Северянин 4. Вторжение

Глава 6. Глубокоуважаемые королевские гвардейцы

Гор и Олаф были на взводе, были готовы броситься в бой в любую секунду. Я и вовсе уже был с ножом в руке, уже мог напасть на ближайшего противника.

Но не успел. Не успели и Гор с Олафом.

Нуки с диким воплем бросился вперед. Он заорал так, что мы все трое шарахнулись от него, чего уж говорить о противниках.

Нуки с неимоверной скоростью сократил дистанцию до ближайшего противника и мощным, точным ударом своего кулака, прилетевшего бедолаге точно в нос, моментально отправил его в глубочайший нокаут.

Второй стражник, попытавшийся было защититься от першего на него, словно носорог, Нуки, был схвачен. Нуки на ходу зацепил его шею, взял в захват, как бывалый рестлер, а затем резким рывком дернул врага в сторону.

Раздался отвратительный хруст, и противник обмяк в руках берсерка.

Третий противник имел небольшой запас времени, и все же попытался пырнуть Нуки. Берсерк легко увернулся от удара, заломил руку противника, вывернул ее так, что вновь раздался треск и следом за ним вопль боли.

Нуки повалил врага лицом на дорогу, и как только тот упал, нога берсерка впечаталась ему в основание черепа.

Последний оставшийся враг – старший всей этой группы, с выражением глубочайшего ужаса на лице пятился назад. Весь его вид говорил о том, что он готов прямо сейчас развернуться и бежать. Еще бы, когда у тебя на глазах убивают всех твоих подчиненных, да еще и голыми руками, хочешь не хочешь, а запаникуешь.

Но вояка, похоже, не просто запаниковал, он в буквальном смысле был парализован страхом. Ему бы прямо сейчас попытаться убежать, а он понапрасну теряет время, пятится…

Нуки набросился на него. Старший группы отчаянно замахал мечом. Это нисколько не походило на нормальные удары, скорее напоминало, будто он этим мечом просто не позволяет Нуки подойти к себе, пугает, отмахивается. Он не пытался ранить или убить противника, он просто махал оружием, как бешеный.

Вот только на Нуки это не произвело совершенно никакого впечатления. Он рванул влево, тут же вправо, пытаясь подойти к противнику с одной из сторон, пытаясь его обмануть. Но противнику было плевать – он махал своим мечом и пятился назад. Чего он добивается? Хочет таким образом спастись? Надеется так не подпустить нас к себе? Так ведь не поможет. Нас же четверо – обойдем его, окружим, и все, кранты. Но он то ли не понимает этого, то ли настолько испуган, что и сообразить не может.

М-да…что-то этот тип совершенно не похож на бывалого воина. Скорее на стражников из Острога, которых мы перерезали, как баранов – кроме как бряцать оружием и броней, ни на что не способны.

Нуки, наконец, подгадал момент, поднырнул под очередной взмах, оказался рядом с противником. Берсерк схватил его за шлем (точнее за вычурное украшение на нем) и дернул на себя, выставив вперед колено.

Когда я вновь смог разглядеть лицо стражника, оно было все в крови: Нуки ему нос расквасил, да еще и несколько зубов выбил наверняка – вон, весь подбородок кровью залит.

Нуки не дал ему передохнуть, схватил за шиворот и за пояс, поднял над землей и тут же бросил вниз, снова-таки подставив колено. Стражник ударился хребтом о выставленное колено, охнул, скатился на землю и затих, уткнувшись лицом в дорожную пыль.

Вот только Нуки этого показалось мало – он схватил противника за подбородок и резко дернул голову назад. В очередной уже раз послышался мерзкий хруст. Нуки отпустил противника – тот лежал словно тряпка. Готов.

Мы трое за все это время даже с места не сдвинулись, позволив Нуки сделать всю грязную работу.

– Ничего себе! – наконец сказал Гор. – Я тоже так хочу! Научи, а?

– Ты чужак, – хрипло ответил ему Нуки.

– Значит, как луки вашим делать или с агдирцами воевать, так свой в доску, – возмутился Гор, – а как научить своим приемам, так сразу чужак?

