Неприятности в ассортименте
- -
- 100%
- +
– И ты знаешь код? – удивился Коля.
Его удивление свидетельствовало: он сам бы никогда не доверил тайную комбинацию цифр жене.
И правильно бы сделал!
Ведь код монументального таировского сейфа известен уже и мне. Ирина на всякий случай продемонстрировала лучшей подруге, как он открывается. Словно маленькие девочки, затаив дыхание, мы всматривались в плодородные глубины сейфа, взвешивали в ладонях тугие пачки денег, примеряли драгоценности – за год Таиров столько всего успел надарить своей любимой крошке!
– Да, я знаю код. Думаю, зеленая папка лежит в сейфе.
В редакцию меня подбросила Ирина – путешествовать по жаре в ледяном салоне ее «рено» было гораздо приятнее, чем в маршрутке с нагретыми сиденьями. За пятнадцать минут, элегантно объехав пробку на центральной улице, мы на скорости двадцать километров в час лихо домчались до здания, где располагались офисы журнала «Удачные покупки».
Ира недавно получила права, и от язвительных замечаний в свой адрес по поводу манеры вождения ее спасала внешность.
Пока.
Но с каждым годом количество машин и аварийных ситуаций увеличивается, а раздраженность и озлобленность водителей усиливается настолько, что скоро даже такие незаурядные внешние данные, как у Ирины, не будут спасать девушку от нравственного растерзания коллегами-автомобилистами. Я надеюсь, к тому времени подруга все же избавится от милой привычки глохнуть на трамвайных путях. Подозреваю, она считает день прожитым зря, если ей не удалось хотя бы разочек застрять на рельсах.
– Приедешь ко мне после работы? – жалобно взглянула на меня Ириша.
Я подавила душераздирающий вздох. С одной стороны, было невыносимо ее жаль. Ей требовалась поддержка. Но с другой стороны, пилить после работы на раскаленном автобусе в их коттеджный поселок – сомнительное удовольствие. К тому же Никита вернулся из командировки, он дома, ему тоже хочется урвать частицу моего внимания.
– Ир, сегодня никак…
– Конечно, я понимаю.
– Давай, осторожно на дороге. Не гони, – напутствовала я подругу.
…По коридору редакции кралась на цыпочках – пыталась избежать встречи с начальником. Я знала – за мной долг. Конспираторские усилия не дали результата, Степан Данилович появился в дверях и, наблюдая за моим приближением, смотрел так ласково, словно я была горячим бифштексом, красиво сервированным с жареным картофелем и помидорками-черри. Окладистая русая борода, гигантский рост и лучики в уголках глаз делали нашего главного редактора похожим на былинного героя.
– Юля, детка, как я рад тебя видеть!
– Здравствуйте, Степан Данилович. Я тоже безумно рада.
– Заходи в кабинет, надо поговорить.
Я шлепнулась в кресло и нагло достала пачку сигарет.
– Можно курить, Степан Данилович? Нет? Ну только одну… Ну пожалуйста…
Так как, завлекая подчиненную в кабинет, шеф вынашивал планы экзекуции, он не смог мне отказать – это было бы слишком жестоко.
– Ты же хотела бросить, – поморщился от дыма Степушка.
– Бросаю! – горячо заверила я и с наслаждением сделала еще одну затяжку.
В прошлом году наш журнал сменил типографию, потолстел и стал еще красивее. К тому же «Удачные покупки» выиграли конкурс среди изданий подобного формата. Мы стали торговать франшизой, и журнал был удачно клонирован уже в семи крупных городах.
Биг босс почивал на лаврах, пожиная плоды потогонных родительских трудов. Его создание, пройдя длинный путь от младенчества до зрелости, стало приносить щедрую выгоду.
Пребывая в благостном расположении духа, Степан Данилович пилил меня очень деликатно, как фокусник-практикант, и словно подыгрывал себе на лютне.
– Юленька, детка, я тебя не узнаю! – ласково прожурчал он.
Я с опаской потрогала нос и уши. Все на месте, не отвалилось. Почему бы боссу меня не узнать?
– Ни одного контракта за столько месяцев!
– А, вы об этом… Да, увы.
Я-то боялась, он начнет ругаться по другому поводу. Я немного задержала статьи для специального номера журнала.
– Раньше ты была более активна.
– Угу.
– У тебя все в порядке?
У меня, в принципе, да.
