Тайные мотивы

Глава 1

Неделя была насыщенной, поэтому выходных я очень ждала. Шеннон, с которой мы сдружились пару лет назад на курсах по йоге, мечтала об отдыхе еще больше, ведь вечером будет праздник в честь ее дня рождения.

– Я тебе скинула название клуба и адрес, – щебетала она в трубку, – собираемся к десяти. И приезжай без машины, ты же выпьешь за мое здоровье?

– Посмотрим, – ответ был таким же обычным для нас, как и вопрос, потому что подруга с завидной регулярностью пыталась добраться до причин моего отрицательного отношения к алкоголю. Нет, она не стремилась меня споить и сама не являлась страстным приверженцем этой привычки. Просто не могла понять, как это человек может сознательно и без повода отказаться от бокала-другого вкусного игристого напитка даже по случаю.

– Ну ладно! Жду тебя, нас там найти будет нетрудно. И я наконец познакомлю тебя с ним! – Мы распрощались, и я поймала себя на мысли, что мне самой уже стало интересно, с кем же встречается Шеннон. Этот мужчина, по ее словам, был красив, словно Аполлон, великолепен в постели, обеспечен и щедр, в общем – самый-самый. Воплощение ее грез и фантазий. Она по уши в него влюбилась, хотя их отношения начались не больше месяца назад.

«Главное, что счастлива», – подумала я и захлопнула рабочий ноутбук.

Офис опустел, город, просматривавшийся как на ладони сквозь панорамные окна бизнес-центра, накрывал вечер. К уличному освещению добавлялись то тут, то там загорающиеся неоновые вывески, мягкий свет из близлежащих баров и ресторанов приглашал разделить уютную неспешную атмосферу пятницы. Сейчас поеду домой, переоденусь – и в клуб.

Я подхватила сумку и направилась к запасному выходу, где располагался резервный лифт для обслуживающего персонала. Не хотелось обходить здание по периметру через общий холл, тем более моя машина стояла в соседнем проулке.

Нажав кнопку вызова, я вспомнила, что осталась в офисных туфлях. На шпильке ездить не очень удобно, но и возвращаться времени не было, иначе опоздаю на вечеринку Шеннон.

Телефон звякнул, и я погрузилась в чтение письма, которое ждала по работе. Поэтому, когда лифт приехал и с тихой трелью открылись двери, я, не поднимая головы, зашла внутрь и автоматически развернулась лицом к выходу.

Кабина стала плавно опускаться. Буквально несколько мгновений мне потребовалось, чтобы вспомнить, что кнопку я не нажимала. Подняв взгляд, вместо панели я увидела мужчину, одетого в темную майку и черную куртку свободного кроя, не скрывающую наплечную кобуру. Правильные черты лица, острые скулы, русые волосы с идеальной стрижкой, глаза, цвет которых определить невозможно, смотрели прямо без какого-либо выражения.

Мужчина был всего на полголовы выше меня, но я показалась себе очень маленькой. Широкий разворот плеч и атлетическое телосложение говорили о том, что тренировки он точно не пропускает. Лифт для меня сразу как-то уменьшился в размерах.

Не ожидая увидеть кого-то так близко, я машинально отступила назад, но вместо стены спиной уперлась в другого пассажира, а вернее, впечаталась. Резко повернувшись, чуть не потеряла равновесие на этих злосчастных шпильках, но меня аккуратно придержали за талию.

Моим спасителем оказался брюнет, примерно такого же роста, как и его напарник. Почему я подумала, что они вместе? Это было очевидно по их одежде. Так получилось, что я стояла боком к незнакомцу, практически облокотившись на него. Миндалевидные глаза цвета ночи, казалось, смотрели в самую душу. И тут мое сознание поплыло, потому что, если бы меня спросили, каким я вижу мужчину своей мечты, я бы без раздумий указала на стоящего рядом человека. И дело было даже не во внешности. Меня просто накрыло его аурой, энергетикой, какой-то истинно мужской силой. А еще этот запах парфюма с древесными нотками и тонкий умопомрачительный флер чего-то неуловимого, но настолько притягательного, что в моей голове разорвалось нечто, оголив чувственность до предела.

И зачем я опустила взгляд на его губы, которые были всего в нескольких сантиметрах от моих? Какой четко очерченный контур, какая правильная форма. Я никогда не думала, что могла ощущать к мужчине такое неконтролируемое магнетическое притяжение. Стало жарко, кровь глухими ударами сердца пульсировала в висках. Казалось, его руки на моей талии оставят на теле ожоги.

