Северянин 7. Конунг Севера
- -
- 100%
- +
– Это мы еще посмотрим! – прямо-таки заревел он. – Я вызываю тебя на хольмганг!
– На хольмганг? – рассмеялся я. – Меня, значит, вызывает сам конунг!
– Да! И ты не смеешь отказать!
– О! Еще как смею, – ответил я, – в свое время ты рассказывал моему дяде, что не достойно конунгу биться с каждым, кто его вызовет. Так вот мне, как ярлу, тоже негоже принимать вызовы от всякого сброда…
Люди, находившиеся рядом со мной, растянули губы в усмешках, кто-то и вовсе откровенно засмеялся.
И это на Сигурда сработало почище красной тряпки, от которой впадают в бешенство быки.
– Всякого сброда? – переспросил он сквозь зубы, весь бледный от злости. – Тебе бросил вызов сам конунг! Сможешь победить на хольмганге, и корона конунга твоя…
– Мне проще свою сделать, – рассмеялся я, – побольше твоей!
На Сигурда было страшно смотреть – он выглядел так, будто готов сигануть на меня со стены и вцепиться зубами в горло.
– Ты ‒ трус! – рявкнул, наконец, он.
О! Пошли аргументные аргументы. А я уж испугался, что до них не дойдет…но нет, зря переживал, все в порядке. Сигурд не подвел.
– Достоин ли человек выйти с ярлом на хольмганг, если он отправил шарлатана-шамана к сатам, выделил для их перевозки свои корабли? Человек, который побоялся сражаться сам, бросить в бой своих воинов, который надеялся, что нас вырежут саты, не достоин ровным счетом ничего. Он не смеет рассчитывать на достойную смерть.
Такая моя отповедь в очередной раз заставила конунга заткнуться.
Я же судорожно соображал, а не перегнул ли я планку? Не слишком ли опустил его в глазах не то что моих, а даже его собственных людей?
В конце концов, хольмганг меня всецело устраивал, и я нисколько не сомневался, что смогу в нем победить.
Но мне нужна была не просто смерть конунга или победа над ним. Нет, мне нужно было, чтобы расправа над ним для его же людей стала не постыдным проигрышем их лидера, а скорее избавлением от сатрапа и самодура.
– И, тем не менее, я дам тебе шанс оправдаться! – заявил я вдруг конунгу. – Для нас твоя вина и твой позор – дело очевидное, это уже не требует доказательств, и вернуть себе человеческий образ в наших глазах тебе не удастся. Но может, ты хотя бы сможешь вернуть уважение своих людей? Я принимаю твой вызов!
Было слышно, как конунг скрипнул зубами. Он резко повернулся и исчез со стены, а спустя несколько минут ворота города открылись, и наружу вышел он. Сам, с мечом в руке.
– Готовься умереть, проклятый нод! – крикнул он.
– Мне пока рано, – буркнул я и пошел навстречу противнику.
В одной руке я держал топорик. Тот самый, что раньше принадлежал моему старому персонажу. Рагнар смог сохранить его.
И, надо сказать, жизненный путь топора, который вроде как после моей смерти должен был достаться Р`аму, был полон приключений.
В первой же стычке Р`ама с Рагнаром и Р`атором, Р`ам топор умудрился потерять или, скорее, его заполучили в качестве трофея Р`атор и Рагнар. Затем топор переходил от Рагнара к Р`атору и наоборот. В конце концов, они отдали его на хранение Олафу, так как во время последней дележки, споря, кому оружие достанется, они сильно повздорили.
Ну а Олаф в свою очередь отдал его мне, но не сразу, а когда Нуки заявил, что я есть Р`мор.
И я был очень рад, увидев свое верное оружие. Рад, словно встретил старого друга, каковым, по сути, топор являлся. Старый добрый топор Йорма…он прошел со мной весь длинный путь, был с Р`мором до самой его смерти.
Однако сейчас я шел на битву с конунгом не с одним лишь топором.
Рядом со мной, касаясь меня своими телами, шли два здоровенных пса.
Гери и Фреки моментально узнали меня, стоило им только увидеть мои очертания.
Когда они кинулись ко мне, озадачился даже Копье.
– Что-то я не припомню, чтобы эти твари раньше так себя вели, – заметил он пока я, валяясь на земле, хохотал и отбивался от двух здоровенных тварей, пытавшихся вылизать мне лицо и затоптать лапами.