А вот у Ирины…
Я уже открыла рот, собираясь изложить Степушке печальные подробности, но вовремя вспомнила о золотом правиле американцев – не снимай улыбку, даже если тебя перекашивает от злобы и зубной боли.
– Степан Данилович, я обязательно что-нибудь найду и принесу в клюве.
– Пробегись по старым контактам.
– Да.
– «Спектрал» еще не уговорила?
– Ну… Они такие крутые, – отвлеченно заметила я.
Не сообщать же боссу, что до строительной компании «Спектрал» меня ноги так и не донесли.
– Буквально на днях наведаюсь к ним.
– Давай. Нужны новые контракты. У нас страниц теперь много, надо заполнять рекламой. И тебе хорошо – проценты. Ты ведь продолжаешь выплачивать ипотечный кредит?
– О да, – с содроганием вспомнила я о моей кабале. – Все, побежала трудиться.
– Давай. К концу недели жду от тебя хоть что-то…
Из командировки Никита вернулся уставшим. Я заметила: раньше трудности длинных поездок он выносил непринужденно, в нем пылал энтузиазм. Но последние полгода изменили его отношение к работе.
Виной всему стал контракт с французским концерном «Шато». Добыть его, обойдя конкурентов, было непросто. Львиную часть работы проделал Никита Арабов, мой славный рыцарь и одновременно зам по развитию в АО «Фростком». Выделывая пируэты ради заключения контракта, Никита рассчитывал на определенное вознаграждение.
Во-первых, мечтал о щедром проценте от суммы сделки. Во-вторых, собирался пополнить свой пакет акций (пока весьма скромный) и выйти на новый статусный уровень, превратившись из наемного работника в компаньона с правом голоса. В-третьих, и сами акции должны были значительно подорожать, так как союз с французами сулил «Фросткому» трехкратное увеличение объемов.
Однако владелец «Фросткома», господин Мельник (и тоже Никита), распорядился иначе. Статус моего бойфренда в фирме не изменился, премией за подписание удачного контракта стало лишь увеличение зарплаты. Амбиции Никиты не были удовлетворены, а огромных денег, которые мысленно он уже тратил направо и налево, он так и не увидел. Похоже, зайчик чувствовал себя обманутым и использованным. Обида крепла, особенно больно становилось при мысли, что нож в спину всадил не кто-нибудь, а Никита Платонович Мельник, гендиректор «Фросткома», давний соратник и практически друг. «Друг» предпочел состричь купоны и спрятать их в свой карман.
И не говорите мне о нерушимой мужской дружбе!
Камнем преткновения для мужчин становятся деньги. А для женщин – мужчины. Вот у нас с Ириной – дружба. Наш союз проверен временем, незыблем, как пирамида Хеопса… Но только потому, что мы ни разу не влюблялись в одного и того же парня.
Итак, только неприятностями на работе я объясняю нервозность Никиты в последние месяцы. Это для меня непривычно. Встретив судьбу в январе прошлого года, я привыкла награждать любимого следующими эпитетами:
1. Уравновешенный, спокойный, невозмутимый.
2. Надежный.
3. Остроумный.
…
9. Чуткий, тонкий.
…
57. Невероятный, потрясающий, великолепный.
58. Заботливый.
…
371. Бесподобный.
Теперь, к сожалению, пора составлять новый список. Никита изменился. Но почему-то сейчас, когда время от времени мы начали ссориться, я люблю его еще больше…
В прихожей хлопнула дверь. В секунду поседев от страха, я затушила сигарету, сбросила ее с балкона и схватила с подоконника заготовленный бокал с зубным эликсиром. Гадость необыкновенная! Стоит набрать полный рот и – вот оно, ни с чем не сравнимое ощущение: гангрена языка! Зато напрочь уничтожает никотиновый аромат.
Божественный аромат!
– Юля, ты где? Я пришел! – обрадовал любимый.
– Я тут, – отрапортовала бессовестная курильщица и, выплюнув отраву обратно в бокал, молниеносно выплеснула жидкость на улицу. – Привет!
– Мать вашу! – донеслось откуда-то снизу, из-под балкона. Наверное, какой-то мужчина подвернул ногу или угодил в собачкин сувенир.
Вот бедняга!
Я вошла в комнату.
– Привет, Никитушка!
– Здравствуй, малыш. Какие у вас новости? Есть что-нибудь о Таирове?
– Увы. – Я тут же загрустила. – Абсолютно! Из милиции звонят пять раз в сутки, интересуются, нашли мы Льва или нет.
– Так они приняли заявление?
