(Не)Фиктивная жена

Глава 6

Адель

И что это было? Я реально стоял и тупо чесал репу. По-другому сегодня мою умную голову не назвать.

Майя абсолютно неожиданно пришла. Каролина тоже сегодня буквально не отходила от меня: знала про день рождения жены и пыталась перетянуть одеяло на себя. А тут еще такой подарок: соперница пожаловала!

Меня напрягла ситуация: Каролина считала офис исключительно своей вотчиной и метила территорию перманентно. Никому из подчиненных не оставляла сомнений, что она – главная женщина в этой корпорации и в моей жизни.

Приход Майи определенно поколебал ее веру в себя. Я хорошо знал Каролину и чуял ее ревность.

Моя жена была сегодня очень хороша: ей шел деловой стиль, она вообще удивительно повзрослела: казалось бы, еще совсем недавно покладистой малышкой была, а кусаться научилась, как и пленительные чары вокруг себя распускать.

Только с работой я не понял финта. Зачем? Для чего? Майя не создана для пятидневной рабочей недели, дедлайнов, летучек, выволочек от нервного босса и жизни на очень среднюю зарплату. Ну кто будет платить девочке без опыта большие деньги?!

Я обещал, и даже в нашем брачном договоре прописано, что Черкесова Майя Тимуровна никогда и ни в чем не будет нуждаться. Я уже купил ей просторную квартиру, хорошая машина у нее есть, назначу содержание в таком размере, в котором ей вряд ли могли бы платить жалование, даже будь она экономистом в Газпроме.

Майе не придется жить от зарплаты до зарплаты или зависеть от мужчины. Только от меня, естественно. Но я муж, от меня можно! Нынешний или бывший – в нашей ситуации это неважно. В моей культуре в принципе бывших мужей, как и жен, не бывает. Те, кто прошел через обряд Никаха, связаны навсегда: это не вопрос чувств, это долг перед Аллахом. Ответственность, которую я взял на себя за женщину, жену и мать. Верность, почет и уважение, которое Майя мне обещала, вверяя в руки свою жизнь и судьбу.

Я посмотрел на часы и пошел в гардеробную: у меня сегодня встреча вне офиса, затем нужно вернуться минут на тридцать, уже после домой.

Жену поздравил с днем рождения еще вчера, но это был не основной подарок. Ей от деда Аяза достался небольшой дом в Черемушках: симпатичный, но старый во всех отношениях. Давид подогнал мне профессиональную бригаду строителей, инженеров, ремонтников и дизайнеров.

Дом сейчас выглядел совсем иначе. Сегодня планировал вручить Майе ключи. Полная перепланировка, дизайн в стиле венецианских палаццо, маленький пестрый сад, бассейн и хаммам. Я попросил помощи у Зары, чтобы скрыть работы и немного узнать о вкусах жены. Ну и своего личного добавил: куда без турецкой бани! У моей жены золотые руки: она точно знает, как меня размять, чтобы силу вдохнуть, причем во всех местах. Я не собирался лишиться этого бонуса из-за развода.

А вечером у меня билеты в Большой театр на балет и поздний ужин в «Белуге»: под шампанское и икру решим наши маленькие разногласия.

Я должен заверить Майю, что вне зависимости от того, что там в акте нашего гражданского состояния, нашим отношениям необязательно кардинально меняться. Я в любом случае буду рядом с ней, а она – со мной и Каримом. Мать все-таки.

Я привык к ней и не хотел бы терять ее, и как женщину тоже. Я понимал, что это неправильно, что я оборзел в край, но, находясь в длительных отношениях с двумя женщинами, привыкаешь к разнообразию их тел и характеров. Вернуться в рамки после такого сложно. Я даже не уверен, что в принципе возможно.

Нет, у меня и мыслей не было завести еще одну женщину или наведываться к шлюхам: мне с головой хватало того, что имел. Трудно сделать выбор. Вроде бы и отношусь к ним по-разному, но нужны мне обе. От этого и не хочется выбирать. Но и не выбирать не выйдет.

