- -
- 100%
- +
В знак любезности, дама предложила самолично провести нас, подозревая, что до этого мы не посещали эту библиотеку, по крайней мере долгое время точно. Мило улыбнувшись, она проводила нас вдоль залов. Помещения были здесь просторными, с высокими потолками. Поэтому стеллажи с книгами были в высоту чуть ли не по десять метров. И как они достают книги с самых верхних полок? Пройдя на второй этаж, Ирэна проводила нас до нужного стеллажа. После того, как она постучала пяточками своих каблуков друг о дружку два раза, туфли подняли ее в воздух над полом. Ловко взлетев под самый потолок, она достала нам маленькую книжку с предпоследней полки.
– Пожалуйста! Если нужно будет найти что-то еще, можете воспользоваться этим, – Ирэна протянула нам что-то в виде тонкой палочки. Разделив ее пополам, она потянула в разные стороны, раскрывая перед нами голографический лист, наглядно показав, как это делается. После чего торопливо удалилась.
Теперь нам нужно было найти торговую лавку, где можно было б приобрести метлы. Если верить написанному в книжке, то каждая метла сама находит себе достойного хозяина. Все зависело от черт характера и еще парочки нюансов.
Проводив нас по коридору, дедушка с потрепанной прической и круглыми очками на носу, развел руками, предлагая нам огромный выбор. На его бежевой рубашке красовался бейджик с именем «Альфред». По количеству их было не счесть. Сама по себе обстановка этого помещения была магическая. С отсутствием стеллажей, метлы, как на выставку, в горизонтальном положении парили друг над другом в несколько рядов, казалось бы, в бесконечном по длине зале, словно лежали на прозрачных полках.
Альфред все не мог понять, как же так получилось, что у нас не было метл.
– Мы играли в квиддич. Вы, наверное, и сами знаете, какая это опасная игра? – импровизировал Вейн. – Эмма, на секунду загляделась и БУМ! Так мы и поломали свои метлы.
Я еле сдержала смех. Это ведь выдуманная игра из «Гарри Поттера». Вот будет смеху, если такой здесь не существует. Услышав мой подавленный смешок, Вейн ткнул локтем мне в бок, от чего я тут же поперхнулась.
Странно, что старичок ничуть не удивился, а лишь посмеялся вместе со мной. Похоже, что такая разновидность гандбола, здесь и вправду была. А Вейн теперь не выглядел дураком.
Метлу нужно было позвать, и какая к тебе прилетит, та и будет твоей. Так получалось, что не ты выбираешь, а она выбирает тебя.
Вейну пришлось звать смою метлу аж несколько раз. Пока на горизонте, из бесконечного тоннеля, она со свистом не прилетела, ударив его прямо в лоб. Здесь я уже точно не смогла сдержаться от смеху. Держась за проявляющуюся шишку, он то и делал, что несколько раз выругался себе под нос.
– Да это твоя вылитая копия! – не могла остановиться я. Характером они явно сошлись.
– Вот чудо! Этой метле уже почти семнадцать лет. Как она здесь появилась, так и не могла найти своего хозяина. Я уж думал, что этого не произойдет никогда, – разводил руками от удивления Альфред.
Мы лишь с Вейном молча переглянулись. Было понятно, что волшебная метла находила своего владельца за счет схожести определенных черт, но вот то, что она появляется задолго, почти сразу после твоего рождения, к тому моменту, когда ты сможешь обучаться полетам, мы предположить не могли. Скорее всего, это было написано на первых двадцати страницах учебной книги, которые мы пролистнули, посчитав, что эта информация не была настолько важной. Как бы он не понял, что мы вернулись из другого мира. Ведь иначе, как объяснить, что метла Вейна пропылилась здесь аж целых семнадцать лет.
Сглотнув, я начала звать свою. Я уже догадывалась, что моя метелка будет примерно такого же возраста. Но меньше всего мне хотелось получить так же по лбу. К удивлению, она откликнулась на мой зов сразу и спокойно опустилась рядом. Гордо задрав нос, я ликующе посмотрела на Вейна. Тот лишь закатывал глаза, скрестив руки на груди, корчив безразличный вид.
Естественно, все это выглядело насторожительно. Какая-то парочка, появляется в лавочке и забирает залежавшиеся метлы. Ведь обычно, когда приходишь менять свой «летающий транспорт», берешь что-то более свежее, недавно появившееся в ассортименте. И все это происходит после того, как кто-то проник в Миррайю сквозь портал! Альфред лишь нахмурил брови, молча проводив нас к выходу. Оставалось надеяться, что он ничего не заподозрил.
