Время шипов 2

– Боюсь, – очень серьезно, несмотря на подначку откликнулась она, – тот, кого мы ищем – это сильно другой уровень. И мне о нем знать было не по чину. Ни с какой стороны. И несмотря ни на какие личные отношения.

– Полагаешь, – тот тоже посерьезнел, – это будет как раз мой уровень?

– Н-ну… – в сомнении протянула она. – Я бы смотрела в эту сторону, да.

– Имеет смысл, – подумав, согласился с ней темный. – Но с этим точно не ко мне. В ваших армейских чинах и чинушах я не силен.

– А если… – Ленро замолчала на пару секунд, словно что-то про себя прикидывая, и продолжила: – Если попробовать зайти с другой стороны – от официалов. Риннарда и его занятного знакомца до сих пор должно что-то связывать…

– Почему? – перебил ее Арделан. – Вполне достаточно, если их что-то связывало в прошлом. К нынешней его службе не имеющее отношения.

– Не скажи, – качнула она головой. – Тут явно не просто ностальгия, а серьезные общие интересы. Вполне актуальные. Так что имеет смысл попробовать нащупать их как раз через нынешнее место его службы.

– Ну попробуй, – пожал тот плечами. – Если знаешь как.

– А у тебя что, нет никаких выходов на официалов? – в зеркало заднего вида Селль смотрела на то, как Арделан стаскивает с себя монашеское одеяние и пытается сложить его поаккуратней. – Раньше в их коридорах и темные вполне себе встречались. И до сих пор встречаются, если верить сплетням.

– Даже с учетом этого – все равно нет. Ты не хуже меня знаешь о нашей трепетной взаимной «любви».

Ленро знала. Собственно, этого никто и не скрывал особо, сведения были общеизвестными. Личный состав полиции всегда состоял в основном из светлых – процентов на девяносто. Зато верхушка армии, ее командование – на треть из темных. Остальные две трети – те, кто был им предан. Но нижние чины, служившие под их началом – в основном нейтралы, на чем и сыграли в свое время, затевая войну и, по сути, расколов войска на два лагеря, тут же вцепившиеся друг другу в глотки.

Но и тогда, и теперь, отношения между официальными силами охраны правопорядка и армейскими были, мягко говоря, натянутыми. Раньше эта вражда держалась на противостоянии темных и светлых, а сейчас… На традициях, наверное? Складывавшихся десятилетиями и не спешивших уходить даже несмотря на перемены.

– Жаль, – вздохнула она. – Тогда не представляю даже, с какой стороны за это можно ухватиться.

– Предлагаю спросить прямо у твоего бывшего, как только тот явится.

– Смешно, да, – оценила это «предложение» Селль и, убедившись, что переодеваться Арделан закончил, опять втопила педали, выезжая из того уютного закуточка, где они стояли – пора было возвращаться в контору. Там наверняка уже заждался новостей ее новый садовник и по совместительству темный лорд высокого рода. А скоро явится Пратенс, звонивший Нупрев, и сама блондинка тоже…

Но вот кого Ленро точно не ждала, так это своего бывшего командира. Зато Арделан, увидев его авто, приткнувшееся у въезда в гараж, азартно сверкнул глазами:

– На ловца и зверь, да, рыжая? Прям, как по заказу.

– Ну, лови, ага, – скептически хмыкнула та, ловко втискивая свой внедорожник между забором и машиной Риннарда.

– Рыжая, – буркнул темный, открывая дверцу и выбираясь с той стороны, где его гарантированно не могли заметить с улицы. – Ты говоришь это так, словно ставишь вовсе не на меня.

Отвечать Селль и не подумала – Нар уже шел к ним:

– Примеряешь? – кивнул он на серый плащ, перекинутый у Арделана через руку. – Раскаялся в прегрешениях и решил уйти от мира?

– Не сейчас, – не слишком ласково отрезал тот. – А ты? Пришел все-таки сдать ту упорную тень, что маячит за твоей спиной?

– Не сейчас, – официал умудрился попасть ему точно в тон. И опять демонстративно уставился на серую хламиду. – Пришел предупредить любителя рядиться не по чину, что его уже ищут.

– Надеюсь, как свидетеля? – уточнил Арделан, не тратя время на выяснение, как официал догадался, кто именно был тем самым монахом. Если знать кое-какие детали, уже известные бывшему – например, о неожиданном воскрешении некоего князя – сложить два и два особого труда не составляет.

– Разумеется, – подтвердил Нар. – Если господа в том доме убили друг друга сами, никем другим он быть не может.

