Академия четырёх стихий: я – ошибка декана

Их мог оставить пустой.

Но зачем пустому артефакты? Они же бесполезны без магии.

Если только…

Если только он не хочет их кому-то передать. Или продать. Или использовать как-то иначе, не магически.

Или если он сам не притворяется пустым.

Как Ратибор.

Мысль ударила, как обухом по голове.

Ратибор. Он притворяется огненным, но под маской – пустота. Если он крадёт артефакты, чтобы подпитывать свою ложную магию…

Всё сходилось.

Кроме одного.

Зачем ему два артефакта с разных факультетов? Для поддержания магии хватило бы одного. А тут – систематическое ограбление.

И следы… они вели от окна в уборной. В уборную на нашем этаже. На этаже факультета Воздуха.

Ратибор здесь бывать не мог – он декан Огня, его бы заметили.

Значит, вор кто-то другой.

Но кто?

Я села на кровати.

– Вивиан, – позвала я. – А у вас на факультете есть кто-то… ну, странный?

– Странный? – она удивилась. – В каком смысле?

– Кто ведёт себя подозрительно. Приходит поздно, уходит рано. Избегает других.

Вивиан задумалась.

– Ну… не знаю. Вроде все нормальные. А что?

– Да так, – я махнула рукой. – Любопытно просто.

Но Вивиан уже смотрела на меня с интересом.

– Ты что-то знаешь, да? – спросила она. – Рассказывай.

– Ничего я не знаю.

– Врёшь.

Я вздохнула.

– Я видела следы. В уборной. Кто-то там был ночью. И окно было открыто.

Лейла оторвалась от книги.

– Какие следы? Магические?

– Нет. Другие. Теневые.

– Теневые? – переспросила Лейла. – Это как?

Я поняла, что сказала лишнее. Никто, кроме меня, не видел теневых следов. Никто не видел нитей. Я была одна такая.

– Неважно, – быстро сказала я. – Просто показалось.

Но Вивиан и Лейла переглянулись. И в этом взгляде было что-то новое.

Не насмешка. Не презрение.

Интерес.

– Ты странная, Милана, – сказала Вивиан. – Очень странная. Но, знаешь… мне кажется, с тобой не соскучишься.

Я не знала, радоваться этому или бояться.

Ночью я не спала.

Дождалась, когда дыхание соседок станет ровным и глубоким, оделась и выскользнула в коридор.

Карта старых переходов была со мной.

Следы, которые я видела днём, почти исчезли, но я запомнила направление. Они вели к лестнице. К крылу деканов.

Я пошла по ним.

Тихо, стараясь не шуметь, я спустилась на первый этаж, прошла мимо спящего портрета какого-то древнего мага (он всхрапнул и перевернулся на другой бок в своей раме), и оказалась в коридоре, куда студентам вход был запрещён.

Табличка гласила: «Крыло деканов. Посторонним вход воспрещён».

Я оглянулась. Никого.

Шагнула внутрь.

И замерла.

Следы здесь были ярче. Гораздо ярче. Они светились в темноте, как дорожка из бледных звёзд, и вели прямо к одной из дверей.

На двери горела алая руна – символ факультета Огня.

Покои декана Ратибора.

Я стояла перед дверью и не могла пошевелиться.

Сердце колотилось где-то в горле. В висках стучало: уходи, уходи, пока не поздно.

Но ноги не слушались.

Я протянула руку к двери…

И она открылась сама.

На пороге стоял Ратибор.

Босой, в одной рубашке, расстёгнутой на груди. Волосы взлохмачены, глаза горят золотом в темноте.

– Огнева, – сказал он тихо. – А я ждал тебя.

–

Я не помнила, как выбежала из крыла деканов.

Помню только сердце, колотящееся где-то в горле, помню ледяные ступени под босыми ногами (когда я успела потерять туфли?), помню, как захлопнула дверь в свою комнату и прижалась к ней спиной, пытаясь отдышаться.

– Ты чего? – сонный голос Вивиан донёсся из-под балдахина.

– Ничего, – выдохнула я. – Воды попить выходила.

