Проникающий в сны

II. ВИКТОР. БРАТ МОЙ

Я стоял и смотрел на наш старый дом. Для меня он был словно призрак – призрак прошлого, моего детства и гибели нашей семьи. Я не собирался искать тут какие-то улики и свидетельства – слишком много лет прошло. Мне нужно было увидеть это место, осознать его реальность. И хорошо, что в нём теперь жили разные и чужие люди – дом был наполнен жизнью. Несколько лет он стоял заброшенным. Но когда я понял, что не хочу в него возвращаться, Джеффри выставил его на продажу. Сначала никто не хотел покупать дом – после того, что случилось с нами. Цену пришлось снизить, и в итоге его купили под мини-отель. Есть же любители пощекотать себе нервы. Да и история дома была важна только для местных – для приезжих она ничего не значила: семья, жившая тут до них, была им не знакома и потому безразлична.

Если бы я оказался на месте Анри и сбежал из плена – я бы пришёл сюда: это ведь единственный адрес, связанный с прошлым. Никому из прежних соседей не было известно, где я живу теперь. Джеффри оставил им свой адрес, на всякий случай.

Может, зайти? Но мне не хотелось ни объяснять, кто я, ни прикидываться возможным постояльцем в поисках жилья. Вряд ли Анри решил остановиться здесь. Для него было бы невыносимо.

Дом я увидел. Теперь мне нужно повидать родителей.

Кладбище. Не было мне спокойно в этом месте вечного упокоения. Я чувствовал себя виноватым за то, что всё ещё живу. За то, что ничего не могу сделать для тех, кто ушёл. Я жив, а мои родители – мертвы, и брат исчез. Я ничем им не помог.

Смахнув с надгробия листву, я положил к нему цветы и сел на скамью. Отец и мама, они здесь, под землей. Но их нет – в могиле лишь то, что от них осталось. Их нет – и я должен жить без них. Жить, хочу я того или нет.

Я почувствовал на себе чей-то взгляд. Огляделся: поблизости никого не было. Лишь в сотне метров от меня у другой могилы стояла пожилая женщина. Но она не смотрела в мою сторону. Наверное, показалось. Я помедлил, а затем пошел к выходу. И все же, чувство, что за мной наблюдают, не исчезло.

Когда я вошел под арку ворот, кто-то схватил меня за руку. Вздрогнув, я обернулся: в нише арки, в тени, стоял мужчина. Или молодой человек – я не видел его лица. В джинсах и толстовке с капюшоном, накинутым на голову. Он отпустил мою руку, сделал полшага мне на встречу и откинул капюшон. Я ошеломленно рассматривал его. Тонкие черты лица, смугловатая кожа. Темные глаза с длинными ресницами. Длинные волосы собраны в хвост. Эти волосы… вьющиеся, каштановые… Я замер. Сердце гулко билось. Я боялся поверить тому, что вижу… И что я вижу? Кого?

– А… Анри? – выдохнул я почти беззвучно.

Но он услышал. Губы его приоткрылись и дрогнули:

– Это ты, да? Всё-таки ты, Виктор?

Я кивнул.

Он судорожно сжал меня в объятьях. А я застыл, боясь проснуться. Едва заставил свои руки шевелиться и тоже обнял его. От брата пахло железной дорогой и пылью, но волосы и одежда были почти чистыми.

– Ты ведь поможешь мне? Спрячешь? – Анри вдруг напрягся, и его пальцы судорожно вцепились в меня, – Мне нужно спрятаться.

Значит, его, действительно, похитили. Он убежал, и теперь похититель ищет его. Я не знал, о ком и о чём речь, но кивнул. А потом и произнёс, поняв, что брат не видит моего кивка:

– Я никому тебя не отдам. Больше никому и никогда. Анри. Я обещаю.

Он чуть отодвинулся и взглянул на меня. Словно хотел увидеть подтверждение моих слов на моём лице. И, видимо, нашёл его. Потому что облегчённо вздохнул и попытался улыбнуться:

– Как хорошо, что ты есть, – улыбка исчезла с его лица так же, как появилась, – Но нам нужно уходить отсюда. Нужно спрятаться.

Я не стал возражать и задавать лишних вопросов. Потом, позже. И просто кивнул:

– Пошли.

Анри следовал за мной, нервно озираясь по сторонам. Когда мы вышли за ворота кладбища, он замер, оглядываясь вокруг. Казалось, взгляд его бегло, но цепко осматривает каждого человека поблизости, каждый подозрительный объект. Наконец он облегчённо вздохнул:

– Куда дальше?

Я указал на свою припаркованную по соседству машину. Анри позволил мне первым подойти к ней, а сам остановился чуть поодаль:

– Распахни все двери и открой багажник. Осмотри её.