Их виляющие хвосты мелькали столь быстро, что могли бы вызвать небольшой смерч.
– Угу, Р`атора они, конечно слушались, но сказать, что привязались к нему, как к хозяину… – покачал головой Рагнар, – нет.
– А с кем псы себя так вели? – хмыкнул Нуки. – Вам напомнить?
Напоминать не было надобности. Все и так прекрасно знали, что оба эти боевых пса принадлежали Р`мору, моему старому персонажу, и хозяином считали только его…
И вот, я вернулся.
Однако немного обидно, что альмьерк меня не признал.
Впрочем, Карей всегда был нагл и своенравен.
Все же чуть позже и он соизволил прилететь, сесть мне на плечо, позволил мне покормить его с руки. Но сейчас его рядом не было. Высоко в небе парили только мои вороны…
Вообще, забавно получается. Я – Вотан, мои псы – Гери и Фреки, мои вороны – Хугин и Мунин. На берегу неподалеку от Лейры стоит мой драккар – Слейпнир…
Кстати, корабль знатно потрепало – сначала он попал в руки Р`ама, однако, как и топор, перешел к клану Альмьерке после очередной стычки.
К чему я? Да к тому, что мне уже даже не нужно прикидываться любимчиком богов, скорее уж я сам могу быть воплощением одного из них – самого Одина.
И наверняка кто-то из моих друзей (не игроки, разумеется) так и думают. Тот же Нуки, к примеру. И скоро, как мне кажется, к нему присоединится Копье. Пока он сопротивляется, не верит в силу врожденного скептицизма и подозрительности, но…
Время на моей стороне. И, чую, скоро появится возможность явить какое-нибудь «чудо», лишний раз доказав, что я в Вальхалле и Асгарде не последний человек.
Так вот, к конунгу я шел вообще без брони, в обычной рубахе на голое тело, без щита, доспехов и кольчуги. Они мне попросту были не нужны.
Во всяком случае, для того, что я задумал.
– Ты умрешь, глупый нод! – заорал мне конунг. – Где твоя броня и шлем?
– Они мне не нужны.
– Думаешь, тебя спасут твои шавки?
– Спасут? – рассмеялся я. – От кого? От тебя, старый доходяга?
– Может, я и старый, – хмыкнул конунг, – но не стоит меня недооценивать!
Мы приблизились, и конунг сразу перешел в атаку, попытался достать меня первым же выпадом.
И, надо сказать, был бы я чуть медленнее, ему это удалось бы.
Но я ждал подобного финта и легко смог избежать удара.
Оба моих пса принялись обходить конунга, рыча, скаля зубы. Одно мое движение, и они на него набросятся.
– Без своих псов не можешь справиться? – подначил меня конунг. – Они тебе все равно не помогут.
– Они здесь не для того, чтобы спасать меня или помогать.
– А для чего тогда ты их приволок?
– Чтобы ты подох так, как тебе и положено. Как жалкий трусливый ублюдок, который недостоин даже смерти от стали, чьи останки раздерут и растащат по острову псы, – ответил я. – Ты станешь наглядным примером для всех. Тебя запомнят как предателя, от которого не осталось ничего, единственная польза – стать собачьим дерьмом…
Конунг мгновенно взбесился – его лицо стало красным, глаза выкатились. Он что-то заорал, подался вперед, явно намереваясь в самоубийственной атаке все же достать меня, но…
Он стал медленным, очень медленным.
Все его движения я теперь видел как в замедленной съемке.
Прежде чем он успел сделать даже шаг, я перерубил ему руки, при этом еще и сломал лезвие его меча, а затем ударом ноги отправил врага назад.
Конунг Сигурд повалился спиной на землю, вопя от боли, потрясая обрубленными руками, из которых била кровь, замарывая все вокруг.
Режим берсерка отключился, и я с радостью отметил, что никакой усталости теперь уже не чувствую. Нет, конечно, навык я использовал секунду, не больше, но…вообще никаких намеков на усталость.
Конунг же, несмотря на свои страшные раны, все же не утратил разума.
– Нет! Ты не можешь! Не так! Я конунг! Я имею право пройти проверку! Казни меня через Кровавого орла! Я выдержу! Я достоин попасть в Вальхаллу!
Я лишь усмехнулся.
– Боги не хотят видеть за своим столом того, кто привел варваров убивать их же народ.
– Ты не можешь так поступить! Кто ты такой, чтобы решать за богов?
