Розы Лорена

© Рин Лиадон, 2025

ISBN 978-5-0067-5319-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1 часть 1

Сочельник 1797 года. Был поздний вечер, когда Андреас Хеллер отправился из Брунека со своей маленькой дочерью. Они ехали на ферму к его брату – Витусу. За два дня до этого он выехал из Инсбрука в экипаже, но сильный снегопад сделал их продвижение практически невозможным – лошадь и сани увязали в снегу.

Они с трудом добрались до Шютценвирте, где оставили и лошадь, и сани, отправившись дальше пешком, через глубокие сугробы, чтобы добраться до места до наступления темноты. Их путь лежал в Оберштайнерхоф.

Маленькая девочка сначала устало брела вслед за отцом, а после села в снег. Увидев, что фигура отца медленно удаляется от нее, девочка начала громко плакать. Мужчина сразу же вернулся, взял плачущего ребенка себе на спину, и побрел дальше.

– Не плачь, Мария, – успокаивал он дочку, – осталось совсем немного. Уже совсем скоро мы будем на ферме твоего дяди, в тепле и уюте. Потерпи.

– Но мне очень холодно – жаловалась маленькая девочка, – я хочу домой! Я хочу к маме!

– Твоя мама теперь с ангелами на небесах – вздохнул отец – Ты ведь знаешь об этом. Но может быть сейчас она здесь, идет рядом с нами, заботится о нас, а мы просто ее не видим. Кто знает.

– И мне больше никогда не разрешат ее увидеть? – всхлипнула девочка – Никогда больше?

– Нет, Мария. Больше ты ее увидишь. Но, поверь мне, она всегда будет видеть тебя с небес. А сейчас потерпи немного, уже совсем скоро мы будет у родственников, в тепле.

Андреас задыхался, снег застилал ему глаза, иногда он останавливался, чтобы восстановить силы. Глядя на летящий плотной стеной снег, он очень надеялся, что не сбился в пути. Он вырос здесь, он знал здесь каждый шаг, но он хорошо знал и то, как легко можно заблудиться в метель. Особенно, если она такая сильная. К тому же уже начинало темнеть. Он не мог понять, сколько еще осталось идти, не видел ничего перед собой, но очень надеялся, что они с дочкой уже совсем близко к двум самым низким фермам в деревне, и продолжал идти вперед.

Андреас шел еще около получаса и, наконец, из снежной завесы появились знакомые стены Эрленхофа. Он постучал в дверь, и сразу сказал слуге, открывшему ее, зажечь фонарь. Едва они вошли в прихожую, как из комнаты вышла женщина.

– Господи! Андреас! – удивленно вскричала она, с трудом его узнав, – Что заставило вас отправиться в путь в такую погоду? Почему вы не остались в Инсбруке?

Андреас Хеллер был вторым сыном в семье, в Оберштайнерхофе. Несколько лет назад он женился на дочери пекаря из Инсбрука, и, так как, она была единственной дочерью в семье, то после смерти ее отца Андреас стал главой пекарни.

Теперь же он вернулся домой. Спустив на пол свою маленькую дочь, он объяснил женщине и слугам, смотревшим на него с любопытством, что 3 недели назад его жена умерла.

– Именно поэтому я приехал сейчас сюда. Я хочу просить брата и невестку взять к себе на ферму мою дочь.

Женщина обняла ребенка, растерла ее холодные руки, дала ей попить теплого молока, принесенного служанкой. А после Терезия – так звали жену фермера – протянула ему руку в знак сочувствия.

– Мне очень жаль тебя, Андреас. Но я вижу, что ты не слышал о моем несчастье.

Андреас заметил в полумраке, что Терезия едва сдерживает слезы, а слуги сразу смутились и потупили взоры. И в это время вернулся слуга с горящей лучиной и зажег фонарь.

– Наш хозяин-фермер погиб этим летом в боях за Больцано – сказал слуга (батрак) Йорг.

Андреас выразил соболезнования хозяйке. Взял согревшегося ребенка снова к себе на спину, взял фонарь, поблагодарил и вышел на улицу. Нужно было идти дальше. Оставалось уже совсем немного, а буря немного утихла. Фонарь освещал дорогу, и вскоре они уже добрались до места.

