Хелл. История Хантера и Сэм

Пролог

Бескрайнее поле простирается на мили вокруг и готово радовать глаз любого, кто сможет это лицезреть. Но сейчас здесь только двое. Двое молодых возлюбленных, которые бегут друг к другу с улыбками истинного счастья на лицах.

Девушка с ясными голубыми глазами и светлыми волосами неслась, раскинув руки в стороны. Казалось, она пыталась обнять весь мир. Доброта так и струилась вокруг неё невидимым потоком. Она смеялась. Её задорный смех разносился по округе. Если ангелы смеются, то именно так.

Парень подхватывает её смех и бежит ей навстречу. Он так давно её не видел, что не может дождаться момента, когда сожмёт девушку в своих крепких объятиях.

Ещё секунду назад небо было голубым, а солнце светило так ярко, что порой приходилось щурить глаза. Но сейчас тучи сгущаются и давят, давят. Молодой человек бросает взгляд на небо. Он делает это каждый раз. Переводит взгляд на девушку, но она больше не смеётся. Она плачет… из её глаз катятся кровавые слезы. Сарафан белого цвета пропитан кровью и грязью. Она бежит, спотыкается, встаёт и снова бежит… но расстояние между ними не уменьшается.

Девушка вопит. Её никто не трогает, но ей больно. Адски больно. Хантер прилагает титанические усилия, чтобы добраться до неё, но это всё зря… Он сотни раз пытался её спасти…

Итог всегда один.

Она умирает. В муках и страданиях. И он каждый раз это видит. В самом конце, когда миловидное лицо его возлюбленной невозможно узнать, он понимает, что это сон. Очередной проклятый сон, который преследует его последние несколько лет.

Молодой человек не может проснуться. Он пытался. Разными способами. Лишь бы не видеть, в каких муках девушка покидает его.

Она больше не бежит, а стоит на коленях и тянет окровавленные руки в сторону молодого мужчины, которого она любила больше всего на свете. Крики боли разрывают хрупкое тело, заставляя её сгибаться пополам…

Девушка падает и сотрясается в предсмертных судорогах…

Поток холодного ветра подхватывает её тело, оно словно пыль рассыпается и улетает.

Всё.

Финал.

Хантер открыл глаза и уставился в темноту. Слегка сбившееся дыхание и испарина на лбу давали понять, насколько болезненным был этот сон. Он сделал глубокий вдох и опустил веки. Молодой правитель 26 ё был уверен, ему нет покоя на этой земле. Не с теми грехами, что он протащил за собой через всю жизнь.

Открыл глаза и сел на кровати. В горле сухо, как в пустыне. Включил ночник, что стоит рядом, и поднялся. Налил себе стакан воды и выпил его одним махом. Прошел в ванную, скинул мокрую футболку и умылся холодной водой. Не помогло.

Облокотился руками на края раковины и всмотрелся в своё лицо. Капли воды так и стекали с разгоряченной кожи, но его это не волновало. Хантер смотрел в глаза человека, который изменился до неузнаваемости… Ничего удивительного, иначе не выжить… Это не тот мир, в котором он бы хотел провести свою жизнь. Но ему не дали выбора. Будучи ребенком он был брошен в ужасную реальность. Мир, который изменился в одно мгновение и искалечил восьмилетнего мальчика… которым он когда-то был.

Его мысли прерывает звук из соседней комнаты. Если бы он был обычным человеком, то не услышал бы. Но он необычный. Вовсе нет.

Берет полотенце и вытирает оставшиеся капли с лица. Бросает на себя последний взгляд в зеркало и покидает ванную. Тихими шагами, словно хищник, он преодолевает свою спальню и выходит в слабо освещенный коридор. Звук из спальни его сына. Подходит к комнате и приоткрывает дверь. Идиллия, которую он увидел одновременно привела его и в восторг, и в злость.