– Я – Вотан, – довольно громко, чтобы меня услышали люди на стене, ответил конунгу.
– Это имя бога! – заорал конунг.
– Именно, – кивнул я и поглядел на одного из своих псов. Тот поедал меня глазами, нервно пританцовывал, ожидая команды.
Я указал рукой на бьющегося в истерике конунга и коротко свистнул.
Оба пса с рычанием набросились на раненого.
Его крик, полный отчаянья, злости и боли через мгновение превратился в хрип, а затем и вовсе затих.
– Открывайте ворота! – крикнул я людям на стене. – Ваш конунг мертв!
Однако все, кого я видел, с ужасом глядели поверх меня, на тело, разрываемое псами.
‒ Что с нами будет? – спросил кто-то, наиболее смелый, или, скорее, умудрившийся быстрее остальных вернуть себе самообладание после случившегося.
– Вы останетесь живы, – ответил я, – если присягнете мне как своему новому повелителю.
– А если нет? – спросил тот же тип.
Я коротко свистнул, и оба моих пса тут же оставили изуродованное, изорванное тело конунга, подошли ко мне.
Выглядели они сейчас как самые настоящие порождения ада – огромные твари с вздыбленной шерстью, окровавленными пастями, которые они щерили, глядя на защитников города.
Однако люди со стены смотрели сейчас не на них, а на огромную свору собак, выскочившую из рядов моей армии и мчащуюся сейчас к воротам.
Десятки, сотни псов окружили меня, уселись, стоило мне в очередной раз издать свист – специальную команду.
– Если вы останетесь верны своему старому конунгу, – спокойно сказал я, – то отправитесь вслед за ним.
Я поднял руку и тут же все псы вскочили, принялись скалиться и показывать зубы, рычать, глядя на людей, замерших на стене.
– Мы…мы присягнем тебе, – наконец, услышал я, – мы…согласны! Откройте ворота!
Я в очередной раз негромко свистнул, но абсолютно все собаки услышали это, тут же спрятали зубы, спокойно разместились на земле – кто просто сел, а кто и разлегся, будто спать собирался.
Что ж, представление, которое я тщательно готовил, прошло как по нотам.
Ворота Скарадаха открылись, словно приглашая меня войти.
Вот и все. Конунга Сигурда и его страны больше нет, зато появился конунг Вотан.
«Вы получили новый уровень»
Глава 6. Сопротивление
Ваш персонаж: Р`атор Одноглазый «Вотан»
Известность: 10 (Избранник богов)
Тэн Хойты, тэн Эстрегета, конунг Хойтланда, конунг Далдальма.
Претендует на титул конунга Севера
Уровень: 43
Сила: 12
Ловкость: 10
Интеллект: 14
Телосложение: 10
Восприятие: 6
Навыки:
Владение топором: 11
Обращение с животными: 4
Владение щитом: 9
Владение мечом (изначальный навык): 14
Берсерк: 1
Лидерство: 8
Красноречие: 3
Доступных навыков: 7, очков навыков: 1, очков характеристик: 1.
Особенности:
Одноглазый (увечье): (снижает основную характеристику «Восприятие»)
Человек благородных кровей
Ручные животные: Ворон 1, Ворон 2 (Мунин, Хугин), Пес 1, Пес 2 (Гери, Фреки)
Ну, вот и дождался нового уровня!
А всего-то и нужно было завалить действующего конунга и захватить его столицу. Всего лишь.
Но как бы я ни иронизировал, а главное – уровень таки получил. Да, качаются они тяжко, ну так и персонаж у меня уже немаленький…
Зато наконец-то мне стали доступны очки навыков и характеристик, и раскидать их я мог самостоятельно.
Итак: в первую очередь подниму ловкость. Что бы и как бы там мне Нуки ни говорил, как бы ни объяснял свою точку зрения, но…сил персонажа мне хватает пока. А вот с ловкостью все не очень.
Поэтому добавлю ее.
А вот с очками навыков даже думать не надо. Куда забросить единицу ‒ я уже давным-давно решил.
Да!
Теперь берсерк у меня вкачан на два, и мне ужасно хотелось опробовать обновленный навык в деле.
Впрочем, если слишком чего-то хочешь, то бойся. У желаний есть свойство сбываться.
В моем случае это произошло довольно скоро.
Хоть Скарадах сдался без боя, а люди приняли меня как своего нового правителя, без проблем не обошлось.