В Оберштейнерхофе уже закончился ужин. Витус как раз собирался зажечь свечи на вертепе, чтобы вся семья и слуги смогли вознести вечерние молитвы, когда в дом вошел измученный мужчина с ребенком на руках.

Витус с радостью поприветствовал брата, а его жена сразу же забрала промокшую и трясущуюся от холода девочку.

Андреас устало сел на стул и сказал:

– Мы были в пути два дня. Нам пришлось ночевать в Грин-ам-Бреннере, потом в Шпингессе. Пришлось идти пешком через метель и снег, и я очень боялся не дойти.

Андреас вздохнул.

– Когда умерла моя жена, все сразу пошло наперекосяк, – продолжил он. – Конечно, у меня есть помощник, который помогает мне с продажами в магазине, но я сам работаю в пекарне с раннего утра и до поздней ночи. Работа в пекарне начинается еще до рассвета. Совсем нет времени на ребенка. Пожалуйста, если это возможно, пусть моя дочь поживет с вами какое-то время.

Младшая дочь Витуса, Анна, которой было семь лет, затаив дыхание смотрела на девочку. Она подумала про себя, что это очень странный ребенок, но возраста они примерно одинакового.

Анна совсем недавно плакала, и следы слез еще не успели исчезнуть с ее лица. Она плакала потому, что отец запретил детям идти сегодня на Рождественскую мессу, объяснив это тем, что с такой метелью справится не каждый взрослый, что уж говорить о детях. И сейчас Анну немного утешало то, что если ей запретили идти, то и этой девочке, тоже идти не разрешат.

– Анна, теперь это твоя приемная сестра, Мария. – Сказала мать Анны с улыбкой. – Она будет спать в комнате вместе с тобой и Региной.

– Она может спать со мной на одной кровати – с радостью сказала Анна.

Ее мать кивнула в знак согласия. Это было умное решение на данный момент, пока в комнате не поставят еще одну кровать.

Анна действительно была очень рада появлению Марии, ведь теперь у нее будет компания ее возраста, потому что ее сестра Регина была старше ее самой на 4 года. И на правах старшей сестры, она постоянно наставляла Анну, дисциплинировала и поучала ее.

После ужина для Марии и ее отца, вся семья преклонила колени перед освещенным свечами вертепом. Молитвы в Сочельник казались бесконечными, как и четки, которые каждый из них перебирал в руках. Анне казалось, что взрослые постоянно молятся об одном и том же, хотя сегодня молитв должно быть четыре – так сказала Регина – радостная, мучительная, славная и утешительная.

Анна надеялась, что Регина, любившая это время и настойчиво молившаяся рядом, настолько погрузится в это, что не будет за ней следить. Тогда ей, может быть, удастся потихоньку переместиться вместе с Марией за печку, чтобы пошептаться. Старая Лени, которая проработала служанкой на ферме уже много лет, сегодня будет присматривать за домом, когда все уйдут в церковь. И это была отличная возможность познакомиться.

Им двоим, точно не будет скучно. Душа Анны была полна суеверий и разных историй о приведениях и призраках. Она верила во многие вещи, знала множество поговорок и разных рассказов. Знала она и много молитв и разных способов защиты от всевозможных предвестников приближающейся беды.

После домашних молитв, семья отбыла в церковь. Рождественские колокола уже звенели по всей стране, призывая всех к святой праздничной мессе. Вокруг было очень тихо, дома казались пустыми, ведь все верующие, даже с самых отдаленных ферм, с фонарями и факелами в руках отправились в церковь, чтобы получить рождественское благословение. Снег уже прекратился, но пробираться через большие сугробы было непросто.

Глава 1 часть 2

Дети и старая служанка Лени стояли перед домом и смотрели, как все уходят в церковь. Они наблюдали за огнями факелов, спускающихся отовсюду, слушали звон церковных колоколов.

Перед тем, как вернуться в дом, Лени оставила на крыльце молоко и свежий хлеб. В ответ на вопросы девочек, она объяснила, что сегодня не только Сочельник, но еще и Раунахт, и ночью Перхтены везде исполняют свои ведьмины танцы. Горе будет тому хутору и той ферме, куда они придут и не найдут угощения.

