Жена дезертира

Майор

- Слушаю вас.

- С какой целью вы прибыли сегодня утром в город?

- Приехала в гости, отдохнуть. Летние каникулы.

- С вами был молодой человек, кем он вам приходится?

- Брат.

Генерировать сказки на ходу отнюдь не моя сильная сторона, я понимала - рано или поздно я выдам себя. Врушка из меня никакая. Мне казалось, что мой голос от волнения вибрирует так, что его можно использовать вместо сейсмографа. Я держалась стойко внешне, но внутри меня гормоны адреналина все клетки моего тела, казалось, перевернули, вывернули и, простите, трахнули без их ведома.

- Где он?

- Понятия не имею, он вышел на въезде в город, сказал, у него дела.

- Вы знаете, что на вас дали ориентировку? Он опасный преступник, самовольно покинул часть, провёз через границу автомат, есть информация, что он готовит теракт.

Вот тут мне хотелось в голос заржать и сказать: «Ты че, дядя, в дуб вписался?». Но тогда моя нервная система хоть и была натянута как струна, (да что там струна — как трос, на котором держат мост во время урагана), мозг всё-таки пытался соображать. И шептал: «Тише, тише, не буди лихо, пока оно сидит в удостоверении». Я просто молча посмотрела на него взглядом, как, знаете, Килиан Мёрфи в «Рилсах».

- Кто с вами в машине?

Он заглянул в окно на задние сидения. «Ну всё, приплыли», - подумала я. Но майор повернулся снова ко мне с вопросительным взглядом.

- Дети мои и сын Зины.

- Вам нужно проехать со мной в участок.

В это время Зина вышла из машины с вопросом: «Ну что, долго там?»

- Вы тоже следуйте за мной. Никуда не сворачивайте, нигде не останавливайтесь, чтобы были в поле моего зрения.

Я села в машину майора и поняла, что у меня начинается паническая атака. Это мерзотное состояние, с которым я в спокойной ситуации справлялась еле-еле.

- Мне нужна вода.

- Вот, возьмите. Не переживайте. Сейчас мы спокойно всё обсудим, выясним. Не волнуйтесь.

По дороге я то и дело смотрела в зеркало на машину Зины, понимая, что через несколько минут его возьмут... Подъехав к отделу, я вышла как примат, на полусогнутых от страха. Зина припарковалась рядом. Вышли все, кроме Коли. Хорошо, что майор не смотрел на меня. Думаю, ему было бы странно видеть мои глаза, неожиданно наполнившиеся щенячьей радостью. Я поняла, что он выскочил. Но как? Машина всю дорогу была в поле зрения.

- Где еще один?

Этот вопрос был задан Зине, которая, оказывается, та еще актриса.

- Кто?

Зина посмотрела на него так, как будто майор тут она.

- Еще один ребёнок.

Тут меня за малым не пробрало на смех. Но я сдержалась, так как грозный дядя повернулся ко мне, ожидая на этот раз ответа от меня.

- Все на месте. Больше никого не было.

- Ладно, пройдемте со мной.

Мы зашли в отдел, Зина с детьми осталась нас ждать в машине. Майор сидел чего-то молча ожидая. Пока в кабинет не зашли и не сунули ему какие-то бумажки. Бегло перебрав глазами макулатуру, которую ему дали, он не то что сказал, он заорал так, как будто я его кислотой облила.

- Твою мать, я так и знал, что ты врёшь. Я видел его в машине. И никакой он тебе не брат, он твой сожитель.

Я развела руками, у меня еще и наглости хватило улыбнуться ему. Он собрал людей и дал им приказ, задание, что там не знаю, перевернуть город вверх дном, но найти его.

- Сейчас приедут парни из ФСБ, с тобой будет другой разговор.

«Ой», - думаю, «напугал». Что они меня дубинками будут бить? Главное, что «опасный преступник» улизнул. ФСБ так ФСБ. Побеседуем.

Приехали дяди. В солидных костюмах, вылизанных туфлях и наглаженных брюках. Битый час рассказывали мне, ну примерно то же самое, что и полигонщики, только более красноречиво и растянуто. Нервная система моя успокоилась. Я говорила с ними вежливо, контролировала речь, соглашалась, мол, а-я-яй, Коля, нехороший мальчик, нельзя так, ну-ну-ну! Спокойствие оно ведь всегда убедительно, вот они и поверили, что я, конечно же, помогу им его поймать. Ну - ну, не они же испытывали это мерзкое чувство «стукача». А вот я его запомнила хорошо, после того как сдала его первый раз.

Пока умные дядьки из ФСБ со мной говорили, группа захвата работала. Явился майор с довольным, но не на сто процентов, лицом.

- Его нашли! Но поймать не могут. Оцепили несколько кварталов. Парень то у тебя спортивный. Прям паркурит. По крышам частных домов, как пешком по тротуару. Поехали. Помощь твоя нужна...

ФСБ

Я ехала в машине с одним из чистоплюйных ФСБшников, по дороге он поведал мне план моего дальнейшего поведения.

- Сейчас ты громко плачешь. Зовёшь его и говоришь, что если он не выйдет, у тебя заберут детей.