Не понимая, зачем я это сделала в тот миг, но, скорее всего, чисто инстинктивно: провела языком по пересохшим губам. От этого жеста что-то в глубине зрачков незнакомца колыхнулось, и меня пробила такая волна желания, что я вздрогнула. Это привело в чувство и заставило взять себя в руки.

Опустевшее здание, лифт, двое вооруженных мужчин, и я, одетая в тонкую блузку с почти до груди расстегнутыми пуговицами, практически повисла на первом встречном. Можно констатировать полное отсутствие чувства самосохранения. Конечно, бизнес-центр хорошо охраняется, и по виду ребята не внушали страха, но осторожность никогда не бывает излишней. Вполне вероятно, исходя из одинаковой одежды, что они или сопровождали кого-то, или в принципе находятся, скажем так, при исполнении, так как в нашем здании арендаторы бывают разные. Я часто видела здесь и инкассаторов, и полицейских, и личную охрану, особенно когда организовывались какие-либо важные переговоры. Просто встретить этих парней вне рабочего времени было полной неожиданностью.

Все произошедшее длилось не более тридцати секунд, а нам еще предстояло спускаться вместе какое-то время. С огромным усилием мне удалось сделать два шага влево, освобождаясь из рук незнакомца.

– Простите… Я… я думала, что еду одна, – своего голоса я не узнала.

Стоящий напротив мужчина наклонил голову и теперь смотрел иронично с легкой улыбкой на губах. Он отшагнул в сторону, и мне стала видна лифтовая панель, на которой были зажаты кнопки первого этажа и подземного паркинга.

– Спасибо, – практически выдавила из себя я.

Повернуться в сторону своего спутника я не могла, боялась, что колени подведут. А так явно терять самообладание перед первым встречным – просто верх неприличия.

Секунды тянулись медленно, о письме я благополучно забыла, упершись взглядом в двери лифта. Дышать было трудно, воздуха не хватало, хотя работал кондиционер. Мысленно поблагодарила экологию, что ради нее свет во всем здании в вечернее время приглушали – и мой румянец был не так заметен под спадающими волосами.

Заиграла веселая трель, лифт приехал на первый этаж. Створки открылись, и я в легком беспамятстве вышла из кабины, не оборачиваясь.

– До встречи, – негромко прозвучало мне вслед. Контрольный в голову, иначе не назовешь.

Знакомый охранник на посту запасного входа принимал у меня ключи от офиса с настороженным взглядом.

– Все в порядке?

– Да, все хорошо. – Я толкнула дверь и вышла на улицу, остановившись, чтобы выровнять дыхание и прийти в себя. Теплый сентябрьский вечер встретил свежестью и приятной прохладой. Ветер зарывался в волосы и наполнял легкие живительным воздухом.

Ладно бы я была юна и впечатлительна, чтобы падать в обморок от привлекательных мужчин. Но мне уже за тридцать, у меня за плечами брак, и удивить меня уже вряд ли можно. Потерять голову от мужчины? Да так, что мне теперь просто необходимо переодеться? Такого не случалось никогда. Влюбленность, влечение, бабочки в животе – все это было. Но чтобы страстный отклик от одного прикосновения и взгляда? Нет. Хотя Шеннон точно бы смогла объяснить это результатом моего опрометчивого решения после развода сделать перерыв в отношениях. Как-никак, прошло уже достаточно времени.

Моя машина стояла в переулке, и я уже собиралась переходить дорогу, когда из офисного паркинга выехал черный Бригат. Самый мощный из существующих внедорожников, стекла тонированные, по всей видимости и бронированный. Он очень схож с такой же моделью, но для простых смертных. Этот же большой, премиальный автомобиль делается на заказ для спецслужб, да таких, о которых даже всуе не упоминают. При этом отличить их друг от друга практически невозможно, если не знаешь, на что нужно обращать внимание.

Переходя дорогу, я не удержалась и взглянула вслед: увидеть хотя бы салон этой машины – практически сказочное везение. О том, чтобы порулить, я даже мечтать не могла.

Как оказалось, моему желанию суждено было скоро сбыться.

