Звёзды внутри тебя
- -
- 100%
- +
– Наверняка это был дядя Эррол, – вставил Сэл. – Нос у тебя точь-в-точь как у него.
– Так значит, я всё-таки волшебная принцесса? – снова спросила Лу.
Драконы вновь переглянулись, и Лу вдруг показалось, что на их лицах промелькнуло чувство вины.
– Если бы, – негромко сказал Эмери. – Всё было бы намного проще.
– Видишь ли, – заговорил Сэл, и весёлой искры в его глазах уже не было, – мы проводили один ритуал… Такой, для которого нужно очень-очень много волшебства. Поэтому мы решили собрать всех, кто мог помочь. Семью, друзей. Кинули волшебный клич, который привёл их куда надо. И… ты тоже отозвалась. И пришла вместе со всеми.
Лу задумалась над его словами:
– Но почему я ничего не помню?
– Кое-что пошло не так, – устало пояснил Эмери. – Всё было точно рассчитано, от каждого бралась строго заданная мера волшебства. Для драконов и некоторых других существ, достаточно сильных, это не было неподъёмной ношей. Они отдали часть своей силы, но это не могло всерьёз им повредить. А ты… Ох, Прежнего Бога ради, никто не думал, что среди нас вообще может оказаться человек, у которого достаточно драконьей крови, чтобы всё ещё считаться членом нашей семьи, но совсем нет волшебного дара! Тебя… не заметили. Не учли. Ты участвовала в ритуале вместе со всеми, и он забрал у тебя… кусочек души. Ну, то есть… души, духа, твоей сути, называй, как хочешь. – Он замолчал. Провёл руками по лицу, и Лу вдруг показалось, что ему очень больно. – Прости, Лу. Мне так жаль.
Сэл, позабывший о еде, сжал губы и, утешая Эмери, положил ладонь ему на плечо.
– Так вышло, что ты лишилась Искры, – продолжил он вместо друга. – Искра – это… как бы тебе сказать… в вашей культуре сейчас в основном не делят душу на части, но вот у древних египтян была такая система, похожая на правду. В ней душа состоит из кучи разных кусков, и… в общем, среди них есть один под названием Ба. Это жизненная суть человека. И её потеря – это… очень паршиво. Твоя память защищает тебя, стирая то, что слишком больно вспоминать.
Это звучало довольно логично. Самые страшные дни и недели в жизни – те самые, перед тем как всё рухнуло, разбилось на бесполезные осколки и потом уже никогда не было прежним… Их Лу действительно до сих пор вспоминала как в тумане. Если вглядеться в него, можно различить очертания и формы, увидеть, как всё было на самом деле, но Лу поворачивалась к туману спиной и для верности закрывала глаза.
Она не хотела помнить.
– И… – Лу было трудно задавать этот вопрос, но он ведь должен был прозвучать, рано или поздно. – Что со мной будет? Без этой Ба… Искры… без этой штуки?
– Боюсь, не «будет», а уже происходит, – сказал Эмери. – Ты видишь одни кошмары, потому что Ба – это та часть души, которая по ночам путешествует в мире сновидений. Теперь, когда её нет, путешествовать некому, зато к тебе могут беспрепятственно приходить разные… злые, хищные существа. А ещё эта часть крепко связана с состоянием физического тела, и поэтому у тебя болит голова. Вряд ли кто-то в человеческой медицине сможет распознать эту связь и помочь. И… В общем, Ба – это про все твои эмоции и чувства. Когда её нет, ты постепенно теряешь способность радоваться, надеяться, любить… А потом – вообще ощущать хоть что-то, кроме пустоты. Слава Прежнему Богу, я вижу, что это ещё не зашло у тебя слишком далеко, твои чувства пока живы и работают почти как надо, но если ничего не предпринять, то через пару лет…
– Ох, – сказала Лу. Она не смогла придумать, что на это ответить.
– Это наша ошибка, – без улыбки сказал Сэл. – Как только мы узнали о том, что с тобой случилось, то решили, что должны всё исправить. И мы всё исправим, слышишь? И никому не дадим тебя в обиду. – Он протянул ей чешуйчатую руку. – Вообще-то, настоящее драконье слово даётся хвостами, но ваша клятва мизинцем, по-моему, тоже сойдёт!
