Мстислав Давыдович со смоленским войском и нанес ей под самым Полоцком страшное поражение. В 1223 году Литва воевала Торопецкую волость; за нею погнался Ярослав с новгородцами и преследовал ее до Усвята, однако догнать не мог. В 1225 году Литва опять опустошила Полоцкую землю, а затем отправилась воевать Смоленскую и Новогородскую волости. Узнав об этом, Ярослав со своим полком, Владимир с новгородцами и новоторжцами и Давыд с торопчанами пустились за нею в погоню, нагнали ее около Усвята и разбили наголову, причем отняли не только всех взятых в плен русских, но захватили 2000 литовцев и перебили их тут же».

Об упадке Полоцкой земли в начале XIII века свидетельствуют ее взаимоотношения с обосновавшимися в Прибалтике крестоносцами.

Если в первые годы своего появления в устье Западной Двины немцы колонизировали Ливонию, не входившую в непосредственное владение Полотчины и только платившую в Полоцк дань, то с 1208 года вопрос встал о латгальских землях, непосредственно примыкавших к Полотчине, часть которых принадлежала полоцким князьям (Герцике, Кукенойс).

«Еще в 1207 г. какие‐то угрозы немцев по отношению к Кукенойсу заставили его князя Вячку разделить с ними пополам свои земли. Нападение на этот первый полоцкий город было совершено, и после нескольких столкновений с немцами Вячка поджег город и ушел на Русь (1208 г.). Захват города Герцике начался в следующем, 1209 г.», – описывает ситуацию Л. В. Алексеев в книге «Полоцкая земля».

Характерно, что правитель Герцике князь Всеволод был в более тесных отношениях с литовцами, нежели со своим сюзереном – Полоцком. «Он (Всеволод) был женат на дочери одного из наиболее могущественных литовцев (Даугеруте) и, будучи, как зять его, для них почти своим, связанный с ними сверх того и дружбой, часто предводительствовал их войсками, облегчал им переправу через Двину и снабжал их съестными припасами, шли ли они на Руссию, Ливонию или Эстонию. Власть литовская до такой степени тяготела тогда надо всеми жившими в тех землях племенами, что лишь немногие решались жить в своих деревушках, а больше всех боялись лэтты…» – рассказывает Генрих Латвийский в «Хронике Ливонии».

Здесь мы имеем прямое указание на то, каким образом ближайшие к Литве западнорусские феодальные княжества втягивались в зависимость от литовских правителей. Князь Герцике не только ориентирует свою политику на Литву, но и вместе с ней участвует в набегах на русские княжества. Генрих Латвийский писал, что Всеволод вместе с литовцами разоряет землю русских христиан.

Постепенно в зависимость от литовских князей вовлекался и Полоцк, однако эта зависимость не носила характера единовременного завоевания. В 1239 году Ярослав выступил против Литвы, которая уже воевала в окрестностях Смоленска. Поскольку путь к Смоленску лежал через Полоцкое княжество, следовательно, литовцы либо силой заставили поло‑ чан покориться, либо проводили свои войска по каким‐то соглашениям с полочанами. И еще одно событие Полоцкой земли относится к 1239 году. Под этим годом упоминается Брячислав – последний полоцкий князь, имя которого записано по случаю брака Александра Невского на его дочери. Следующим полоцким князем является уже в 1252 году литовец Товтивил, который оказался в Полоцке во время совместного похода с Викинтом и Ердивилом к Смоленску.

В. Е. Данилевич считал, что литовские князья появились в Полоцке раньше 1252 года. В своем утверждении он ссылается на следующие события: «В 1239 году в Полоцке княжил еще один из Всеславичей, Брячислав, после которого уже нет известий о русских князьях в Полоцке до смерти Товтивила. Умер ли Брячислав до завоевания Полоцка Литвой, или Полоцк был завоеван при его жизни, летопись не указывает. Между тем под 1246 г. в летописях есть известие о том, что Александр Невский, зять Брячислава, заезжал за своим сыном в Витебск, где тот, видимо, гостил. Хотя Витебск принадлежал в это время, вероятно, тоже Васильковичам, тем не менее странно, почему Александр и его сын гостят у более дальних родственников и не заезжают в Полоцк, когда Брячислав или его дети, если они у него были, жили там. Но из указанного обстоятельства можно скорее заключить, что в это время ни Брячислава, ни его детей не было в Полоцке и Брячислав или его дети жили уже в Витебске. Причина выхода Васильковичей из Полоцка, вероятно, заключается в том, что Товтивил уже успел завоевать Полоцк». Таким образом, время появления литовских князей в Полоцке В. Е. Данилевич определяет между 1239 и 1246 годом.

