Нити судьбы. Дорога жизни

Ещё немного. Почти зацепил. Подпустила его ближе. Вот сейчас. Она бросила клинки на землю, молниеносно выхватила из-за пояса кинжалы. Резко вскинула руку в сторону. Оружие с силой вонзилось в столб рядом с Чонсоком, в нескольких сантиметрах от его лица. Тэмин испуганно посмотрел на воина, замирая. Этого мгновения ей и хватило. Она в один прыжок сократила расстояние, подсекла его ноги, ударом выбила оружие. С размаху усевшись сверху, приставила лезвие второго кинжала к горлу. Тяжело дыша, Лайя склонилась, поднесла своё лицо прямо к его. Прерывающимся от сбившегося дыхания голосом повторила его слова:

– У каждого есть слабое место. – Она отбросила кинжал в сторону и сорвала шапку с его головы, поясняя: – А это мой трофей победителя. Интересно было посмотреть, как ты выглядишь без неё.

Оторопели оба. Тэмин не ожидал проигрыша, а Лайя не ожидала, что внешность её спутника так преобразится.

– Ты… выглядишь как девушка… – вырвалось у Лайи против воли.

Карие глаза танэри мимолетно полыхнули злостью, а потом он оттолкнул Лайю, сбрасывая с себя. Воцарившуюся напряженную тишину взорвал смех Чонсока.

– Тэ, ты как? Не ранен? – выдавил из себя воин, утирая проступившие слезы.

Лайя презрительно фыркнула. Что Чонсок там о ней думает?! Неужели она бы стала причинять вред Тэмину?

– Ранен, – буркнул юноша, всё ещё зло посматривая на Лайю. – Прямо в уязвленную гордость лучшего танэри империи.

Чонсок снова рассмеялся.

– Это переживем. Даже на пользу. Будешь более бдительным.

Тэмин встал, отряхивая землю со штанов, с силой вырвал свою шапку из рук девушки.

– Извини, случайно сорвалось, – виновато произнесла Лайя, не желая расстраивать Тэмина.

Чонсок от этого заявления снова зашелся хохотом, на что проходящий мимо танэри зло толкнул его в плечо.

– Зато теперь можешь не прятать волосы, – с улыбкой произнес воин в удаляющуюся спину танэри.

Лайя подобрала своё оружие, направилась в сторону дома, мысленно коря себя за несдержанность. И умудрилась же обидеть единственного союзника из вынужденных спутников. Подойдя к стволу, девушка пыталась достать свой глубоко засевший в дереве кинжал. Безуспешно. Вот это сила удара! Сама удивлялась.

Чонсок помог вытащить оружие и с улыбкой протянул его девушке. Она не увидела на его лице привычной неприязни и настороженности, скорее… уважение? Это было странно и смущало сильнее, чем в открытую высказанная похвала. А мельком брошенный на эльфа взгляд и вовсе бросил её в жар. В глазах Фенриса царило восхищение. Девушка смутилась и быстро отвела взгляд, а затем разозлилась на саму себя. Почему вечно нервничает возле него? Сейчас же они на одной стороне и больше не враги. Или это волнение другого рода?

– Что там… с картой? – спросила она, желая отвлечь себя от нахлынувшего смущения.

Чонсок жестом пригласил в дом. Разложил карту королевства на столе. Лайя зачарованно провела пальцем по бумаге: шелковистая на ощупь и прочная, – такую изготавливали только в империи. Она несколько раз видела в продаже на ярмарке. Стоила целое состояние.

– Мы пройдем здесь, здесь и здесь, – сказал Фенрис, указывая пальцем. Все склонились над картой, рассматривая пункты остановок. – Нам нужно избегать застав и крупных городов. Исключение сделаем для Налии, – и, отвечая на молчаливый вопрос, пояснил: – Нам нужны монеты и снаряжение. Налия – достаточно крупный торговый город, где часто проводятся ярмарки. По времени мы успеем как раз к осенней. Будет много чужаков, сможем какое-то время оставаться незамеченными. Кроме того, в Налии я смогу раздобыть контракты на изготовление ядов, которые нельзя купить открыто. Да и по тавернам можно походить, поузнавать, есть ли работа. За пределами города, южнее, в окрестные деревушки периодически из лесов приходит всякая нечисть, которая сильно досаждает – возможно, получится подзаработать.

– Так спокойно говоришь о монстрах, за уничтожение которых простые люди отдают последние монеты, а также о контрабанде и ядах, которые вне закона, что сразу возникают вопросы… – не удержалась и съязвила Лайя, бросая презрительный взгляд на Фенриса. – А как же ваш хваленый принцип, которым вы прикрываете свои поступки? Жизнь во благо остальных?