Девушка в легкой ночной рубашке с длинными рыжими волосами сидит на краешке кровати и мило рассказывает сказку его сыну.

Всего одна мысль появляется в голове Хантера: "Не Саманта должна здесь находиться, а девушка из сна. Та самая, которая подарила мне ребенка и лучшее время в моей жизни".

Тем временем Сэм поднимается с кровати и нежно целует мальчика в лоб. Ребенок спит, она укрывает его одеялом и оборачивается к двери. Замирает на месте и просто смотрит на Хантера расширившимися глазами. Её взгляд спускается от его лица и исследует тело (зря она ТАК смотрит), вниз по шее, груди, мышцам живота и доходит до резинки боксеров. Саманта быстро возвращает взгляд на его лицо и хмурит брови. На это Хантер только хмыкает и отходит в сторону, давая девушке дорогу. Они выходят в коридор, и прикрыв за собой дверь, Хантер интересуется:

– Он снова приходил за тобой? – спрашивает у Саманты, которая была намерена уйти в свою комнату.

Она останавливается и оборачивается. Её взгляд помимо воли обегает его тело, но опомнившись она отводит глаза.

– Да. Плохой сон. Ты не мог бы… эээ… одеваться что ли? – говорит Саманта и закатывает глаза.

Хантер видит, как ей неуютно в его присутствии и поэтому подходит ближе:

– Что-то не так?

Она бросает на него свирепый взгляд и её щеки розовеют. Хантер не понимает от смущения это или от злости. Не очень-то они ладят, хотя девушка живет с ним на одном этаже уже два с половиной года. Они редко пересекаются… но видит он её каждый день.

– Это не прилично! – отвечает Сэм.

– Кто сказал?

– Нормы этикета.

– Не слышал о таких.

– Оно и заметно. Но я бы тебя попросила, впредь надевай хотя бы шорты.

– А я бы тебе ответил, что ты не имеешь ни малейшего права просить меня о чем-либо.

– Ха! Конечно! Злой и страшный правитель города… – начинает повышать голос Саманта.

– В точку… – спокойно отвечает Хантер.

– Который возомнил себя Богом…

– Саманта, иди спать! – повышает голос Хантер.

– Ты не будешь мне приказывать!

Ну вот. И так каждый раз. Стоит им только начать разговор, как через минуту он превращается в перепалку.

Так они и стоят на расстоянии в полметра и пронзают друг друга взглядами. Оба упертые и вспыльчивые.

– Иди спать. – более спокойно говорит Хантер.

– Но это по своей воле, а не потому, что ты сказал. – она переходит грань и тычет в его грудь пальцем, Хантер перехватывает её руку и склоняется к её лицу:

– Не смей… так со мной разговаривать… Первое, это мой дом, мой город, а значит и правила мои. Второе, не перегибай палку, ты здесь только благодаря обстоятельствам. Третье, ты просто няня и не более этого.

Хантер ещё тридцать секунд назад услышал шаги, а Саманта только что. Рой поднимается с нижнего этажа и замирает как вкопанный, увидев перед собой Сэм и Хантера, которые делают… что? Этого он не понимает, но ясно одно, видеть это ему неприятно.

– Что случилось? – напряженно спрашивает Рой.

Хантер отпускает руку Саманты, словно прикосновение к ней – это нечто унизительное, и твердо смотрит на Роя:

– Объясни своей девушке, что здесь она всего лишь гостья.

И больше не произнеся ни слова, он уходит в свою комнату.

1. История интереснее моей

Саманта.