Лу сцепилась мизинчиком с его когтистым пальцем.
– Мы вернём тебе Искру, – очень серьёзно сказал Сэл. – Я обещаю.
Глава третья. Тёплый приём
Задыхаясь, Лу бежала по гулким тёмным коридорам.
Она не видела даже собственной вытянутой руки. Не слышала ничего, кроме своего загнанного дыхания и стука сердца в ушах.
Они гнались за ней – тени на паучьих лапах. Почти бесшумные, стремительные, скользящие по стенам и потолку так же легко, как по полу. Убежать от них не смог бы никто.
Коридоры не кончались.
Это был лабиринт, раскинувшийся на сотни километров под землёй, запутанный, словно обрывки панических мыслей, бесконечный, как страх. А может, сама того не зная, Лу просто бегала по кругу?
Что хуже – навсегда потеряться в чём-то бескрайне огромном или вечно блуждать на одном и том же месте?
Лу чувствовала, что ещё немножко – и всё. Ужас подгонял её, заставлял держаться из последних сил, едва-едва отрываться от невидимых во тьме мохнатых лап, но и у неё был свой предел.
Надолго ли её хватит, прежде чем она упадёт? Ещё на сотню шагов? На дюжину?
И тут темноту разрезал луч света.
Словно это был хирургически точный надрез, прямой, как по линейке – щель у дверного косяка. Дверь распахнулась настежь, и Лу, ослеплённая злым, безжалостным белым сиянием, закрыла лицо руками.
Паучьи тени больше не преследовали её. Как и сама Лу, они нерешительно застыли, перешёптываясь у неё за спиной.
Когда глаза немного привыкли к свету, Лу различила стоящую на пороге фигуру.
Высокая, невероятно худая, страшная до безумия. Безволосая голова, тонкое древко в правой руке – то ли посох, то ли копьё… Свет бил стоявшему в проёме в спину, позволяя разглядеть лишь силуэт, но Лу вдруг отчётливо поняла: пусть лучше её сожрут монстры.
Даже спасая свою жизнь, она не сможет сделать к этой фигуре ни шагу.
Лу невольно качнулась, отступая назад, и паучьи тени бросились на неё, словно только того и ждали.
Они поймали Лу тысячей цепких мохнатых лап – и разорвали на части.
Она проснулась, задыхаясь от боли и ужаса. Перекатилась на живот, рыдая, уткнулась лицом в подушку, чтобы не разбудить тётю Шерил, которой с утра на работу.
Наволочка пахла незнакомым стиральным порошком. А ещё у Лу никогда в жизни не было такой огромной кровати.
Лу рывком села, не понимая, где она. Сон уже кончился или ещё нет?
На улице горел фонарь. Полоса света, падающая из щели между неплотно закрытыми шторами, наискось пересекала гостиничный номер.
Точно. Гостиница. Вчерашний вечер начал по кусочкам восстанавливаться в памяти. Они сидели в ресторане Кэйукая, пока Сэл не умял всё, что назаказывал – то есть на самом деле совсем недолго. Потом, одним гигантским глотком прикончив кофе, он начал глазами голодного кота коситься на почти не тронутую тарантеллу Эмери, и тот привычным жестом молча придвинул другу тарелку…
А потом они пришли сюда, в какой-то небольшой тихий отель, и для Лу впервые в жизни заказали отдельный номер. Она напомнила себе, что ребята спят в соседнем, прямо за стенкой. Они обещали от всего её защитить, а ведь они драконы. Кто вообще может тягаться с драконом? Ну, разве что какой-нибудь рыцарь из сказки, но их – Лу нервно хихикнула – в дикой природе вроде как уже давно не существует…
Она устало плюхнулась обратно в подушки. Дотянулась до телефона на тумбочке: три часа ночи. Ни одного пропущенного от тёти Шерил.
Боль из сна утихла, но осталась другая, настоящая, в такт сердцу бьющаяся в висках. Та, от которой, если верить Эмери, не помогут человеческие лекарства.
Не в силах уснуть, Лу долго лежала, глядя на полосу оранжевого света на потолке, но потом усталость всё-таки взяла своё. Уже проваливаясь в темноту, она увидела сквозь опущенные ресницы, как что-то мелькнуло, на миг закрыв отблеск фонаря, и исчезло вновь.