– Маги и солдаты Инквизиции не занимаются вопросами контрабанды. Для этого есть комиссар. А с охотой за мелкой нечистью вполне могут справиться городские службы, – холодно ответил эльф.

– Ну конечно, это же так мелко для вас, совсем недостойно драгоценного внимания и талантов! А может, просто талантов недостаточно? – ехидно заметила Лайя. Как же он раздражал её своим надменным, каменным лицом! Хотелось вывести его из себя.

– Мы стоим на страже всего королевства. Наши задачи гораздо масштабнее, чем ты можешь себе представить! – всё-таки взвинтился в ответ эльф.

– Какие это, например? – издевательски засмеялась девушка. – Держать в заточении магов, чтобы не разбежались? Искать изменников родины, не поцеловавших зад твоему великому Инквизитору? Искать шпионов? А что тогда здесь делают два азура?! Один из которых – танэри?

– А вот про танэри не надо, – вмешался Тэмин, насмешливо хмыкнул и на всякий случай отошел подальше, видя, каким разъяренным от слов девушки стало лицо Фенриса.

– И это тоже, – ответил ей Фенрис, а потом подался вперед и зло проговорил в лицо, сжимая кулаки: – Но в основном мы ищем и уничтожаем нечисть покрупнее. Например, ведьм!

Ненависть ярко разгорелась внутри, выжигая чувство самосохранения Лайи дотла. Руки сами собой легли на рукоять кинжалов. Перед ней был не новый союзник и попутчик, а враг, ищейка, который при других обстоятельствах не раздумывая уничтожил бы её. Враг, который превращал её жизнь в ад, вынуждал скрываться и прятаться, разрушая мечты о постоянстве и доме. Скольких он убил таких, как она, пока не сбежал?

– Плохо работаете! Ведь я ещё жива! – Лайя зло захохотала. Смех оборвался так же внезапно, как и начался. Она сузила глаза и ядовито прошептала: – А что у вас полагается делать с беглыми магами?

– Маги не сбегают, если их не околдовывают ведьмы!

– Да ты что?! – Абсурдность этого заявления снова вызвала вспышку издевательского смеха. Если учитывать, сколько ведьм осталось в живых и сколько магов сидит в Башне, то надо быть глупцом, чтобы такое сказать. – Бедняжки, не везет вам! Что ж вы такие слабые и так легко поддаетесь? Тебя, видимо, я околдовала, так? И каково это – быть моей марионеткой?

Фенрис схватил её за горло, серебристые линии на руке ярко запылали.

– Прекратить!!! – заорал Чонсок, громко стукнув по столу кулаком. Все от неожиданности подпрыгнули. – Ты! – Он с размаху ударил по руке Фенриса. – Отпусти её.

Фенрис очнулся и с удивлением посмотрел на свою руку, сжимающую тонкую шею девушки, и немедленно разжал пальцы, отстраняясь от неё на шаг назад.

– Ты больше не служишь в Инквизиции, – напомнил ему Чонсок. – А ты, – он указал пальцем на Лайю, – перестань провоцировать его! Вы теперь на одной стороне – нравится вам или нет! От того, насколько вы сработаетесь, будет отчасти зависеть успех путешествия, а значит, и ваши жизни!

Лайя хотела возразить, но в последний момент передумала, закрыла рот и поджала губы, рука легла на шею, потирая её.

– А ты… – в запале Чонсок повернулся к Тэмину.

– А что я? – невинно захлопал ресницами юноша. – Стою и молчу тихонечко.

– Ты… ты … ты! Это была твоя идея их подобрать! – наконец нашел он, что предъявить Тэмину.

Танэри взял своё лицо в ладони, снова похлопал ресницами и послал Чону воздушный поцелуй. Это было так по-детски и мило, что Лайя не выдержала и улыбнулась.

Чонсок раздраженно выдохнул и вышел, громко хлопнув дверью. Тэмин поспешил следом. Лайя и Фенрис остались в доме одни. Девушке сразу стало не по себе. Её рука снова легла на шею, на которой ещё красовались отпечатки его пальцев.

Фенрис был растерян. Он не ожидал от себя такой несдержанности. Повисшее молчание впервые в его осознанной жизни напрягало.

– Я… – начал было Фенрис и умолк, пытаясь подобрать слова, – я…

Она протестующе подняла руку.

– Я не хочу это обсуждать.

Никаких извинений, виноватых взглядов, попыток объяснить – ей ничего не нужно! Лайя боялась этого, да и понимала, что отчасти сама виновата в произошедшем, поэтому и не хотела, чтобы стало ещё более неловко. Предпочитала оставаться врагами, по воле случая заключившими временное перемирие. Так будет правильно. Так будет спокойно.

