Монахи воины

7. Неприятный вкус в чашке чая

Майла! Сорайя! Люциус!

На середине площади, по каменным плитам, пронесся мальчик лет семи. За ним бежали две девочки чуть младше, размахивая деревянными мечами.

– Идите сюда! – воскликнули они, и девочки пробежали прямо перед Берреном, заставив его отпрянуть в сторону. Но из-за этого он столкнулся с бегущей за ними женщиной. Они оба пошатнулись, и женщина, извиняясь, что-то прокричала. Однако Беррен был слишком занят проверкой своего кошелька, чтобы услышать, что она сказала. Старые привычки умирают с трудом.

Он наблюдал, как женщина догнала сначала девочек, а потом мальчика, схватила их за руки и начала громко ругать, а они хихикали и смеялись. По их одежде было видно, что они богаты. Почти все, кто поднимался на Пик, были либо богаты, либо послушниками в храме.

– Давай, парень! Нет времени медлить.

Мастер Сай уже был в дюжине ярдов впереди. Беррен вздохнул. Он был подмастерьем у мастера Сая, лучшего вора-домушника в Дифавене. В тринадцать лет он заработал свой первый золотой. Не получил, а именно заработал. В великом храме Солнца он учился письму, хотя и ненавидел его. Он заслужил благодарность принца, и его собирались обучать мечам величайшие бойцы империи. И все же…

И все же?

Иногда он бы отдал все за то, чтобы быть сыном торговца рыбой – тихим, тусклым и непритязательным, ничего особенного не значащим, но при этом по-дурацки довольным.

– Давай, давай! Скоро прозвенит колокол для полуденной молитвы, и тогда мы можем забыть о том, что нам здесь подадут. Мастер Сай толкнул внушительную дверь из темного резного дерева. Беррен последовал за ним в тусклую комнату. В воздухе витали сотни различных запахов и специй: сладкий жасмин, горькая лакрица, резкий мускатный орех, гвоздика и корица, и все это накладывалось на цветы, пижму и чай. Даже мастер Сай остановился, словно ошеломленный.

Верно. Они двинулись дальше, вглубь чайного домика. Комната была почти пуста, если не считать двух девушек примерно возраста Беррена, которые были одеты… Беррен прищурился. Они были одеты как мальчишки, но это было очевидно, что они не были ими. На них были свободные рубашки и узкие штаны. Когда мастер Сай приблизился, они улыбнулись и поклонились. Беррен уставился на них, надеясь, что они поклонятся и ему, но этого не произошло. Он заметил, что мастер Сай смотрит на него, приподняв одну бровь.

«Владельцы „Золотого кубка“ прекрасно знают, кто их покровители», – подумал воришка, сморщив нос. Он представил себе толстых стариков, которые любят поглазеть. Две подавальщицы обменялись взглядами и захихикали. Мастер Сай поклонился им в ответ, а затем попросил множество вещей, о которых Беррен никогда не слышал. Казалось, он вдруг заговорил на другом языке, совершенно незнакомом, как язык чернокожих морских торговцев. Однако девушки, похоже, поняли: они кивнули и поспешили прочь. Беррен с тоской смотрел им вслед, представляя их рядом с монахом-меченосцем, который должен был стать его учителем. Вот как должна была выглядеть девушка…

Рот закрой, мальчик! – произнес мастер Сай, уже усаживаясь на стул. Беррен поспешил присоединиться к нему.

– Они были… – он попытался подобрать подходящее слово, но не смог.

– Прекрасны? – предположил мастер Сай.

Беррен кивнул. Этого будет достаточно. Они напоминали ему всех самых прекрасных женщин, которых он видел с принцем: изящных красавиц с вершин Рипер-Хилла, смешанные с честной приземленностью Лилиссы. Если и есть подходящее слово для описания их, то он его не знает.

– Великолепны, – вздохнул он.

Грим подбирает девушек со всего города или, по крайней мере, из бедных семей, что, в общем-то, одно и то же. Сюда приходят богатые мужчины, и я вам обещаю: каждая девушка, которую Грим нанимает, становится любовницей одного из них. Иногда мужчина в порыве страсти раскрывают свои секреты, иногда эти секреты каким-то образом возвращаются в «Грим». Для некоторых это становится неожиданностью. Он приподнял бровь и пожал плечами: – Богатые дураки. Вклад Дифевена в империю.

– Грим? – Беррен усмехнулся. – Насколько я слышал, Грим был пиратом, который сколотил состояние во время гражданской войны, еще до моего рождения. Тогда он был пиратом, а по слухам, которые ходили по Пику, он и сейчас пират, только другого рода. Вряд ли этот грязный старик, управляющий чайным домиком, верно?

– Да. Я слышал, он сам их выбирает.

Мастер Сай откинулся на спинку кресла и развел руками.

