Серая ограда

Глава 13. «Лимит»

Дэн невольно сглотнул. Глубоковато. Глубина бункера могла посоперничать лишь с некоторыми аналогичными правительственными сооружениями, о которых он слышал. В ходе заданий ему доводилось бывать под землей, в туннелях наркомафии в Латинской Америки и катакомбах террористов в Юго-Восточной Азии. Но в такую бездну он спускался впервые.

Даск прошел за Ашем по ступенькам и увидел пустой коридор, в конце которого виднелись массивные двери лифта. Его собеседник уже нажал кнопку вызова.

– Мистер Даск, хочу вас заверить, что все наши действия, связанные с вашей… гм, доставкой сюда, и этот амбар-муляж не были излишне театрализованы специально для вас. Мы не контртеррористическая организация и не секретная разведка вроде МИ-6. Как бы это ни звучало странно, но мы занимаемся наукой, в первую очередь. Поэтому делаем так, как умеем.

Тяжелые металлические двери открылись, и он жестом пригласил Дэна войти в просторный лифт. В кабине было несколько кнопок без обозначений, вероятно соответствующих этажам. Аш приложил ладонь к пустому месту слева от дверей, послышался короткий щелчок и лифт тронулся вниз. Он повернулся к Дэниелу:

– Сейчас я в полном вашем распоряжении.

– Наука наукой, но у вас высокий уровень маскировки, – проговорил Дэн. – Явно секретные проекты.

– Разумеется. Есть разные лаборатории. Некоторые публичные, о которых легко найти информацию в сети. Мы же решили о себе сведения не раскрывать. Мне кажется, имеем на это право.

Лифт плавно спускался вниз, поэтому давления на уши почти не ощущалось.

– Стандартный вопрос, вы работаете на правительство? – спросил Дэн.

– Ну, если правительство – самое удобное для вас обозначение, пусть так и будет, – ответил тот. – Правительство, власть, элиты – неважно, это лишь условная терминология. В любом случае, без их поддержки достаточно сложно было бы обзавестись таким модным офисом. Суть в работе и ее результатах. Наша организация называется «Лимит». Мы экспериментальная научно-исследовательская группа, которая занимается изучением критических состояний организма.

– Каких-каких состояний?

– Состояний смерти, – с оттенком усталости в голосе повторил Аш. – Кстати, добро пожаловать на базу.

В этот момент двери лифта отворились, и перед Дэном предстал другой коридор, на этот раз широкий и освещенный, с большим количеством дверей. Бетонные стены были отделаны полимерными плитами серого цвета. На полу, как в больницах, начертано несколько разноцветных линий, ведущих в боковые помещения. В конце коридора путь преграждала огромная металлическая дверь. Подобные конструкции он видел лишь в кино, когда в приключенческих фильмах героям предстояло взломать хранилище какого-нибудь казино.

– Мы сейчас на втором, научном, ярусе подземного комплекса. Полторы тысячи метров под землей, вокруг нас скальная порода. Тут у нас лаборатории, палаты и подсобные помещения. Здесь работают наши коллеги. Ярусом выше – складские помещения, жилые отсеки обслуживающего базу персонала, ниже – другие уровни, военные, командные и так далее. Впереди, за дверью, основное исследовательское помещение, сердце нашего проекта. Прошу за мной.

За открывшейся дверью Дэн различил большое помещение, бывшее чем-то средним между просторным холлом отеля и командным пунктом военной базы. В центре зала в полу находилась утопленная примерно на полметра ниша, диаметром несколько метров. Внутри нее располагался круглый электрокамин, во включенном состоянии не отличавшийся от реального костра. Чуть поодаль его окружали диваны и кресла с небольшими кофейными столиками между ними. Наверняка вечерами сотрудники собиралась тут для обсуждения планов и разбора полетов. Справа на стене висел экран, показывающий разнообразные параметры: давление воды, чистоту воздуха, температуру в различных отсеках, а также цифровую карту помещений. С удивлением для себя Дэн обнаружил, что напротив некоторых стоит отметка в -30 градусов по цельсию. Видимо, там хранят нечто быстропортящееся. Слева, в глубине помещения, на стенах были закреплены вместительные выдвижные шкафы для хранения и архивации документов, рядом с ними – несколько металлических столов с сенсорными экранами-планшетами. Справа от стены выдавалась округлая стойка с четырьмя высокими стульями. Где-то в стене за ней были установлены ячейки для хранения посуды и холодильник.

Он также обратил внимание, что стены выполнены из такого же армированного полимера, который был на входе. Такой материал, насколько он знал, в том числе предназначался для отделки внутренних помещений правительственных бомбоубежищ. Будучи правильно спроектированным и находясь на достаточной глубине, бункер, отделанный подобным образом, мог выдержать прямое попадание ядерного заряда средней мощности. Таких бункеров в свое время было построено очень много. Несколько лет назад мир активно готовился к третьей мировой войне, ядерной или бактериологической, уже не важно. Часы судного дня были установлены на отметке менее десятка секунд от полночи. По всему миру вновь начали массово возводить укрепления для госслужащих и гражданских. Однако державы сумели и в этот раз одуматься и не переступить красную черту. В наследство миру достались сотни модернизированных сооружений. Теперь они, словно надоедливая сыпь на коже подростка, усеивали лицо планеты. «Сколько же лет нужно миру, чтобы выучить ошибки прошлого, если даже сотни не хватает?», – подумалось Дэну.