– Тут написано: «Прежде чем приступать к практическому обучению полетам, необходимо наладить контакт с метлой. Если она вас выбрала, еще не значит, что будет подчиняться. Для начала, необходимо расставить приоритеты». Так что, как только она начнет тебя слушаться, то можешь приступать ко второй стадии обучения! – комментировала я.
– Ну что ж… – ухмыльнулся Вейн, собираясь продемонстрировать мастер-класс. – Ко мне!.. – скомандовав, вытягивая руку, он так и не смог дождаться, что б метла прилетела к нему. – Я сказал – ко мне!!. Ну же! – психовал Вейн, спустя минуту провала.
Метла то и делала, что брыкалась, лежа на земле.
– Я б на ее месте, то же не стала тебя слушать, – дразнила я Вейна. – Нужно относиться к ней так же, как и к себе, а не как к какой-то вещи. Вот смотри…
Мне стоило лишь протянуть руку вперед, что б моя метла приземлилась около меня и спокойно легла в руку. Я даже слова промолвить не успела!
– Вот это я называю взаимопониманием, – подначивала я. – Я даже дам тебе имя – Эли! – обращалась я уже к своей метле.
Та, словно живая, от удовольствия заворошила веточками, поднимая вокруг себя легкий вихорь.
От досады, Вейн в приказном тоне заставил свою метлу подняться к нему. И с первого же раза, она припечаталась к нему точно в ладошку. Только он и успел гордо задернуть нос, как тут же, оторвавшись от земли, пролетел пять метров, еле удерживаясь одной рукой, пока не расцепил сжимающие пальцы.
«Да уж, поладить им еще не скоро удастся», – мысленно догадывалась я, ведь характерами они были одинаково упертые.
Сидеть на метле оказалось не так уж и неудобно. Точно как на велосипедном седле. Пока я опробывала первые полеты, Вейн только налаживал отношения. Ему пришлось признать свою нахальность, чтобы метла простила его и начала подчиняться. Освоить полеты, оказывается, было не так уж и трудно, поэтому к вечеру, мы как ни в чем не бывало пролетали по улицам, любуясь окрестностями.
Следующими днями мы прочитывали местные легенды, просиживая в библиотеке не часами, а сутками. Узнавая что-то новое, мы тут же спешили найти это чудо, чтобы увидеть своими глазами. Например, святящиеся в ночи Лунные цветы, Поющий водопад… Не верилось и то, что все выдуманные создания, как единорог, анка, сфинкс, пегас, гиппогриф и другие существа, были далеко не мифами.
В другие дни мы изучали заклинания, начиная от бытовых и заканчивая на оборонных. У нас даже был дневник, куда мы записывали все, что считали необходимым. Вейн знал одну уловку – небольшое заклинание, после которого текст сам появлялся на листах, что было очень практичным, ведь мы могли сэкономить по несколько часов рукописного труда.
А в свободное время, мы учились практиковать свою магию. Наши тренировки, конечно же проходили безопасно, ведь в Миррайе были отведены специально для этого площадки. Здесь наша магия была в разы больше, так что и Вейну было полезно чему-то научиться. Я, к примеру, училась использовать взрывающиеся энергетические шары. Обладая способностью вырабатывать ток из рук, с небольшим усилием, у меня получалось собрать всю эту энергию в шаре, способному ударять подстать обычной шаровой молнии. Вейну же, удавалась образовывать плазменные шары, обмолвившись небольшим сочетанием слов.
Так прошел оставшийся месяц лета. И вот снова учеба. Теперь большую часть времени мы проводили на Земле. И лишь изредка, как только выпадала возможность, нам удавалась возвращаться в Миррайю.
Первый месяц казался мучительным. Проходящие дни казались чернее ночи, черно-белым фильмом. Лекции на учебе, были просто нудные и утомительные. Казалось, что каждая была индентична следующей – все тот же материал, нам снова и снова разжевывали разными словами. Мне не хватало приключений, тайн, мистики и просто чего-то нового. Я просто часами могла зависать в одну точку, витая в своих мыслях. В своем мире фантазий я чувствовала себя более живой, я чувствовала себя настоящей. Казалось, что все на этой планете замерло, стояло на месте. Серые будни, серые люди. Здесь не хватало красок, звонкого смеха, даже доброты.