– Золотая чаша. Говорят, что там варят лучший чай в городе и пекут самую вкусную выпечку. Мастер Мардан и мастер Феннис клянутся, что скоро эти чайные будут пользоваться огромным спросом. Дифавен будет полон ими, а потом Варр, Город Шпилей и все остальные места в империи. Думаю, мастер Феннис даже подумывает о том, чтобы оставить свой меч и вообще отказаться от воровства, чтобы открыть такую же в Варре.

Его прервали, когда одна из подавальщиц вернулась с серебряным подносом. Она наклонилась над столом, расставляя множество маленьких серебряных чашек и мисок. Беррен старался не смотреть. Девушка была одета в свободную рубашку. Можно было видеть всё до…

На мгновение их взгляды встретились, и Беррен поспешно отвел глаза, густо покраснев. Девушка мягко улыбнулась и поставила на стол тарелку с дюжиной крошечных кусочков, которые Беррен мог бы назвать пирожными, если бы они были в десять раз больше.

– Могу ли я предложить вам что-нибудь ещё, господа? – спросила она, снова взглянув на Беррена. Да, хотел сказать Беррен, но его охватило смятение. Мастер Сай вежливо улыбнулся.

– Спасибо, это все, – ответил он.

Девушка ушла, а Беррен не мог сдержать своего волнения.

– Мастер, разве вы не… – начал он, но затем остановился, глубоко вздохнув.

Мастер Сай нахмурился. Он никогда не любил говорить о женщинах.

– Хорошо, – сказал он наконец. – Пока мы ждем Кола, внимательно смотри, как я покажу тебе, как это работает. Не то чтобы тебе когда-либо понадобилось знать, как правильно наливать чай, но научиться никогда не помешает.

Воришка начал возиться с чайником и маленькими чашечками, наполняя их то чаем, то молоком. Беррен делал вид, что внимательно наблюдает за его действиями, но краем глаза продолжал следить за подавальщицами. Он не мог перестать думать о монахах. Как только они закончат, он увидит, как они сражаются! Демонстрация! А потом они будут учить его! Лучшие монахи-мечники во всём мире собираются учить его! Его! Эта мысль не давала ему покоя.

Возможно, это был мальчик, который лишь немного напоминал девочку. Разве они заставят его тренироваться с девочкой?

– Я сдаюсь, не так ли? – ворчал мастер Сай, но в его голосе не было злости. Он почти улыбался, что Беррену редко удавалось увидеть.

– Нет, нет, ты прав. Иди и любуйся красивыми девушками. Думаю, ты это заслужил. Мы неплохо заработали за время пребывания здесь Его Высочества.

Воришка похлопал себя по карману.

– У меня есть для тебя горсть серебряных крон. Наш принц, конечно, платит лучше, чем Юстикар Коль. А Юстикар, когда удосужится приехать сюда, тоже должен мне кошелек. Его почти улыбка превратилась в оскал.

Он поднял свою чашку.

– За нас! Лучшие воры-домушники в городе. Что будем делать на этот раз? В морских доках снова пропадают товары.

В морских доках всегда пропадали товары. С тех пор как один из портовых мастеров попытался убить их обоих, мастер Сай стал следить за всеми. Каждый из них был в чем-то замешан.

Беррен покачал головой.

– Может быть, займемся чем-нибудь другим? Мне надоели доки, а они все еще думают, что это кто-то из нас убил того жирного ублюдка Вендормена.

На мгновение мастер Сай снова улыбнулся.

– Разве ты не находишь, что это очень полезно? Они нас здорово боятся.

– И это заставляет их держать язык за зубами.

– В речных доках грабили баржи. Целые грузы исчезают в ночи.

– Кол просто хочет найти предлог, чтобы послать тебя туда с солдатами, чтобы снова их выжечь.

– Возможно.

– А что насчет того, кто пытался проникнуть в комнаты принца? Разве за это не назначена награда?

Мастер Сай усмехнулся.

– Не от Кола. Обычно его не слишком заботит убийство людей. Его больше интересует кража вещей. В последнее время на ночных рынках стали появляться любопытные товары. Несколько торговцев разбогатели сверх меры. Вельгиан сказал мне, что у них даже был черный порох Таки. Может быть, нам стоит начать с этого?

Но ведь никто больше не видел, что произошло! В голове Беррена возникла четкая картина. Силуэт в ароматическом саду, оружие Сторожа. Коротышка с двумя мечами за спиной, почти точная копия монаха-меченосца.

– Ладно, это неприятности худшего сорта. Тебе лучше держаться от них подальше.

Это был способ вора-домушника сказать, что он уже думал об этом. – Вот что меня интересует: недавно кто-то проник в здание суда. Убил двух охранников и украл какие-то бумаги. Кол хорошо заплатил, чтобы поймать того, кто это сделал. Очень хорошо.

