Послевкусие вина и отчаяния

–Скуууука-прохныкала Джи сидя около окна и обнимая своего любимого медведя-А там есть аттракционы? А зоопарк рядом? Есть там аквапарк? А еще хочу поплавать с дельфинами-младшая сестра еще около 20 минут перечисляла все свои хотелки, пока родители молча слушали и переспрашивали если что-то не могли понять, когда же девочка замолчала, Лилит отвернулась к окну и наконец прекратила натягивать улыбку, а просто рассматривала пейзаж за стеклом.

Выходя из машины, я помог вылезти младшей сестре, а родители пошли сразу к ресепшену, мама достала документы, а отец махнул на это и что-то сказал портье, из-за чего та стушевалась. Лилит взяла документы обратно. Пальцы, только что передававшие паспорт, непроизвольно сжались в кулак, оставив мятую вмятину на обложке. На мгновение в её глазах мелькнуло нечто острое, дикое, но она тут же опустила ресницы, превратив взгляд в гладкое озеро. У меня не было больше желания смотреть и вместо этого я взял под руку сестру и повел к маленькому скверу прямо около отеля

–Братик, а ты попросишь маму и папу купить мне телефон? У всех в классе есть, а у меня нет-грустно проговорила младшая и крепче схватилась за мою руку.

–Ты же знаешь, что они против, эти скучные взрослые-махнул рукой

–А почему мы не пошли к ним? -девочка попыталась выглянуть из-за брата и посмотреть на родителей, но я потрепал ее по кудрявым волосам и отпустив побежал в парк-ты водишь! Ха-ха-ха!

–Ты жулик! Так не честно! Братик глупый! -и стремительно побежала за старшим братом, не роняя при этом дорогую сердцу игрушку. Такие игры были для нас частыми, особенно если нужно было развеяться после ссор или перепалок родителей. Я был уверен, что глубоко в душе Джи все понимает, ведь попытки уйти в другой мир, наполненный чудесами и отказ от взросления, хотя детям присуще желание вырасти и быть большими, у Джи это отсутствовало, она всегда говорила, что она маленькая

–Братик глупый! -Джи гналась за мной, но её смех был слишком громким, слишком надрывным, будто она пыталась заглушить что-то внутри. Я ловко обогнул дерево, давая ей догнать, и крепко обнял, чувствуя, как её мелкая дрожь постепенно стихает у меня на груди.

–Всё хорошо, Джи-Джи -прошептал ей в макушку, больше убеждая себя.

Внезапно на нас упала массивная, чёрная тень отца.

–Все, нам пора в номер, быстрее -строгий тон не сулил ничего хорошего

После того как мы с сестрой зашли в свой номер, младшая шустро проскользнула мимо и запрыгнула на постель, начиная скакать с матраса на матрас

–Джи! Обувь! -схватил её за кроссовки, но она выдернула ногу, заливаясь смехом, в котором звенела легкая истерика. -Ты же всю грязь с дороги принесла!

Дверь открылась без стука.

Лилит замерла на пороге. Она всё ещё была в дорожном платье -жёсткий шёлк, врезавшийся в шею красной полосой. На лице -маска свежести, нанесённая в лифте за три секунды.

–Дети, через 5 минут выходите, пойдем в кафе. Вы должно быть уже проголодались-что-то было не естественное в таком тоне, слишком он натянут и наигран, что мы сразу определили.

Переглянувшись с сестрой, я кивнул матери и слегка натянул улыбку

–Хорошо, мам. Нам нужно переодеться-после этих слов девушка закрыла за собой дверь, чтобы не мешать детям

Так проходили дни, родители почти не виделись. Отец крутился в компании знакомых мужчин, и незнакомых женщин, в то же время мать проводила время с детьми, либо сидела у бассейна, предпочитая одиночество, мы очень скоро забыли о них, убегая играть к детям, ведь дома такого не было. Дома мы были одни друг у друга.

Только по ночам, за стенкой, мы могли услышать крики и звуки летящих предметов.

Я вскакивал, хватая пульт. Грохот поп-музыки или искусственно-весёлые голоса мультяшек заливало кошмар за стеной. Джи зарывалась лицом в плечо, вдавливая в кожу медвежье ухо. Мы сразу сдвинули свои кровати, ведь Джи в первую ночь приснился кошмар, после чего она не отходила от меня, всё так же держа близко к сердцу дорогую игрушку. А ведь дома у нас раздельные комнаты, и я даже не представлял какого моей сестре в одиночестве переживать те же ужасы.

В моменте маме стало веселее, папа отсутствовал в номере, а она всё чаще уходила в кафе на первом этаже, в последнюю неделю почти не была в отеле, уходя еще рано утром. Но последний день отпуска Лилит была сама не своя, носила весь день большие черные очки, прикрывала лицо когда-то густыми волосами, Алекс так же, как всегда, натянуто улыбался и был приветлив к окружающим, но всё изменилось, когда семья села в машину и отправилась домой. Когда мужчина закатал рукава рубашки, Мэт заметил следы от ногтей, и зубов.

-После этого отпуска родители охладели друг к другу окончательно, хотя было так много веры в эти дни, пока мы готовились к поездке-парень отпил остывающий кофея правда наивно полагал, что эти дни в отеле, там, где нет бытовой суеты они снова вспомнят как любят друг друга. Но видимо любви там вообще не оставалось. После этого мама начала сильно пить, еще чаще уходила из дома, нападала на отца, разок сбегала с нами, но в лечебницу ее отправили после попытки суицида-по жидкости прошлась рябь от нервного постукивания Мэта по чашке

–И какая была причина такого поступка? -Август слегка наклонил голову, чтобы заглянуть в глаза парня, но те были скрыты за волосами

–Лилит такой человек, понимаете? Она никогда не скажет почему и зачем она что-то сделала-горько усмехнулся, явно что-то вспоминая

– Вот как…Спасибо что рассказал это, я понимаю, как это может быть больно-понимая, что вряд ли получит еще какую-то информацию, Август встает и закинув на плечо сумку отходит от стола