– Это не приемы, – ответил Нуки.

– А что тогда? Танцы?

– Ты не берсерк, ты так не сможешь, – устало ответил Нуки.

– Так давай я им стану! – предложил Гор.

Нуки несколько секунд глядел на него, словно бы пытаясь понять, всерьез Гор это говорит или шутит, а затем громко заржал.

– Ну становись! – отсмеявшись сказал ему Нуки. – Вот как станешь, тогда приходи – всему научу!

– Заметано, – кивнул Гор.

– Трупы с дороги надо убрать, – меж тем задумчиво заметил Олаф, – не хватало, чтобы еще кто-то появился. Всех не перебьем вчетвером.

– Угу, – кивнул Гор и повернулся ко мне: – А я смотрю, ярл, твой план «поговорим и пойдем» все же не сработал…

– Ты же встрял, – ответил я, – лишнего ляпнул и…

– А, ну да, я виноват! – хмыкнул Гор.

– Возможно.

– Можно подумать, что если бы не встрял, все закончилось бы иначе, – проворчал он.

– Они мертвы! Чего теперь думать, как было бы иначе? – прогудел Нуки. – Идем дальше.

– А трупы? – возмутился Олаф.

– Надо убрать, – поразмыслив, кивнул Нуки.

За пару минут мы оттащили все пять трупов подальше от дороги в кусты, свалили в кучу. И тут мне в голову пришла интересная мысль:

– А что, если нам переодеться стражниками?

– Зачем? – удивился Олаф.

– Ну ты же видишь, они не поверили, что мы крестьяне, – ответил я.

– Значит, в то, что мы стражники, поверят? – спросил Гор.

– К стражникам меньше вопросов, – ответил я.

– Если не напоремся на какого-нибудь их тэна, – проворчал Олаф.

– К чему все эти переодевания? – возмутился Нуки. – Ты, Р`мор, с тех пор как стал ульфхеднаром всегда так действуешь? Зачем прятаться, скрываться? Кого нам бояться?

– Большого отряда противника, например, – ответил я.

– Нас поймают, и мы не сможем подать сигнал остальным, – добавил Олаф.

– Кем ты стал? – повернулся ко мне Гор.

– Берсерком, ульфхеднаром. Давай потом, а? – отмахнулся я.

– Не, погоди, я тоже так хочу. Как стать этим ульфхеднаром? – настаивал Гор.

– Слушай, будем на островах, тогда вернемся к этому вопросу, – поспешно ответил я, услышав, как скрипнул зубами Нуки. – И не ульфхеднаром, а берсерком. Тогда Нуки согласится тебя обучать.

– Ладно, потом так потом, – милостиво согласился Гор.

Мы все же переоблачились в броню, снятую с трупов, хотя Нуки пришлось уговаривать. В конце концов, я пригрозил, что дальше пойдем без него. Оставим его здесь, и сидеть ему тут предстоит ровно до тех пор, пока не подойдут остальные бойцы.

Только этот аргумент сработал. Только тогда Нуки согласился и с ворчанием принялся натягивать на себя броню, которая, кстати, сидела на нем, как на корове седло. Но что поделаешь? Хоть как-то. К тому же уже стемнело, и это не будет бросаться в глаза. Так что пойдет.

Вскоре мы продолжили путь. И в этот раз, как назло, или наоборот, нам на удачу, никто нам не встретился. Почти.

Дойдя до перекрестка, где можно было свернуть на дорогу к Ладони бога, мы встретили караван. Две здоровенные телеги, которые тянули медленные, но поистине громадные звери, чем-то напоминающие буйволов, а вокруг этих самых телег человек пятнадцать караванщиков. Судя по их одежде – парочка торговцев. А остальные – охрана.

– О! Хвала Триликому! – обрадованно заголосил один из торговцев, едва разглядев нас. – Как я рад видеть глубокоуважаемых королевских гвардейцев!

Опа-на! Гвардейцы? Неожиданно…

Вот, значит, кого мы пришили на тракте? Но раз гвардейцы, то должны же были быть более опытными воинами. Вроде ж в гвардию набирают ветеранов, особо отличившихся вояк? Или нет?