Я вошел в город с отрядом в триста человек (тащить в город всю армию я посчитал лишним и велел разбить лагерь у городских стен).
Как оказалось, стоило бы завести в Скарадах всю армию…
Пока мы двигались к длинному дому по одной из улиц, наперерез нам вышло человек тридцать.
Все хорошо вооружены, со щитами, в шлемах, в броне.
– Кто вы такие и что вам нужно? – спросил я. – Битва закончена, если вы не в курсе, так что сложите оружие.
– Битва не закончена, она даже не начиналась, – ответил мне человек, стоящий во главе этого воинства.
Он перехватил удобнее свой щит, заставив меня сосредоточить внимание на нем, и я узнал рисунок на этом щите.
Вот ведь, черт…
– К бою! – заорал я.
Рисунок на щите принадлежал гильдии или клану (как кому удобнее называть) игроков, и мне уже довелось видеть, что этот самый клан из себя представляет.
Был у них свой канал на ютубе, причем довольно-таки популярный. Несколько роликов с него я в свое время поглядел…
Могу, конечно, ошибаться, но было у меня подозрение, что среди игроков клана Торден имелись берсерки. И очень надеюсь, что не особенно опытные, ведь сейчас с ними предстоит столкнуться мне.
– Щиты! – заорал я, после чего все мои воины вскинули щиты, выставили перед собой в стену.
Враг проделал то же самое. Их щиты, на которых была изображена молния, грохнули друг о друга. Тут же воцарилась тишина.
Две наши шеренги замерли друг напротив друга, потекли секунды томительного ожидания. Кто же решит напасть первым?
– Беги назад! Приведи еще воинов! – приказал я Хватти.
– Но их же меньше! – возразил тот. – Мы же с легкостью…
– Делай, что сказано! – шикнул я на него.
И Хватти тут же бросился выполнять приказ.
То, что мы победим, я знал и сам. Во всяком случае, шансов на победу при десятикратном преимуществе у нас явно больше. Вот только против нас сейчас вышли исключительно игроки, а не обычные персонажи…
Первым ударил клан. Их предводитель проорал некий клич на совершенно непонятном мне языке, и все они бросились вперед.
Удар был страшен.
Вопреки моему мнению о том, что кое-чего мои бойцы уже умеют, клановцы смогли продавить шеренгу щитовиков и устроить замес, который моментально охватил всех нас.
К сожалению, сражались мы не в чистом поле, когда можно бы было окружить противника, а на не особенно-то и широкой улице.
Поэтому пока часть моих бойцов отчаянно рубились, остальные вынуждены были просто топтаться за их спинами, ожидая своей очереди, точнее возможности вступить в бой.
И самое отвратительное – не было никакой возможности обойти с тыла, с флангов, через крыши – пока это сделают, бой уже может и закончиться.
Подумать, прикинуть, найти выход из сложившейся ситуации мне просто не позволили.
Я практически сразу оказался в гуще сражения и вынужден был пятиться, прикрываясь щитом, так как меня пытались достать сразу двое противников, успевших прирезать двух моих воинов, оказавшихся ко мне ближе остальных.
Буквально спустя несколько шагов и десяток ударов я сообразил, что вообще происходит – клановцы старательно отсекали меня от отряда.
Ах вы, сволочи!
Злость добавила мне сил, и я, наконец, вспомнил, что нужно делать.
Берсерк был мгновенно активирован.
Очередной удар противника я принял на щит, при этом, однако, контратакуя.
Проще говоря, я просто отбил щитом удар, а затем размахнулся и врезал ребром щита в грудь ближайшего противника.
Он охнул, чуть наклонился вперед, и тут же получил от меня топором по макушке.
Еще один противник замешкался, из-за чего был банально выбит мной. Моя пятка ударила ему в живот, заставив сложиться в три погибели и завалиться на спину.
Третьего противника я с разгона припечатал плечом в стену.
И далее, прижимая его щитом, принялся бить кулаком в лицо, точнее в полумаску шлема.
Один удар, второй, третий. Металл шлема гнулся под моими ударами, а на последних и вовсе начал входить в лицо, в плоть, появилась кровь.
Злоба несколько отпустила меня, и я взял себя в руки, смог понять, что вообще творю. Тут же мой топор опустился на шлем прижатого к стене противника, и с ним было покончено.