Когда-то я и представить себе не могла, что магия реальна, что она существует. А когда узнала, что чародейка, то долго не могла свыкнуться с этим. Жизнь простым потоком, казалась мне куда проще. Но теперь я наконец приняла свою природу. А взглянуть другими глазами на этот мир, помогла мне Миррайя.
Теперь я и дня не могу себе представить без волшебства. Какое бы скучное было наше существование без магии! Приготовить ужин, навести уборку, сделать чудесную прическу, даже восстановить, к примеру, разбитую вазу! Конечно, это личная выгода, либо лень, но когда слаживаются ситуации, где ты не укладываешься во времени, то магия – твое спасение.
11 глава. Что со мной не так?
– Стеллаж К-36… – проходя по залу, я старалась найти нужный мне ряд. – Кажется, это здесь.
Подлетев в метр от пола, я начала проводить взглядом вдоль полки в поисках нужной мне книжки.
– Ты бы хоть каблучками постучала, для вида! – намекнул Вейн, что я вновь пользуюсь своей магией.
– Прости, я совсем забыла. Надеюсь, никто не заметил. Было бы намного проще, если бы книги находились так же, как возвращаются на свои места, – кивнула я на пролетающие мимо переплеты, самолично возвращающиеся по своим местам. – Хмм, «Зелья от наваждений. Рекомендуется использовать только в крайних случаях». Кажется, это она, – спустившись на пол, я начала пролистывать страницы, – «…при потере памяти. Так: пять капель сока из бутонов незабудки, корень оксаликса, две капли меда, выработанного из пыльцы с цветов вирена, и пузырек воды из Озера слез». Отлично, и где нам это искать? Допустим, что такое оксаликс и что за цветок такой – вирена?
Чувствовалось, что без Рэм теперь нам не справиться. Оказывается, что оксаликс – та же кислица. А цветы вирена – это белые цветы, распускающиеся только в грозу, после, в которых появляется голубой люминесцентный нектар. А мед, выработанный с таких цветов, приобретает светящийся зеленоватый оттенок. И все ингредиенты можно было достать в небольшом магазинчике, за исключением одного: водицу из Озера слез добывать придется самим.
Озеро слез располагалось вокруг небольшого островка с деревом Мэморра. Если верить сказам, то оно образовалось из слез того дерева. Можно сказать, что Мэморра – подарок Мнемозины. Легенда гласила, что однажды, в древе скопилось столько боли, что целый месяц, не прекращая днями напролет, с его листвы стекали слезы, образовавшие озеро.
Говорят, по сей день, время от времени, с дерева Мэморра продолжают стекать слезы. Хоть этого никто и не видел. Поэтому, магическими силами вода обладает только у корней самого дерева. Однако раздобыть ее не так-то просто, ведь эти воды охраняют наяды.
Но другого пути не было: либо мы сварим это зелье, либо я никогда не вспомню свое прошлое. Первым делом мы отправились на Озеро слез. Мы решили двигаться оттуда, так как шансов раздобыть остальные ингредиенты было куда больше.
В один щелчок пальцев, наши метлы оказались у нас в руках. Однако здорово иметь при себе волшебный мешочек, который иначе называют – ридикюль. Сюда помещается все, что только можно. Даже метла! Кроме того, что такая сумочка вмещала в себе уйму вещей, так сама могла быть невидимой. То есть тебе не нужно постоянно при себе таскать большую сумку или рюкзак, стараясь взять все самое необходимое. Достаточно одного ридикюля, который, в прочем, и сам не затрудняет тебя носить его при себе, так как он, подобно программе Рэм, также может исчезать и появляться, когда тебе будет нужно, либо извлекать только вещичку, которая как при фокусе, из ниоткуда появится у тебя на ладони.
Пролетая над лесом, в дали наконец завиднелось озеро. В Миррайе, мы с Вейном чаще пренебрегали телепортацией, чем пользовались. Просиживая часами в читательском зале библиотеки, нашим единственным развлечением оставались только такие прогулки. Ничто не могло сравниться с полетом на метле. Когда ты паришь над землей как птица, а от теплого ветра, дующего тебе в лицо, разлетаются волосы. К тому же, нужно быть полным антиэстетиком, чтобы скрывать такую красоту этого мира от глаз.