Нет, вроде в разные времена и в разных странах гвардейцами могли быть и действительно опытные бойцы, и откровенные лоботрясы, дети богатеньких и влиятельных родителей.

В этом мире и в этой стране, судя по всему, королевскими гвардейцами были все же вторые. Вряд ли кто-то из пришибленной нами пятерки участвовал в боевых действиях. Скорее всего, от битв и войны отмазались статусом «гвардейцев». Сидели в столице, пока другие воевали, и в ус не дули. Только так можно объяснить тот факт, как себя вела вся пятерка и их старший в частности.

Но хватит о гвардейцах – сейчас прямо передо мной стояла внезапно нарисовавшаяся проблема. Проблема стояла и подобострастно улыбалась. Я не придумал ничего лучше, чем просто кивнуть. Думаю, именно такой реакции должны будут ждать от доблестного гвардейца.

Похоже, угадал.

– Могу я узнать, господин, не на Ладонь ли бога вы направляетесь?

Всеми фибрами души я ощущал, что нужно отвечать отрицательно. Торговец явно чего-то от меня хотел, а решать его проблемы мне было сейчас, мягко говоря, не с руки. Но с другой стороны – мне ведь нужно попасть на Ладонь бога. Не то чтобы проверить, действительно ли там началась ярмарка (а она точно началась, ведь еще на подходах к скале до нас доносились отдаленные радостные выкрики, мелькали огоньки), а узнать, сколько там вообще людей, есть ли там воины, чего нам там ждать вообще? Ведь именно отталкиваясь от этого, нужно будет планировать нападение. Тем более, когда у нас вроде как есть неплохая маскировка, а наступившее уже темное время суток с легкостью скроет все изъяны этого нашего маскарада.

Поэтому я вновь кивнул.

– О! Это прекрасно! – прямо-таки засветился торговец. – Наверняка вы, господин гвардеец, прекрасно знаете тропу, ведущую наверх, и легко сможете показать нам, как ее пройти, чтобы не застряли телеги? Я бы предпочел отправиться наверх утром, однако ярмарка уже в самом разгаре, а я потерял целый день, задержавшись в пути… Если бы вы смогли провести нас…

Ну, в принципе, тропу я знал. Мы ведь уже поднимались туда в прошлый раз. Нельзя сказать, что дорогу я знал досконально, но все же помнил пару коварных мест, где действительно было проще немного обойти крутой подъем, чем пытаться ползти по нему вверх.

Я бросил взгляд на телеги. Ну да, груженные так, что наверняка бедная животина и по ровной-то дороге тянула все это добро с трудом. А уж на горку…

Торговец, похоже, несколько иначе понял мой взгляд, потому что тут же затараторил:

– О, уважаемые гвардейцы, я понимаю, что вы очень заняты. Но я и не прошу помощи просто так. Конечно же, когда мы окажемся наверху, я отблагодарю добрых людей, оказавших мне столь любезную услугу…

И тут же в моей руке оказалась монета.

Во, дела…торговец настолько быстро дал мне взятку, что я даже движения его не заметил. Прям берсерк-взяточник, а не торгаш.

– Идемте, – бросил я сквозь зубы, справедливо полагая, что именно так и должен вести себя гвардеец. И не удосужившись даже взглянуть в ту сторону, чтобы понять, услышали меня или нет, двинулся вверх по дороге.

Трое моих «подчиненных» пошли вслед за мной. А затем я услышал шаги караванщиков, скрип их телег.

Мы начали подниматься вверх.

Пройдя метров сто, я повернулся к караванщику и указал рукой в сторону, мол, сюда свои телеги направляй.

Торговец понятливо закивал, и весь караван свернул на обочину, принялся ползти по самому краю тропы.

– Вижу, вы действительно знаете эту тропу, – один из охранников каравана поравнялся с нами.

– Знаем, – коротко ответил я.

– А чего сами не наверху? – спросил охранник. – Из столицы идете?

– Тракт патрулировали, – ответил я.

Вот ведь, балабол! Поговорить ему, что ли, захотелось?