Ситуация хороша только с моего ракурса, а мои дамы… Каролина мозг выносила с каждым днем все активнее. Майя от рук отбиваться начала. Приближающееся пятилетие моего сына включило какой-то дьявольский отсчет. Не зря говорят, что семь – счастливое число, нужно было на него договариваться.

– Мудак ты, Адель Каримович, – выругался на себя вслух и поехал на встречу.

Полуофициальную с представителями Минцифры я провел еще утром, а сейчас так, посидеть-попиздеть со старым знакомым из близкого окружения министра.

– Таир, твоя комиссия, – на салфетке написал (это даже можно принять за номер телефона) и придвинул к нему, – абсолютно оправдывает твою помощь.

Мой собеседник рассмеялся и попросил официанта подлить коньячка.

– Адель Каримович, с вами работать одно удовольствие.

Таир Садыков работал на меня: неплохой программист, но склад характера нетипичный. Склоки, интриги, расследования. Я его уволил. Но есть люди, которые без мыла могли в любую дырочку забраться. Таир из таких.

Программированием больше не занимался, а вот в министерство пролез и оказывал ценную поддержку в разработках.

За хорошие комиссионные наш новый проект взяли в программу на государственном уровне. Таир, как оказалось, больше высокотехнологичных инноваций любил деньги. Ну что же, каждому свое.

Я вернулся в офис около пяти вечера. Мне только папку из сейфа забрать и нужно ехать домой, иначе можно опоздать в театр.

На этаже было подозрительно тихо: странно, рабочий день еще не закончился. Светланы тоже не было на месте.

Я вошел в кабинет и… удивился. Жалюзи опущены, свечи горят, шампанское и бокалы, а на столе Каролина в коротком халатике, чулках и шпильках.

– А что это за перформанс? – остановился напротив своего стола, на котором сидела Каро, скрестив длинные ноги.

– Хотела порадовать тебя. Сначала думала столик в ресторане заказать, но там дресс-код… – и развела ноги так, чтобы увидел возбужденную промежность. – Без трусиков нельзя. Я отпустила персонал, но лучше закрыть дверь, – облизнула ярко накрашенные губы.

– Каро, я не могу сегодня. У Майи день рождения.

Каролина вскинула бровь, поднялась и демонстративно скинула короткий халатик: никакого белья, только пояс, чулки и туфли. Она продефилировала к двери и заперла ее. Затем, не касаясь меня, снова устроилась на моем столе.

– Ты уже поздравил ее. Хватит девочке внимания, а то мало ли… – высокомерно улыбнулась, – нафантазирует всякого, разводиться не захочет.

– Это не обсуждается, Каро, – сложил руки на груди, пытался быть стойким, но Каролина знала, как распалить мужчину.

Она села так, чтобы полностью раскрыться передо мной, пальчики вниз запустила и принялась играть со складками и клитором, стонать призывно, грудь сжимать. Сложно остаться равнодушным даже святому, а я вообще грешник.

– Адель, любимый… – очень призывно, и я шагнул ближе. Каролина потянулась к моему ремню, расстегнула ширинку и достала член. – Хочу тебя…

Я тоже хотел. Планы другими были, но есть вещи и слабости, которым сложно противостоять, особенно когда так филигранно полируют ствол. Каролина во многих вопросах была подкована, но секс и соблазнение – особенно удавались. О, Аллах, прости мою слабость. А жена… Ну, она не узнает. Господь в курсе, что за пять лет я ни разу ее не трахнул после Каролины. Разок считаться не будет, тем более сегодня планировал доводить ее до безумия языком. А сейчас пусть меня доведут до пика блаженства. Неплохой компромисс.

Я достал из кармана презерватив и ловко раскатал по стволу. Каролина обхватила его, думал, в себя направить хочет, но она стянула защиту и подалась вперед, насаживаясь на меня.

– Каро, притормози, – нижняя голова поплыла от желания присунуть и раствориться в оргазме, но верхняя работала четко.

– А что не так? – неожиданно взъярилась. – Мне тридцать два уже! Я хочу семью, детей, мужа! Адель, мы семь лет вместе, пять из которых я делю тебя с этой девчонкой! Решайся наконец!