Сегодня был самый обычный день. Проснувшись с утра, привела себя в порядок и пошла на кухню. Там меня уже ожидали мои подопечные – восьмилетний Чарли и десятилетний Майкл. Хотя мне не известно сколько на самом деле Майклу лет и когда у него день рождения. За эту дату мы взяли день, когда моя подруга Джей спасла его из Подземелья. Из адского места, в котором я провела большую часть своей жизни. Жизни. Ха! Это было существование, не иначе. Прокручивая в голове моменты моего прибывания в Подземелье, первым делом в голове всплывает образ моей младшей сестренки Лии. Она была очень красива и молода, когда похотливый взгляд главы Подземелья Рональда Эшвуда пал на неё. Он просто забрал Лию у меня и истязался над ней. Чёртов ублюдок! Я ненавижу его всей душой, но это ничего не меняет. Моя маленькая сестренка мертва… Я не спасла её. Была слишком слабой и беспомощной. Но мне удалось отомстить, в тот самый день, когда Джей вытащила маленького Майкла из лап этого чудовища. Я сделала то, ради чего дышала эти годы. При первой же возможности я спустила курок и выстрелила Сенатору в голову. Он умер. Его нет. Но воспоминания о молодой девушке, которая так и не узнала обычной жизни, сводят меня с ума.

Некоторые утверждают – время лечит. Это чушь собачья. Оно не лечит, а только дает тебе пространство для мыслей. Мыслей о том, что ты могла бы сделать тот или иной поступок и изменить ход событий. Но уже не можешь. И сколько бы тысяч раз ты не придумывала новый сценарий, он будет прежним. Ты же будешь истязать себя пустыми рассуждениями год за годом. И я не знаю прекратится ли это когда-нибудь?

– Саманта? Ты опять выпала из реальности? – мягкий голос девушки выводит меня из транса, и я ей мило улыбаюсь.

Эмбер стоит в дверях с кружкой чего-то горячего в руках и делает маленькие глотки. Она как всегда одета во всё черное, с распущенными темными волосами и ярко-красными губами. Выглядит она эффектно.

– Да, немного. – отвечаю ей.

– Наверное думаешь о красавчике Рое? – говорит сногсшибательная брюнетка и многозначительно подмигивает мне.

– Нет.

– Ну и зря. Если уж и думать, то о чём-то… ммм… то пусть это будет горячий парень, который пускает по тебе слюнки. Смею заметить, уже не один год. – она постоянно говорит мне об этом.

– Мы просто друзья. – каждый раз отвечаю я.

– Ага, расскажешь эту сказку кому-нибудь другому. – говорит Эмбер и улыбается так открыто, что я не могу сдержаться и улыбаюсь в ответ. – Ну ладно, мне пора.

– Очередное задание твоего Босса?

– Ну, он и твой Босс тоже. Да, сегодня выезжаем в Крест, там у Хантера встреча с Преподобным.

– Я бы тоже хотела поехать… – начинаю я произносить мысли вслух, но Эмбер перебивает меня.

– Так узнай у Хантера.

– Нет! – слишком быстро и громко говорю я.

Чарли и Майкл замирают, так и не донеся ложки с кашей до рта. А Эмбер проходит за стол и присаживается:

– Так, так, так. Это что-то новенькое. Что случилось? – она играет бровями и делает очередной глоток.

– Ничего. – отвечаю я.

– Ложь.

– Правда, ничего. Вчера ночью мы немного… повздорили. Или поспорили. Да я вообще не понимаю, что произошло.

– Так. Ты, Хантер, ночь… Это определенно что-то интересное.

– Мы были не одни. – я пытаюсь защититься. – Там ещё был Рой. И вообще, ты собиралась идти.

– Ну уж нет. Тут история поинтересней будет. Ты, Хантер, Рой, ночь…

– Прекрати. – смеюсь я и чувствую, как Эмбер прожигает меня взглядом. От этой девушки ничего не скрыть. Хотя мне и скрывать то нечего. Но я чувствую себя так, словно меня поймали на месте преступления. – У тебя слишком бурное воображение.

– Что есть, то есть. Мальчики, вы бы пошли погулять, а то тут намечается взрослый разговор.

Этим сорванцам только и нужен был знак, чтобы слинять и не есть кашу. Мальчишки быстро соскочили со стульев и унеслись с нечеловеческой скоростью.