– Угу. Только помощи от них никакой. Молодцы, да? Спасибо Коле, он подключил знакомых из ФСБ.
– Ого! Ваш Коля крут.
– Не то чтобы… Но Таиров – его лучший друг. Поэтому Коля роет носом землю. Его знакомые, конечно, что-то делают. Расспрашивают, вычисляют. Но Льва-то нет! Нет его… С каждым днем все тяжелей. Не представляю, как Ирина выдержит это.
– Кошмарная ситуация.
– Угу. Не дай бог!
Мы немного помолчали, обдумывая сложившееся положение. Теперь я постоянно представляла себя на месте Ириши. И содрогалась от ужаса.
– Ты ела?
– Ну…
Вообще-то я курила на балконе.
И в паузах печатала статью.
– А хочешь?
– Когда это я хотела есть? Но за компанию с тобой… Надо так надо. Сейчас организую ужин.
– Нет, если ты сама не хочешь, тогда и не стоит. Я поел у мамы.
– Оба-на!
– Ну да. Мама захотела познакомиться с Генри. Словно дворянка из XVIII века, она без ума от всего французского. Пришлось везти Генри к ней в гости.
– А-а… И чем же угощала вас Лана Александровна? Неужто испекла свои орденоносные эклеры?
Кажется, это прозвучало чересчур язвительно.
Так нельзя.
Никита может обидеться.
– Не угадала. У нее рядом с домом шикарный ресторан русской кухни. Готовят там изумительно, и можно заказать блюда на дом.
– Именно так и поступила Ланочка? – прозрела я.
– Да. Генри невероятно понравились и кулебяка, и борщ, и клюквенная настойка. Мне тоже.
– Рада за вас, – кислым тоном произнесла я.
Чудненько! Меня не сочли нужным пригласить на семейную вечеринку. Это неприятно укололо. Я бы вполне естественно смотрелась рядом с сыном Ланы Александровны на званом ужине в честь заезжего гостя. Как-никак, без пяти минут член семьи.
Они рассудили иначе.
– Ты только не обижайся, – тонко уловил Никита мое настроение. – Все вышло спонтанно. Мамуля позвонила в тот момент, когда я вез Генри в гостиницу. Узнав, что мы голодные, решила быстро организовать ужин.
– И благодаря территориальной близости к ресторану русской кухни ей это удалось блестяще, – ядовито заметила я.
Никита смущенно улыбнулся: он почувствовал себя виноватым.
Глава 4
На ловца и зверь бежит
Не обнаружив в сейфе зеленой папки с компроматом на господина Кунгурова, Ириша собралась вскрывать паркет во всем коттедже и штробить стены. Учитывая, сколько миллионов Лев вложил в отделку дома, идея выглядела вполне здравой.
Ирина раздобыла у знакомого врача сильные транквилизаторы и ела их килограммами. Благодаря этой хитрости после очередной дозы ей удавалось продержаться без слез целых пятнадцать минут. Прочитав аннотацию к препарату, я упала в обморок. Человеку, наевшемуся подобной отравы, нельзя было не только садиться за руль, но даже дышать в сторону автомобиля. А Ирина каждый день цеплялась грабельками за баранку «рено» и выбиралась из поселка в город. Более того, рисковала жизнью подруги!
Я аккуратно забрала дрель из ее трясущихся рук.
– Не думаю, что Лев стал бы прятать документы куда-нибудь под паркет.
– Правда?
– Да. Все гораздо проще, все лежит на поверхности. Надо только присмотреться.
Часа три мы «присматривались». Рылись в доме, ворошили журналы и газеты на полках, заглядывали в коробки в гардеробных комнатах, теребили многочисленные фолианты в библиотеке. Все это – с нулевым результатом.
– Проклятый Кунгуров… Убила бы… – вяло пробормотала Ирина.
Я взяла со стола Льва ежедневник – огромный, в красивом кожаном переплете, с разноцветными пластиковыми вставками, закладками, разделителями.
– Можно посмотреть? – нерешительно спросила я у подруги.
Та молча кивнула.
Записи обрывались на дне исчезновения Льва. Пролистав несколько страниц, я убедилась, что только за последние две недели Таиров встречался с Ярославом Кунгуровым целых три раза. Вот как прилип к нашему львенку этот кровосос! В двух местах было бесстрастно обозначено:
«13.40 – «Виконт», Кунгуров». (Значит, они встречались в ресторане «Виконт».)