В клуб я приехала с небольшим опозданием. Охранник лениво мазнул по мне взглядом и подвинулся, освобождая проход. Такие места я знала, в молодости посещала подобные заведения с подружками – и очень рада, что тот период был непродолжительным. Царство приглушенного света, элитного алкоголя, переоцененной кухни, гулкого музыкального бита, а также разношерстной публики. Многие девушки здесь явно искали приключений, а местные парни могли устроить их с лихвой. Бизнесмены отдыхали после тяжелого рабочего дня, их обеспеченные отпрыски сорили деньгами. На танцполе, который располагался по периметру квадратного барного острова, ритмично двигалась толпа в густом сизом дыму кальянов. По всей видимости, я пришла в самый разгар вечеринки.

Вокруг танцплощадки, которую венчал диджей на небольшом постаменте, за плотными отдернутыми портьерами находились столики. Я сразу заметила Шеннон, пропустить такое яркое мерцающее оранжевое платье было невозможно.

Радость от моего прихода переливалась в глазах подруги искрами выпитого шампанского. Мы обнялись, и она принялась знакомить меня со своими друзьями, некоторых я знала. Рядом с местом виновницы торжества во главе стола восседал мужчина. Как только мы подошли ближе, он лениво поднялся, промокнув салфеткой губы, и посмотрел на меня взглядом снисходительным и оценивающим. Он был довольно симпатичный: высокий, хорошо сложен, с правильными чертами лица, но почему-то вызывал неприязнь.

– Познакомься, Крис! Это Дэвид, – многозначительно произнесла подруга, сразу же прильнув к мужчине и повиснув у него на плече. – А это Кристина. Я тебе о ней рассказывала.

Я улыбнулась и поздоровалась кивком, умолчав, сколько всего слышала из уст Шеннон о нем самом. Дэвид вальяжно обнял девушку, накрыв ладонью платье ниже спины, и по-хозяйски произнес:

– Добро пожаловать.

Я вручила подарок имениннице и села на единственное свободное место, мечтая как можно быстрее вернуться домой.

Мельком разглядывая парня Шеннон, я пыталась понять, почему он мне сразу не понравился. И это стало очевидным, когда я заметила, как он ведет себя с ней и другими гостями. Мужчина будто делал окружающим одолжение лишь одним своим присутствием, не полностью понимая и осознавая, что некоторые шутки могут быть неуместными, что комплимент с издевкой таковым не считается, что прерывать собеседника, когда тебе становится скучен его рассказ, по крайней мере некорректно. Дэвид походил на переросшую золотую молодежь, которая, получив от родителей практически все и не отягощая себя необходимостью дать что-то взамен, прожигала жизнь в отсутствии моральных принципов и хоть каких-либо границ. Эти люди считали, что им принадлежит все. Я всегда старалась не вешать ярлыки, но своей интуиции привыкла доверять. Появившееся внутри чувство вызывало тревогу за подругу.

Сделав вывод, что мои опасения и советы не приведут к хорошему результату, ведь Шеннон по уши влюблена, я расслабилась и постаралась получить удовольствие от вечера. Это было несложно: еда оказалась отменной, компания интересной, а музыка подобрана со вкусом.

Портили общее впечатление только оценивающий взгляд Дэвида, который я иногда ловила на себе, и подходящие к нему, как на поклон, неприветливые незнакомцы. Они хищно смотрели на короткие юбки и декольте сидящих за столом девушек, но замечала это, как мне показалось, только я.

Произнесла тост и пригубила за здоровье именинницы, что вызвало у нее необычайный восторг. Уйти сразу после этого было бы невежливым, поэтому я с другими девушками спустилась на танцпол. Здесь людей значительно прибавилось, казалось, всеобщее веселье было в самом разгаре. С девчонками мы потерялись в толпе, звучавшие мелодии как-то гармонично вписались в этот вечер. Танцующие двигались в такт ритмичным битам, я, немного расслабившись от алкоголя, все же позволила себе просто насладиться этим моментом и прикрыла глаза, поддаваясь музыке и растворяясь в ней, ни о чем не думая. Я танцевала, представляя, что в этом зале совершенно одна, и мне было абсолютно все равно, смотрит ли кто-то на меня. Мелодия текла, разливалась во мне, превращаясь в плавные движения. В голове царила приятная пустота. Одна моя знакомая называет это состояние «вытанцовываться», когда хорошо, свободно и очень гармонично. Песни сменяли друг друга, а меня не покидала необычайная легкость, пластичность, абсолютное наслаждение собой и моментом.