– Итак… продолжим. – говорит Эмбер и откидывается на спинку стула.

Звук шагов заставляет меня оторвать взгляд от девушки. В кухню входит Чейз. Весь в черном обмундировании, с коротким ежиком темных волос и с татуировками, которые струятся по его рукам и выглядывают из ворота футболки, расползаясь по шее. Интересно, сколько лет он провел в кресле тату мастера? Останавливается напротив Эмбер, но она делает вид, что его нет. Так… видимо они опять поругались. Это случается всё чаще и чаще. Чейз решил, что он несет ответственность за Эмбер и всячески оберегает её. А она считает, что сама вправе позаботиться о себе и не приемлет его попыток помочь.

– Привет, Саманта. – говорит он, по-прежнему прожигая девушку взглядом.

– Привет. – отвечаю я.

– Эмбер, нам пора. Все уже ждут.

– Подождете ещё немного, тут очень увлекательная история. – девушка бросает на Чейза игривый взгляд и кокетливо говорит. – Ты же позволишь мне дослушать до конца?

Чейз просто фыркает и смотрит на неё как на сумасшедшую. Склоняется к её лицу и останавливается на расстоянии в десять сантиметров.

– Этот твой взгляд можешь использовать на других. На меня он не действует.

– Да? А с каких это пор? – интересуется девушка и приближается к его лицу ещё ближе. Буквально сантиметр и она прикоснется к его губам своими. Они гипнотизируют друг друга взглядом.

Я же стою и наблюдаю за этой картиной. Ещё секунда и лампочка начнет мигать от напряжения, которое так и витает по комнате. А они молчат и смотрят. Смотрят и молчат. Кажется, ничего не происходит, но, если приглядеться, то видно, как дыхание Эмбер участилось, хотя внешне она абсолютно спокойна. Чейз стоит как изваяние, но его выдает кадык, который так и играет под кожей.

Я стараюсь не привлекать к себе внимания, но думаю, что они уже позабыли, что я на кухне вместе с ними. Первой голос подает Эмбер, она говорит тихо и медленно, смакуя каждое слово. Её губы несколько раз задевают губы Чейза:

– Когда-то этот самый взгляд отлично сработал и поставил тебя на колени.

Чейз выпрямляется в полный рост и смотрит на неё сверху вниз. Приподнимает одну бровь и склоняет голову набок:

– И это понравилось не только мне.

Здесь я не удержалась и хмыкнула. Тем самым развеяв их момент. Они оба словно очнулись ото сна и повернули головы в мою сторону. Ну точно, забыли, что я тоже здесь. На что я просто сказала, смотря на Эмбер:

– Эта история нааамного интересней моей.

– Ничего интересного там не было. – отвечает брюнетка. Плавно поднимается со стула и обходит Чейза.

Он же смотрит ей вслед и говорит не обращаясь ни к кому конкретно:

– А я бы поспорил.

И следует за девушкой. Я остаюсь одна и сажусь на стул.

Эмбер – единственный человек, с которым я могу более-менее общаться. Несмотря на то, что я живу здесь уже больше двух с половиной лет, я не чувствую себя на своём месте. Это по-прежнему не мой дом. И навряд ли когда-то им станет.

Рой помогает мне ощущать себя нужной. Нужной хоть кому-то. С ним я сблизилась, когда была убита моя сестра. Рой всегда был рядом и поддерживал меня. Учил сражаться и не опускать руки, когда кажется, что всё потеряно. Только он видел мои слезы и знает о той боли, что я несу с собой до сих пор.

Раньше у меня была цель. Это месть. Но после того, как я отомстила мучителю и убийце моей сестры, кажется все краски пропали. Я больше не знаю, для чего я дышу.