Я не стала ничего говорить о том, что данная третьесортная манипуляция не сработает. Коля не был подкован юридически, но некоторые моменты были ему разъяснены мной еще после полигонщиков. Он знал, что детей никто не тронет и никуда их забрать не могут. Этот дешевый трюк, вероятно, мог сработать на ком-то другом, но не на нас. А если уж дяди в наглаженных брюках так хотели смены моего архетипа, то почему бы и нет. Оказывается, войти в амплуа и разрыдаться на публику не так уж и сложно. Некоторое время я ходила кругами по оцепленному структурниками кварталу и завывая как белуга, слёзно молила Колю выйти, сдаться. Естественно, на мой дикий вопль он никак не реагировал, потому что прекрасно знал, что всё это слащавая липа.

Спустя время ребятки из ФСБ сделали вывод, что Коля чихал и мазал на меня и детей. Ведь они не могли предположить, что такими методами его взять не удастся.

Мы вернулись в отдел, добрые тёти из ПДН кормили детей булочками и поили чаем. Крошки мои изрядно устали. Около девяти часов вечера нас отвезли в гостиницу.

Номер оказался на удивление уютным — будто кто-то специально собирал его из деталей, которые должны возвращать человеку ощущение покоя. Стены цвета тёплого песка, не кричащего, а приглушённого, словно выгоревшего на солнце. На них — минимум декора: пара лаконичных чёрнобелых фото с морскими пейзажами, где горизонт вытянут в тонкую линию, будто обещание, что буря рано или поздно стихнет. Пол укрыт ковром с плотным ворсом — таким, что по нему хочется пройтись босиком, чтобы почувствовать эту — мягкую, почти домашнюю надёжность. У окна — небольшой столик, на нём ваза с сухоцветами: лаванда, пшеница, веточки эвкалипта. Кровати широкие, с белоснежным бельём, которое пахло не химией, а свежестью, будто его сушили на ветру. Покрывала лежали ровно, без единой морщинки. В углу стояло мягкое кресло с уютным пушистым пледом. Хотелось просто сесть на него, прижаться к спинке и выдохнуть: наконец то можно не держать лицо, не подбирать слова, не быть сильной.

Мы с детьми поужинали и приняли душ. Через час после того, как мы заселились, приехал товарищ из ФСБ. Он сидел со мной до полуночи, пристально наблюдая за моим телефоном. Но какими бы ни были его ожидания, они явно не оправдались. Он уехал, сказав, что вернётся утром.

Утром меня разбудил звонок.

- Можешь перевести мне деньги? На свою карту как-нибудь скинь.

- Постараюсь. Где ты? Времени мало. Не звони, не пиши. С минуты на минуту рядом со мной будут ФСБшники. Будь аккуратен. Лишнего не говори.

Наш диалог закончился. Я была вынуждена положить трубку, потому что в мой номер постучались.

- Доброе утро. Есть новости?

- Нет, никаких. Он не выходил на связь.

- Пройдёмте, нужно поговорить.

Мы вышли на веранду при гостинице, я заказала кофе. Он начал разглагольствовать о гражданском долге, но я толком его не слышала. Я боялась, что Коля позвонит в его присутствии. И знаете что? Мой телефон предательски пиликнул. Раз, потом еще раз.

- Будьте добры ваш телефон.

Я потеряла дар речи. Говорю же, юрист из меня третьесортный. Он не имел права брать мои личные вещи. Но я растерялась, руки задрожали, и, видимо, мой страх отразился на моём лице. Чистоплюй прочёл сообщения от Коли. Тот снова просил закинуть деньги на карту, только теперь в смс. И тут началась переписка Коли и ФСБшника. Только вот Коля об этом не знал. Через минут пятнадцать в гостинице их было человек пять. Налетели оперативно, как грифы на кусок падали. Я не знала, что мне делать, как поступать дальше. Единственное — я надеялась, что мой спортсмен поймёт, что с ним общаюсь не я. И такой момент был! Он заподозрил, что что-то неладно. Но смышлёные парнишки из структуры сказали мне записать ему голосовое сообщение, дабы опровергнуть его опасения. В итоге мой глупенький мальчик назначил «мне» встречу в кафе где-то на въезде в Ростов. Да-да, вот так вот умеет он передвигаться в пространстве, когда его караулят всю ночь, оцепив один лишь квартал.

Мне и детям сказали садиться в машину.

"Ваш телефон остаётся у меня, " - грозно сказал мне моложавый госслужащий. - Еще есть телефоны?

Дочка покорно вручила ему свой мобильный. Сын же отрицательно кивнул ему головой, после того как я наступила ему на ногу и дала понять взглядом, что этого делать не стоит.

- Мама, но он же сказал отдать телефоны...

Он тихо прошептал мне, когда ФСБшник отвернулся, но быстро сообразил, что слушать нужно меня, а не его.

- Поставь на беззвучный, быстро.

Мы сели в машину. Водитель, какой-то приставленный к нам, Бог пойми кто, с моим телефоном в руках на переднем сидении и я с детьми сзади. Все остальное общество элитных стражей вселенской справедливости погрузило свои тела в другой автомобиль. До назначенного места временной промежуток составлял примерно час. По дороге я почувствовала себя героиней кино. Я понимала, что мне каким-то образом нужно предупредить Колю о том, что я еду с целой оравой «охотников». Но как это сделать? Телефон у меня забрали, Коля писал смс-ки с какого-то совершенно мне неизвестного номера, не понимая, что ему отвечаю не я. Но приставленный товарищ оказался совершенно непредусмотрительным. Через его плечо я смогла рассмотреть номер телефона, с которого писал Коля. Так-так, уже неплохо. Дальше-то что? Телефон сына. Точно. Я сказала ему потихоньку, аккуратно достать телефон и дать мне...

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.