Наверное, я выпала из реальности, потому что не почувствовала, как меня обняли. Очень мягко, аккуратно, но настойчиво повели в танце. Я ощутила под ладонями сильные мышцы незнакомого мужчины под тонкой тканью рубашки. Кольцо рук плавно сомкнулось на моей спине. Освещение приглушили еще больше, поэтому я могла различить только общий абрис его лица, иногда выхватываемый лучами прожекторов. Стоило возмутиться такому нахальству, что я и собиралась сделать, пока не вдохнула его аромат. Его нельзя было спутать ни с чьим другим. Какой шанс встретить незнакомца из лифта здесь? Невероятно, но здравый смысл куда-то испарился. Он обнимал крепко, касаясь губами моего виска, и медленно двигался в танце, заставляя меня плавиться в его объятиях от ощущения сильного тела и захлестывающего меня желания. Этот мужчина, имени которого я не знаю, и которого, по сути, толком никогда не видела, просто затопил меня собой. В какой-то миг у меня сорвало все возможные тормоза, и я позволила себе окончательно в нем раствориться, проведя руками по широким плечам и положив ладони на чужой затылок. Он был умопомрачительным, и я не удержалась, коснувшись губами мощной шеи. Чужой медленный вздох – и в следующий миг мои волосы, медленно собранные в ладонь, потянули вниз, заставив поднять лицо. Я смотрела в миндалевидные глаза, понимая, как много в тот миг можно было прочитать в моем собственном ответном взгляде. Нутром ощущались его интерес, азарт, рвущаяся наружу сила через ставшими чуточку жесткими объятия и обманчиво плавные движения. И это заводило меня, разжигая внутри такое пламя, что я впервые в жизни готова была переспать с первым встречным. Поэтому зная, что буду корить себя до конца дней, если не попробую этого мужчину на вкус, я поцеловала его первой.

И это был самый страстный поцелуй в моей жизни, потому что я никогда раньше не чувствовала, что значит, когда мужчина присваивает женщину, заставляя заранее казаться безликим все то, что будет после него. Он обнимал меня так, словно мы были уже в постели. Он будто пытался вместить в меня себя, наполнить без остатка, распахнув все возможные двери. А я не могла и не хотела ему ни помешать, ни остановить. И это было похоже на сумасшествие.

Наш поцелуй не закончился, он разорвался. Казалось, сама реальность трещала по швам. Мое лицо в его ладонях и два сбивчивых дыхания рядом. Мне даже представить было сложно, чего стоило ему остановиться. Я бы не смогла. Держась за его плечи, как за плот, не доверяя неустойчивым ногам, я ощутила еще один поцелуй – уже легкий, невесомый. Моя рука в его теплой ладони и снова плавные движения танца. В какой-то миг я развернулась вокруг своей оси и поняла, что мужчина, только что стоявший рядом, исчез. Растворился. Больше ничего не изменилось: та же музыка, обстановка, люди, двигающиеся в такт музыке, и я, пытающаяся угомонить скачущее галопом сердце. Могло ли мне это все привидеться? Категорически нет, потому что я все еще чувствовала вкус его губ.

Вернувшись за столик, я узнала, что меня даже ненадолго потеряли. Да я и сама потерялась, по крайней мере в своих чувствах. Искать незнакомца среди посетителей я не стала. Это почему-то казалось пустой затеей, да и за мужчинами я бегать не привыкла. Оставался только вопрос, произошла ли наша встреча в клубе случайно. Но думать об этом не хотелось. Нужно было просто прийти в себя, хотя бы попытаться.

Ближе к двум часам ночи, когда разговоры стали громче, а бокалы начали совершать опасные кульбиты, пришлось несколько раз вежливо отказаться от настойчивых предложений потанцевать. Я обняла подругу, подобрав момент, когда Дэвид отлучился, сообщила, что мне пора, и попросила ее быть поосторожнее, понимая, что меня она вряд ли услышит.

Позже, сидя в такси и подставив лицо легким порывам воздуха в открытое окно, я пыталась успокоить разбушевавшийся воспоминаниями пульс.

Глава 2

Суббота последние полгода всегда была для меня рабочей. Интерес, переросший в хобби, а затем в профессию, сейчас реализовывался по полной. Я подрабатывала инструктором по экстремальному вождению, обучая всех интересующихся особенностям управления автомобилем в нетипичных ситуациях. Публика всегда была разная, машины тоже. В этой нагрузке мне нравилась необходимость поиска доступного пояснения сложных вещей, а также удовольствие от полученного результата. Клиенты были довольны, платили щедро, а я наслаждалась общением и нетривиальными задачами.