– И даже не думайте смотреть в окна! Даже если вы что-то услышите. – Сказала старая служанка. – Не вздумайте подглядывать за ними и подслушивать! Я знаю человека из верхней долины реки Ини, который, будучи юношей в расцвете сил, однажды увидел танцы Перхтен. Как бы он не прятался, они нашли его, и после этого он ослеп! И если его кто-нибудь спрашивал о том, что же он видел в ту ночь, он начинал всем телом дрожать, произнося лишь непонятные звуки. А из его глаз при этом текли слезы.

Лени провела детей в комнату и усадила на лавку у печи. В комнате было очень тепло, но от рассказов служанки девочки дрожали, как от холода, и прижимались друг к другу.

– Раунахт – это ночь призраков – продолжала служанка. – Духи бывают добрые и злые. Среди злых духов есть черти. Но есть и другие, те, которые разыгрывают людей разным колдовством. Если кто-то из людей подслушает их колдовство, то ему всю жизнь придется ходить, подпрыгивая на каждом пятом шагу! По-другому он ходить больше не сможет, а с возрастом все это становится очень трудным. Я знала того, кто во время такого прыжка сломал ноги и вскоре умер. А одна девушка собиралась замуж, но случайно увидела их дикие танцы. Она начала молиться, и с того момента никак не смогла остановиться. Она постоянно молилась и в итоге ушла в монастырь. Она горько плакала по своему жениху и вскоре умерла от разбитого сердца.

Лени немного перевела дух, а после продолжила:

– А другая девушка, которая увидела их танцы, начала громко петь и йодлить каждый раз, когда ветер шевелил деревья и кусты. Сначала все вокруг смеялись над ней, но после это начало вызывать у людей гнев. Люди впадали в бешенство, когда она приближалась к ним. Поэтому ей пришлось прожить свою долгую жизнь в сарае, совсем одной, потому что никто не мог жить с ней, так она всем действовала на нервы.

– Мне совсем не интересно смотреть на Перхтен – сказала Анна. – Но что же делают все те люди, которые сейчас идут в церковь? Ведь после мессы им нужно идти домой. А если они при этом увидят их дикие танцы?

– Танцы Перхтен начинаются только после полуночи – ответила Лени. – В полночь все люди будут в церкви, и там они получат особое рождественское благословение, которое защитит их от ведьм.

– Мне они тоже ничего не смогут сделать – вдруг сказала Мария. – Моя мама сейчас на небесах, и она смотрит на меня с небес, защищает и следит за тем, чтобы со мной ничего не случилось.

Мария за весь вечер не произнесла ни слова, и сейчас Анна и Регина смотрели на нее с удивлением. Мария сразу же закрыла лицо руками, но через несколько секунд раздвинула пальцы одной руки, и посмотрела не девочек сквозь них одним глазом. Девочки по ее примеру сделали то же самое, а после все трое начали смеяться, скатившись на пол с лавки.

Они заливисто смеялись, копируя, и передразнивая друг друга, пока не пришла Лени и не отругала их, сказав, что в эту святую ночь нужно вести себя прилично, а им уже пора спать.

Дети послушно улеглись на лежанку все вместе. В эту ночь им разрешалось спать не в своей комнате, а в общей гостиной, ожидая возвращения взрослых. Девочки тихо переговаривались и постепенно заснули. Лени осторожно укрыла их одеялом и вышла.

Лени взяла керосиновую лампу и вышла на конюшню. Было уже около полуночи. Она быстро разбросала особые сушеные травы, дав их каждому животному, громко читая при этом молитвы. Убедившись, что все в порядке, она несколько раз перекрестилась и пошла в дом.

Лени поставила на стол котелок с супом, нарезанный хлеб и свежее масло, чтобы все, кто ушел в церковь, вернувшись, могли поесть. Сегодня их путь был очень трудным и долгим, по колено в снегу.

Месса закончилась, но прихожане не спешили расходиться по домам, несмотря на поздний час. Они стояли вокруг двух больших костров, разведенных у церкви, и обсуждали события прошлого года. У каждого из них возникал тревожный вопрос – что же будет дальше? Будут ли продолжаться боевые действия, или, наконец-то, наступит мир?

Конец XVIII века для всей Европы был очень гнетущим временем. Армии революционной Франции маршировали во многих направлениях, вселяя ужас в народы. В Тироле война распространилась до самых отдаленных уголков долин. Весной Наполеон захватил Милан. Были оккупированы центральные районы Австрии. Император Франц призвал население всей страны защитить границы.

