Улыбка Серебряного Дракона 2
- -
- 100%
- +
Сам он обучился намного быстрее, потому что уже обладал до этого магией. Перед ним же стояли простые воины, никогда не знавшие что такое магическая сила и как с ней работать. До сей поры, они просто видели результат воздействия, сейчас же им приходилось вырабатывать магическую чувствительность. Но он всё равно был счастлив. Есть первые результаты и в целом они укладываются в план. Дав последние наставления как себя вести, он громко приказал Гербранду вести людей в домик неподалёку, чтобы не утомлять их более и, выспавшись и подкрепившись, следующей ночью опять приходить на поляну.
Сам же взлетел и, сделав круг над лесом и полюбовавшись предрассветной Меролией, устремился к вершине. Ему тоже требовалось отдохнуть. Он потратил много сил, чтобы наполнить магией пустые сосуды, какими были его воины, и теперь надо было восстановиться. Фрай нырнул в воронку и планируя спускался всё ниже к заветной темноте, щедро оделяющей его магией.
А к поляне, на которой до этого было так людно, летела сова, неслышно, как пушинка одуванчика, лавируя между деревьями. Прилетев на поляну, она села на толстую ветку сосны, и тут же из-под отошедшей коры вылез паук. Ночной охотник был магическим пауком, которого принесла сюда Ирли. Им повезло, и они наткнулись на Гербранда с воинами, топающими по лесной тропинке, ещё засветло, потому и смогли проследить их до поляны и устроить укрытие для маленького разведчика, после чего сова улетела, чтобы не попасться Фраю. Теперь же они отправились в замок Серебряного Клана, уже используя магию для перемещения, потому что не надо было никого выслеживать.
Хотя рассвет только занимался, в замке все уже были на ногах. Никому не спалось. Скоро должен был прилететь Тэйвир с Брендвином и появление совы вызвало оживление. Пока служанки накрывали завтрак, сове и её спутнику предложили перекусить. Им ведь не удалось поохотиться. Сова милостиво согласилась на сырое мясо, которое нарезали тонкими полосами, а вот для паука нашлись пара мух, которые опрометчиво уселись на блюдечко с мёдом, поставленное на окно хитрой кухаркой.
Брендвин не рассказал в этот раз ничего существенного. Фрай поднялся над вершиной и тут же устремился к подножию. Под утро взлетел, сделал круг и опустился на вершине. Может, только ореол тёмного тумана вокруг него был намного слабее, чем обычно. Но зато Кер-Сэй, доблестный паук–разведчик порадовал подробнейшим отчётом. Правда, содержание этого отчёта сильно печалило. То, что Фрай оказался настолько терпеливым учителем, говорило о том, что он изменился и теперь представляет из себя ещё более опасного противника. Однако они и до этого очень серьёзно воспринимали его. Был в рассказе Кер-Сэя один момент, который можно было назвать положительным. Его воинам нужна была подпитка. Зависимость от Фрая была пока единственной слабостью, которую они обнаружили.
Вопросы сыпались на разведчика как из рога изобилия. Отвечал он подробно. Хотя во время ночного дозора ему и пришлось приглушить магическую активность, зрение он поддерживал, чтобы рассмотреть всё в подробностях. Кер-Сэй смог даже создать образ Фрая. Правда, ему помог Аранд, усилив его способности, но тем не менее все увидели опалового дракона. И тут Тангриф подался вперёд, вглядываясь в изображение противника, а потом с надеждой спросил, кинув короткий взгляд на отца:
– Кер-Сэй, а что это на груди у него такое? Просто украшение?
– Я тоже так подумал сначала, но оно слишком живо реагировало на все действия Фрая. Это, скорее всего, артефакт. Вернее, для всех – это медальон с опалом, который можно носить и на цепи, как ожерелье, но служит он, по моему мнению, артефактом.