«15.00 – «Супер-Сити». (Безусловно, это тоже означало стрелку с Кунгуровым, вероятно, в его офисе.)
Зато третья запись была сделана алым маркером, и к фамилии конкурента Лев пририсовал ужасную рожу с выпученными глазами и вывалившимся языком.
– Ты позволишь, я заберу ежедневник Таирова домой и изучу его подробно?
– Бери, – безучастно ответила Ирина. Она сидела в кресле и двумя пальцами – указательным и средним – «шагала» и «шагала» по подлокотнику.
Надо отобрать у нее таблетки.
По крайней мере, сократить их порции.
Звонок Николая Кривицкого настиг меня на рабочем месте. Я сидела в моем отсеке, каждые три секунды механически улыбалась мелькающим в дверях коллегам и собиралась закинуть удочку в Интернет.
Надо раздобыть полную информацию о фирме «Супер-Сити» и ее владельце Ярославе Кунгурове. Попытаемся сами разобраться с этим мрачным персонажем, раз нам пока не удалось найти пресловутую зеленую папку. Кстати, после часа поисков в особняке Льва я (горжусь собой!) сделала гениальное предположение: ведь Таиров вполне мог переложить документы в конверт другого цвета! Догадка, достойная Шерлока Холмса! И следующие два часа мы искали не только зеленую, но также розовые, голубые, фиолетовые, желтые пластиковые папки…
Нет, я, конечно, не пытаюсь влезть в партию, разыгранную опытными игроками. Николай руководит поисками, у него под началом целый батальон фээсбэшников, наверное, какое-нибудь секретное подразделение «Скорпионы-8»… Ну, с батальоном я, возможно, преувеличиваю. Просто хочется верить, что судьбой Льва Таирова обеспокоено большое количество людей. Но у меня необратимая профессиональная деформация мозга – я не успокоюсь, пока не удовлетворю собственное любопытство.
И сейчас объектом моего интереса стал Ярослав Кунгуров – бизнесмен, приложивший руку к исчезновению Льва…
– Привет, – услышала я в трубке голос Николая.
Коля предпочел сотрудничать со мной, хотя за помощью к нему обратилась конечно же Ирина. Оно и ясно. Сейчас я была гораздо более адекватна, нежели моя несчастная подруга.
– Привет, Коль. Есть что-то? – с замиранием сердца спросила я. Так в войну ждали почтальона – принесет или письмо с фронта от мужа, сына, возлюбленного, или извещение о смерти бойца.
– Пока нет, – уныло ответил Николай.
– Зеленую папку со Шреком мы тоже не нашли, – окончательно испортила я ему настроение.
– Да? В сейфе посмотрели?
– Не только в сейфе. Вскрыли полы и стены, перетрясли иранские ковры, взломали мебель.
– Как странно.
– А ты не ошибся?
– В смысле?
– Компромат на Кунгурова действительно существует?
– Юля, но ведь Лев сам мне показал!
– Ладно, раз мы не нашли ее в офисе и дома, остаются и другие варианты. Первый: папка может лежать в машине Льва. Из ГАИ никаких известий о джипе?
– Никаких, – вздохнул Коля. – Только что им звонил. Пока никакой информации.
– Второй вариант: Лев положил папку в банковскую ячейку.
– Да, ты права. А Ирина не знает, есть ли у Льва такая ячейка?
– Не знает, я уже спрашивала.
– М-да… Ладно, Юля. Ты, конечно, молодец.
– Только пока ни на секунду не приблизила момент возвращения Льва.
– Но мы же пытаемся. Не сидим сложа руки.
– Ты веришь, что Лев еще жив? – нерешительно спросила я.
– Я абсолютно в этом уверен, – твердо сказал Николай.
Его безапелляционный ответ прозвучал как музыка.
– Правда?!
– Да. Нисколько не сомневаюсь. Мой лысый друг жив. Мы его найдем и вернем Ирине. Возможно, слегка помятого, но живого.
– Как здорово это слышать от тебя, – всхлипнула я в трубку, усиленно сражаясь с рыданиями.
– Юля, и ты туда же! – заволновался Николай. – Ну-ка, быстро перестань! Не реви!
– Я не буду…
– Давайте спокойно и методично еще раз прочешите дом и кабинет Таирова.
– Хорошо, сделаем.
– А я буду звонить.
– Коль, спасибо тебе, – шмыгнула я в трубку.
– Ха! Вот здорово! И чего это ты меня благодаришь?
– За помощь. Ты же не обязан так впрягаться.