– Угу, – кивнул темный, – Ну, примерно так я себе это и представлял.

– Представлял? – официал ощутимо напрягся. – А видел, выходит, несколько другое?

– Так вот зачем ты явился, – усмехнулся Арделан. – Показаниями разжиться? Неужто расследовать эту тухлятину доверили именно тебе?

– А есть чем разживаться? – уставились на него вместо ответа.

– Знаешь, бывший, мне не слишком удобно обсуждать это здесь.

Намек Нар понял:

– Откроешь? – глянул тот сначала на Ленро, а потом на ворота гаража.

– Нет, – ответила она без малейших раздумий.

– Вот даже как, – протянул Риннард, на этот раз задумчиво переводя взгляд с нее на темного и обратно. – Что, и кофе не предложишь?

– Не сейчас, – в третий раз, теперь уже из ее уст, эта фраза прозвучала настоящим фарсом, вот только никто почему-то не улыбнулся. – Идем сразу в приемную.

И развернулась к ступеням, надеясь, что ни Прати, ни Ялита, увидев здесь машину Риннарда, не станут соваться в дом, пока там другие гости. Хорошо бы и Шернол тоже догадался пока не высовываться…

Увы, но первым, кого они увидели в приемной, оказался именно математик. Селль от души помянула бесов – но исключительно мысленно, ни в коем случае не вслух, и, как ни в чем не бывало, представила его Риннарду:

– Господин Шернол. Мой бывший учитель. – Этого она скрывать и не пыталась – бессмысленно. Но очень надеялась, что все остальное с ним связанное, спрятано достаточно глубоко, чтобы официал не смог докопаться даже если такое желание у него возникнет.

Впрочем, сама-то она не докопалась, когда перетрясала все документы по приюту, надеясь нарыть хоть каких-то зацепок для поисков родителей. Так что да, была надежда, что этому темному и дальше удастся сохранять инкогнито. И если подумать – совсем не эфемерная. Устраивая свою внезапную кончину Шернол не мог не понимать, против кого играет. И наверняка позаботился, чтобы его ни при каких условиях не нашли – даже такие люди и с такими возможностями, что официалам и не снились.

– Так это его ты вытащила от вивисекторов? – Нар вроде бы небрежным, но цепким взглядом мазнул по лицу Шернола, чуть нахмурившись пригляделся к едва теплящейся темной ауре и явственно расслабился, увидев лишь то, что ожидал.

– Ты вытащил, – поправила его Ленро. – И спасибо за это еще раз.

– О! – сориентировался в ситуации учитель, успевший надеть привычную еще по приюту маску рассеянного, немного странного, но совершенно безобидного персонажа. – Тогда разрешите принести вам и свою благодарность, господин?..

– Риннард, – заполнила красноречивую паузу Селль. – Да, это тот самый официал, что помог нам решить крайне неприятное недоразумение, случившееся с вами.

– Да-да, я уже понял, – кивнул тот. – И тоже благодарю еще раз. Но, вообще-то, заглянул я сюда сказать, что госпожа Дарив насчет обеда все приготовила и ушла, велев вам кланяться. Так что я тоже пойду. В сад. До свидания, господа…

– Как ты собираешься его устроить? – без особого любопытства поинтересовался Нар, когда дверь за Шернолом закрылась. – Приюта ж больше нет.

– Пока он согласился поработать у меня садовником, а там посмотрим, – дернула плечом Селль и быстро, но без лишней суеты перевела разговор на другое:

– Пойдем в кабинет. Полагаю, там беседовать нам будет удобнее.

Нар спорить не стал и вместе с непривычно молчаливым темным шагнул куда позвали. А затем одобрительно глянул на то, как тщательно Ленро прикрыла за ними дверь в приемную и демонстративно распахнула противоположную – на лестницу.

– Ну, говори, – вальяжно начал Арделан, не понятно как и когда успевший оказаться в ее кресле. И тут же в упор уставился на стоявшего пока светлого. Эффект вышел почти театральным.

Селль опять помянула нечистых, и опять не вслух, но сочла и место, и время не слишком подходящими для борьбы за собственные права, спокойно заняв одно из тех двух кресел, что перекочевали в кабинет только вчера, после погрома. И вдруг подумала, что они очень неплохо сюда вписались, оказавшись гораздо удобнее безвременно почившего диванчика. Пожалуй, так их и следует оставить, а туда заказать что-нибудь еще… В соседнем кресле – более широком, но до дивана все равно не дотягивающем, так же неспешно и несуетливо устроился Риннард, ответив темному лишь после этого:

– А может, сначала ты?

