Панадора

Глава 4. Неуловимая лиса

Досыпал я беспокойно. Несколько раз просыпался в поту то ли от жары, то ли от кошмаров, оглядывался по сторонам и видел темноту. Бортики кровати окружали меня, как стенки гроба. Тьма придавливала, теснила со всех сторон; простыня, влажная от пота, обматывалась вокруг тела, пока я крутился во сне, и мне казалось, что я действительно лежу, опеленованный саваном, в гробу под толщей земли. Это ощущение преследовало меня даже во сне, в кошмарах.

В десять тридцать запиликал будильник на телефоне. Я не выспался и чувствовал себя совершенно разбитым. Мне пришлось буквально выковыривать себя из кровати. Перебираясь через бортик, я зацепился за него ногой и свалился на ковёр. Успел подставить локти и основательно отбил их. Кое-как поднявшись, взял кружку со стола и напился. Голова гудела как с похмелья, но я встряхнулся, размял плечи и даже сделал лёгкую зарядку.

Подойдя вплотную к окну, я посмотрел через стекло в том месте, где раньше был приклеен листок со стихотворением. Ночь как будто не собиралась отступать, тоскливое утро было мутным и белёсым, как разводы на стёклах городской маршрутки. Валил хлопьями снег.

Свежий воздух вплывал в форточку очень лениво, тяга была слабая, жаркая длинная батарея быстро нагревала комнату.

Я взял телефон и посмотрел два последних видео. На более раннем была запечатлена погоня за невидимым зверем. Черты лисицы улавливались смутно. Казалось, что я гонюсь за рыжей собакой-фантомом, нечётким чучелом, нарисованным нейросетью. Следующее видео было пугающим. В темноте горел жёлтый фонарь, и массивный злодей в «римских» шортах и в укороченной куртке с огромным капюшоном бил кулаком по голове полуголого мужчину, привязанного к дереву. Глядя на Длинного, моего обидчика, я улыбнулся: Волк сделал своё волчье дело, справедливость восторжествовала. И тут же накатило какое-то раскаяние за это мимолётное удовольствие. О чём я думаю? Человека же убили на моих глазах! Мне стало не по себе, будто это я убивал своего обидчика, будто это я мстил чрезмерно жестокосердно. Я пытался убедить себя, что преступник получил по заслугам, что гнев судьбы обрушился на его голову справедливо, заслуженно, но все эти попытки пропали втуне. Мне было стыдно за себя.

Быстрые сборы немного отвлекли меня от самокопания. Работу никто не отменял, мне нужно быть на «Южной» к одиннадцати тридцати. Выйдя на улицу, я с удивлением увидел, что снег закончился. Я добежал до «Пятёрочки» в соседнем доме, купил кофе и кулёк пирожков с капустой, яйцами, печенью. Желудок клокотал, и мне нужно было срочно его насытить.

Я сразу проглотил все пирожки один за другим. Надо бы поспешить на трамвай, чтобы не опоздать, но я решил сделать небольшой крюк и обойти свой дом с другой стороны. Там я увидел под балконами вмятую в снег зелёную ограду. Обещанных Таней кишок не было. Возможно, их утащила лиса, ведь не зря она тут рыскала с утра. А вот и доказательство: на свежем снегу нечёткие следы небольших лап, похожих на собачьи, поверх отпечатков тяжёлых ботинок и следов от шин. Всё это напоминало сцену из дешёвого детективного фильма. Мне вдруг стало тревожно, появилось смутное беспокойство.

Сзади послышались скрипучие шаги. Я оглянулся. Широкоплечий массивный мужчина в длинном сером плаще остановился метрах в десяти и смотрел в мою сторону. Широкий капюшон скрывал его лицо, и я, как ни пытался, не мог его разглядеть. Я смотрел и смотрел, внутри нарастало раздражение. И в какой-то момент я решил действовать. Хотя мне нужно было идти к трамвайной остановке в другую сторону, я двинулся на фигуру, быстро и уверенно. Мужчина дрогнул, развернулся на пятке и быстро пошёл прочь.

Я прибавил шагу и преследовал странного мужика до угла дома. Ещё несколько шагов — и он бы свернул и скрылся. Я громко окликнул его. Амбал в капюшоне остановился, но не повернулся.

— Передайте Волку, что я не хочу, — крикнул я.

Мужчина свернул за угол. Я развернулся и быстро зашагал на остановку. Преследовать его не было смысла. Всё, что нужно, он услышал.

На «Южную» я приехал вовремя. Там забрал лёгкий пакет и отправился на станцию «Университет». Прошёл километр с лишним по Ломоносовскому проспекту, свернул на улицу Светланова и у светофора дождался клиента, который подъехал на красном длинном «Мерседесе». Он посигналил мне, и я сунул пакет в открытое пассажирское окно.

— Вас подвезти до метро? — спросил мужчина. — Садитесь.

Уговаривать меня не пришлось. Я открыл дверцу и нырнул в тёплый салон. Пахло одеколоном.

— А я ведь гонщик, парень, — сказал мужчина, и его усы растянулись в стороны в улыбке.

Секунд через десять загорелся сначала жёлтый, потом зелёный, и водитель нажал на газ. Мотор взревел как безумный зверь, машина выскочила на перекрёсток, зад занесло. Шофёр отпустил газ, выровнял авто и снова вдавил акселератор в пол. Автомобиль с рёвом набрал скорость и понёсся по Ломоносовскому проспекту в сторону метро. Через несколько секунд я выходил полупьяный из машины, а водитель довольно улыбался и махал рукой на прощанье.