Пролетая над лазурным озером, приближаясь к островку, за собой мы оставляли легкие гребни волн, пока наконец не приземлились на землю. Место само по себе казалось безобидным. Здесь было очень тихо, слышны лишь были шорох листвы, всплески воды и пение птиц. Дерево Мэморра было восхитительно: оно напоминало чем-то иву, но только ствол был намного мощнее, а свисающие ветви, чуть ли не до самой воды, цвели розоватыми цветочками.
Взяв у Вейна пузырек, я подошла к берегу. Вода здесь была настолько чистой, что можно было разглядеть свое отражение, однако дна у самого берега словно не было. Вытащив пробку, я собиралась наполнить склянку водой. Но не успела я этого сделать, как из воды показалась чья-то голова.
Над поверхностью водной глади, лишь высунув макушку, на меня смотрели чьи-то большие глаза. От испуга, я тут же отсела обратно. Существо неторопливо начало выходить из воды, обнажая передо мной свое белоснежное тело. Это была девушка. Высунувшись до пупка над водой, она так спокойно стояла, словно это вода вытолкнула ее наружу и держала на плаву. Из-под длинных темно-зеленых, почти черных, волос, прикрывавших обнаженные груди, торчали длинные острые ушки, как у эльфов. Девушка оказалась наядой, одной из хранительниц вод этого озера, она представилась нам как Агония.
Было понятно, что так просто, воды из этого озера не набрать. Выбрав мирный путь, Агония предлагала обмен.
– Но, что я могу дать тебе взамен? – спросила я, не представляя, что ей было нужно.
Наклонив голову набок, над чем-то размышляя, а затем, также не отрывая с меня глаз, Агония встала в привычную для себя позу: «Красивый медальон!» – после недолго молчания, приятным голоском пропела она.
Ей нужен был мой кулон, взамен на какой-то пузырек с водой! Неужели нельзя вот так просто позволить взять пару капель? Сняв свой медальон с шеи, прежде чем отдать его наяде, я взглянула на него, крутя меж пальцев. Вейн стоял в ступоре от того, что я собиралась сделать. Получается, что для него этот кусочек металла был важен. Но что же необычного было в простой детской безделушке? Что привлекало Агонию в ней? Этот кулон был символом нашей детской дружбы с Вейном, о которой, хочу заметить, я не помнила. Он был частью моей магии, а значит частью меня, ведь в кокой-то степени – создала его я. Но самое главное, теперь я понимала, что этот кулон связывал нас с Вейном. Ведь благодаря нашим медальонам, как нам кажется, мы смогли объединить свою магию и попасть сюда, в этот прекрасный мир.
– Нет! – притянула я обратно свой кулон, не успев он коснуться руки Агонии. – Все-таки, эта вещь очень многое для меня значит… – подержав его в руках, словно жалея игрушку, я вернула его обратно на свою шею.
Я понимала, что этот кулон не стоил того, чтобы вернуть вновь свое забытое прошлое.
Внезапно, лицо Агонии смягчилось в легкой улыбке: «Что ж, дай мне свои руки». Подплыв к самому берегу, почти касаясь спускавшихся в воду мясистых корней, девушка протянула ко мне свои тонкие бледные руки, раскрывая ладони.
В смятении чувств, я не знала, что делать. Довериться «русалке» или же отказаться. Нехотя, но я все же пододвинулась на коленках к ней поближе, собираясь взять наяду за руки.
– Постой! – закричал Вейн, спугнув Агонию, от чего та, тут же отплыла от берега. – Она же могла утопить тебя! Потащить за собою на дно! Это же – русалка… Как ты можешь ей доверять?
– Вейн! Это наяда. И она… просто хочет помочь.
Я посмотрела на Агонию, давая понять, что готова. Та, в этот же миг подплыла ко мне. Холодные, почти ледяные руки, начали исследовать мои ладони. Украдкой я взглянула на Вейна, подтверждая факт того, что наяда не желает мне зла.
– Ты очень справедливо поступила, Эмма Де Ла Мар.
Де Ла Мар, была моей настоящей фамилией. О которой я даже не знала до недавнего времени, ведь все время я считала за свою фамилию «Меллин», в прочем, как и Дону с Роджером за своих родителей. Спасибо, что хоть имя осталось моим.
Я удивилась, услышав свою фамилию из уст Агонии. Откуда она могла знать кто я? Однако наяды умеют заглядывать в будущее, может именно так она узнала. Мне хотелось спросить, но я чего-то испугалась, поэтому продолжила слушать дальше.