– Нет, бывший. Это не я к тебе явился. Поэтому начинай, не тяни.

И тут же чуть смягчил тон:

– Ты и правда будешь вести то дело?

– Да, – официал явно решил, что пререкаться по мелочам, словно дети в песочнице, смысла нет. Тем более что темный прав, он сам сюда пришел. – Хотел посоветовать тебе быть сильно осторожнее. Если начнется возня с выяснением истинных причин случившегося в приюте… А начнется она обязательно, всплыви вдруг сведения о твоем здесь появлении…

– Понял, – кивнул Арделан. – Дальше можешь не напрягаться и не продолжать. Считай, предупреждение твое я услышал. И даже поблагодарил за него. Что ты хочешь в ответ? Ну, кроме моей осторожности, естественно?

– Да, по сути, и ничего, – Риннард так пожал мощными плечами, что встопорщились кончики воротника на рубашке. – Я бы, конечно, хотел знать, что ты там на вилле увидел и при каких обстоятельствах, но больше для себя – расследованию оно не особо нужно. Как не нужны, честно говоря, и лишние свидетели.

– Потому ты меня и предупредил? Чтобы я случайно не спутал вам расклады?

– Именно. Там уже есть очень удобный для всех сценарий произошедшего, перекраивать который смысла не имеет.

– И кто же автор этого сценария, к которому ты относишься столь бережно? Уж не тот ли загадочный персонаж, что все время маячит за твоей спиной? – наудачу забросил удочку темный.

И тут же получил по носу – пусть и фигурально, но чувствительно:

– Понимаю твой интерес к этому человеку, но нет.

– Что – нет?

– Говорить о нем мы не будем. И не стоит напрягать себя с его поисками – придет время, он сам объявится. Если, конечно, сочтет нужным.

– Боюсь, что насчет времени – когда и для чего оно придет, решать будет не он, – отрезал Арделан.

– Он. И не советую на этот счет обольщаться.

– Вот ровно то же самое и я хотел посоветовать – ему. Ты ведь передашь это… своему армейскому другу?

И Селль тут же поняла, что блеф удался – сыграв практически вслепую, Арделан попал! В точку! Нет, Риннард не подскочил и не вздрогнул, но на секунду у него в глазах все-таки что-то мелькнуло. Что-то, совершенно однозначно дававшее понять – они угадали.

– Поймал, – беззвучно, одними губами произнесла Ленро в сторону темного, но тот понял, отсемафорив ей взмахом ресниц. И тут же тонко улыбнулся официалу, характерно скривив губы:

– Что ж, твое личное любопытство насчет того убийства я удовлетворю. Не жалко.

Собственно, рассказывать много и долго темному не пришлось – уложилась вся история в несколько минут. Хотя пробыл в доме Арделан тогда много дольше, на ходу меняя планы и стараясь не засветиться теперь уже и по другой причине.

Два тела он заметил почти случайно, рядом с библиотекой, в которую и нацеливался заглянуть. Зачем? За делом. Исключительно семейным и официалов никак не касающимся. Абсолютно точно не касающимся! Так вот, там рядом с ней маленький салон есть. Называется чайным, но, вообще-то, пьют там обычно отнюдь не чай, предпочитая ему богатое и разнообразное содержимое бара, занятно устроенного внутри глобуса… Да, именно богатое, причем со всех точек зрения – можешь мне поверить, сам в свое время подбирал. И господин банкир в этом деле оказался тоже не дурак, продолжив семейную, так сказать, традицию…

– Так ты туда глотку промочить заглянул? – опять вмешался Риннард, сообразив, что продолжать в этом роде темный может долго, а нетерпение собеседника его лишь развлекает, провоцируя издеваться над ним и дальше. И откладывать действительно важное.

– Заглянул я туда, когда щель увидел и свет из нее, – вздохнул Арделан и все-таки посерьезнел. – Так, на всякий случай. А оценив, кто и как там лежит, решил, что случай, пожалуй, как раз и настал…

– Можно подробно? – вмешалась Селль, поняв, что эти два барана будут вот так бодаться тут до вечера. – Кто и где лежал?

– Можно, – еще раз, теперь уже печально, вздохнул темный, лишенный своего маленького удовольствия трепать нервы людям и дальше. – Господин банкир – прямо на столе, мордой в нарезанные лимончики, Руттенс на полу, на полпути к двери. Оба целенькие, в смысле без видимых дырок и совсем свежие, остыть еще не успели. А на столе пара рюмок и бутылка не самого дорогого пойла. Видать, Яне не сильно ценил своего гостя.