– Друг мой, я не могу тебя обнять, но ты скажи, что тебе нужно и весь клан серебряных драконов с радостью выполнит твоё пожелание. Ты даже не представляешь, какую неоценимую помощь ты оказал сегодня Меролии.
Слова Тэйвира звучали так искренне, что паук даже засветился от избытка нахлынувших чувств. Ему ещё никогда не приходилось так чувствовать свою нужность. Ирли, которая сидела около Ильгрис, встрепенувшись, перелетела к Тэйвиру. В зале рассыпался смех. Любовь совы к нежностям заметили уже все. Получив приглашение погостить в замке, а если есть желание, то и поселиться. Им предложили любую свободную спальню на выбор. Однако Ирли с Кер-Сэйем отправились осматривать чердак, потому что могли в любую минуту отправиться оттуда по своим делам или на охоту. Да и сам чердак для паука представлял отменные охотничьи угодья.
Оставшись вшестером, не считая малыша Тэйвира, семья начала горячо обсуждать дальнейшие шаги. Времени было так мало, что они физически ощущали каждое ушедшее мгновение. Все понимали, что женщин и маленького Тэйвира надо спрятать. Ни Ильгрис, от которой сейчас полностью зависел малыш, ни беременная Марилика, ни Клари, ничем не могли помочь в борьбе с Фраем, не подвергнув опасности близких. В итоге сошлись на том, что мужчины отправятся к Гримхильду, Клари с Мариликой займутся сбором нужных вещей, которые возьмут с собой в укрытие и заодно приглядят за маленьким Тэйвиром, а Ильгрис проведёт ревизию аптеки и подготовит всё, что может понадобиться защитникам замка и им самим в укрытии.
Нападения они не боялись, по крайней мере, сегодня. Поэтому не теряя времени, все отправились по своим делам. От Гримхильда Аранд как раз утром получил ответ, что он ждёт их, и поэтому драконы и маг не стали медлить с визитом.
Аранд не описывал драконам, как выглядит дом мага, поэтому их ждал сюрприз. Маг просто назвал дом добротным, но слово комфортный и изысканный подходило к нему больше. Двор был ухожен, везде посажены цветы, журчали фонтанчики, а в самом доме они увидели шёлковые занавеси, расписные ширмы, резную мебель, обилие тончайшего художественного фарфора и роскошную библиотеку. Хозяин их встретил ещё на подходе, потому что магия, не дающая строить портал к самому дому, работала исправно.
Гримхильд был учтив и чувствовалось, что настроен он благожелательно, но несколько отстранённо. Однако эта отстранённость моментально испарилась, как только он услышал про дракона Хаоса. Оказывается, последние дней десять его не было в Меролии. Вернулся он только вечером, очень уставший и почти сразу лёг спать. Ему показалось кое-что необычным, но маг решил разобраться с этим уже утром. Утром он понял, что чувствует магию Хаоса, а следом увидел письмо. Слушая рассказ, он мрачнел всё больше. Расспросив всё в подробностях, волшебник откровенно признался, что прямо сейчас у него нет ответа, но он немедленно приступит к поискам решения и сразу свяжется с Арандом, как только что-то прояснит. Гости покинули уютный дом мага озабоченные, пожалуй, даже больше, чем до прибытия.
***
В трактир, что стоял неподалёку от тюрьмы, ввалился вечером толстенький посетитель в столь знакомой этому заведению форме тюремщика. Его рука шарила в кошельке, привязанном к поясу, а алчущий взор уже ласкал кувшин с вином, который поставил на стойку трактирщик. Однако, найдя там всего пару мелких монеток, он остановился. Этот проклятый Бертлейв раздел его до нитки. Ну как везуч в игре собачий выродок. Точно артефактом разжился. А как хочется вина, сил нет. День был нелёгким. На кружку-то хватит. Но что такое одна кружка жаждущему после тяжёлого рабочего дня.