– Не каждый способен отказаться. Люди настолько ничтожны, что ради своего счастья, ради мечты и желаний, готовы пожертвовать самым дорогим, не понимая того, на какую жертву идут, – еще раз, одарив меня улыбкой, Агония отпустила мои руки. – Я знаю, чего ты хочешь, и могу помочь тебе. Мэморра… если ты захочешь, оно даст тебе то, что желаешь. Главное, чтобы душа твоя была чиста. Я позволю тебе, взять чистую слезу, не коснувшуюся этих вод…
– Погоди, но как ты узнала кто я? И… и ты сказала, что люди отдают самое дорогое. Но чем же так особен мой кулон? – не выдержав, я забросила девушку вопросами.
– Ты скоро узнаешь… – ответила она на последний вопрос. – Так, ты хочешь, чтобы я тебе помогла? – Агония ловко увильнула от темы, собираясь выходить из воды.
Я вовремя остановила ее, когда она успела почти полностью оголить свои бедра. Не хотелось смотреть на нагую наяду! Засмеявшись, Агония, мостиком опрокинулась назад себя, потянув за собой водяной шлейф. А в следующую минуту уже стояла на берегу в полупрозрачном кружевном платье, которое лишь от части прикрывало ее обнаженное тело. Помотав головой в разные стороны, волосы, с которых ручьем стекала вода, высушились, ложась ровными волнами по ее спине и плечам. После чего, она взяла меня за руку и потянула за собой.
Шагая за ней нога в ногу, я заметила как трудно ей было передвигаться по суше. Я представила мокрые водоросли, еле волочащиеся по земле, которые, зацепляясь о камни и сучки, болезненно обрывались. Казалось, если она только пожелает, то вмиг «растает», превратившись в воду, и звонкими ручейкам стечет к озеру.
– Приложи свою ладонь, – Агония указала на могучий ствол дерева, – и представь, что твоя душа – это его душа. Что это одно целое. А затем, попроси… – ее голос перешел на шепот.
Не зная, поможет ли это, я послушно сделала все так как она просила. В какой-то момент, подул теплый легкий ветер, словно дыхание Мэморра. Вейн тоже почувствовал это. Дерево услышало меня и это было благоприятным знаком.
Забрав пузырек, Агония преподнесла его к одной из свисающих ветвей. Какая-то жидкость тут же наполнила пустой сосуд. Закрыв плотно пузырек колбочкой, Агония протянула его мне: «Это твоя печаль и боль».
Под аффектом, я молча забрала пузырек. Так вышло, что слезы дерева Мэморра, были моими, оно процедило всю мою накопившуюся боль, а затем, выплеснуло наружу.
Я опомнилась лишь тогда, когда Агония, собиралась возвращаться.
– Подожди! – догнала я Агонию у берега. – Спасибо, – только и смогла выдохнуть я.
В ответ, наяда лишь дотронулась до моего плеча и произнесла: «Слушай свое сердце». Затем, она так и «растаяла», плюхнувшись водопадом на землю, оставив на моем рукаве мокрый след от своей руки. На дне озера появилось движение, наяда вновь высунула лишь одну макушку из воды, в последний раз взглянув на меня, а затем скрылась под водой. Я так и не смогла понять, что же она имела ввиду.
Вернувшись в город, мы с Вейном тут же отправились в ближайший прилавок, где можно было бы закупиться всеми необходимыми ингредиентами.
Маленький магазинчик, напомнил мне каморку Патриции, правда выбора было больше. Здесь нашлось все, что требовалось по нашему списку, даже котелок.
Хозяйку прилавка, звали Илона. Ее волосы цвета охра, были необычно подобраны в прическу в стиле пин-ап и красиво закреплены красным цветком. При виде ее, не знаю почему, я вспомнила Дону, от чего сразу стало не по себе. Если бы она узнала, чем я только сейчас занимаюсь…
– О, интересный набор! – намекнула Илона на закупленные нами ингредиенты. – В сочетании таких компонентов, получается очень сильное зелье. Не мое дело, но что бы вы не задумали, ребята, я бы рекомендовала вам сходить к лесным духам.
– Вы правы – не ваше… – съязвил Вейн. – Спасибо! И хорошего вечера! – взяв под руку, он потащил меня к выходу.
– Мог бы быть и немного по вежливее, – напомнила я о том, как он обратился с женщиной, сразу, как только вышли за порог.