Как будто кто-то быстро пробежал по стене и окну снаружи.
У Лу не оставалось сил испугаться. Наверное, это было начало нового сна. Вернее, того самого, прежнего, повторявшегося каждую ночь…
* * *– Когда, ты говоришь, это началось? – спросил Эмери.
– Примерно с полгода назад, – шмыгнув носом, ответила Лу.
Они сидели в кафетерии отеля. Лу проснулась рано утром, измученная и уставшая. Когда она выбралась из своего номера и постучалась к ребятам, Эмери, увидев её лицо, вздохнул: «Ох, опять, да?» В этих трёх словах было больше сочувствия, чем Лу получала за последние полтора года. Не выдержав, она разревелась прямо перед ним, как маленькая. Эмери молча протянул ей коробку салфеток, а Сэл разумно заметил, что вести тяжёлые разговоры до завтрака – гиблое дело. Поэтому они пошли вниз съесть чего-нибудь и решить, что делать дальше.
– В нашем мире время идёт с той же скоростью, что у вас, – сказал Эмери. – Наш ритуал проходил семь месяцев назад. По срокам сходится. Всяким неприятным существам как раз понадобилось несколько недель, чтобы пронюхать, что ты осталась без Искры.
– Каким существам?
– Точно не знаю. Есть несколько видов тех, кто нападает во снах. В основном сами по себе они не слишком опасны, но если жертва уязвима, всё может закончиться плохо. Им хватает ума не лезть к тем, кто им не по зубам, они выбирают добычу послабее. Как волки. Ты же наверняка знаешь, что волки ищут ослабленных или больных особей, а ты…
– …а я хромой лосёнок, – закончила за него Лу.
Эмери покраснел:
– Прости. Я не подумал, что говорю.
Лу помотала головой:
– Зато так всё понятно.
По лицу Эмери промелькнула тень, как будто вчерашние боль и чувство вины вернулись снова, хотя на самом деле, возможно, он с ними никогда и не расставался. Взяв себя в руки, он серьёзно сказал:
– Мы достанем тебе ловца снов или что-то похожее, хорошо?
Лу не успела кивнуть: Сэл, вернувшийся от прилавков с едой, грохнул на стол огромный поднос, до предела нагруженный блинчиками, вафлями и фруктами.
– Пока не поешь как следует, никуда не пойдём, ясно? – строго сказал он Эмери и повернулся к Лу: – И ты тоже! В жизни не видел такого тощего драконёнка. Смотреть больно!
Да уж кто бы говорил – с его-то фигурой вешалки!
– Ты что, решил стать моей бабушкой? – хмыкнула Лу, помня шутки о том, что девяносто девять процентов бабуль в мире страшно переживают, когда их внуки недостаточно круглые.
– Не морочь мне голову! – Сэл уселся на стул. – Мой амулет-переводчик, – он поддел когтем цепочку на шее, показав серебряный кулон, – уже достаточно освоился в вашем мире и хорошо передаёт все оттенки твоего сарказма, так что теперь я на риторические вопросы не ведусь. Хотя, если на то пошло, мы с тобой действительно родственники, иначе ты бы во всё это не влипла. – Он очаровательно улыбнулся Лу. – Да и с Эме мы тоже какие-то троюродные кузены или типа того. Половина драконов между собой в родстве, но нас, в общем-то, не так много, поэтому удивляться нечему.
Лу казалось, что у неё совсем нет аппетита, но в доме у тёти Шерил завтракали исключительно серой овсянкой быстрого приготовления, и после неё горячие блинчики с клубникой и взбитыми сливками притягивали к себе как магнит. Пока она расправлялась со второй порцией подряд, Сэл сообщил:
– Сейчас поедем на барахолку.
– А где это? – спросила Лу.
– Не имею понятия. – Он запил кофе пышную вафлю. – Я в вашем мире второй день, забыла? Но я узнал, как добираться.
Тётя до сих пор так и не хватилась племяшки. Ну, то есть на самом деле Лу не была ей настоящей племянницей. Вроде как тётя Шерил приходилась маме сводной двоюродной сестрой или кем-то вроде того, и первые тринадцать лет жизни Лу и знать о ней ничего не знала. Но в конце концов, они ведь провели вместе целых полтора года. Неужели тётя Шерил совсем-совсем не заметила подмены?