– Отравление. – Риннард не спрашивал, а просто заранее подтвердил и без того напрашивающиеся выводы.

– И, говоришь, комната небольшая? – мигом ухватила суть Ленро.

– Да. Ты права, погибли они очень быстро – без резких движений и криков. Яне скорей всего вообще ничего не понял, как сидел, так и отключился. А стоявший рядом архивариус успел лишь развернуться к двери, прежде чем упасть головой к ней.

А потом искоса глянул на официала:

– Небось, в бумажки свои записали, что это Руттенс пришел травить банкира? А потом случайно, рюмки, например, перепутав, отправился за грань вслед за ним? Удобная версия, не поспоришь. Главное, никого больше искать не надо.

– А с чего ты так уверен в том, что убил их кто-то третий?

– Шутишь? – уставился на него темный. – Или это твой способ издеваться? Над логикой и теми, кто в курсе, что это такое? Они же пили одновременно. Причем тост был первый, судя по, считай, полной бутылке и непочатой закуске. Когда им там было путаться в посуде? И когда Руттенсу было что-то кому-то подсыпать? Он стоял – ему даже присесть не предложили. Зато предложили рюмочку. И, вероятно, чокнуться – плебейские привычки у некоторых просто неискоренимы.

Арделан напоказ поморщился и продолжил:

– Так вот, ему налили, он подошел, они э-э… сдвинули бокалы и оба выпили. Сразу. И отключились сразу. Тут же. Иначе второй успел бы позвать на помощь.

– Если бы захотел – да, успел, – задумчиво глядя на них, возразила Ленро. – Но, вероятно, в заключении официалов написано, что Руттенс сыпанул отраву Яне, с удовольствием понаблюдал, как тот прилег в лимончики, решил это дело отпраздновать и перепутал рюмки.

Отрицать официал не стал, без слов подтверждая правоту госпожи детектива.

– Повторюсь, – качнул головой Арделан. – Архивариус стоял. К столу он подошел только взять пойло. И выпить.

– Бутылка? – пожал плечами Нар, снова заставив жесткую ткань рубашки встопорщиться. – Он ее заранее приготовил и принес банкиру?

– Чтобы потом самому из нее хлебнуть? – вытаращился темный. – Серьезно?

– У него было очень непростое положение, – официал перевел взгляд в угол, где ничего интересного не наблюдалось, но, вероятно, так врать ему было комфортнее. – Яне крепко его за что-то держал. И, возможно, он решил, что это станет лучшим выходом?

– Не, ну если очень хочется что-то притянуть, – сарказм темного можно было резать ломтиками и раскладывать по тарелкам – как те самые лимончики, – кто я такой, чтобы мешать нашей доблестной официальной полиции? Вот только… Это была моя бутылка! Я сам ее когда-то заказывал. Лично. Для одного знакомого, который только такое дерьмо и пьет.

Риннард на секунду замер, а затем выдал, пусть и несколько парадоксально, но если подумать – вполне логично:

– Напоминаю, лучше тебе быть поосторожнее. Особенно в ближайшее время.

– И не путаться в ваших раскладах, – хмыкнул темный. – Уже понял, да. Тем более, они такие хрупкие. Кстати, легко же проверить, было это «что-то» в бутылке или сразу в рюмке.

– Трудно. Все опрокинулось и вытекло, – лаконично пояснили ему.

– Ах, как неудачно, – покачал головой Арделан, опять добавляя в голос своего кислого сарказма, от которого сводило зубы почище, чем от банкирской закуски. – Вернее, как удачно…

– Надеюсь, ты сообразил ничего там не трогать? – официал продолжил гнуть свое.

– Надейся, – разрешили ему. – Кстати, знаешь уже, что это был за яд? Такой стремительный и такой летальный?

– Манурта, – проявил Нар ответную любезность, тоже поделившись сведениями. – Занятное совпадение, не находишь?

– Слушай, бывший, – странно глянул на того Арделан. – А это точно не ты их? Помнится, болтал, что достать наше зелье теперь не проблема?

Риннард поджал губы, бросил мимолетный косой взгляд на Селль и поднялся:

– Пойду я. Пора.

Провожать официала до авто Ленро не пошла, здраво рассудив, что тот и сам не заблудится. А как он будет отъезжать и из окна видно прекрасно. Упоминание манурты всколыхнуло в ней не самые добрые чувства относительно бывшего… начальства. К тому же сейчас Селль гораздо больше интересовали шорохи, что уже довольно долго доносились откуда-то сверху. Едва слышные, вообще-то, но тренированное ухо снайпера не обманешь.