В ответ на этот призыв многие добровольцы бросились защищать свою страну. Тирольцы были весьма искусны в обращении с оружием, и очень многие вели жесточайшие бои с французами в районе Больцано.

В скором времени армии Наполеона, как и он сам, были измучены этим сопротивлением и жестоким натиском, и Наполеон согласился на проведение мирных переговоров. Для народа это было огромной радостью, ведь это означало, что их близкие совсем скоро вернутся домой.

Витус и его сосед вернулись домой, привезя с собой тело убитого мужа фермерши из Эрленгофа. Он погиб в последний день боев.

Но все это было летом прошлого года. И сейчас все ждали, что наступающий год будет лучше, спокойнее, что он принесет мир.

Постепенно люди начали расходиться по домам, пробираясь через сугробы в эту холодную зимнюю ночь, след в след, чтобы было легче идти. Все шли молча, неся в своем сердце надежду и веру в то, что скоро все изменится.

Рано утром в день Рождества Андреас собирался в обратный путь, в Инсбрук.

– Не знаю, как мне удастся преодолеть перевал Бреннер. – говорил он брату. – Если снег будет также идти и дальше, мне понадобится более двух дней, чтобы добраться домой.

Мария прижималась к нему и громко плакала, умоляя:

– Папа, не оставляй меня здесь… Отвези меня домой… Я хочу пойти с тобой… Хочу домой…

Кэти, жена Витуса, взяла девочку на руки и попыталась утешить ее.

– Нет, Мария, – сказала она. – Ты теперь должна быть благоразумной. Ты должна помочь своему отцу, а для этого тебе придется остаться здесь на какое-то время. Не волнуйся, потом твой папа вернется и заберет тебя домой.

Глава 1 часть 3

Оберштайнерхоф получил такое название видимо потому, что стоял над скалой. В народе эту скалу называли огромным камнем. Этот дом принадлежал Хеллерам на протяжении нескольких поколений, и нынешний фермер Оберштайна мог назвать, как минимум, пять из них.

Более двухсот лет назад один из его предков купил Библию и записал в нее себя и свою семью. В дальнейшем, потомки последовали его примеру. Первым из записанных в семейной Библии имен, было имя Витуса Хеллера. Первые буквы этого имени были тщательно прорисованы и украшены красивыми переплетениями и узорами.

Витус безмерно гордился этой Библией, хранил ее, как семейное сокровище, я тяжелом дубовом сундуке. Иногда он доставал ее, чтобы полистать и рассмотреть рисунки, и просто подержать ее в руках. Читать ее он не мог, так как книга была на латыни. Но с того дня, как в этой книге появились первые семейные имена, появилась и семейная традиция – первенца называть Витусом.

У Витуса было две дочери. Третьим ребенком был долгожданный сын, но он не прожил и нескольких часов после рождения. К тому же, те роды поставили под угрозу жизнь его жены, поэтому надежды на то, что у него будет сын, уже не было. Он любил своих дочерей, и уже сейчас заботился о том, чтобы его старшая дочь удачно вышла замуж, приведя в дом хорошего мужа – молодого способного фермера.

У его соседа – Карла Видмера – было два сына. И они часто шутили по поводу того, что в будущем поженят своих детей. Между ними не могло быть никаких родственных связей, так как сосед купил ферму всего 30 лет назад, а значит, для рода Хеллер это была бы «свежая кровь».

Конечно, все эти планы обсуждались в шутку, но при этом каждый из отцов ясно давал понять, чтобы был бы совсем не против, если такое действительно произойдет.

Границей между двумя соседними хуторами была река. С обеих сторон к ней спускались поля, образуя не слишком крутые склоны. Зимой фермеры протаптывали тропинку через ров, напрямик, но летом, чтобы сходить в гости к соседям, нужно было спускаться к мосту.

Река была небольшой, со слабым течением. И дети обеих семей очень любили играть здесь, среди больших валунов, деревьев и травы. Здесь были заросли бузины и фундука. Летом дети купались в реке, строили дамбы и шалаши. Но сейчас была зима, река была скована льдом и покрыта снегом. И дети большую часть проводили в доме, играя в разные, часто шумные игры, к большому огорчению слуг.