– А мне показалось, что уж больно она была любопытна!
– Ладно, пошли! Нам до вечера нужно успеть сварить зелье. Иначе, придется дожидаться следующих выходных, – с ужасом на глазах, я садилась на метлу. От одной мысли, что придется ждать целую неделю, становилось не по себе.
Не зная куда деваться, нам пришлось приземлиться у опушки леса. Нам ни разу не приходилось видеть, чтобы кто-то варил зелья на улицах города. Но в местах, где это разрешалось, нам появляться не хотелось. Знатоки, знающие толк в варениях, могли бы отнестись к нам недоброжелательно. И это было весьма предсказуемо, ведь не каждый сможет раздобыть слезы дерева. Разве что склонные к коварству, либо полные безумцы.
Достав из сумки необходимое, мы принялись приготавливать все к должному ритуалу. Первым делом, я решила установить котел. Так как тагана у нас не было, хоть он и не был нужен, ведь костер никто разводить не собирался, пришлось воспользоваться магией, чтобы заставить его парить в воздухе.
– Суперне! – произнесла я, прежде чем убрать руки от котелка. Так он и замер в воздухе на уровне моих бедер.
– А я вижу, ты неплохо подготовилась! – обалдел Вейн, от штуки, что я провернула.
– Ну, у меня было время, чтобы изучить азы по зельеварению, – похвасталась я.
Вейн, кажется, был недоволен с того, что я сумела преуспеть дальше него. А я решила не признаваться, что брала учебник на неделю к себе домой.
Сам процесс варения зелья оказался не таким уж и сложным. Тем более что подобное этому, я делала с Патрицией. И почему она решила, что зелья варить сложнее, чем эликсир.
К завершающей стадии, оставалось добавить слезы дерева Мэморра и произнести слова: «Remissionis et revertetur [Освободи и верни]». Как только я это сделала, из котелка выкатился паровой взрыв зеленым клубом дыма, в виде грибовидного облака. Нам с Вейном повезло, что мы не поленились надеть защитные плащи с колпаками! Когда дым рассеялся, остался лишь пар, медленно стекавший по краям котла.
Наполнив склянку зельем, я взмахнула рукой, и языки пламени окутали стенки котелка, сжигая все, что там оставалось.
Мне не терпелось выпить содержимое пузырька. Светящаяся жижа продолжала бурлить за стеклом, но при этом оставалась холодной. С надеждой, я выпила все до последней капли.
– Ничего не происходит! – начала переживать я, спустя тридцать секунд.
Вейн предположил, что нужно подождать еще, но даже через пять минут эффекта не было.
Можно было предположить, что мы сделали что-то неправильно, но это было невозможно. По какой-то, совершенно другой причине, память ко мне не возвращалась.
Я очень сильно была расстроена. Что со мной не так?! Столько трудов; мы подвергали свою жизнь опасности, вступив в контакт с наядой. И к чему это привело! Все было напрасно…
Первые дни на мне лица не было. Только Вейн помогал мне скрасить серые будни своею навязчивостью.
– Помнишь Илону? Кажется, она предупреждала нас о лесных духах. Может, стоит попробовать? Попытка не пытка, – предлагал Вейн, когда мы собирались ехать домой после учебы.
– Знаешь, а почему бы и нет? Можем сходить к ней сегодня. Как раз на завтра почти ничего не задали, а остальное я написала еще с понедельника, – даже не подумав, согласилась я. Я не знаю, было ли мне настолько безразлично и нечем заняться или мне понравилась его идея.
Ближе к вечеру мы стояли уже в маленьком магазинчике. На лице Илоны замерла гримаса, говорящая: я знала, что вы вернетесь. Пообещав нам, что все пройдет гладко, она ждала нас к выходным, так как только в эти дни, у нас с Вейном времени было вагон. Было странно, с какой горячностью она хотела нам помочь.
Дождавшись выходных, при первой же возможности мы рванули в Миррайю. Подозревая о том, что нам придется бродить по лесу, я постаралась надеть что-то поскромнее, удовольствуясь джинсами и легкой кофточкой. Встретиться мы решили на том же месте – у магазинчика. Илона уже успела нас заждаться, ей не терпелось поскорее отправиться, ведь скоро начнет смеркаться, а в непроходимых лесах и без того мало света.
– Ну что ж, добираться нам около часа, но если поторопиться, то доберемся раньше. Надеюсь, вы не боитесь скорости?