Потом появилась Джей, и она стала для меня подругой. Если честно, то нас свела ненависть к одному и тому же человеку. Мне жаль, что она не может переехать в Хелл и жить рядом со мной. По определенным обстоятельствам, Джей не в состоянии покинуть Крест. Но мы по-прежнему разговариваем с ней по рации, это происходит практически каждый день.

Ну ладно, хватит себя жалеть, пора за работу. Встаю и убираю посуду со стола. Я ведь всё-таки няня, как мне успели напомнить вчера. На мой взгляд, мальчишкам больше не нужна няня. То есть не нужна я. У них куча преподавателей, которые занимаются с ними. Моя же забота – это присматривать и быть рядом.

Как только разобралась с посудой, вышла в закрытый двор. Это то место, где дети могут побыть детьми. У них здесь целое царство веселья и свободы. Хантер и Чейз соорудили что-то похожее на маленький городок, с массой горок и лабиринтов. Несмотря на то, что Чарли является сыном главы города и одного из самых опасных людей нашего времени, а Майкл находится под его покровительством, им не разрешено выходить в город. Ни под каким предлогом. Хантер говорит, что ещё не время. Я же считаю, что это золотая клетка, которая не подготовит их к реальной жизни. Но меня никто не спрашивает. С детьми работают только те люди, которые живут в этом огромном доме. Они все должны находиться под неустанным взглядом Хантера.

Смотрю, как Майкл с визгом спускается с самой высокой горки и сбивает с ног Чарли, который только что скатился перед ним. Они заливаются детским закатистым смехом. Майкл что-то говорит Чарли, но мне не слышно, о чем именно идет речь.

Раньше Майкл вообще не говорил. Но после того, как он привык ко мне и стал считать своим другом, то рассказал, что с ним делали. Всю свою жизнь, не считая последних двух с половиной лет, он жил в клетке. Над ним проводили опыты и всевозможные эксперименты. Это было ужасно, и навсегда осталось в памяти ребенка. "Ученые" пытались понять, насколько быстро он регенерирует, и как организм ребенка реагирует на яд тварей, что охотятся за периметром.

– Привет. – за моей спиной возникает Рой, и от его "Привет" я просто подскакиваю на месте и хватаюсь за сердце.

– Рой! Черт! Зачем так подкрадываться?

– Вообще-то я просто шел. Тебе надо меньше витать в своих мыслях. – с улыбкой говорит он.

– А что мне ещё делать?

– Ну, например, сегодня вечером в городе состоится ежегодная ярмарка. Можем сходить.

– Там опять будут продавать всякий бред. За мной снова увяжется эта сумасшедшая гадалка и будет предрекать мне счастливое будущее и мирную старость…

– И что с того? Это было весело.

– Возможно, со стороны. Но не для меня, это уж точно. От её хватки на руке синяк целую неделю сходил.

– Там будут акробаты. – Рой пытается меня убедить, но я в сомнениях.

– Рой, я не знаю. К вечеру видно будет. Вот если бы мальчишек сводить…

– Ты же знаешь, Хантер не разрешит.

– Знаю.

И мы замолчали. Мне нравится находиться рядом с ним. Мы можем не разговаривать, а просто быть рядом. И от этого я не чувствую себя так одиноко. Мне уютно и спокойно. Рой – моя гавань, где в любой момент я могу спрятаться от осточертевшего мне мира.

Но тишина не продлилась долго. Рой нарушил наше спокойствие. Он задал вопрос, на который я бы не хотела отвечать:

– Сэм? Что это вчера было?

Я понимаю о чём он спрашивает, но не хочу с ним говорить про Хантера. Вообще ни с кем не хочу про него говорить. Но, я не могу постоянно молчать:

– Ничего. Мы немного повздорили.

– Причина? Он обидел тебя? – Рой начинает сердиться.

– Нет. Не обидел. – заверяю его я.

– Сэм? – Рой берет меня за руку и нежно поворачивает к себе.