– Эй, друг Аригаст, не узнаёшь? – голос, дарящий надежду, прозвучал из-за столика в углу трактира, но крепко сбитый мужчина, которому он принадлежал, не казался знакомым – подгребай, чего застыл? У меня тут кувшин лучшего вина ищет собеседника. Да ты забыл меня, я вижу? Я же через тебя брату передачку отправлял. Ну моряк я, помнишь? Вот в сухопутную крысу превратился, теперь в столице осяду.
– Ах да, да. Верно. Уж простите, эрай, но имя ваше с ходу не вспомню, – тюремщик осклабился, любуясь полным кувшином. Мало ли через него передачек отправляли, всех и не упомнишь. Человек он добрый, вот за доброту и награда.
– Дык, Арнвен я. Не вспомнил? Ну ты тогда только на службу поступил. Постройнее был, однако. Я тебя не сразу и узнал. Но имя видишь, помню. Очень тогда ты помог нам, – прямой и бесхитростный взгляд моряка с надеждой заглядывал прямо в душу.
– Ох, да как же я забыл-то. Арнвен, дружище! Прости, сердце у меня открытое, стольким помог за эти годы, что всех и не упомнишь.
– Да и неважно друг Аригаст, неважно. Садись. Выпьем да перекусим во славу Верховного Дракона. Я с прибылью вернулся. Будем с братом свою лавочку в столице открывать, тебе завсегда скидка будет. Брательник уехал последнюю партию товара привезти, вот я и один сегодня. Хозяин мне не вино, а нектар из особого запаса достал, так что не медли.
Последние слова окончательно развеяли все сомнения толстячка, и он плюхнулся на лавку напротив старого-нового приятеля, с искренней любовью поглядывая на заветный кувшин. Моряк, перехватив этот взгляд, махнул трактирщику, показывая, что нужна ещё одна кружка. Тот буквально выпорхнул из-за стойки с искомой посудой, показывая глубокое уважение денежному клиенту. Посетителей в этот вечер, как волной смыло. Только на щедрость этого крепыша и была надежда.
Ох, как же плавно катится беседа под глухое постукивание полных кружек. Под душевный разговор усидели, теперь уже братья, и первый кувшин, и второй. Уже вот третий к концу подходил, да сдулся брат Аригаст. Арнвену же всё как с гуся вода, знай, винцо подливает. Однако, когда увидел, что тюремщик уже не в силах даже кружку с заветным напитком держать, то кивнул хозяину, что хочет расчёт. Когда тот заволновался, что посетитель уйдёт, бросив «брата», моряк его успокоил. Мол, знает он, где живёт его друг, туда и проводит самолично, тем более уже далеко за полночь.
Выйдя в обнимку из трактира, парочка, пошатываясь, побрела по тёмной улице. Фонари сегодня вроде и горели, но освещать ничего не освещали. Их лучи терялись в тёмном мареве, которое в эту ночь опустилось на город. Прохожих не было и только клочья серого тумана сопровождали друзей. Отойдя от трактира на приличное расстояние и оглядевшись по сторонам, Арнвен поудобнее перехватил тюремщика, и они просто испарились, растаяв в тёмной мгле.
***
После возвращения мужской половины семьи от Гримхильда, оставшийся день в замке серебряного клана прошёл в военной подготовке, а следующим утром они снова слушали Кер-Сэя. Воины Хаоса делали успехи. Разведчик с невольным восхищением описывал, как быстро они учатся, как ловят на лету указания Фрая, как начинают чувствовать магию, проникаясь ею и становясь с ней единым целым. Конечно, завтра они не будут готовы сражаться. И дракону Хаоса точно понадобится ещё несколько дней, чтобы обучить и вторую партию воинов, он сам так сказал, но скорость их обучения поражает и страшит. Этой ночью Фрай проводил своих учеников до домика, в котором они жили. И лишь какое-то время спустя Ирли увидела, как он взмыл и полетел на вершину вулкана.
За завтраком Тангриф высказал то, что его тревожило больше всего.