И был лишь один человек, который всегда легко мог утихомирить всех детей. Человек, которого дети сначала немного боялись, но при этом он был для них невероятно интересен.

Никто в округе не знал, кто он, откуда пришел, и как его зовут, но все называли его Мартл. Однажды он просто появился ниоткуда, построил себе маленькую бревенчатую хижину у реки в Вольфскламме, всего в часе ходьбы от Оберштайнерхофа.

Мартл жил в этом месте уже более десяти лет, подрабатывая в Оберштайнерхофе, где ему всегда были рады. Работал он старательно и неутомимо, выполняя любые фермерские обязанности со знанием дела. Было видно, что такая работа была для него привычной.

Был у него и особый талант – он прекрасно рисовал и резал по дереву. И зарабатывал неплохие деньги, расписывая стены домов, рисуя изображения святых и картины, расписывая домашние часовни, украшая балконы, ставни, двери, карнизы крыш, колонны, балки и стропила искусной резьбой.

Мартла знали все в округе. Люди давно привыкли к тому, что он был молчалив и необщителен. Уже давно никто не пытался узнать у него, откуда он, где родился, о его семье. Он избегал таких вопросов с самого начала и, постепенно, люди перестали их задавать, поняв его молчание по-своему. Люди видели в нем трудолюбивого, достойного человека, живущего богобоязненной жизнью, и этого было достаточно. Он нравился всем. Но больше всего он нравился детям, ведь только он мог рассказать так много разных захватывающих историй, и потому в его присутствии дети всегда сидели тихо, как мышки.

От него дети узнавали о разных странах, о других народах. Например, о людях с очень узкими глазами, говоря об этом, Мартл вытягивал пальцами уголки своих глаз. Эти люди были очень умны, мудры, прекрасно владели оружием, а мужчины этого народа носили длинные волосы, заплетенные в косу. Если кто-то отрезал им косу, они считали, что больше не смогут попасть в рай.

Он рассказывал о других странах, в которых огромные джунгли были домом для множества разных зверей, о гигантских змеях, способных раздавить и проглотить корову. О людях, живущих в этой стране, и о том, что их кожа была черной, как сажа. И о том, что добраться до этой страны можно только через огромное море на большом корабле за несколько недель пути. Дети не могли себе представить, что такое море, что где-то может быть так много воды, что через нее не перебраться и за несколько недель. Но каждый рассказ захватывал дух и был для них новым приключением.

После таких историй, дети были заняты еще очень долгое время. Они обсуждали все то, что услышали, устраивали бесконечные споры, строили догадки. И часто на основе таких рассказов придумывали новые игры.

Сегодня было Рождество, и девочки с большим нетерпением ждали, когда прибудут соседские дети – сыновья Карла. Мартл был уже здесь. Он сидел на табурете у печи и что-то вырезал из большого полена.

Как только мальчики приехали, младший из них – десятилетний Франц, таща за руку старшего брата Питера, которому было тринадцать лет, сразу же поспешил к Мартлу.

– Что ты делаешь? – спросил мальчик.

– Пастуха для яслей – не отрываясь от работы, ответил Мартл с улыбкой, глядя на то, как дети сразу же начали собираться вокруг него.

– Мартл, пожалуйста, расскажи нам что-нибудь – зазвучали голоса со всех сторон. Дети рассаживались на полу вокруг него в ожидании очередной интересной истории.

Он знал, что они все равно не отстанут, пока он не сдастся, поэтому, продолжая вырезать из дерева фигуру, он начал рассказ.

– Поскольку сегодня Рождество, я расскажу вам особенно красивую историю. Если летом вы попадете на горные пастбища, посмотрите на Доломитовые Альпы. Там, среди многих вершин, есть особенная гора, называется она Розенгартен. Ее назвали так, потому что на ней цветут тысячи особых альпийских роз, аромат которых наполняет все вокруг. Но эта гора принадлежит могущественному королю гномов по имени Лорен. Он живет там вместе со своим народом. Внутри горы находится большой красивый замок из чистого золота, украшенный множеством драгоценных камней. Но главной гордостью короля являются именно особые альпийские розы и их сияние, которое можно увидеть перед заходом солнца. Король очень ревностно охраняет каждую розу! И горе будет тому, кто осмелится проникнуть в его королевство и попытаться сорвать, хотя бы одну из них. Если король увидит такое, то в гневе, может кинуть в нарушителя огромный валун, который свалит его в глубокий овраг, или просто столкнуть его с горы.