Накануне администраторы объявили, что в субботу я нужна буду к полудню, и к пяти часам дня с чувством выполненного долга я уже ехала домой, попутно набирая сообщение для Шеннон: «Как дела? Как самочувствие?:)», – впрочем, на ответ я не надеялась.

Дома я принялась за приготовление ужина. Помешивая соус к пасте, я опять поймала себя на том, что прокручиваю в памяти вчерашний вечер. Это случалось со мной в течение дня несколько раз, когда я зависала во флешбэке. Приходилось вытаскивать себя в реальность силой. На этот раз меня привел в чувство звонок телефона. Я ответила, даже не взглянув на определитель. Незнакомый мужской голос на том конце провода сухо сообщил:

– Сейчас тебе придет видео, посмотри внимательно, – и отключился.

Мельком подумав, что, наверное, пик психозов у некоторых случается и в начале осени, я отбросила телефон. Но в следующую секунду раздалась трель, и я без задней мысли открыла входящее сообщение. То, что я увидела, заставило меня забыть о готовке напрочь. На видео была Шеннон крупным планом, ей слепили в глаза ярким светом, она скулила с кляпом во рту, пытаясь увести взгляд и что-то промычать. Потом кто-то взял ее за подбородок и резко повернул к камере, практически перекрывая кислород. Она плакала. От вида ссадины на ее лице, синяка на скуле и заплывшего глаза я пришла в такой ужас, что волосы зашевелились. Видео оборвалось. Я грузно опустилась на пол и, глубоко дыша, уставилась на темный экран. Что это, глупая шутка? Надо ей срочно позвонить. Я листала список контактов, когда телефон завибрировал. Входящий вызов, номер не определен. Сердце бешено колотилось в груди.

– Слушай меня очень внимательно и не перебивай, – голос мужчины был злым, раздраженным. Так говорит человек в ярости. – У дома Шеннон припаркована ее тачка. В машине, в бардачке, лежит вещь, которая должна быть в Геймбл-сити завтра в девять вечера. Столик номер девять. Если ты этого не сделаешь, или опоздаешь, или свяжешься с копами – я убью твою ненаглядную подругу, а потом тебя.

Я невидящим взглядом смотрела в никуда. Это не шутка, человек на том конце провода был готов на все.

– Ты меня поняла? – На заднем фоне послышался удар, а затем вскрик Шеннон. Я вздрогнула.

– Да! Я поняла, я все сделаю. Не трогайте ее.

– Какая заботливая, – мерзкий смешок. Лицо этого треклятого Дэвида сразу же возникло перед глазами, вчера он смеялся так же. – Отзваниваешься на этот номер каждые три часа. Время пошло.

Он отключился.

Говорят, в отношении неизбежного человек проходит несколько стадий: отрицание, гнев, торг, депрессия и в итоге принятие. Длиться они могут достаточно долго, но я проскочила их все за какую-то четверть часа. Соус полностью выкипел, и по кухне стал расползаться едкий запах гари.

На автомате я убрала посуду, выбросила еду и начала укладывать рюкзак, собирая все самое необходимое: зарядку, белье, комплект сменной одежды, дорожную косметичку. Мы часто ездили с друзьями за город и в небольшие поездки, поэтому я закидывала вещи одну за другой чисто механически. В голове на тот момент не было ни мыслей, ни чувств. Никому я звонить не собиралась, особенно полиции, и вообще не представляла, что буду делать, потому что пока это все выглядело нереально. Я вышла из квартиры в состоянии оцепенения, с тоской бросив взгляд на опустевшую гостиную.

Через полчаса, припарковавшись возле дома подруги, я подошла к подъезду и позвонила в домофон. Свет в квартире не горел, ответом на звонок была тишина. Я с опаской приблизилась к двери пассажирского сидения ее машины, стоящей поблизости. Ни ключей от авто, ни от дома у меня не было. Я понятия не имела, что буду делать, если дверь окажется запертой. Выбивать окно? О сигнализации, которая наверняка сработает от такого кощунства, я старалась не думать.