– Это ты не обязана. Ты сколько лет знаешь Льва?
– Ну-у… Года два.
– А я – больше двадцати. Мы дружим с первого класса. И кто же из нас впрягается – ты или я?
Ну, мне-то не привыкать.
Я и мимо совершенно чужого человека не пройду.
А тут родная подруга страдает.
Неужели я закрою на это глаза?
Вся информация о риелторской компании «Супер-Сити», добытая в Интернете, была пристально изучена мною. Сайт фирмы выглядел шикарно, упоминания в прессе рисовали образ динамичной и современной компании, рьяно отстаивающей интересы клиентов и готовой удовлетворить самые экзотические запросы в сфере покупки, продажи, аренды недвижимости.
Руководитель «Супер-Сити» – сорокасемилетний Ярослав Кунгуров – представлял собой идеал талантливого бизнесмена и мощного руководителя. Так следовало из статей, написанных на заказ (тем же самым и мы занимались в «Удачных покупках» – прославляли успешных предпринимателей за их же деньги).
Кунгуров построил дело с нуля, начинал с тесной комнатушки и одного компьютера. Теперь его компания практиковала любые виды сделок с недвижимостью, штат агентов измерялся десятками, прибыль – числами с большим количеством нулей. В начале года «Супер-Сити» засосал, будто трясина, три агентства недвижимости и теперь сравнялся по масштабу с агентством Льва Таирова. Кунгуров не оставлял идею расширения бизнеса, вероятно, слово «монополизм» сладко грело его сердце. Таиров действовал аналогично.
Таким образом, в городе не осталось фирм, способных конкурировать с «Супер-Сити». Единственное исключение – таировский «Квартал»…
Да, ничего криминального на Ярослава Кунгурова в Инете я не обнаружила. Оно и понятно. Лев наверняка получил компромат на противника из более локального источника. Но, несмотря ни на что, Кунгуров переиграл молодого соперника. Вероятно, большой жизненный опыт, циничность и жестокость помогли ему в этом. Ведь в интеллекте, я думаю, противники не уступали друг другу.
Кунгуров не стал церемониться.
Наверное, он просто нанял киллера…
– Юля!
В мое логово заглянула Наташа, редактор отдела красоты. В одной руке она держала запотевшую банку колы, в другой – пирожок.
– Салют, худышка! – сказала она. – Я пришла тебе сообщить… Да, кстати, в нашем прицепе сегодня офигенные пирожки с капустой.
С тех пор как рядом со зданием стал парковаться вагончик фастфуда, жизнь наших дам, пытающихся добиться сходства с изможденными топ-моделями, превратилась в ад. Они не могут работать, они мечтают о шаурме или пончиках.
– Не хочу, – помотала я головой.
– Везет тебе, Юля, никогда есть не хочешь.
– Зато курить всегда хочу. А нельзя. А я хочу!
– Ты же бросила. Ходила, можно сказать, по редакции с транспарантом «Я БРОСИЛА КУРИТЬ!!!». Опять сорвалась?
– А ты ходила с транспарантом «ДОЛОЙ 4 КГ К НОВОМУ ГОДУ!!!».
– Так далеко до Нового года, успею. Ой, Юля, а что это на тебе за джинсики?
– Здрасте, приехали. Самые обычные. Они всегда на мне. Я в них разве что не сплю.
– Постой, Бронникова… Где ты их раздобыла? – Поставив на стол колу и затолкав в рот пирожок, Наталья нагнулась к моей талии и стала выворачивать наизнанку пояс штанов.
Дались они ей!
– Это же подлинные Дольче и Габбана! – с благоговением прошептала Наталья.
– Хватит разыгрывать. Турция или Китай. Ну нет, не Китай. Но Турция – сто процентов.
– Да я же в этом разбираюсь! – возразила редактор отдела красоты. – Ну, Бронникова, удивила.
– Какая разница. Джинсы как джинсы.
– Ах, Юля, как ты несовременна. Тебя не волнуют бренды.
Спасибочки.
Я как-то попыталась приобрести вещь, названную в глянцевых журналах «культовой», «статусной», «must have сезона» и прочими гадкими словечками. Это был тренчкот восхитительного сиреневого цвета. И никакой радости он мне не принес, одни проблемы…
Да, если рассматривать меня под микроскопом, то я ужасающе несовременна. Ведь я не зацикливаюсь на:
а) одежде;
б) еде и развлечениях;
в) мобильных телефонах;
г) бытовой технике;
д) автомобилях…
Ну и так далее.