– Дэниел, – впервые обратился к нему по имени Аш, – могу я вас так называть? – И, увидев утвердительный кивок, продолжил. – Располагайтесь в одном из кресел, и давайте я постараюсь пояснить суть нашей работы.

– Вы говорили про изучение смерти? Не совсем понимаю, какое отношение это имеет к мне.

– Верно. Послушайте для начала вот что. Некоторые вещи, о которых я и мои коллеги будут говорить в скором времени, могут показаться весьма странными, я бы даже сказал выходящими за рамки обыденного мировоззрения. Мне бы очень хотелось, чтобы вы воспринимали все серьезно. Изучение экстремальных состояний организма – сфера далеко не самая распространенная. Это такие состояния, когда наше тело находится на пределе своих возможностей, на границе жизни и смерти. Хм, скорее даже за границей. Мы начали глубокие исследования в этой области пять лет назад и уже добились значительных успехов. Скажите, в учебном корпусе вы проходили какую-нибудь медицинскую подготовку?

– Это сложно назвать полноценной подготовкой. В большинстве своем нас готовили к тому, что делать в случае, если ты словил пулю и по какой-то причине еще жив, или чем себя занять, если тебе оторвало конечность. Кажется, за время, проведенное в госпитале, о медицине я узнал много больше.

– Замечательно. Помните, я спрашивал, что вы ощущали и запомнили из того промежутка, когда фактически были мертвы? – Сказав это, он прислонил ладонь к сенсорной панели и дверь в дальнем углу стены начала медленно открываться. – Это было не праздное любопытство, ведь большинство наших научных изысканий сосредоточено именно вокруг этого явления. Позвольте вам представить главу нашего подразделения «Орфей», доктора Микаэля Гайдера.

Аш указал на коротко стриженного мужчину лет тридцати пяти, тихо вошедшего и севшего на один из диванов напротив. Он был одет в черную облегающую водолазку, демонстрирующую крепкое телосложение, синий пиджак и темные брюки. На бледном лице отчетливо выделялся широкий нос и узкие скулы, а небрежно уложенные светлые кудрявые волосы придавали ему вид человека, проснувшегося буквально за несколько минут до встречи. В руке у мужчины был маленький черный кейс. Доктор Гайдер решительно не походил на ученого, проводящего время в помещениях без окон, да и просто на человека, связанного с медициной. Максимум, кого Дэн мог представить в таком образе, – это хирурга. Все встреченные им ранее хирурги обычно были крепкими мужчинами. В другой руке доктор держал такой же как был у Дэна планшет. «Бывший военврач?» Это бы объяснило физическую форму и молодость.

– Дэниел Даск собственной персоной. – У Гайдера был взволнованный, слегка заикающийся голос. – Пулевое ранение разрывным снарядом, повреждение бедренной кости правой ноги, разрыв артерий, а также факт десятиминутной клинической смерти. Крайне любопытный случай! – Он вскочил и протянул руку. Дэн с осторожностью пожал ее. – Приветствую вас на базе «Лимита». Я буду вас вести в ходе нашей работы.

– Хм, не помню, чтобы я соглашался. Я все еще не понимаю, кто вы, что это за место и в чем состоит работа.

– О, все достаточно просто, – улыбнувшись, ответил доктор. – Я хочу вас убить.

Интерлюдия IV. Стрелок

Вся миссия пошла наперекосяк, когда он понял, какую информацию Алания Вонг собирается передать в руки чужой разведке. Разведке! Это было лишь первым предположением Джима Кракауэра, агента, скрывающегося за позывным Адонис. Впрочем, нельзя было сказать, что «Лимит» враждовал с кем-то из официальных разведслужб или силовых структур какой-либо страны в открытую. По крайней мере, Джиму об этом было неизвестно. Поэтому они в равной степени могли являться любой из многочисленных околоправительственных или частных организаций, действующих по всему земному шару без санкции государства.

В условиях тотальной слежки всех за всеми и скрытой гонки вооружений, которая на самом деле никогда не прекращалась, в последние годы группировки, подобные той, с которой Алания установила контакт, стали возникать все чаще, как грибы после обильного летнего дождя. Как будто международная напряженность, граничащая с очередным военным кризисом, являлась той самой питательной средой, из которой они активно прорастали, подобно сорнякам. Форма такой организации могла меняться, от правительственной до частной, но суть всегда оставалась неизменной. Высокопрофессиональные наемники, выполняющие грязную работу. На службе у тех, кто даст больше: сегодня – правительство, завтра – корпорация, послезавтра – эксцентричный миллиардер, решивший выведать что-то у конкурента.