Я так и сделал. Никого и ничего лишнего в машине не было. Анри кивнул. Закрыв багажник и двери, я сел за руль. Анри юркнул на заднее сиденье и залёг там. Едва машина тронулась, он спросил:

– Куда мы едем?

– Домой. Туда, где я живу.

– Он найдёт.

– Никто из прежних знакомых, кроме Оливера и Джеффри, не знает моего адреса.

– Кто это? Ты им доверяешь?

– Друзья отца. Теперь они для меня… как семья. Я верю им больше, чем себе.

– Тогда ему доставит особое удовольствие сделать из них твоих врагов.

– Кто бы он ни был… у него не получится, – я был абсолютно в этом уверен.

Анри помолчал, а потом сказал:

– Ты просто не знаешь, на что он способен. Сделать из чёрного – белое, и наоборот – для него ничего не стоит. Чтобы ты проклял всё, что любишь, и возлюбил то, что ненавидишь.

Я не выдержал:

– Да кто он такой?!

– Этьен.

– Но кто он?

– Просто Этьен. Никогда не смотри ему в глаза и не слушай, что он говорит. Это трудно. Но иначе ты пропал. Как пропал я, – в голосе его послышалась истерика.

– Но теперь ты свободен. Ты со мной, и мы что-нибудь придумаем, – я старался говорить спокойно и убедительно.

– Ты, и правда, думаешь, что я свободен?! – Анри резко сел на сиденье и смотрел на меня в зеркало заднего вида, – Ты не понимаешь, что происходит у меня в голове. Не чувствуешь этого, не можешь знать. Чем и кем я был. Что я есть, – он нервно обхватил себя руками.

– Конечно, я не понимаю этого. И не узнаю – если ты мне не расскажешь.

Неожиданно из глаз его потекли слёзы, перешедшие в рыдания. Я спешно припарковал машину на обочине, пересел к нему и обнял.

– Виктор, Виктор. Уходи. Оставь меня. Мне не спастись. Не хочу, чтобы ты тоже… Ведь он захочет тебя. Ты ведь тоже… Проникающий в сны.

– Нет, братишка, не говори глупостей. Мы справимся. Мы что-нибудь придумаем. Вместе.

– Давай уедем, – Анри снова вцепился в меня.

– Хорошо, – я старался говорить как можно спокойнее.

А брат прямо таки сверлил меня глазами:

– Прямо сейчас.

Я замолчал, обдумывая.

– Давай завтра? Возьмём вещи и деньги. И… я хочу попрощаться.

Анри горько покачал головой:

– Завтра может быть поздно. Но ладно. Пусть так.

Я снова сел за руль. И некоторое время мы молчали. Черт, я собирался «проснуться». Но чувствую себя как во сне. Это похоже на сон. Мой брат, вдруг объявившийся сам после стольких лет. Нет, я был рад. Но… до сих пор не верил в происходящее. Я ведь так хотел его найти. И еще менее часа назад пытался сообразить, как. А теперь… вот он, Анри, рядом со мной. И я снова не знаю, что делать. Кто преследует его? И преследует ли? Кто этот Этьен? Могу ли я верить словам Анри? Ведь его психика явно не в порядке. Черт, я думаю, как эгоист. Я должен верить ему. Ведь он мой брат. В этом я не сомневался. Конечно, мы столько лет не виделись. Но уж брата я знаю. Мы же близнецы.

Я взглянул в зеркало: Анри лежал на заднем сиденье. Похоже, он доверяет мне. Хотя, какой у него выбор? Во всяком случае, мы снова вместе. Мы – семья.

Но ведь есть еще Джеффри и Оливер. Сказать им, что Анри вернулся? Они заслуживают того, чтобы знать, и будут рады помочь. Но стоит ли втягивать их? Ведь я даже не знаю, что дальше. Анри говорит, нам нужно уехать. Бежать, скрыться. Но куда? И неплохо бы знать, от кого мы прячемся.

Черт, я почти забыл о Жасмин. Она ведь рассчитывает на меня. Наверное. Но я ее совсем не знаю. И доверять не могу. А жаль. Казалось, у меня есть шанс… устроить личную жизнь. Чёрт, о чем ты думаешь, Виктор?

Ладно. Понадеюсь, что Анри придет в себя и хоть что-то мне расскажет. Тогда и решим, что делать дальше.

Я припарковал машину возле дома. Анри дождался, пока я открою входную дверь, и быстро проскользнул внутрь. Мы вошли не через мастерскую, а через подъезд, и поднялись на второй этаж к квартире.

– Проверь, не ждут ли тебя там, – Анри указал на дверь.