А современного человека должно намертво клинить на фетишах потребительского общества, иначе цивилизация обречена на вымирание. Ради кого все это производить, если людям вдруг станут до лампочки бренды и технические навороты?
– Знаешь, Юля, в такую жару ты могла бы ходить и в шортах. С твоими-то ногами.
– На работу – в шортах? – удивилась я. – А разве прилично?
– Ну, у нас в редакции демократичная атмосфера.
– Все равно, должны же быть определенные границы. Натка, ты ведь зачем-то ко мне зашла?
– Посмотреть на дизайнерские джинсы, – кивнула Наталья.
– Да нет же. С какой-то другой целью.
– А, ну это… Степан Данилович сказал проверить, здесь ли ты. И если случится невероятное и мне удастся обнаружить тебя на рабочем месте… Ой! Юля, быстро беги, он же звал тебя!
Я приняла низкий старт, надеясь поставить мировой рекорд скорости на двадцати метрах, отделяющих меня от кабинета начальства. Но тут увидела, как стопка бумаг и журналов на моем столе (небольшая такая стопочка, от силы два метра высотой) теряет четкие очертания, заваливается вбок, как Пизанская башня. С крыши «Пизанской башни» съехал журнал «Архитектура и дизайн» – его влекло прямо к банке колы, оставленной на краю стола Натальей. Еще мгновение – и моя личная редакционная территория будет залита шипучкой! А я ненавижу беспорядок! Оттирай потом липкие пятна со всех тех милых и нужных предметов, что украшают мой кабинет. Обязательно пострадают: две пары сланцев и запасные кроссы, три лампы, пять коробок с канцелярией, двадцать три папки с архивом, шесть баночек из-под крема, ну и так далее…
Ясное дело – катастрофу требовалось предотвратить. Я издала истошный вопль и, как футболист, в прыжке поймала банку. По пути, естественно, снесла Наталью и мое кресло. Натуся, падая с чудовищным визгом, зацепила клавиатуру компа, а с ней подставку для авторучек, телефон и пачку писем.
Я лежала на полу, вытянув вперед руку с пойманной добычей (как статуя Свободы с факелом), на мне удобно расположились редактор отдела красоты, кресло и телефон… И тут в поле зрения появились ноги, сразу же идентифицированные мною как ноги Степана Даниловича. Увидев загадочную композицию, шеф молниеносно развернулся на сто восемьдесят градусов и пошел обратно.
Как мы его испугали!
Но через пару метров шеф остановился, потоптался и, крадучись, стал возвращаться. Я уже стояла на четвереньках, а Наталья с причитаниями пыталась снять с меня кресло. Оно прилипло, как коала. Прямо влюбилось в меня, блин!
Композиция: лесбиянки на отдыхе.
– Юля, – сказал Степан Данилович, – если тебе удастся выжить, пожалуйста, зайди ко мне.
В кабинете шефа находился мужчина. Наверное, новый клиент «Удачных покупок». Живая заготовка для рекламной статьи, полуфабрикат с глазками. Он стоял у окна, загорелый, невысокий и поджарый, как гончая. К переносице прилепились шикарные очки в тонкой оправе, из-за очков меня буравил проницательный взгляд.
Его белая рубашка выглядела так, словно ее только что с упоением отутюжили, а короткие рукава не скрывали густых черных зарослей на руках. Грудь мужчины, вероятно, была такой же первозданно-пушистой, но, так как, несмотря на жару, его шею стягивал галстук, убедиться в этом факте не представлялось возможным.
Да и не надо мне этого!
На худых щеках красовались вертикальные морщины – очевидно, именно в них трансформировались обаятельные ямочки, отличавшие мужчину в молодости.
«И ноги у него тоже ужасно волосатые», – меланхолично подумала я.
Дались мне его ноги!
Такие обильно покрытые шерстью самцы считаются небанально темпераментными. Я тут же в этом убедилась – незнакомец смотрел на меня так, словно хотел прожечь насквозь.
Размечталась о лаврах секс-бомбы!
Можно подумать, я прямо-таки притягиваю к себе мужские взгляды!
Нет. Мужчину конечно же интересовали сугубо мои деловые качества. Иначе зачем Степан Данилович пригласил меня в кабинет? Естественно, затем, чтобы познакомить с новым клиентом. А до худосочных бедер Юли Б. и ее пупырышков, подкорректированных силиконовыми вкладышами лифчика, господину N и дела нет!