Лу вздохнула и отключила телефон, экономя заряд. Хорошо хоть сегодня суббота – не будет проблем из-за прогулов в школе…
Небо до сих пор хмурилось, но вчерашний дождь кончился, и ботинки, которые Лу догадалась поставить под батарею отопления, успели высохнуть. Она и не знала, насколько проще смотреть в будущее с оптимизмом, когда у тебя сухие ноги.
Им пришлось подождать на светофоре у перехода через оживлённую улицу, и Лу заметила, как Эмери побледнел, глядя на несущиеся мимо машины. Когда наконец загорелся зелёный, Сэл взял друга за руку, будто мать, которая боится, что её ребёнок потеряется в толпе.
– И как вы здесь живёте? – пожаловался Сэл уже на автобусной остановке. – Дышать нечем, шум – просто кошмар. Приезжай как-нибудь к нам в гости, хоть посмотришь, как нормальный мир выглядит.
Лу вспомнила унылые школьные дни, недовольное лицо тёти и вздохнула:
– Да я бы с радостью, хоть насовсем.
– Насовсем не получится, – с сожалением сказал Эмери. – Наш уровень фоновой магии на несколько порядков выше, чем у вас. Волшебные существа, родившиеся здесь, ещё могут вернуться на родину предков, если захотят, а вот людям, у которых волшебства в крови нет, долго там находиться вредно. Но ты действительно сможешь приезжать в гости в любое время.
Они сели в подъехавший автобус, и, устроившись у окошка, Лу в сотый раз за неполные сутки подумала: может, она тоже сошла с ума, за компанию?
Петляя по незнакомым улицам чужих районов, автобус провёз их почти через полгорода и наконец высадил на берегу залива. Тут Лу поняла, какую барахолку они искали. На набережных часто ставят ларьки с журналами, сувенирами и едой. Вокруг них со временем возникло что-то вроде стихийного рынка. Самодельные прилавки и деревянные верстаки притулились везде, где только хватало места. Здесь торговали поношенной одеждой, старыми лохматыми книгами, игрушками и чем угодно ещё. Рыбаки предлагали выловленную здесь же, на набережной, рыбу – Лу сомневалась, что её можно есть, – и вокруг них, мяукая, собирались толпы голодных кошек.
– Вообще-то, на метро было бы гораздо быстрее, – заметила Лу, когда они вошли в торговые ряды.
– Вот ещё! – фыркнул Сэл. – Запомни: настоящему дракону место в небесах! А под землёй ему делать нечего.
– Оу. Выходит, драконом быть не очень-то удобно.
– Глупости! – Сэл весело сверкнул жёлтыми-прежёлтыми глазами. – Драконом быть просто потрясающе! Ты что, не знала, что мы самые классные существа во Вселенной?!
– И самые скромные… – притворно вздохнул Эмери, пряча улыбку. Лу с самого начала видела на его лице какую-то тень – след потерянности и тревоги, – но, казалось, Сэл заставляет его улыбаться даже против воли.
– Нет, серьёзно, – сказал Сэл. – Мы большие. Красивые! Летаем, опять же. Ты себе не представляешь, как это – летать! Ну и не говоря уж о том, что драконы просто всегда всё делают лучше всех.
Лу сжала губы, сдерживая смех:
– Всегда-всегда? Всё-всё?
– А то! – Сэл огляделся, ища повод показать молодецкую удаль. – О! Да вот хотя бы тут. Хочешь медведя? – Он кивнул на палатку, где любой желающий мог испытать свою меткость, запустив теннисным мячиком по ряду пустых бутылок. На столбах, подпирающих тент, висели призы – разные плюшевые зайцы, водяные пистолеты и выгоревшие на солнце куклы. На почётном месте действительно красовался огромный, размером чуть ли не больше Лу, плюшевый медведь.
– Ой, нет, этот великоват. Лучше вот такого, – подыгрывая Сэлу, Лу указала на брелок с маленьким розовым мишкой.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Сноски
1
Рокурокуби – существо из японского фольклора, которое выглядит, как человек, но имеет способность растягивать шею до невероятной длины.
2
Дзиммэндзю (ниммэндзю) – дерево из японских мифов, на котором растут плоды в виде человеческих голов или цветы в виде лиц.