– Я считаю, что нам надо, как можно скорее, отправить матушку, Ильгрис с Тэйвиром и Клари в безопасное место. У меня сердце не на месте, каждый раз, когда я слышу про Хаос, – лицо его, осунувшееся от тревоги, подтверждало искренность слов.
– Родной мой, ну пара дней-то у нас есть. Мне правда надо доделать всё в аптеке, иначе вы останетесь без лекарств, – рука её мягко накрыла руку мужа, сжимая её ободряюще.
– Лучше без лекарств, чем без вас. Хорошо, у вас есть ещё сегодняшние день и ночь, а завтра утром отправимся.
Ильгрис не стала спорить, лишь согласно кивнула. Время до обеда пролетело в хлопотах, а потом Тэйвир старший получил письмо магической почтой и, ругаясь, сказал, что ему придётся отправиться в столицу. Фатир, будь он неладен, заявил, что у него есть что рассказать про Фрая. Упускать хоть малейшую информацию совсем не хотелось, поэтому Тэйвир быстро исчез, сказав, что завтра к утру постарается вернуться. И хотя в замке оставались Тангриф с Арандом, душа его была не на месте.
Глава 5. Что Рассказал Фатир
А рассказал Фатир только то, что его убили. Тэйвир с главным дознавателем всю тюрьму перевернули, в трактире побывали, потом облазили весь квартал. Ничего. Не нашли ни одной зацепки. Никаких артефактов не применялось. Посторонних не было. Толстенький тюремщик с затейливым именем Аригаст только руками разводил. Всё было с утра, как обычно. Светлый эрад Фатир заставил письмо отправить, говорил, что это очень важно. Он даже к начальнику тюрьмы пошёл ради этого. А когда вернулся и в камеру заглянул, чтобы про письмо рассказать, бывший советник спал, отвернувшись к стене. Ну, спит и спит. Какое ему дело, может, ночью не спалось, вот и решил вздремнуть. Только сон вечным оказался.
Дознаватель этого Аригаста битый час расспрашивал. Где до этого был, что делал. Хотя ответ и так был понятен. Перегаром от толстяка так несло, что Тэйвир сбежал, бросив Эйхара один на один с этим любителем возлияний. Трактирщик всё подтвердил. Был, пил, один почти три кувшина вылакал. Приходит часто, пьёт много. Всегда сам по себе. Не любит угощать кого-то. Незнакомцев точно не было. Он бы запомнил. Вчера вечером вообще никого, кроме этого тюремщика не было. Как долго сидел? Ну, почитай, полночи вон в том углу провёл. Три кувшина много? Только не для этого бочонка. Да и вино, как водится, чуть ли не вполовину водой разбавляется. Расплачивался, как обычно, монетами. В долг никому в трактире не верят. Где монеты? Так, с утра на рынке всё раздал. Каждый день надо покупать и зелень, и мясо, и овощи, и хлеб, и сыр. Вот с утра, что в кассе есть, почитай всё на рынке и уходит.
Тэйвир с Эйхаром чувствовали своё бессилие. Всё показывало, что у советника просто остановилось сердце во сне. Никакого насилия точно. Тюремщик исключается, потому что нет у него ни сил, ни магии. А Фатир пусть и почти без магии, но дракон. С ним человеку никогда не справиться. Конечно, тюремщик мог впустить кого-то в камеру. Но у него нет доступа открывать дверь. Он может только еду через окошко подать. Да и не было посторонних в тюрьме. Всех служителей допросили строжайшим образом. Однако чутьё обоих не просто говорило, а кричало, что тут дело нечисто. Причём напрашивался вывод, что Фатира убили, чтобы он ничего не рассказал. Однако, о письме знали всего двое: тюремщик и начальник тюрьмы. Ни один со службы не отлучался и магических посланий не посылал. В этот день было одно-единственное письмо, отправленное самому Тэйвиру.