–Тракт? – удивился охранник. – Видно, дела плохи, раз на тракт отправили гвардейцев. Что же там такого произошло?

Вот ведь, черт! Похоже, что-то не то ляпнул. Выходит, встреченная нами пятерка бойцов вовсе не дорогу патрулировала. Что тогда вообще там делали? Возвращались в столицу? Почему шли только впятером?

– Приказали, – пожал я плечами.

Ну его в лес, охранника этого! Ему что не скажешь – только хуже становится. Вот уж действительно – все сказанное будет использовано против вас.

Некоторое время мы шли молча. Но затем словоохотливый охранник заговорил вновь.

– Я слышал, в предстоящей войне король намерен использовать и вас на поле боя?

Я пожал плечами. Мол, мне об этом неизвестно.

– А правда ли, что гвардейцев теперь обучают сражаться с посохом?

Блин, а ведь он не просто так вопросы эти свои задает. И вообще – очень мне этот тип не нравится…совершенно не нравится! Я разглядел его еще там, внизу, на перекрестке.

На обычного балагура и болтуна он совершенно не похож. Наоборот, очень уж у него пронзительный, острый взгляд. Серые глаза глядят на тебя оценивающе, словно бы взвешивают, опознают тебя. Его обветренное, суровое лицо не выражало никаких эмоций. А вот сейчас он лыбится во все зубы. С чего друг он воспылал к нам дружескими чувствами?

Нет…что-то с ним не так. И вопросы еще эти…словно бы проверяет, словно бы выведывает что-то.

Уверен, это неспроста. Наверняка мы как-то прокололись внизу. Чем-то вызвали у него подозрение. Чем? Своим внешним видом? Моими ответами?

Он явно учуял какую-то нестыковку, и теперь аккуратно зондирует почву, пытается пробить нас.

Готов поспорить на все свои драккары – он подозревает в нас самозванцев. Отвечать на его вопросы у меня нет уже ни малейшего желания. Любой ответ может привести к крайне неприятным последствиям.

И под последствиями я имею в виду драку. Убить весь караван мы-то сможем, но что дальше? Наверняка сейчас, в эти дни, тракт весьма оживленный – на место боя наткнутся очень быстро и начнется паника. Да чего там, начнется она задолго до того, как бой закончится – могут банально услышать звуки схватки.

А ведь нам не только наверх нужно подняться, нам еще и спуститься надо, подать сигнал, дождаться своих…

Можно, в принципе, выкосить весь этот треклятый караван и сломя голову нестись вниз. Но какой смысл вообще тогда от всей нашей разведки?

Так, ладно. Не паникуем раньше времени. Чего он там говорил? С шестами гвардейцы учатся сражаться? Правда ли это? Что ему ответить? Сказать, что да? А вдруг этот вопрос с подковыркой, вдруг он меня проверяет?

А кстати, кажется, Корг что-то говорил об этих самых шестах…но что?

Я напряг память и все же вспомнил тот разговор. Кажетс,я Корг говорил, что шесты – это оружие крестьян. Им не позволено иметь холодное оружие, вот и придумали такой способ отбиваться от всякого рода разбойников. Впрочем, как показал уже наш опыт – крестьяне плевать хотели на запрет, и у многих есть и мечи, и копья…

Но не об этом сейчас. Сейчас о шестах. И охранник уже глядит на меня, прямо-таки буравит взглядом, дожидаясь ответа.

– Нет, это неправда, – едва разлепив губы, ответил я.

– Вот я тоже думаю, зачем гвардейцам, умеющим пользоваться мечом, копьем, щитом учиться биться с помощью каких-то палок? – радостно улыбнулся охранник.

– А раз тоже так думаешь, зачем спрашиваешь? – бросил я.

Улыбка сползла с лица охранника. Но и новые вопросы он больше не задавал, сволочь такая.

Более того, спустя несколько шагов отстал, вернулся к своим.

– Будьте начеку! – шепнул я своим. – Охранник, кажется, понял, что мы не настоящие гвардейцы.

– Мать его ети! – тяжело вздохнул Гор. – Будем драться?