Я спускался по эскалатору, а в голове все ещё шумело после короткой поездки с усачом. В ногах ощущалась слабость, колени дрожали, и я боялся, что не успею шагнуть с движущейся ступеньки на твёрдый пол и эскалатор зажуёт мою ступню, как голодный стальной монстр.

В полупустом вагоне я встал у двери, но не спиной к ней, как обычно, а лицом. Поезд тронулся, а я смотрел на серые стены тоннеля с линиями проводов. Когда поезд набрал скорость, они слились в сплошное месиво. В голове немного прояснилось, но мысли продолжали перескакивать с одного на другое.

Чтобы голова не закружилась, я развернулся и спиной к двери. Напротив меня сидела женщина в коротком платье с голыми ногами — явно не по погоде. Туфли на каблуках, лёгкая куртка. Крашеные чёрные волосы уложены в причёску, похожую на кукольную. Я отвернулся. В этот момент вагон дёрнулся, мне показалось, что колесо провалилось в глубокий стык. Раздался рёв тормозов. Меня прижало к поручню, и я, как в замедленной съёмке, увидел, как женщина с пышной причёской едет по сиденью, переворачивается и через живот падает на пол, по инерции её тащит на другой конец вагона, и там она застревает среди других пассажиров. Раздался удар, вагон вздрогнул и остановился.

Замигали лампочки. Раз, два, три — и свет погас. Кто-то включил фонарик на телефоне. До меня стали доноситься крики и стоны: «Помогите!», «Убили!», «Умираю…» Я тоже достал телефон и включил фонарик. Вагон встал неровно, и я шёл как на горку в другой его конец, туда, где шевелились тела. Добравшись до людей, я увидел ту самую женщину с удивительной причёской. Она лежала на животе, но лицом вверх. Серые глаза смотрели на меня безжизненно.

Я плюхнулся на сиденье рядом и выдохнул. Раньше я думал, что вокруг жизнь. Но я был неправ. В последние дни вокруг меня творились странные вещи, которые в жизни обычного, среднестатистического человека твориться не должны, и все эти вещи заканчивались увяданием и смертью. Конечно, что-то выбивающее из колеи случается время от времени со всеми, и со мной случалось. Но до встречи с Волком такие случаи были нечасты. А теперь они сыплются на меня как горох из дырявого мешка, и я думаю обо всём этом постоянно. Круг замыкается, дорога закольцована, и каждая отсечка, каждый верстовой столб напоминает, что конец скор и неотвратим.

Позже в газетах писали, что причиной этой катастрофы в метро стал отрыв колёсной пары. Было проведено расследование, и даже наказали двух механиков, которые накануне чинили вагон. У меня не выходила из головы мысль, что всё это подстроил Волк. Никаких доказательств у меня не было, я не мог даже для себя как-то приемлемо обосновать это подозрение. И в полицию я, конечно, не пошёл. Вряд ли там нашёлся бы мистик, который поверил бы в мою историю. И ещё я боялся, что, если буду действовать не так, как надо, Волк повесит на меня то убийство в Битцевском парке. Возможно, у него уже есть доступ к моей комнате и, пока соседей и меня не было дома, он оставил улики против меня.

В ближайшие выходные я проверил комнату на наличие жучков, камер и следов посторонних людей, но ничего не нашёл. Но это не значит, что ничего не было.

Как бы то ни было, в тот день, после того как спасатели вывели меня и других пассажиров из тоннеля, я отправился развозить заказы. В связи с трагедией в метро мой босс Лев Валентинович прислал сообщение, чтобы курьеры при необходимости пользовались такси.

Я оказался дома в начале десятого. Долго шёл по тротуару, обдумывая своё плачевное положение, думал о будущем, сетовал, что не могу изменить прошлое. Тот парк, в котором меня вчера избили и ограбили, сиял огнями с оранжевым свечением. Как будто по заказу, ремонт закончился, и теперь всё работало. Тут и там прогуливались люди с собаками и детьми, смеялись алкаши. В общем, парк жил своей жизнью, наполненной весельем. Я шёл по грунтовке, и сознание вернулось ко мне, я вдыхал жизнь, чувствовал её.

С порога на меня накинулся мой сосед Володя. Пока я разувался, он выскочил в одних трусах и, пробуксовывая тапками по вытертой ковровой дорожке, подскакал вплотную ко мне.

— Вань, Вань! Ты слышал? Слышал, что случилось?

— Что же могло случиться?

— Да вот же. Щас курю на балконе, минут двадцать назад. Вижу, в «Ауди» залез какой-то хмырь и копается там. Я сначала не понял, что происходит. Я думал, это просто похожая тачка. А оказалась моя!

— Не может быть! Угнали?

— Да какое там. У меня хрен угонишь. Там секретка. В общем, выбегаю я в одних трусах, а он в зеркало, видать, просёк. И вот, короче, я подлетаю, а он вылез и такой: «Ты чё!» — и ножом, падла, тычет в мою сторону. Потом удрал. Я гнаться не стал. Он мне там весь замок на руле разворотил. В общем, нужно чинить, щас Таня придёт из магазина, будем деньги искать. У тебя есть взаймы до получки?

— А сколько надо? Пару тысяч могу дать. Но только до получки. Сам на мел

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.