– Каролина, – застегнул ширинку и ремень, – ты знаешь расклады. Я не врал тебе. Пять лет. Я просил у тебя пять лет: без скандалов и требований. Чего ты мне мозги делать начала? М? Что изменилось?

– То, что ты спишь со своей девчулей! – бросилась обвинением. Права, да. Только почему сейчас решила предъявить?

– С чего ты взяла? – сухо поинтересовался.

– А мне взгляда на нее хватило. Не выглядит она недотраханной домохозяйкой. Молодая, красивая, свежая, а ты мудак, как и все мужики.

Я подошел к сейфу и забрал нужную папку. В кабинете вся важная информация хранилась под замком, а на компьютерах такая система защиты, что даже обиженная женщина не взломает. Правда, могла сломать.

– Оденься и приберись здесь, – кивнул на бардак.

– Это все, что ты можешь мне сказать? – тихо спросила. – Ну разубеди меня! Скажи, что все не так! Что любишь…

– Ты умная женщина, Каролина. Ты знала, что будет именно так. Ты приняла это.

– Я верила тебе, Адель…

Я подошел ближе, пропустил светлые волосы сквозь пальцы и поднял ее лицо так, чтобы видеть глаза.

– Я дал тебе слово, Каро, и я его сдержу. У нас все еще будет. Но никогда, Каролина, никогда не пытайся давить на меня. Не манипулируй мной, все равно не выйдет, – коротко поцеловал в губы. – Оденься, замерзнешь, – чмокнул в плечо и ушел.

Уже в машине набрал Майю. Времени торжественно объявлять и удивлять планами уже нет, пусть прихорашивается и мне костюм подберет, галстук, рубашку, ботинки. Нет, я сам, конечно, мог, но времени мало, а Майя подготовит, повесит в гардеробной в идеальном состоянии и четко под мои вкусы и дресс-код мероприятия. Она всегда так делала.

– Что такое… – жена не отвечала. Я набрал Зару:

– Добрый вечер, Адель Каримович.

– Зара, дай мне Майю. Не могу на ее телефон дозвониться.

– А… – она ощутимо замялась. – А ее нет пока. Майя позвонила и сказала, что будет поздно.

– Что значит поздно? – я был неприятно удивлен. Я же сказал, чтобы ехала домой. Чтобы о всяких глупостях не думала. И уж точно чтобы не шлялась вечерами не пойми где! – Ладно, скоро буду.

Что культурная программа, которую приготовил для жены, отменялась капитально, понял, когда в девять вечера телефон Майи перестал подавать признаки жизни. И я вдруг понял, что не связывал наши телефоны. Что не мог посмотреть ее геолокацию, и программ экстренного слежения не ставил. Нет, это не вопрос доверия, а безопасность и определенность. Я настолько привык, что жена всегда под рукой, дома с ребенком, что даже не предполагал, что мне понадобится ее искать.

– Адель Каримович, нужно Карима укладывать, – подошла Зара. – Он вас зовет.

Я нервно бросил мобильный на стол и хмуро взглянул на нее. Мысли нехорошие в голове крутились. Дебил, хоть бы додумался жене в машину GPS-трекер бросить. А если она в аварию попала? А если до нее доколупался кто-то?

Зара сказала, что Майя звонила и что будет поздно: сначала я злился, теперь начал волноваться. Видимо, все-таки сопоставила факты и поняла про Каролину. Обиделась. Проучить игнором решила. Пусть лучше будет так. Главное, чтобы цела была. Женские обиды могли довести до больших проблем. Не дай бог в клуб какой-нибудь намылилась!

– Звони Майе, – велел и отправился наверх. – Сынок, – зашел в детскую, – спать будем?

– Не будем. Бесь мамы не будем, – сел на кровати и схватил айпад.

– Карим, не свети в лицо гаджетами, – отобрал планшет. – Ложись, бери одеяло, глазки закрывай.

– Я хосю мультик, – упрямо на меня посмотрел.

– На ночь никаких мультиков, сын. Ты уже взрослый…

– Я маленький! – и попытался достать брошенный на подоконник планшет. Я не дал. – Дай! – потребовал капризно.