– Я бы защищался! – крикнул Франц с воодушевлением – Я бы не позволил кому-то так легко сбросить меня в овраг или столкнуть с горы! Откуда у гнома может быть такая сила, чтобы бросить валун?

– Я бы тоже защищался – согласился с братом Питер – Он всего лишь гном, карлик, он не может быть больше Йохмандля, о котором ты нам недавно рассказывал. Так откуда у него может быть такая сила?

– Я бы вот так держал бы этого короля Лорена одной рукой – говорил Франц, показывая, как-бы он это делал – А второй рукой срывал бы розы. Сорвал бы столько, сколько смог бы унести!

– Ты знаешь, это не так уж и просто, как ты себе представляешь – усмехнулся Мартл – Очень могущественный дух охраняет эти земли, короля, его народ и розы. У короля есть волшебный пояс, дарованный ему духом, который и дает ему нечеловеческую силу. Когда он обвязывает этим поясом свое тело, он обретает силу десяти великанов. Но главное в том, что король Лорен носит плащ-невидимку. И это страшнее всего. Потому как он может незаметно подойти к тому, кто пробрался к его розам и просто столкнуть с горы, а его никто даже не увидит. Как же вы сможете защищаться от того, кого не можете даже увидеть? – выждав паузу, он продолжил – Но есть легенда о том, что однажды великий рыцарь по имение Дитрих фон Берн сражался с королем Лореном и победил его в этом бою. А после этого сорвал с него плащ-невидимку и забрал его себе.

– Он, наверное, сделал себе новый, – сказал Франц. – А когда я вырасту, я тоже буду сражаться с ним, и он подарит мне свой волшебный плащ и все розы в придачу.

Девочки слушали все это, затаив дыхание.

– Я пойду с тобой за этими розами – сказала Анна.

– Нет, такие походы не для девочек, – важно ответил Франц – К тому же мне не нужен в пути тот, кто постоянно ноет и ноет.

– Я не ною! – гневно возразила Анна. – Да и что ты будешь делать со всеми этими розами? Подаришь мне хотя бы несколько?

– Ты получишь их все! Я сделаю тебе из них свадебный букет, когда мы поженимся!

Заметив, что все в комнате начали смеяться, девочка сильно покраснела. Но все вокруг знали, что в будущем эта свадьба состоится.

– А ты спросил ее, пойдет она за тебя замуж или нет? – насмешливо сказал Питер.

– А зачем мне ее спрашивать? – ответил Франц – Она и так знает, что я на ней женюсь. Я говорил об этом много раз.

Питер решил сменить тему. Он вскочил и сказал:

– Давайте играть в короля Лорена и рыцаря Дитриха! Я буду рыцарем, а вы гномами.

Дети вскочили со своих мест, взяли длинные лучины для розжига огня у печи, вместо мечей. Франц надел на голову «царственную» шапку и накинул на плечи покрывало с кресла, как мантию-невидимку. И завязалась игровая битва.

Но вскоре все прекратилось, так как пришел Витус и отправил соседских мальчиков домой, ведь на улице уже начинало темнеть.

Глава 2 часть 1

Мария достаточно быстро освоилась в новой семье и новом доме. Все тут относились к ней как к еще одной дочери. Она играла с другими детьми, особенно с Анной, с которой они были ровесницами. Здесь у нее были сестры, а соседские мальчики стали для нее, как братья. И совсем скоро она начала считать Оберштайнерхоф своим родным домом.

Мария была очень милым и дружелюбным ребенком, но какая-то странная настороженность во всем, видимо была заложена в ее натуре. И в этом она была полной противоположностью Анне, которая часто бывала вспыльчивой, непоседливой и в некоторой степени дикой. Но, несмотря на это, девочки были неразлучны.

Конечно, по характеру и поведению Марии была ближе спокойная и уравновешенная Регина. Но она была на четыре года старше, и потому у нее было много работы по дому, много обязанностей и дел. Она присоединялась к младшим сестрам только вечером и по воскресеньям, когда приезжали соседские дети.