– Ага, – Вивиан зевнула и перевернулась на другой бок. – Спи давай.

Я не спала.

Я сидела на кровати, обхватив колени руками, и дрожала. Не от холода. От страха.

Он ждал меня.

Он сказал: «А я ждал тебя».

Откуда он знал, что я приду? Как он мог знать?

И главное – почему я не вошла? Почему развернулась и убежала, как трусливая крыса?

Потому что в его глазах было что-то такое… такое, отчего внутри всё переворачивалось. Не страх. Не ужас. Что-то другое, чему я не знала названия.

Я зарылась лицом в подушку и приказала себе не думать.

Не получалось.

Утро началось с грохота.

В дверь нашей комнаты ломились так, будто хотели вынести её вместе с косяком.

– Открывайте! Именем декана!

Вивиан подскочила на кровати, Лейла выронила книгу. Я уже стояла на ногах, натягивая платье.

Дверь распахнулась сама – видимо, магия взломщиков была сильнее нашего замка.

На пороге стояли двое. Старшекурсники с факультета Огня, в форме патрульных. За их спинами маячили ещё несколько человек.

– Огнева Милана? – спросил тот, что был выше.

– Я.

– Пройдёмте с нами.

– По какому праву? – вмешалась Вивиан, вскакивая с кровати. – Она на нашем факультете живёт! Где ордер от декана Воздуха?

– Приказ от самого ректора, – старшекурсник сунул ей под нос какой-то свиток с печатями. – Всех студентов, у которых нет магии, допрашивают по делу о кражах.

– Но её уже допрашивали!

– Теперь будут допрашивать ещё раз.

Я накинула плащ и вышла в коридор. Вивиан и Лейла смотрели мне вслед.

– Мы придём за тобой, если что! – крикнула Вивиан.

Я не обернулась.

Меня привели в пустую аудиторию на первом этаже.

Там уже сидели трое – декан Воды, декан Воздуха и какой-то незнакомый маг в серой мантии, которого я раньше не видела. Ратибора не было.

– Садитесь, Огнева, – декан Воды указала на стул.

Я села.

– Мы хотим задать вам несколько вопросов, – начала она без предисловий. – Где вы были прошлой ночью?

– В комнате. Спала.

– Кто может это подтвердить?

– Мои соседки. Вивиан и Лейла.

– Они спали, – вмешалась декан Воздуха. – Могли не заметить, если вы выходили.

Я промолчала.

– Выходили?

– Нет.

Серый маг наклонился вперёд. У него были неприятные, колючие глаза, и от него пахло чем-то химическим, резким.

– Позвольте мне, – сказал он тихо. – Я специалист по выявлению лжи.

Он достал из кармана небольшой кристалл и положил на стол передо мной.

– Положите руку сюда.

Я посмотрела на кристалл. Он был мутным, сероватым, и внутри него клубилась какая-то дымка.

Мои нити.

Я увидела их сразу – тонкие серебристые волокна, тянущиеся от кристалла к магу. Они пульсировали в такт его дыханию.

– Я не обязана, – сказала я.

– Обязаны, – жёстко ответила декан Воды. – Это приказ ректора.

Я медленно положила руку на кристалл.

Он даже не дрогнул.

Серый маг нахмурился.

– Странно, – пробормотал он. – Кристалл не реагирует.

– Что значит не реагирует? – декан Воды подалась вперёд.

– Значит, что она либо говорит чистую правду, либо… – он запнулся.

– Либо?

– Либо в ней нет магии. Кристалл определяет ложь по колебаниям ауры. Если ауры нет – он бесполезен.

В аудитории повисла тишина.

– Вы свободны, Огнева, – сказала наконец декан Воды. – Но не покидайте Академию.

Я встала и вышла, чувствуя спиной их взгляды.

В коридоре меня ждал сюрприз.

Ратибор.

Он стоял у стены, скрестив руки на груди, и смотрел на меня.

– Прогуляемся, Огнева? – спросил он.

– Я… меня только что допросили.

– Я знаю. Пойдём.

Он развернулся и пошёл по коридору, не оглядываясь, уверенный, что я пойду за ним.

Я пошла.