Смотрю в его глаза и ожидаю. Я не знаю, чего я жду. Каких-то слов или действия. Рой поднимает руку и заправляет мне локон за ухо, при этом нежно проводит пальцами по щеке.

– Сэм, ты же знаешь, что мы можем уехать. Просто сесть и уехать в Крест. Там Джей и её семья, мой отец.

– Я нужна мальчикам.

– Они выросли. У Чарли и Майкла больше десяти учителей.

– Я… привязалась к ним. Они стали для меня семьёй. – я начинаю оправдываться, хотя сама не раз думала о том, чтобы покинуть Хелл.

Рой на мгновение прикрывает веки. Выдыхает и снова смотрит на меня:

– А я тогда кто для тебя?

Но не успеваю я ничего ответить, как рация Роя шипит. Он берет её в руку и отходит от меня. Кажется, я его огорчила. Не до конца понимаю причину, но сейчас мне это не суждено узнать. Переговариваясь по рации Рой уходит, так и не сказав мне больше ни слова.

Майкл подходит ко мне и с грустью смотрит на Чарли, который бежит к нам с другой стороны:

– Будет ярмарка? – спрашивает меня он.

– Я опять забыла, что ваш слух намного лучше моего. – отвечаю ему с улыбкой. – Да, будет ярмарка.

Чарли подлетает к нам и хватает меня за руку, наклоняя к себе:

– А мы идём? Мы же пойдём на ярмарку? – Чарли на секунду умолкает и тут же продолжает. – А что такое ярмарка?

– Это не я решаю. – последнее, что я сейчас хочу сделать, так это расстроить своих подопечных.

– Спроси у папы, он разрешит. Мы же уже большие. – умоляет меня Чарли.

– Хорошо, я постараюсь.

И вот мальчишки уже бегут прочь от меня, хихикая на каждом шагу. В какой-то момент они решили, что я могу всё. Даже выиграть спор у Хантера.

Разворачиваюсь к входу в арку, там стоит Айзек. Ещё один из приближённых Хантера. Его непосредственная задача – охрана детей. Киваю ему и прохожу мимо. За всё время, что я живу в этом городе, я ни слова не слышала от него. Иногда я думаю, что он призрак. Айзек всегда появляется в нужный момент, как он это узнаёт – остаётся загадкой. Сейчас оставляю мальчиков под его присмотром и поднимаюсь в свою комнату. На прикроватной тумбочке стоит рация, на которой настроены всего три волны. Первая – это Хантер, вторая – Джей и третья – Айзек.

Беру черный аппарат в руки и нервно сжимаю пластик. Не знаю, с чего начать разговор, но заранее знаю ответ. Вдох, выдох. Зажимаю кнопку и слышу шипение. Подношу рацию к губам:

– Хантер?

Тишина. Отвожу аппарат от себя и смотрю на него, как на предателя. Рация молчит, и я выдыхаю. Значит не судьба.

Шипение, от которого я подпрыгиваю на месте:

– Что случилось? – невозмутимый голос Хантера разносится по комнате, и мне кажется, что он сейчас рядом, а не на середине дороги в другой город.

Зажимаю кнопку и говорю:

– Сегодня ярмарка, и дети…

Но он не дает мне договорить:

– Нет. Это не обсуждается.

Ну вот чего я ожидала? Естественно – нет. Прикрываю глаза и пытаюсь ещё раз:

– Хантер, они всего лишь дети. Прошу тебя, мы будем осторожными. Возьмем с собой Айзека и Роя. Сходим буквально на тридцать минут и вернемся домой.

Шипение:

– Нет. Разговор окончен.

Тишина. Он отключился. Ставлю рацию на тумбочку и показываю ей язык. Это немного по-детски. Но мне стало легче, а это главное. Откидываюсь на кровать и смотрю в потолок. Нет, значит нет. Вот только этот ответ дети услышат от меня, а не от того, кто решил, что опасность так и ждет момента, когда два маленьких мальчика высунут головы из "замка".