Беррен пожал плечами. В конце концов, он был всего лишь учеником. Он не был уверен, что ему есть дело до того, чем они занимаются. Он все равно застрял бы в храме, изучая буквы и мечи, сколько бы ни пробыли здесь монахи-меченосцы. Мастер Сай мог идти и делать все, что ему заблагорассудится.

Он вздрогнул, представив, как учится фехтованию у девушки.

Вор-домушник больше не улыбался. Наоборот, его лицо выражало гнев. Снаружи, на площади Храма Солнца, зазвонили полуденные колокола, призывая верующих к молитве.

Мастер Сай покачал головой, отказываясь от этой темы.

– Лучше не будем об этом говорить, – сказал он.

Беррен снова пожал плечами, его взгляд блуждал по фигурам проходящих мимо девушек.

– А что, если бы это был монах? – спросил он, не в силах оторвать взгляд от их грациозных движений.

– Тогда ты был бы уже мертв, и принц, вероятно, тоже, – ответил мастер Сай.

– Не может быть, чтобы это был мастер Мардан или мастер Феннис. Они оба слишком высокие, – сказал Беррен.

– Вельгиан не так хорош в обращении с клинком, как в написании своих страшных рифм.

– Ты знал, что его ограбили? На следующий день после вашей пьянки в «Сторожевом оружии» он возвращался из Ривер Гейт, когда на него напали прямо у «Дома кошек и чаек». На него напали двое, один из них ударил его по лицу, а другой разрезал кошелек. Они оставили его сидеть на земле в луже, единственным следом был окровавленный нос.

Мастер Сай покачал головой.

В «Золотой Чаше» становилось все шумнее. Несмотря на то что колокола храма все еще звонили, люди входили в двери непрерывным потоком. В основном это были толстяки, одетые в богатые одежды. На мгновение Беррен забыл о мастере Сае. Он с открытым ртом наблюдал, как один из них лапает прислуживающих девушек и смеется, обращаясь к своим друзьям. Девушки делали вид, что их это забавляет.

– Деньги, парень, – тихо шептал вор-домушник. – Дом гильдии совсем рядом. Несколько благочестивых людей идут через площадь в храм на полуденную молитву, но большинство приходит сюда за сладостями Грима. У них есть богатство, парень, больше, чем ты можешь себе представить. Они могут сделать тебя принцем города или прогнать, не моргнув и глазом. Именно они платят Юстикару Колу, эти люди. Мы принимаем их монеты. Все берут их, так или иначе, даже ваш драгоценный принц. Следи за ними внимательно, но делай это осторожно.

Мастер Сай допил чай и налил себе еще. Несколько минут они молча наблюдали за растущей толпой. Время от времени вор-домушник указывал на какое-нибудь лицо и шептал имя. Когда золотая чашка наполнилась, одна из подавальщиц подошла к мастеру Саю и что-то прошептала ему на ухо. Вор-домушник кивнул. Мгновение спустя после ее ухода он поднялся на ноги.

– Пойдем, парень. Не знаю, что случилось с Колом, но мы не хотим опоздать к твоим монахам.

Беррен нахмурился. Он точно знал, сколько времени занимает полуденная молитва, и это было гораздо дольше, чем сейчас. Он бросил взгляд на пирожные, оставшиеся на столе.

Они не вышли из дома тем же путем, что и вошли, они выскользнули через черный ход словно слуги.

– Она попросила нас уйти, не так ли?

Мастер Сай не ответил, но, как только они оказались на улице, он остановился. Выражение его лица, когда он повернулся, было настолько суровым, что Беррен инстинктивно отступил на шаг назад.

– Золотой кубок не для нас, парень. Он для богатых и… – он глубоко вдохнул, и гнев медленно отступал. Казалось, он искал другие слова, но не мог их найти. В конце концов, он просто покачал головой. – Не для таких, как мы. Вот и все. Пойдем, парень. Не думаю, что мы вернемся.

8. Монах дракон

Они шли по извилистым переулкам от «Золотого кубка», пока не вышли на окраину площади Дифевен. Мастер Сай остановился у ворот храма, где торговал мужчина. Он продавал сладкие пироги с медовой начинкой, желтые и круглые, как полуденное солнце.

Вор-домушник купил каждому по паре таких пирогов. Он с аппетитом съел их и довольно отрыгнул. Не знаю, отвлекались ли вы когда-нибудь от своих дел днем, но эти пироги – лучшие в городе. Дорогие, но самые вкусные.

Беррен, который иногда пренебрегал молитвами, чтобы насладиться солнечным пирогом, когда была возможность, не произнес ни слова. Он слизнул крошки с губ и последовал за мастером Саем через ворота. Священнослужители и послушники все еще были заняты молитвами, но монахи уже приступили к тренировкам. Они начертили круг на песке и начали разминаться, чередуя интенсивные схватки с использованием палок.