Мы шли долго. Через главный зал, через библиотеку (я покосилась наверх, ища Призрака, но его не было видно), через какие-то служебные коридоры, куда студентам хода нет.

Ратибор молчал. Я тоже.

Наконец мы остановились перед неприметной дверью в конце длинного пустого коридора.

– Здесь мои покои, – сказал он. – Зайдёшь?

У меня пересохло во рту.

– Зачем?

– Затем, что вчера ты пришла к моей двери, но не вошла. Сегодня я предлагаю тебе войти. Сознательно.

Я смотрела на него и не могла понять – шутит он или говорит серьёзно.

– Я… я не знаю.

– Боишься?

– Да.

– Правильно, – он усмехнулся. – Меня все боятся. Но ты, Огнева, боишься почему-то не того.

Он открыл дверь и жестом пригласил войти.

Я переступила порог.

Покои декана Огня оказались не такими, как я представляла.

Никакого пламени, никаких факелов, никакой вычурной роскоши. Обычная комната – большая, но простая. Кровать, стол, шкаф с книгами, камин, в котором уютно потрескивали дрова. На стенах – несколько картин с видами гор. На полу – тёплый ковёр.

И ни одной магической нити.

Совсем.

Я замерла, оглядываясь.

– Что ты видишь? – спросил Ратибор.

– Ничего, – выдохнула я. – Здесь нет магии.

– Вообще?

– Вообще. Ни одной нити.

Он кивнул, словно подтверждая свои мысли.

– Садись.

Я села в кресло у камина. Ратибор устроился напротив.

– Ты хочешь знать, почему я привёл тебя сюда, – сказал он. – Я скажу. Потому что ты – единственная, кто может мне помочь.

– Помочь? В чём?

– Найти вора.

Я чуть не рассмеялась.

– Вы? Просите помощи у меня? У пустой?

– Ты не пустая, – жёстко сказал он. – Ты другая. И ты видишь то, чего не вижу я. Следы, которые привели тебя к моей двери вчера. Я знаю. Я чувствовал, что ты там.

– Откуда?

– У меня есть… свои способы, – он поморщился. – Неважно. Важно то, что вор оставляет следы, которые не видит никто, кроме тебя. Ты единственная, кто может его выследить.

– А вы? Вы не можете?

Ратибор долго молчал.

– Я могу видеть только то, что касается Огня, – наконец сказал он. – А вор использует что-то другое. Что-то, чего я не понимаю.

– Теневые следы, – сказала я. – Я их видела. В уборной на этаже Воздуха. Они вели к окну, а потом к лестнице. И к вашей двери.

Ратибор подался вперёд.

– К моей двери?

– Да. Вчера ночью я пошла по ним и оказалась здесь.

– И поэтому ты пришла?

– Я… я хотела понять. Я думала…

– Что я вор?

Я промолчала.

Ратибор усмехнулся, но усмешка вышла горькой.

– Понимаю. Все так думают. Самый молодой декан, который получил пост непонятно как, скрытный, вспыльчивый… идеальный подозреваемый.

– А это не вы?

– Нет, Огнева. Это не я. Я не крал артефакты. Но я знаю, кто это сделал.

– Кто?

Он посмотрел мне прямо в глаза.

– Тот, кто хочет меня подставить. Тот, кто знает мою тайну.

– Тайну?

– Ты уже догадалась, – сказал он тихо. – Я видел твой взгляд на лекции. Ты видишь то, что скрыто. Ты видела пустоту под моей магией.

Я кивнула.

– Я такой же, как ты, Милана. Пустой. Нулевичок. Только я научился красть магию у других, чтобы выжить.

У меня перехватило дыхание.

– Красть?

– Не в прямом смысле. Я не отнимаю – я заимствую. Беру немного от каждого мага вокруг, по крупице, чтобы создать видимость. Но для этого мне нужны артефакты-накопители. Они были в сокровищницах. И теперь их крадут.

– Те, что пропали – они ваши?

– Они были моими, – поправил Ратибор. – Я пользовался ими, чтобы подпитывать магию. А теперь кто-то их забрал. И я теряю контроль.