К моему удивлению, машина была открыта. Никаких следов взлома, в салоне все вроде было на своих местах. В бардачке лежали какие-то бумажки, ручки, конфетки, несколько тюбиков помады, – ничего такого, что стоило бы везти за тысячу километров. Присев на корточки у двери, я вывалила все содержимое на сидение и начала перебирать заново. И вот когда собиралась раскрыть сложенные листы страховки, оттуда выпало что-то круглое. Сердце просто вырывалось из груди, а руки тряслись. Наверное, до этого момента мне хотелось верить, что все это какая-то шутка, что ничего я не найду, – и окажется, что это глупый розыгрыш. Но реальность свинцовой тяжестью опустилась мне на плечи, когда в свете горящих на улице фонарей я рассмотрела на ладони игральную фишку из казино приятного зеленого цвета с белыми вставками. Я раньше такие видела только в кино. По центру значилась перламутровая надпись – Marc O’Polo $5000.

Потребовалось несколько минут, чтобы просто отдышаться. Страх подкрадывался под куртку, пробирался под кожу и цепким хватом сдавливал сердце. Не зря вчера мне так не понравился ухажер Шеннон, я чувствовала, что будет беда, – и на тебе. Звонить в полицию? Да мне просто рассмеются в лицо. Запись может быть чьей-то глупой шуткой, пока пройдешь все круги ада нашей бюрократической системы, время неумолимо уйдет, а в том, что подруге грозит реальная опасность, я не сомневалась. Взглянув на время, я прикинула, что ехать мне до Геймбл-сити около пятнадцати часов, плюс неплохо бы сделать хотя бы одну остановку для отдыха. Времени вроде бы с запасом, но мешкать тоже не стоило. На негнущихся ногах я вернулась за руль своего автомобиля.

Геймбл-сити был городом-миллионником, основной статьей доходов которого была прибыль от казино. Во всей стране этот вид бизнеса был запрещен, кроме одного округа, имеющего статус особой экономической зоны. Поэтому в Геймбл-сити стекались как предприниматели всех мастей, так и любители острых ощущений. Город с мягким климатом и красивыми природными ландшафтами, по рассказам путешественников, был похож на музей, который стоял обязательным пунктом любой экскурсионной программы по стране. Я всегда мечтала съездить туда – и пожалуйста, получите и распишитесь.

В моей голове клубился рой мыслей, пока я выбиралась из города: собираюсь ехать черт знает куда из-за подруги, с которой знакома всего пару лет. По сути дела, рискую жизнью, потому что сомнений в том, что парень Шеннон связан с криминалом, у меня не оставалось. То, как с ним здоровались посетители клуба, как подтягивалась охрана и как вели себя официанты, говорило о том, что в этом заведении он был не последним человеком. Кстати, сейчас только вспомнилось, что пару раз клуб «Бриз» всплывал в криминальной хронике, но всегда мельком, без громких расследований. Наверняка для этого была весомая причина в виде взяток и серьезного покровительства. На душе скребли кошки.

По роду своего хобби я знакома с представителями правоохранительных органов, но не могла даже предположить, кто бы в такой ситуации безоговорочно помог. Юлить и выдавать дозированную информацию не вариант, а выкладывать все и сразу равносильно самоубийству. Наверное, лучше начать с Джона. Он компьютерный гений, установить номер телефона и найти что угодно в интернете для него никогда не было проблемой.

Все удивляются тому, как нам удалось сохранить теплые дружеские отношения после развода, а я даже не могу предположить, что могло быть иначе. Мы встретились, когда в жизни каждого тянулась черная полоса. Сначала дружили, а потом это переросло в нечто большее и как-то логично закончилось свадьбой. Мы просто расписались в один из будних дней, не устраивая торжеств и церемоний. Наши общие знакомые только по кольцам догадались, что отношения мы уже оформили. Нам было комфортно вдвоем, мы будто понимали друг друга без слов. И осознание, что чувства остыли и мы живем как брат с сестрой, тоже пришло к нам одновременно. То, что связало нас, также нас и разлучило, потому что стало напоминанием о той боли, которую мы оба пережили. Вдохнув полной грудью и освободившись от пут прошлого, в один прекрасный момент ты понимаешь, что находишься не там, где должен быть. Мы разошлись, оставшись навсегда добрыми друзьями, благодарными друг другу за что-то очень важное, очень значимое – за поддержку, за заботу, за любовь. Мы иногда созванивались, но главное, что мы просто были друг у друга. И это очень ценно.