Фенрис молча кивнул ей в знак согласия, и Лайя поспешила выйти из дома, прихватив с собой сумку. Чтобы прогулка по лесу не стала бессмысленной, девушка принялась всматриваться в растения. Поиск и сбор нужных трав подарил столь необходимый ей покой и умиротворение и завел её к окраине городка. Она увидела ту злополучную таверну. Или, наоборот, счастливую? Кто ж знал, что тот вечер принесет с собой такие последствия.

Лайя вдруг улыбнулась. Впервые за долгие годы у неё есть… цель. Пусть неясная. Пусть не её. Но цель. Она куда-то идет с надеждой на… Стоп. Надежда, пожалуй, лишнее.

Не желая быть замеченной, девушка поспешила скрыться в лесном массиве.

По дороге домой Лайя мечтательно улыбалась. Пряный аромат свежесобранных трав, наполнявший её сумку, будил в сердце радостное предвкушение: сколько же целебных настоек можно теперь изготовить! Она мысленно поблагодарила лес за возможность пользоваться его благами. Её стихия. Её дом.

***

Эльф тренировался во дворе. Его огромный меч лежал в левой руке, и, судя по неловким движениям, Фенрис пытался приноровиться бить, не привлекая раненую сторону и ведущую правую руку, которая ещё не оправилась от ожогов. Выходило откровенно плохо. Лайе даже стало немного жаль его. Маг, но без посоха. Воин, но не способный нормально держать меч. «Мы нужны ему явно больше, чем он нам в таком состоянии». Интересно, он понимает это? И хоть она совсем не знала его, но с уверенностью могла сказать только одно: эльф скорее умрет, чем признает свою слабость. Рука под тяжестью оружия периодически опускалась на землю и дрожала, но он упрямо снова и снова поднимал её и отрабатывал удары.

Лайя разозлилась. Он только недавно выкарабкался, а сейчас все её усилия сводит на нет. Неужели есть настолько острая необходимость приспособиться к смене руки? Вроде как они пока в безопасности.

Быстрым и уверенным шагом она направилась в его сторону. Специально подошла близко, чтобы ему пришлось остановиться. Фенрис опустил меч вниз, встал, опираясь на него, и выжидающе посмотрел на неё.

Лайя скользнула по его фигуре взглядом, пытаясь рассмотреть, не открылись ли раны, и вдруг забыла, что собиралась сказать. Его грудь тяжело поднималась, пытаясь выровнять дыхание. А последние лучи заходящего солнца выхватили капельки пота на его бледной коже, росой расположившейся на шее. Одна капелька сорвалась и побежала вниз, прячась в вороте мешковатой рубашки. Девушка проследила за ней глазами, неосознанно облизала вдруг пересохшие губы.

Фенрис нетерпеливо переступил с ноги на ногу, ожидая, когда ведьма уже расскажет о цели своего визита.

– Что-то случилось? – спросил он, начиная раздражаться от непонятного молчания.

Лайя быстро заморгала, стараясь вырваться из плена своих вспыхнувших желаний.

– Тебе не стоит сейчас тренироваться. – Наваждение не получилось до конца смахнуть, поэтому голос её прозвучал не так твердо, как планировалось. – Твои раны… они могут открыться. Дай себе время.

Говоря это, она смотрела в землю, а потом поспешила уйти, чувствуя, как её щеки заливает румянец. Собственная реакция на мага вызывала беспокойство. Да что это с ней? То злится на него, то вот так! Как будто она никогда с мужчинами не разговаривала. Хотя с такими… нет… Прежде чем вернуться в дом, девушка долго остужала кожу холодной водой из колодца. Жалела, что нельзя остудить собственное смятение.

На кухне, склонившись над котелком, что-то готовил Тэмин. Возле него крутился Чонсок, периодически заглядывая через плечо. Так восхитительно пахло, что Лайя радостно улыбнулась, сразу же забывая непонятные мысли и настроения от общения с эльфом. Предвкушение вкусной еды в тепле дома и веселой компании Тэмина подарило ощущение праздника. В последнее время судьба не баловала её приятными моментами, поэтому Лайя научилась ценить каждый миг. Правда, мирные разговоры азуров и тепло, с каким они относились друг к другу, поднимали в душе давно забытую тоску по уюту, дому… Но с этим Лайя справилась быстро, решив, что именно это и нарисует следующим.

Ужин прошел довольно мирно. Фенрис игнорировал своих спутников, лишь изредка бросал взгляды на Лайю, чем сильно нервировал. Чонсок тоже хранил молчание, периодически проваливаясь в задумчивость, почти не слушая, о чем весело болтал Тэмин. Лайя же старалась не замечать настроения обоих серьезных мужчин и наслаждалась обществом танэри, а после и вовсе ушла спать, совершенно не беспокоясь, кто будет дежурить первым и будет ли вообще. Она закрыла глаза и провалилась в сон, оставляя ещё один странный день в прошлом.