– Пока нет, – шепнул я, – только если нападут…

Но, к счастью, обошлось. Охранник больше не донимал меня своими вопросами и даже не приближался к нам. Очень скоро мы добрались к вершине, и как только караван выбрался на более-менее ровное место, любопытный охранник бросился куда-то в толпу.

Вот ведь, сволочь! Наверняка здесь есть и другие гвардейцы. Уверен, что он отправился к ним, чтобы на всякий случай стукануть о крайне странных типах, которые сопровождали его караван.

– Расходимся, – приказал я своим, – даю полчаса времени. Затем встречаемся на тропе и идем вниз. Можно даже по одному. Как бы сейчас нас ловить не начали…

– Скинем эти шмотки? – предложил Гор.

– Не стоит, – покачал я головой, – если начнется заварушка, то они ‒ какая-никакая, а защита. Да и без них, возможно, мы вызовем большее подозрение.

– Ладно, – кивнул Гор, – разошлись.

Они трое практически моментально растворились в толпе. А людей, к слову, здесь было много. На первый взгляд несколько сотен, а может и тысяча. Надо подняться на какую-нибудь скалу и поглядеть на это место с возвышенности…

– Господин гвардеец! – ко мне спешил давешний торговец.

Вот ведь…чего тебе еще от меня надо?

Глава 7. Ярмарка

От торговца с горем пополам я отделался. Оказалось, дядька спешил рассчитаться со мной, вот только ограничиваться передачей денег он не стал. То ли боялся, что я начну возмущаться, что слишком мало дал, то ли еще чего от меня хотел, но разразился таким монологом, что остановить мне его удалось лишь спустя несколько минут. И более того, свалить от него сразу не удалось. Он все равно упорно продолжал цепляться за меня, нес свою ахинею.

Но все же я смог сбежать ‒ нырнул в толпу, и был таков. Протискивался там, где людей было побольше, опасаясь, что надоедливый торговец все еще следует за мной. И, к слову, так и было – несколько раз обернувшись, я видел его красную высокую шапку, мелькавшую над головами и плечами людей.

Несмотря ни на что, оторваться от преследователя мне удалось. И я, наконец, остановился, чтобы перевести дух, оглядеться.

М-да, людей тут была уйма, словно на рок-концерте. А впрочем, чему удивляться? Какие у местных развлечения? Вот и валят все на эту самую ярмарку, совмещая полезное с приятным: вроде как и Триликому своему хвалу воздают, и дела свои решают – кто продает излишки, кто покупает необходимое в хозяйстве…

Кстати, чего тут только не было… Я выскочил из толпы и быстро прошелся вдоль ряда лавок – продавали все, что душе угодно: выпечку, мясо, пшеницу и сено, различного рода инструменты. Нашел даже нечто похожее на оружейную лавку. Правда, ассортимент ее несколько меня удивил. Мечей, ножей, щитов здесь было не так чтобы и много, зато всевозможных посохов, палиц и тому подобного – уйма.

Ну, в принципе, логично – здесь ведь по большому счету было много крестьян. А им, насколько я помню, оружие вроде мечей не позволялось.

Нашел и ювелирную лавку – на прилавке торговца были аккуратно разложены всевозможные браслеты, цепи, кольца, разного рода сережки и подвески. Причем серебряных изделий я не заметил. Все были исключительно золотыми, да еще и с камнями. Хотя нет, вру. В наличии имелось не только золото. Была и «витрина» с бижутерией, если ее можно было так назвать: поделки из металла, бронзы, даже меди, фигурки из стекла и камня.

Очень хорошо. Надо будет не забыть, что тут такой лоток имеется – весь его ассортимент великолепно продастся на рынке Вестланда.

Я отошел от торговых ларьков и, наконец, заметил то, что довольно-таки долго искал – уступ. Если на него залезть, можно с легкостью разглядеть все, что делалось на Ладони Бога. А главное – можно по нормальному прикинуть, сколько тут людей.

И я полез на этот самый уступ. Хотя назвать это «скалолазанием» язык не поворачивался – все же здесь имелись удобные ступеньки, по которым я и поднялся.