– Карим, – строго начал, – будешь наказан.

– Не хосю с тобой, хосю с мамой! Мама доблая!

Я мысленно досчитал до десяти. Вот оно, бабское воспитание! Сколько бы я ни пытался приехать пораньше, чтобы уложить сына, все время он капризничал: сказку расскажи, спинку почеши, водички, в туалет, мало света, много света. Майя вместе со своей Зарой потакали и обхаживали пацана. Что вырастет такими темпами?!

– Карим, мамы сейчас нет, но есть папа. Ты уже большой мальчик и должен учиться засыпать сам, – я потрепал его по темным волосам. – Спи, – и полностью погасил свет.

Пора включаться в воспитание сына. Я за неделю отучу его от муси-пуси, света и мультиков перед сном.

Я только закрыл дверь, как услышал плач и крик. У меня от страха поджилки затряслись, даже Зара прибежала.

– Это что? – перевел на нее недоуменный взгляд. – Годзилла ревет?

– Вы выключили свет? – понимающе вздохнула и бросилась в детскую. Я следом. – Не плачь, мой маленький, все хорошо. Алиса, включи звездное небо.

Потолок мягко засветился. Карим вцепился в Зару и просил не оставлять его одного. На меня смотрел обиженно и звал маму.

Я вышел. Ладно, пусть. Сегодня я проиграл, но это не война, а маленькое сражение. Дело привычки: сложно быстро привыкнуть, что тебя в попу не целуют.

Я спустился вниз и снова принялся звонить жене. Время десять, и реальное беспокойство начало поднимать буйную голову. Может, в полицию обратиться? Естественно, загулявшую женщину никто искать не будет, но у брата остались связи в органах, он сможет найти Майю.

– Дава, здорово, брат. У меня это… проблемы: жена пропала.

– В каком смысле пропала?

– В прямом, – и обрисовал ситуацию.

– Ругались до этого?

Я задумался. Сложно сказать. Скорее нет, чем да.

– Скажем так, Майя перестала понимать меня.

– Ясно. Хвостом крутит. Жди.

– Давид, я реально волнуюсь. У нее телефон выключен, и сложно представить, чтобы она оставила Карима. Она ж мать!

– Раз реально волнуешься, – голос скептический, – то скину адрес, к кому подъехать. Сам тоже подскочу.

Айфон у Майи был выключен и стандартно отследить его нельзя, но знакомые Давида начали полную розыскную деятельность, когда мы их очень хорошо попросили: криминальные сводки, ДТП, больницы, морги. Ориентировка будет завтра, если жена не явится до утра. Мне физически подурнело от всего этого. Вот так и происходит: девочка решила выйти в большой жестокий мир, и он сожрал ее. Пусть лучше наказывает меня игнором, сидя у какой-нибудь подруги, чем реально пострадала!

– Майя Тимуровна Черк…

Услышал, как по рации одного из сотрудников подтвердили, что случилось ДТП и по документам это Майя. Моя Майя?! Бляяяядь!

– Так Черкесова или Черкасова?

Внутри послабела удушливая пружина. Все, инфаркта не избежать. Это какой-то лютый пиздец.

– Черкасова, ясно. Не наш клиент, – и к нам повернулся: – Езжайте домой, будет информация, сообщим.

– Вообще прямо домой? – дернул плечом, когда Давид меня к машине повел.

– Поехали, может, она вернулась, – добавил мягче.

Нет, я Заре велел позвонить, если Майя объявится. Мой телефон молчал. Только Каролина закидывала сообщениями. Я коротко ответил и смахнул их, не до нее сейчас.

– Поехали со мной, – и кивнул кому-то из своих мужиков, чтобы мою тачку гнали за нами. В итоге к дому у нас целый кортеж с мигалками подъехал.

Я поднял голову и увидел, как моя жена как ни в чем не бывало подходит к воротам во двор.

– Вот коза! – выругался и выскочил из машины.

Майя резко обернулась, когда проблесковые маячки закружили по нашему дому, затем перевела испуганный взгляд на злого меня.

– Ты где была?!