За счет того, что я освободил вокруг себя немаленькую площадь, подтянулись мои воины, и мы смогли выровнять линию, подвинуть назад клановцев, которые оторопели, растерялись после моей бешеной атаки.
Но все же до победы или хотя бы явного перевеса в нашу сторону пока было далеко. Тем более, со стороны противника в дело вступил довольно опасный воин.
Он был более двух метров ростом, широкоплечий и…его даже бодибилдером было назвать трудно: слишком уж здоровый. Прямо гигант какой-то! И этот гигант орудовал страшного вида секирой.
Практически каждый замах заканчивался страшным ударом, рассекающим одного или двоих моих бойцов, калечащим, убивающим.
Эта тварина ревела, как паровоз, перла вперед, как таран, при этом умудряясь каким-то образом с легкостью уворачиваться от града сыплющихся на него ударов.
Как-то слишком уж он быстр для такой туши. Подозрительно быстр…
Этот амбал, наконец, добрался до меня.
Судя по его бешеным глазам, уставившимся на меня, именно я и был его главной целью, он пробивался ко мне.
Его секира свистнула, рассекая воздух, и опустилась в то место, где я стоял мгновение назад.
Ого! А он очень быстр! Я еле успел увернуться.
Я-то ожидал, что он сейчас будет снова поднимать свою секиру для очередного замаха, и ломанул вперед, надеясь достать врага, но просчитался.
Меня встретил его кулак, прилетевший совершенно неожиданно.
Удар был столь сильным, что меня откинуло в сторону, и я собственной тушкой сбил, словно кегли, нескольких союзников.
Враг же двинулся за мной.
Он уже прошел линию сражающихся, оказался глубоко в нашем тылу.
Мои воины взяли его в кольцо, но он совершенно не обращал на них внимания. Весь он был сосредоточен на мне.
Ну, понятно…клан явно знал, что я игрок, и намеревался убить меня.
Зачем им это – тоже понятно.
При Сигурде они явно занимали довольно выгодное положение, катались, как сыр в масле. А теперь, после смерти конунга, они остались у разбитого корыта.
И черт его знает, то ли эта атака ‒ просто месть, то ли попытка за счет моего убийства подняться вновь…
Скорее последнее, ведь если они смогут меня убить, отжать остров, то станут полноправными его владельцами.
И я хорошо представляю, на что способен даже один игрок, а тут целый клан…
Вновь свистнула секира, но я сумел увернуться.
Один из моих воинов решил воспользоваться моментом и напасть на амбала. Однако тот отреагировал мгновенно, принял удар топора на свои наручи (какая мощь: его рука от удара даже не дернулась!), и затем схватил бедолагу.
Миг, и послышался хруст.
Черт подери! Этот здоровяк попросту раздавил шею одному из моих воинов!
Тут же с ревом на противника кинулся еще один, но напоролся на кулак великана, сразу рухнул замертво.
Амбал принялся с такой скоростью размахивать своей секирой, что больше подойти к нему никто не смог. А сам он продолжал наступать на меня.
Ну а я…у меня не было никаких иных вариантов, как просто пятиться назад, отступать.
Пытаться атаковать здоровяка ‒ гиблое дело. Только попытайся я, даже под действием своего берсерка, и чертова секира меня достанет.
У меня уже не было никаких сомнений – мой противник тоже пользуется навыком берсерка – уж слишком быстр. Правда, навык его явно слабее моего, или владеет он им не столь…умело.
Амбал прекратил вертеть секиру, а вместо этого начал наносить размашистые удары. Лезвие его оружия просто размывалось от скорости, был только свист слышен.
И он продолжал переть на меня.
– А-а-а-а! – крик боли и недоумения заставил, как казалось, содрогнуться землю.
Что за…
Торрир появился непонятно откуда и смог-таки достать противника – его длинный полуторник угодил в бок гиганта, пробил тело насквозь.
Противник вновь заорал, дернулся, «слезая с лезвия», и замахнулся своей секирой на Торрира.
Тот же поднял меч, занял боевую стойку и явно собирался атаковать снова. Он вообще не боялся попасть под удар, как казалось.
«Дурак! Что ты делаешь? Он же тебя разрубит!» ‒ пронеслось в голове.
Секунды медленно текли, я с ужасом наблюдал, как секира отошла назад и замерла, готовая вот-вот полететь вверх и вперед, обрушиться на противника.
– Назад! – заорал я Торриру, но было уже поздно.
Секира «выстрелила».