Тэйвир понимал, что сейчас им придётся идти на доклад к Верховному Дракону. Смерть советника – дело государственной важности. Значит, ему надо докладывать и о драконе Хаоса, а они пока ещё не имеют никаких вестей от Гримхильда. Но рассказывать королю об этом придётся, раз уж он здесь. Вот только посвящать ли во всё это Эйхара. Впрочем, это уже решать Верховному Дракону.
Дворец встретил их суетой. Сегодня был очередной приёмный день, так что им пришлось пробираться сквозь толпу народа. Кто-то уже вышел от Верховного Дракона, кто-то рассказывал с чем пришёл, выслушивая сочувственные охи и восхищаясь решениями короля. Были и те, кто ждал своей очереди. На счастье, их осталось всего три человека. Остальные просто не хотели уходить, превращая посещение дворца в событие, обсуждали новости, расспрашивали вышедших о том, как решился их вопрос и просто сплетничали. Увидев дракона с дознавателем, все притихли, но спрашивать, зачем они идут к королю, никто не решался. Тэйвир умел одним взглядом пресекать любопытствующих. Король Рисгаст, которому доложили, что своей очереди на приём ждут Тэйвир с Эйхаром, быстро решил вопросы с последними записавшимися, и пригласил их.
Доклад о смерти Фатира слушал молча хмурясь. Он прекрасно понимал, что, если уж эта парочка ни до чего не докопалась, значит, улики спрятали так, что другие тем более ничего не найдут. А то, что там было что прятать никто не сомневался. Верховный Дракон, дослушав, сидел молча. Он обдумывал, какие распоряжения надо отдать и вдруг, подняв глаза, увидел взгляд Тэйвира, который сидел, чуть выдвинувшись вперёд, так, что Эйхар не мог видеть его лица. Тогда Рисгаст махнул рукой.
– Эйхар, ты можешь идти. Я вызову тебя чуть позже, не уходи далеко, и дождавшись, когда за дознавателем закроется дверь, повернулся к дракону, – Что, такие плохие новости?
– Я бы сказал страшные, Ваше Величество. Фрай стал Драконом Хаоса.
Побледневшее лицо короля выдало его волнение, хотя выражение не изменилось.
– Это точные сведения?
– Точнее не бывает. Нас ждёт нападение. Он сейчас готовит воинов Хаоса. Я не знаю, о чём хотел рассказать Фатир, и как узнали, что он вообще собирается что-то мне рассказать, но то, что это связанные между собой события, я ни на мгновение не сомневаюсь.
– Я склоняюсь к тому, что ты прав. Расскажи мне подробности, а потом решим, как действовать дальше.
Рассказ серебряного дракона не занял много времени, и вскоре они уже жарко обсуждали все возможные варианты дальнейшего развития событий. Оба понимали, что в первую очередь Фрай будет мстить им двоим. Кому первому неизвестно, но они будут его главными целями. Хотя есть ещё Тангриф с Ильгрис. Но это то же самое, что и сам Тэйвир. Так что приоритет не меняется. Они же беззащитны перед драконом Хаоса как дети. Тэйвир досадливо стукнул по подлокотнику кресла.
– Главное, ничего мы не знаем о силе и магии Хаоса, вернее, что может ей противостоять. Гримхильд единственный в Меролии, кто может подсказать, как справиться с Фраем, но он пока молчит.
– Единственный говоришь, – король по своей привычке потёр переносицу, – пойдём-ка со мной.
Тэйвир вскочил и направился было к двери, но король окликнул его. Серебряный дракон обернулся и увидел, что Рисгаст стоит в проёме, который открылся отъехавшим в сторону книжным шкафом. За шкафом оказался целый зал, уставленный полками с бумагами, свитками, книгами, шкатулками и артефактами. В середине находился стол с креслом. Там же пристроилась обитая бархатом банкетка, на которую, видно, иногда клали ноги, когда хотели отдохнуть. Верховный Дракон направился к полке, на которой было не очень много бумаг и свитков. Он достал один, самый потрёпанный и кивнул Тэйвиру на банкетку.