2. Ярмарка

Ярмарка в самом разгаре. Толпы людей снуют туда и обратно. Везде слышен смех, издалека доносится пение девушки, с другой стороны грохочет музыка, кажется, это барабаны. Но я иду в другое место. В самом центре развернулся своего рода цирк, огромный купол видно издалека, он так и пестрит яркими красками: красный, желтый, зеленый.

Проталкиваюсь мимо людей, и предвкушение разливается по венам. Опускаю взгляд вниз и смотрю на мальчишек, которые вцепились в мои руки мертвой хваткой. Мне конец! Хантер просто убьет меня! Но я не смогла удержаться и не показать детям такую красоту. Они уговаривали меня около часа, и я сдалась. Хотя особо и не сопротивлялась. Я помню своё детство, в котором не было и намека на цирк и развлечения. И я хочу дать Майклу и Чарли толику детского беззаботного счастья.

Мне пришлось пойти на обман, Айзеку я сказала, что Рой ждёт его в спортзале, который находится на цокольном этаже. Рою же сказала, что его ждет Айзек, там же. И они поверили. Оба. Ведь раньше я их не обманывала.

Тем временем мы с двумя сорванцами переоделись в спортивные костюмы с капюшонами и выбрались через окно на первом этаже. Побежали до площади и влились в толпу. Смешались мы легко, ведь никому нет дела до девушки с детьми. Мальчишки были так потрясены, что мне кажется, скоро их лица не выдержат напряга и просто лопнут.

Подходим к проходу и встаем в очередь. Перед нами примерно человек пятнадцать, но они быстро заходят внутрь. Надо бы поспешить. Я уверена, что Айзек и Рой уже ищут нас. Я оставила записку вместе с рацией на тумбочке в спальне. Я написала, куда мы ушли, и я уверена, они скоро появятся. Но даже пятнадцатиминутных воспоминай мальчикам хватит на всю жизнь.

Очередь дошла до нас. Огромный амбал в зеленом костюме какого-то неизвестного мне животного стоит в проходе и собирает плату. Его лицо сурово и крайне недружелюбно. Осматривает меня с головы до ног, и от этого мне становится не по себе. Громила растягивает губы в улыбке, и теперь мне видна щербинка между зубов. Она такая большая, что на мгновение я зависаю и смотрю на неё. Блин. Возможно, у него просто одного зуба нет. Перевожу взгляд на его глаза и тоже улыбаюсь так, как учитель улыбается ребенку. То есть без какого-либо намёка на что-то.

– Добрый вечер. За троих сколько? – спрашиваю я.

Верзила расцветает в ещё большей улыбке и говорит:

– С каждого по одному денарию.

Отпускаю руку Майкла и лезу в карман, достаю три монеты и отдаю амбалу.

Как только мы входим внутрь, толпа взрывается аплодисментами. Под самым куполом стройный мужчина и миниатюрная женщина выполняют сложные, но безумно прекрасные трюки.

Мы остаемся у самого выхода, но немного отходим в сторону от прохода. Ставлю мальчиков перед собой, и мы наслаждаемся зрелищем. Очередной трюк настолько завораживает, что во всем шатре наступает тишина. И вот, мужчина висит вниз головой под самым куполом и раскачивает девушку, которую держит за руку. Сильней. Ещё сильней. В определенный момент он дергает рукой и подкидывает партнершу вверх. И она парит. В воздухе. Без страховки. Ещё мгновение, и она упадет вниз. Но происходит следующее: девушка делает сальто четко посередине шатра, мужчина в это время улетает от неё максимально далеко, но под силой физики он возвращается обратно и ловит её за руку в самый последний момент. Коллективный ох, а следом крики, свист, овация. Я смеюсь вместе со всеми, а мальчишки подпрыгивают на месте и заливаются хохотом. Это чистый искренний детский смех.