«Товтивил быстро поддался обрусению и пользовался расположением полочан, – отмечает В. Е. Данилевич. – …Товтивил, по завоевании Полоцка, крестился по православному обряду, чтобы стать ближе к своим подданным». Жителей Полоцка вполне устраивал этот князь, потому, что после убийства Товтивила Тройнатом они отказываются выдать его сына литовцам. Исходя из вышесказанного, можно предположить, что вокняжение Товтивила в Полоцке вряд ли носило характер завоевания. Скорее всего, Товтивил княжил в Полоцке по приглашению веча.

С помощью хитрости летом 1264 года покончив с Товтивилом, Тройнат решил подчинить своей власти владения последнего, то есть Полоцк. Новгородская летопись сообщает, что «убойци» Миндовга, его «родици», убив Товтивила, «исковаша» и полоцких бояр, которых «изъимали» в Литве вместе с князем. Характерно, что Тройнат действовал в Полоцке осторожно, его посланники «просиша» у полочан выдать сына князя Товтивила, чтобы убить его, но тот бежал в Новгород «с мужи своими». Тогда Тройнат посадил «свой князь» в Полоцке, но сделал это по «ряду», так как полочане с Литвой «мир взяша». Одним из условий мира явилось освобождение захваченных бояр.

В Полоцке Тройнат посадил подручного князя, вероятно Константина (по В. Е. Данилевичу). О княжении Константина сохранилось мало сведений. Но насколько можно судить, он вынужден был вести борьбу с ливонскими рыцарями. Не имея достаточно сил, чтобы справиться с могущественным противником, он постарался расположить их в свою пользу путем земельных уступок.

Утвердившись в Литве, следующий великий князь Литовский Войшелк (правил в 1264 – 1267 годах) предпринял попытку подчинить своей власти и Полоцкую землю. В скором времени им был изгнан из Полоцка посаженный Тройнатом князь Константин. Летом или осенью 1264 года в Полоцке уже княжил Изяслав, признавший себя в «воли Молшелгове». Вместе с тем приверженность Войшелка к русской партии служит подтверждением предположения, что новый полоцкий князь был русским и, вероятнее всего, из рода Всеславичей.

Однако в скором времени у полоцкого ставленника Вой‑ шелка появился соперник – литовский князь Гердень, и борьба с ним окончилась неудачно для Войшелка. В конце 1264 года Герденю удалось завладеть Полоцком и добиться полной независимости от Войшелка.

Таким образом, многострадальная Полоцкая земля, оказавшись втянутой в борьбу за литовский великокняжеский трон, в течение одного года поменяла трех князей. При каждом из князей зависимость Полоцка от Великого княжества Литовского, как мы видим, была различной, однако об окончательном включении Полоцкого княжества в состав Литовского государства говорить рано.

Со смертью князя Герденя наступает полувековой период, во все продолжение которого в летописях почти нет сведений о Полоцкой земле.

Во второй половине XIII столетия (скорее всего, в третьей четверти его, как предполагал В. Е. Данилевич) Полоцком овладел какой‐то литовский князь. Этот князь сблизился с немцами и принял католичество. Не имея детей, он завещал всю Полоцкую землю рижской архиепископии. Действительно, после его смерти немцы завладели Полоцким княжеством и принялись обращать его в католичество. В Полоцкую землю нахлынули прелаты и клирики, были учреждены даже две архиепископии.

Подчинение немцам, исконным врагам полочан, само по себе не могло быть приятно им. Между тем немцы стали вводить свои порядки и заставляли жителей изменять вере своих отцов, а немецкие рыцари, появившиеся следом за духовенством, страшно их притесняли. Все это настолько озлобило полочан, что они около 1307 года обратились к великому князю Литовскому Витеню (правил в 1293 – 1316 годах) с просьбой помочь им избавиться от непрошеных гостей. В 1307 году войско Витеня вступило в Полоцкую землю и освободило ее от немцев: часть их была перебита, другие попали в плен и только немногие спаслись бегством. Несомненно, что полочане тоже помогали Витеню в этом, причем они отвергли навязанную им насильно католическую религию и разрушили построенные немцами католические церкви.

Захватив Полоцк, Витень, как видно из грамоты епископа Якова, присоединил его к своим владениям и не давал его никому в удел. Однако из той же грамоты Якова видно, что Полоцк пользовался сравнительно большими правами в политических отношениях, так как он заключал договоры с Ригой, пользовался самостоятельностью во внутреннем управлении и управлялся вечем. Вместе с тем заключение договора полоцким епископом Яковом с рижским архиепископом указывает, что он пользовался большим влиянием в политическом быту Полоцка, а потому можно предположить, что в Полоцке не было княжеских наместников, а их роль исполнял епископ Яков, который, как видно из договора, разделял с вечем участие в суде и управлении Полоцка. Договор с Ригой был заключен, вероятно, по желанию самого Витеня, который в это время уже примирился с немцами. По указанному договору ни полочане, ни рижане не приобретали никаких новых прав; главная его цель заключалась в установлении мира между обеими сторонами.