– Это то, что нам оставил самый первый Верховный Дракон. Он всегда хотел найти защиту от дракона Хаоса. Я перечитывал рукопись сотню раз, но, может, ты найдёшь то, что я не заметил. Тут немного. Читай, а я посмотрю, нет ли ещё чего-нибудь у меня.
Не замечая, как летит время, они просидели до вечера, читая свитки и обсуждая каждую, призрачную возможность. Но в конце поняли, что пока не сдвинулись ни на шаг. Решили перекусить, а потом ещё поработать. Утром Тэйвиру надо было в замок клана. Необходимо было срочно отправить женскую половину в укрытие, как они решили за семейным завтраком.
***
В замке клана Серебряных Драконов тоже не спали. Ирли с Кер-Сэйем отправились наблюдать за тренировкой воинов Хаоса. Они решили отправиться туда пораньше. Ирли почему-то очень тревожилась. Остальные доделывали то, что не успели, потому что утром, как только вернётся старший Тэйвир, им уже надо в дорогу. Аранд сидел у себя в кабинете, Ильгрис была в аптеке. Малыш был с ней. Он мирно посапывал в переносной кроватке, не обращая внимания на звук пестика, перетирающего очередную порцию трав. Тангриф давал инструкции своим воинам. Они сидели в оружейной уже часа два. Марилика так устала, что её отправили спать, чтобы не навредить будущему ребёнку, а Клари возилась, проверяя, всё ли собрано в дорогу.
Вдруг стена замка озарилась магическими огнями. Кто-то задел охранный артефакт, запустив сигнал тревоги и тут же в окно аптеки что-то ударилось. Вскинувшаяся Ильгрис увидела, что в окно колотится Ирли. Подбежав к окну, она распахнула его и тут же захлопнула, как только сова влетела внутрь.
– Фрай обвёл нас вокруг пальца! Он окружил замок! Ильгрис, здесь же должен быть подземный ход!
Схватив сына, женщина бросилась к двери. Нужно было разбудить Марили́ку, предупредить Аранда с Клари и решить с Тангрифом, что делать. Однако будить никого не пришлось. Все уже собрались в главном зале. На замок напали воины Хаоса. Пока спасало то, что их мало, те самые пятнадцать человек, которых Фрай начал учить две ночи назад. Драконов с ними не было. У замка была хорошая магическая защита, состоящая из нескольких кругов, и сейчас они преодолевали первую линию. Артефакт запустил дозорный после тревоги, поднятой Ирли. На воинов хаоса он не среагировал. Тангриф, увидев, что сработал артефакт, сразу активировал все кольца магической защиты. Они были настроены так, что не пропускали никого, независимо от наличия магии. Теперь в замок можно было попасть лишь по приглашению глав клана. У Гримхильда оно было, а остальные пока подождут.
Когда Ирли с Кер-Сэйем решили появиться на поляне раньше, чем обычно, то переместились они сначала на поляну неподалёку, которую сова заметила до этого. Ей пришло в голову, на что надо бы в этот раз обратить внимание, и она хотела рассказать об этом Кер-Сэю, но разговаривать на месте тренировок ей не хотелось. Вот на этой поляне они и увидели ожидающих чего-то воинов Хаоса. Испугавшись, Ирли решила вернуться в замок, и уже оказавшись на крыше одной из угловых сторожевых башен стены, поняла, что снова видит воинов Хаоса. Они тоже переместились к замку сами, или их кто-то перенёс. Все стояли перед их командиром, который, видно, отдавал им последние приказы. Тут же кинувшись в башню и клюнув дозорного, заставила его запустить сигнал тревоги, а сама начала биться в окно аптеки.