Она с шипением взметнулась вверх и уже падала на Торрира. А тот, казалось, совершенно ее не замечает.
Наоборот, он сам пошел в атаку – отвел меч назад, явно планируя ударить прямым колющим.
Торрир выбросил руки с зажатым в них мечом вперед, и в этот момент секира опустилась ему на левое плечо. Грохнуло так, будто кто-то неимоверно огромный опустил кувалду на наковальню.
К моему удивлению Торрир оказался жив.
Только его доспех пострадал – на плече огромная вмятина, тянущаяся от самого плеча и до середины груди. Также на броне видна страшная царапина, оставленная лезвием секиры.
Но Торрир все еще жив!
Несмотря на огромную силу противника, вес его оружия, броня выдержала, и Торрир, кажется, совсем не пострадал.
Разве что удар секиры несколько сбил его атаку – лезвие меча ранее целилось в грудь абмалу, а угодило в руку.
Амбал заорал, выпустил из рук свою секиру и ухватился за лезвие меча.
Под его пальцами показалась кровь, но он принялся вытаскивать лезвие из своего тела.
И это при условии, что Торрир как раз давил на меч, стараясь загнать его как можно глубже.
Меч все же был извлечен.
Амбал заорал и занес руку для удара.
Что ж, теперь Торрира броня не спасет. Нет, может, конечно, и не умрет, но если кулак здоровяка прилетит ему в шлем – сотряс гарантирован, и это как минимум.
Однако удар так и не состоялся.
Чей-то огромный молот ударил по руке здоровяка и тот завыл от боли.
Бродди! Ну ни хрена себе!
Тут же кто-то, пусть и уступающий в размерах здоровяку, но тоже немаленький, налетел вдруг на него, ударил на всей скорости в грудь плечом, затем на амбала обрушился град ударов.
Ури!
Я оглянулся – Хватти таки успел, привел помощь: по улице в нашу сторону шла целая толпа народа.
Все, теперь клан игроков точно обречен…
Хотя, стоит признаться, попытка их была вполне достойной, и почти завершилась успехом.
Когда я повернул голову к противнику, картина уже коренным образом сменилась.
Амбал лежал на земле, его правую руку удерживал Ури, а левую, раненую, Торрир.
Голову удерживал Ро-Кан, обхвативший шею ногами и приставивший нож к горлу здоровяка.
А над ними всеми высился Бродди, собравшийся занести свой молот для очередного удара.
– Стоп! – заорал я.
Бродди удивленно уставился на меня, уже занеся молот для удара.
– Прикажи своим остановиться! – сказал я амбалу.
Тот непонимающе глядел на меня.
– Пусть прекратят и останутся живы! – повторил я и добавил: – Ты – тоже…
Несколько секунд амбал глядел на меня, словно бы не понимая, что я от него хочу.
– Ну! – помог ему принять решение Ро-Кан, дернувшись и вдавив лезвие своего ножа в шею так, что на коже амбала выступили несколько капелек крови.
– Хватит! – крикнул амбал, а затем заорал во всю глотку: – Прекратить!
Звон металла слышался еще несколько секунд, но затем постепенно стих.
Воины недоуменно оглядывались, глядели в нашу сторону, но бой таки прекратился.
– Тебе необязательно умирать, – сказал я амбалу, – и необязательно драться с нами.
Тот недоуменно глядел на меня.
Я сделал знак своим, приказывая отпустить противника.
Они нехотя, но подчинились.
– Чего ты хочешь? – спросил я у амбала, продолжавшего лежать на земле под пристальным взглядом моих соратников, готовых прикончить его в любое мгновение. – Что у тебя при Сигурде было такого, что ты боишься потерять?
– Мой клан, – ответил тот.
– У тебя его никто не забирает, – ответил я.
– Что будет, когда ты победишь? – спросил амбал. – Что случится с севером, когда ты его объединишь? Ты ведь это хочешь сделать?
Я кивнул.
– С кем сражаться, если все северяне станут заодно? – спросил амбал.
Хах! Я-то думал…
– С южанами, – ответил я. – Есть целый континент, там десятки королевств.
– И ты пойдешь на них войной? – спросил амбал.
– Рано или поздно, – кивнул я и добавил: – Если ты боишься, что для тебя и твоего клана станет слишком скучно – ты ошибаешься. Более того, если пойдете со мной на юг, кто знает, может, завоюете себе собственные земли…