Глава 7

Майя

Я испуганно переводила взгляд с разъяренного Аделя на полицейскую машину. Что случилось вообще?!

– Ты где была? – муж схватил меня за плечи и с силой стиснул. Больно.

– С подругами отмечала, – солгала, испугавшись его гневного лица. Не думаю, что Адель сейчас готов адекватно принять правду.

– С подругами? – встряхнул так, что у меня голова запрокинулась, готовая оторваться. – А позвонить не судьба?!

– Я звонила, – опомнилась и дернула плечом. – Мне больно, – прошипела, посматривая на приближающегося деверя.

Давид закурил, но комментировать ситуацию словами не стал: бросил на меня взгляд, потом на Аделя, затем махнул на нас рукой и крикнул:

– Отбой, мужики, – и нам: – Как дети, ей-богу.

Я, воспользовавшись моментом, приложила «таблетку» к двери и вошла во двор. Мои каблуки цокали по плитке, а за ними тяжелые мужские шаги. Не понимаю, с чего сыр-бор?!

Я предупредила Зару, что буду поздно. Телефон у меня сел, да и не до него было. Планов на вечер с мужем не строила, ну а пришла я не утром, а чуть за полночь. Мне двадцать шесть, и я не Золушка, чтобы к двенадцати спешить домой: чистить котлы, поливать кусты, рис с гречкой перебирать. Ах, да! Я же домашний вид женщины: меня дорогой муж классифицировал как курицу-наседку. Видимо, вернулся петух в курятник, а курочки нет, непорядок. Горшочек не варит, яички не несутся.

– Майя! – перепуганная Зара выскочила в холл и крепко обняла меня. – Где же ты была, милая?

– Потом… – шепнула ей. Не хочу ее обманывать.

– Зара, иди спать, – за моей спиной прогремел Адель. Не кричал, но… лучше бы кричал. Он мог выпотрошить одной фразой, но я справлюсь. Должна.

Взглядом показала Заре, что она могла подниматься и не бояться за меня.

– Повернись, Майя.

Я сбросила пальто и крутанулась на каблуках. Я не была пьяна, не была в постели с другим, не нарушала закон. Что он смотрит на меня, как прокурор на обвиняемую?!

– Что? – вздернула подбородок. – Ну что?!

– Телефон, – бескомпромиссно протянул руку.

– Но…

– Телефон, – надменно щелкнул пальцами.

Я открыла сумку, запуталась в мелочах, нервно выкладывала на стол всякую ерунду, пока не уронила сумку. Содержимое оказалось на полу. Адель присел и выбрал из кучи разных нужностей подаренный им браслет.

– Почему сняла? – глухо произнес.

– Не хочу быть похожей на твою Каролину Сергеевну, – пожала плечами и вложила в его ладонь еще и кольцо из розового золота. – Ходить одинаковыми, это какая-то театральщина. У кого-то ни ума, ни фантазии… – поднялась и положила на стол телефон. – На зарядку поставь, – зевая, бросила и направилась к себе.

– Майя, мы не договорили.

– Мне больше нечего сказать.

Я захлопнула дверь своей спальни и сбросила туфли. Ноги затекли и ныли. Вообще не люблю ходить в обуви по дому, но на шпильках удивительно приятно и эффективно топтаться по эго мужчины.

Я сбросила рубашку и юбку, в ванной избавилась от белья и шагнула под душ. Хочется побыстрее смыть с себя свое двадцатишестилетие и лечь спать. Мне завтра на работу: да, последнее собеседование было удачным. Четвертое стрессовое собеседование.

За десять часов до…

Первым делом оказавшись в машине, я сняла подарки Аделя. Вчера я растаяла, увидев два одинаковых комплекта, но в разных цветах: во-первых, дизайн был абсолютно в моем вкусе, во-вторых, стало приятно, что он обратил внимание на мою особенность в носке украшений.

Нет, Адель, может, и обратил, затем дал задание своей любовнице купить что-нибудь: для нас обеих, а чтобы никому не обидно, пусть будет одинаково и по цене, и по качеству. Истинно благородный мужчина: всем все поровну.