Беррен подошел к линии на песке и сел, чтобы наблюдать за ними, уплетая второй солнечный пирог. Он никогда не видел, чтобы кто-то мог делать то, что делали эти монахи с мечами, а ведь это была всего лишь тренировка! Для начала он никогда не встречал никого, кто мог бы так сильно сгибать ноги. А когда они перешли к выполнению сальто на руках и сальто назад, у него отвисла челюсть. Они как будто отскакивали от земли! Он глубоко вздохнул, чтобы сдержать свое удивление.

– Ух ты!

– Впечатлен? Акробаты делают это на площади Четырех Ветров каждый фестиваль.

Беррен кивнул. Он тоже видел их выступления. Но у акробатов не было мечей.

Через несколько минут монахи, похоже, заметили, что за ними наблюдают. Двое из них остановились – девушка и самый старый монах, который стоял и наблюдал за остальными. Девушка смотрела на Беррена с явной враждебностью, и Беррен ответил ей тем же. С коротко остриженными волосами и татуировкой в виде солнечных лучей на лице она вполне могла сойти за мальчика, и даже обтягивающие желтые рубашки, которые носили монахи, не могли скрыть ее истинной природы.

Старший монах наклонил голову к мастеру Саю.

– Я здесь старший дракон, – сказал он ровным и официальным тоном, в котором не было ни дружелюбия, ни враждебности. Он бросил короткий взгляд на Беррена. – Этого мальчика хоть как-то обучали?

Мастер Сай вздрогнул.

– Да, у него было несколько уроков. В основном по стойке, хвату и базовой технике.

Беррен сморщил нос и посмотрел на небо. Немного, но недостаточно.

– Умеешь ли ты держать меч? – спросил Старший дракон.

Мастер Сай встал и жестом пригласил Беррена последовать его примеру. Когда они оба поднялись на ноги, он вложил свой меч в руки Беррена.

– Покажи им свою защиту.

Беррен, повинуясь, принял оборонительную стойку. Он стиснул зубы и напряг пальцы ног, когда девушка покачала головой и закатила глаза. Старший дракон внимательно осмотрел Беррена. С нежностью он положил ладонь на плечо юноши. Затем, казалось, без малейшего усилия, он перевернул Беррена так легко, словно тот был листом на ветру.

Кто научил его так стоять? – подумал Беррен, ощущая боль в плече, словно его лягнула лошадь. Он с трудом пошевелил рукой, пытаясь подняться на ноги. Старший дракон касался его, но как он мог ударить так сильно и так близко?

Мастер Сай нахмурился.

– Вообще-то, да. Я был бы признателен, если бы вы его не покалечили.

Старший дракон с поклоном согласился:

– Конечно. – Он махнул рукой, приглашая девушку вперед. Чем больше Беррен смотрел на неё, тем больше он вспоминал силуэт, который видел в саду ароматов. Это могла быть девушка, подумал он, если бы это была девушка, похожая на мальчика…

– Это Тасара, самая младшая из моих учениц. Я подумываю поручить ей обучение вашего ученика. Ее навыков вполне достаточно.

Как будто сам принц не выделил ее! Зачем ему понадобилось указывать именно на нее? Потому что она была ближе всех, когда ему пришло в голову? Беррен стиснул зубы.

Старший дракон кивнул:

– Опыт пойдёт ей на пользу.

Его голос был нейтральным, но Тасаре было совсем не до безразличия. Она с яростью посмотрела на Беррена.

– Тасара обучалась в ордене с трех лет и владела мечом с шести. Хотя она не была одним из лучших моих мечников, я уверен, что любые недостатки в ее технике не имеют значения в данном случае. Полагаю, она была бы на одном уровне с вашим мальчиком примерно в десять лет, а с вами – в двенадцать.

Мастер Сай усмехнулся.

– С таким утверждением трудно согласиться.

Старший дракон сделал шаг в сторону, приглашая мастера Сая пересечь кольцо на песке.

– Вы можете сами убедиться, если пожелаете.

Мастер Сай долго не двигался. Тасара наблюдала за ним, его мышцы напряглись, словно у свернувшейся змеи, ожидающей удара.

Мастер Сай снова уставился на Тасару.

– Тасаре будет полезно ознакомиться со стилем предыдущего учителя ее ученика. Так она увидит недостатки, которые были внесены в его обучение, и будет знать, что нужно исправить, прежде чем дурные привычки станут привычкой. Предположим, что еще не все слишком поздно для этого. Как вы заметили, они почти одного возраста.

Желудок Беррена сжался, а сердце забилось быстрее. Он собирался показать ей! Ведь мастер Сай кое чему его научил!

– Мне всегда говорили, что нет смысла учить человека обращаться с мечом, пока он не станет достаточно сильным, чтобы правильно его держать.