Я согласно кивнул, подумав, что, в любом случае, в подъезде мы как в ловушке. Я открыл дверь и вошёл. Заглянул в комнаты и ванную. Потом спустился в мастерскую – всё было так, как я оставил, никаких следов присутствия кого бы то ни было. Я вернулся к Анри:

– Вроде, никого нет.

Он вздохнул:

– Хорошо бы так и было.

Следом за мной Анри прошёл в комнату и огляделся:

– Ты живёшь один?

– Ага, – я чувствовал, словно меня если не экзаменуют, то изучают.

Анри обошёл квартиру:

– Небольшая. Много книг. Чем ты занимаешься?

– Переплетчик-реставратор.

– Тихая и спокойная жизнь? – он разглядывал мои вещи, словно в музее.

Я снова кивнул.

– И вот в неё вторгся я, – тут он остановился и посмотрел на меня, как будто даже с вызовом.

Я растерянно молчал, но не отводил глаз. Чем дальше, тем больше во мне росло чувство вины. Нет, оно всегда было со мной. Но раньше я обвинял себя сам, а теперь это делал мой брат.

– Анри… Что я мог сделать? Я был ребёнком. Полиция искала тебя – я рассказал им всё, что знал.

Его взгляд смягчился, и он кивнул:

– Да, конечно. Прости. Я… – лицо его исказилось, и он бессильно опустился на пол, обхватил руками колени и уткнулся в них лицом. Он как-то весь сжался, как будто хотел спрятаться, отгородиться от чего-то.

Я подошёл и сел рядом с ним. Протянул руку и тихонько коснулся его волос. Анри был похож на дикого испуганного зверя – боишься, что он вскочит и убежит. Или попытается напасть на тебя. Что я мог сказать? Что всё будет хорошо? Я сам не верил в это. Как достучаться до его души – после стольких лет разлуки?

– Я люблю тебя. Ты нужен мне.

Он чуть поднял голову и взглянул на меня исподлобья.

– Зачем?

– Ты мой брат. Брат-близнец. Ближе тебя у меня никого нет.

Он молча смотрел на меня. Потом мягко и печально улыбнулся, выпрямился и сказал:

– Тогда, наверное, ты дашь мне что-нибудь поесть.

Я улыбнулся в ответ:

– Да, конечно. Боюсь, деликатесов у меня нет, но что-нибудь найдётся.

– Что угодно – лишь бы поскорее: я очень голоден.

– Тогда пару тостов и яичницу с сосисками?

Он кивнул.

– Чай? Кофе?

– Чай.

Я отправился на кухню и вскоре услышал, как хлопнула дверь в ванную, а затем и звук льющейся воды. Анри, наверное, понадобится одежда на смену. Засунув хлеб в тостер, кинув сосиски в кастрюльку и разбив на сковородку четыре яйца, я пошёл в спальню, открыл шкаф и достал рубашку, брюки и нижнее белье. Наверное, Анри будет чуть великовато – он казался тоньше меня; но роста примерно моего, так что, должно сгодиться на первое время. Взяв вещи в охапку, я отнес их брату.

Наш ужин был готов, и я раскладывал всё по тарелкам, когда появился Анри. Моя одежда, действительно, была ему свободна. Но выглядел он посвежевшим и вполне довольным. Его вьющиеся волосы не были собраны в хвост и спадали на спину и плечи, доходя почти до лопаток.

– Душ, чистая одежда, горячая еда – я почти счастлив, – Анри улыбнулся.

Я начинал привыкать к перепадам его настроения.

Мы сидели и молча ели, иногда бросая друг на друга взгляды. Казалось, что каждый хотел о чём-то спросить, что-то сказать – но так и не решался. Я уж точно боялся расспрашивать его, хотя вопросы так и вертелись на языке. И ответы были очень важны. Но я подумал, что нужно дать Анри время прийти в себя и успокоиться.

Доев всё без остатка, он заговорил сам:

– Я должен тебе рассказать… Где я был и что делал. Тебе нужно знать. Я… – говорил он так, словно слова застревали у него в глотке, в самом прямом смысле.

– Я… не могу. Не могу сказать! Хочу, но не могу. Чёртов Этьен!!! Наверное, наложил на меня какой-то запрет. Он… – лицо Анри побледнело и покрылось испариной, – умеет внушать.

Глаза его закатились, и он упал бы со стула, если бы я не успел подхватить его. Оттащил на диван. Растерянно соображая, не стоит ли вызвать скорую, я похлопал его по щекам.

К счастью, он открыл глаза, вздохнул и покачал головой:

– Я не могу.