Тангриф оглядел стоящих перед ним родных. Сейчас он корил себя, что не настоял на своём и не отправил их в безопасное место. Но на долгие сожаления времени не было, и он заставил себя собраться с мыслями.
– Ненадолго мы сдержим воинов. Но магия воды и льда им как детская игрушка. Они пройдут все кольца обороны. Берите кто, что может и все к подземному ходу. Я уведу вас, а сам потом вернусь, чтобы задержать погоню за вами. Не спорим. Времени нет на это. Ход ведёт к домику за пределами замка, откуда я смогу вас отправить порталом. Из замка мы сделаем ложный портал. Возможно, это наивная попытка направить врагов по неверному следу, но мы попытаемся.
Однако войти в подземный ход они не смогли. Дверь невозможно было открыть никакими силами: ни физически, ни магически. Портал построить прямо из замка не получалось. Видно, Фрай блокировал магию. Аранд решил проверить, получится ли у него отправить письмо Гримхильду, и поскорее направился в свой кабинет. Тут прибежал Брендвин и попросил мазь и бинты. Появились раненные. Воины Хаоса дошли до стен и, применяя свою магию, скидывали защитников со стен. Ильгрис поспешила с ним в аптеку, не расставаясь с малышом. Получив всё что нужно Брендвин быстрее отправился обратно. Ильгрис же решила подготовить ещё необходимые мази и лекарства, чтобы были под рукой, если уж скрыться у них не получается.
Вдруг снаружи раздались крики стражи: «Смотрите, это дракон Хаоса!». Перед замком парила огромная тень, раскинувшего крылья дракона. Тангриф кинулся во двор, уже в дверях начиная оборот. Благо все двери замка были огромными именно на такой случай. В главную дверь свободно мог войти дракон в истинном облике, не пригибаясь. Серебряный дракон взмыл в небо слепяще-яркой стрелой, и над замком раскинулся ледяной щит. Мрачная туманная тень сделала круг над замком и устремилась к Тангрифу, который отлетел в сторону, чтобы встретить врага подальше от замка. Они схлестнулись, и серебряный дракон понял, что это не Фрай. Он бился со старым владыкой. Хотя бился это громко сказано. Опаловый дракон даже не замечал атаки противника. Ледяные стрелы, которые летели в его сторону, просто увязали в тёмном мареве, окружавшем Фрэдевина. Тангриф усилил атаку, применяя ещё и магию воды, но услышал лишь смех врага.
– Щенок, ты надеешься победить? Глупе-е-ец, я просто наслаждаюсь моментом.
Он и правда играл с защитником клана, то поднимаясь повыше, то внезапно оказываясь у него за спиной и всё медлил наносить удар, как будто ожидая чего-то. Но вдруг захохотал и в сторону Тангрифа вырвался туманно-чёрный протуберанец. Серебряный дракон падал. Он не чувствовал ничего. Не существовало больше времени, не было боли, не было беспокойства, что земля приближается с угрожающей быстротой, не было даже желания попытаться расправить крылья. Он упал, и темнота накрыла его. Всё кончилось.
Ильгрис видела в окно этот бой. Слёзы застилали глаза, как будто хотели скрыть от неё ужасную правду, но она смотрела, смотрела, не отрываясь, как её жизнь, её любовь гибнет, пытаясь её защитить. Она прижимала к себе захлёбывающегося в плаче сына, только и найдя силы держать его так, чтобы он не мог увидеть страшную картину. А потом её сознание помутилось и последнее, что она помнила, была странная темнота, обступившая её.
***
Фрай, задумавшись, стоял на краю кратера. Прошлой ночью, когда он почувствовал этот легчайший признак магии на поляне, ему сначала захотелось уничтожить соглядатая немедленно. Но он сдержался, потому что не хотел тревожить своих воинов. Им нужна была концентрация. Потом он вдруг понял, что счастливый случай даёт ему великолепный шанс, нужно только умело его использовать. И он его использовал. Как же вкусно он его использовал.