В Витебске, согласно летописям, литовские князья появились одновременно с Полоцком, то есть во время похода к Смоленску в 1252 году. Витебском завладел князь Викинт. Возможно, литовские князья появились в Витебске и немногим раньше, но лишь после 1246 года. Как мы уже отмечали, в 1246 году князь Александр Невский, разбив литовцев, отправился в Витебск за сыном. Следовательно, Витебск в то время не принадлежал литовцам и мог попасть под их власть лишь в промежутке между 1246 и 1252 годом.

Кроме того, что Викинт завладел Витебском, о нем известий больше нет, а следующий князь Изяслав был посажен в городе Войшелком в 1264 году. Однако княжил он недолго; в конце 1264 года Полоцк и Витебск были завоеваны литовским князем Герденем, который стал в полную независимость от Войшелка. Весьма вероятно, что Константин, княживший раньше в Полоцке, оказался теперь тоже на стороне Герденя и получил от него в удел Витебск, так как впоследствии упоминается в актах витебский князь Константин. После убийства Герденя Константин, вероятно, снова стал княжить в Полоцке, так как в отрывке из не дошедшей до нас летописи упоминается «князь Константин Полотский» в рассказе о событиях, которые могли произойти только в период между 1271 и 1289 годом. Передал ли он Витебск после этого своему сыну Михаилу или оставил его за собой, не известно. Как бы то ни было, около третьей четверти XIII столетия Михаил был уже витебским князем.

Долго ли княжил Михаил в Витебске, установить невозможно из‐за отсутствия сведений, но в 80‐х годах XIII века Витебск находился в зависимости от смоленского князя Федора, который управлял им через своих наместников. Из грамоты рижского архиепископа видно, что подчинение Литве и сопровождавшие его смуты не уничтожили в Витебске вечевого начала, хотя витебляне пользовались значительно меньшей самостоятельностью, чем в предыдущий период. Так, они вели свои дела не прямо с Ригой, а через наместника смоленского князя, что указывает на стеснение их свободы.

В начале XIV столетия мы видим снова отдельного князя в Витебске, Ярослава Васильевича, происходившего, видимо, из рода смоленских князей. Это был последний русский князь в Витебске. В 1318 году он выдал свою единственную дочь Марию за Ольгерда Гедиминовича, а в 1320 году скончался, не оставив после себя мужского потомства, и Витебск перешел к его зятю. При Ольгерде Витебское княжество достигло значительного могущества, так как он владел еще и Кревским княжеством.

Некоторое время удельная система в Витебске еще продолжала существовать, пока наконец в 1393 году великий князь Литовский Витовт не посадил в нем своих наместников.

В правление Гедимина (1316 – 1341 годы) литовское влияние распространилось и на другие города некогда обширной Полоцкой земли, в частности на Минск, князь которого Василий фигурирует в составе литовского посольства 1326 года в Новгород.

В 1345 году великий князь Литовский Ольгерд и его брат Кейстут передали Изяславское княжество во владение своему единокровному брату Евнутию, свергнутому ими с великокняжеского престола. Следовательно, в первой половине XIV века город Изяславль считался собственностью великих князей Литовских.

Во время правления Гедимина полоцкие князья несколько отличались по своему положению от прежних удельных князей и скорее исполняли обязанности княжеских наместников, чем князей. Впрочем, во внутреннем управлении они пользовались полной самостоятельностью, что и отличало их в совокупности с титулом от обыкновенных княжеских наместников.

Довольно большим влиянием во внутренних делах Полоцка продолжало пользоваться вече. Без согласия свободолюбивых полочан великий князь не мог даже назначить наместника. В начале 80‐х годов XIV века Ягайло, не посчитавшись с религиозными чувствами и традициями полоцких жителей, назначил наместником в Полоцк своего брата Скиргайлу, отказавшегося принять крещение. Этот шаг великого князя оскорбил полочан, и рассвирепевшая толпа посадила Скиргайлу на лошадь задом наперед и под улюлюканье и свист погнала по улицам за городскую стену. Через несколько лет Скиргайло вновь явился в Полоцк в качестве наместника, но теперь уже, чтобы войти в доверие к полочанам, он крестился, приняв православие и взяв себе имя Иван.

Таким образом, в первой половине XIV века огромное Полоцкое княжество вошло в состав Великого княжества Литовского.

Литовское господство отнюдь не сдерживало культурного, экономического развития Полоцкой земли. «Ведя торговлю сухим путем и водою, – писал полоцкий краевед А. Мо‑ рель, – Полоцк развивался, богател, ширился и считался важнейшим городом Русско‑Литовского государства настолько, что к XVI веку, по словам иностранцев, народонаселением (более 100 000), числом монастырей (15) и церквей (10) перещеголял даже свою столицу Вильну».