– Ничего, как-нибудь и без того разберёмся, – я улыбнулся, желая приободрить его, – Как ты себя чувствуешь?

– Уже лучше, – он сел, – Голова кружится. Можно мне воды?

– Конечно, – я сходил на кухню, принёс чашку с водой и протянул её Анри.

Он выпил и как будто успокоился:

– Тебе придётся думать самому. Соедини его дар с нашим.

– Это то, что он делал? – я присел рядом.

Анри кивнул.

– Внушал во сне? Внушал тебе создавать сны?

Анри, молча и не моргая, смотрел на меня.

– Создавать сны для кого-то? Плохие сны?

Без изменений. Тут я вспомнил, о чём мы говорили с Жасмин, о её отце:

– Люди в этих снах… умирали?

Глаза Анри стали совсем тёмными и застывшими, лицо своей неподвижностью напоминало маску. Так что я снова испугался за него.

– Анри, Анри, – я похлопал у него перед носом – он заморгал и ожил:

– Что? Ты что-то сказал?

Я покачал головой. Нужно что-то делать. Наверное, Анри нужна помощь психолога или психотерапевта. Кого-то мне напоминало его поведение. Профессора Эшби, с его странной нервной потерей памяти.

– Послушай, кем бы он ни был – он не может найти нас так быстро. Этот адрес знают только Джеффри и Оливер.

– Он может знать о них – из моих воспоминаний, – Анри рассеянно смотрел на меня.

– Всё равно, ему потребуется время, чтобы найти их. А потом как-то выведать, где я живу.

– Квартира – твоя собственность?

– Нет, съёмная.

– Это усложняет поиск. Но всё равно, наверняка есть списки арендаторов.

– Может быть. Всё равно, это не так быстро. Думаю, день-два мы здесь в безопасности.

Анри посмотрел на меня уставшим взглядом:

– Я везде в опасности, пока нужен Этьену. А я буду нужен ему, пока жив. Или пока жив он. И как только он узнает, что ты жив-здоров и умеешь создавать сны – он захочет и тебя прибрать к рукам.

Я вздохнул:

– Ладно, давай доживём до утра, а там что-то решим – «утро вечера мудренее». Выспаться не помешает в любом случае.

– Выспаться?! – голос Анри дрожал, – Нет уж. Я, пожалуй, сегодня не буду спать, – он нервно улыбнулся.

Я непонимающе смотрел на него.

– Он придёт за мной, – Анри снова весь сжался, – вернее… я сам приведу его. В свой сон.

– Но зачем??

– Такая программа в моей голове!!! Ты не понимаешь. Я его проводник в мир снов! Я… марионетка. А он – кукловод, – сейчас Анри, и правда, был похож на сломанную игрушку: поникшие руки и плечи, застывшие глаза.

– Но ты сбежал. Ты нашёл меня. Ты смог рассказать. А значит, можешь делать не только то, что он тебя заставляет.

Анри задумался и кивнул:

– Где-то он допустил ошибку. Ослабил бдительность. Был уверен, что я полностью в его власти. А оказалось, что нет. Недавно… я вспомнил… своё детство, и как меня похитили. Мне удалось скрыть это от Этьена. Наверное, он считал, что после стольких лет моя память уже не восстановится, и нет особой нужды держать меня под замком. Но долго обманывать его мне бы не удалось – и я сбежал при первой возможности. Я мечтал вернуться домой: найти родителей, тебя, – Анри чуть улыбнулся, мягко и грустно.

Но улыбка тут же исчезла, и он покачал головой:

– Теперь я понимаю, что нужно было бежать куда угодно, только не сюда. Здесь он найдёт меня. Я старался не спать в пути – чтобы не останавливаться, не тратить время и не быть совсем беззащитным. Но вчера я, всё же, заснул.

Лицо его дрогнуло:

– И Этьен был в моём сне. Я понимаю, что сам привёл его – как иначе он смог. Он сказал, чтобы я возвращался. Что он всё равно найдёт меня. Что мы связаны, и эту связь никто не может разорвать.

– Но теперь я с тобой, – я взял его за руку, – И буду охранять тебя в твоём сне. Ты же не можешь не спать вечно.

– Не могу, – он устало покачал головой, – рано или поздно я засну. И сны мои будут принадлежать ему.

– Мы найдём, как прервать эту связь. В конце концов, мы оба можем управлять снами. И придумаем, как избавиться от него.

Анри смотрел на меня, словно пытаясь понять: действительно ли я думаю то, что говорю. Потом кивнул:

– Давай попробуем. Кроме этих пут мне нечего терять. Как хорошо, что мы снова вместе, – он улыбнулся, но тут же вновь стал печально серьезным, – Прости, что подставил тебя под удар.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.