«Похожи на нас. Полагают, что свободны в своем выборе, кому преклониться. Как флюгер на ветру. Но это иллюзия. Они рабы своей зависимости. Кто предложит им больше, тот и станет их богом, президентом или религиозным деятелем, несущим знамя свободы лидером. Мы тоже подневольные, зависимы от прихоти руководства. Сегодня он непоколебимый и крутой начальник, неподкупный апостол, ратующий за прогресс и равенство. Но по его душу рано или поздно все равно придут. Всегда приходят. Порой он держится чуть дольше, если удается найти баланс между противоборствующими властьпридержащими группами. Порой его сметают свои же друзья за чрезмерное стремление к равенству и справедливости. Как правило, хороший лидер очень редко когда самостоятельно уходит на пенсию. А когда заменивший его новоиспеченный святой все-таки сядет на престол, то провозгласит, что ветер переменился, прогресс уже вреден, и обратное движение, регресс, вот новый вектор и наше божество. В какой фазе маятника в таком случае жили они сейчас? Хотелось бы сказать, что после глобального политического кризиса, чудом не переросшего в новую мировую войну несколько лет назад, все выдохнут и попытаются убрать оружие за пояс. Однако то, свидетелем чего я стал, легко разбивало эти розовые мечты всмятку».

Эти мысли роились в голове Адониса, когда он гнал машину по темному шоссе сквозь моросящий дождь, на северо-запад, подальше от Брашова, где он оставил шесть трупов. Агент не успел ни замести следы, ни обследовать место сделки. Вдобавок упустил цель, не перехватив доктора. Однако один жирный плюс перевешивал по всем критериям провальную миссию – портативное устройство, которым он завладел и на котором, как кажется, содержалась информация катастрофической важности.

Его голова дернулась от напряжения и переутомления. Страшно было представить последствия, если результаты исследования, которое профессор проводила втайне от них, станут доступны странам или прессе. А еще хуже – теневым организациям и элите, бесконечно делящим мир крест накрест словно тесто ножом. Один Бог ведает, как они воспользуются плодами ее открытий. «Бог? Или же, дьявол. Ему такое точно будет по душе». В любом случае перспективы открывались невообразимые. Элегантное оружие современности в условиях, когда ядерное или биологическое бьют наотмашь, уничтожая страны и народы да еще способны бумерангом вернуться к отправителю. Систему гарантированного возмездия наподобие комплекса «Мертвая рука» никто не отменял.

Еще полвека назад человечество было невероятно взаимосвязано в большинстве сфер жизни, от культурных идолов до общего космического пространства. Теперь же мы стали слишком взаимозависимы. Мы с легкостью представляем врага на другом конце мира. Однако начинаем истерично визжать, когда те, плохие парни, нам отвечают. Еще страшнее становится, когда они не приходят с другого конца мира, но внезапно появляются среди нас. Например, в соседней школе, офисе или кафе.

Но во всех предыдущих случаях нам вроде бы всегда казалось, что враг понятен. У него есть территория, флаг, внешние признаки в виде другого цвета кожи, языка, культуры, вероисповедания. Чаще всего, конечно, их притязания обуславливаются желанием посягнуть на те же ресурсы, на которые мы тоже положили глаз. Но в этом случае разобраться, кто виноват, будет во много раз сложнее. Нет, еще слишком рано.

Человечество неоднократно проходило через множество кризисных ситуаций, от потенциальных ядерных конфликтов до мировых войн, от угроз распространения биологического оружия до мировых эпидемий, во время которых миллионы пали на радость старухе с косой. Но мы легко приспосабливаемся. Существует мнение, что последними на земле останутся крысы и тараканы. Адонис был убежден, что компанию им легко составят люди, играючи пережив любой катаклизм. Но все же…. Все же… Навряд ли человечество окажется готовым к очередному открытию, пришедшему словно из неопубликованного романа Герберта Уэллса.

Месяц назад Кракауэра, ветерана сил особого назначения, специализирующегося на операциях в Латинской Америке, поставили следить за доктором Аланией Вонг, возглавлявшей научное направление проекта «Лимит». Именно тогда у его старшего коллеги и руководителя группы с кодовым именем Аш появились основания полагать, что доктор регулярно контактирует с кем-то вне лаборатории. Обсудив их с начальством, было принято решение установить за ней слежку с целью выйти на след предполагаемых конкурентов.

Доктор Вонг, их Санта Муэрте5, была сооснователем проекта, светочем экспериментальной реаниматологии. Весьма незаурядный человек. Однако, даже если все вокруг являются законченными параноиками, заметить странное поведение своих коллег порой бывает довольно нетрудно. Изощренным способом передачи информации стали невинные прогулки Вонг по городу в моментах ее отсутствия на базе.

На всех сотрудниках был установлен трекер, о котором они знали. Снять его – означало моментально навлечь на себя подозрения. Впрочем, никто не мешает установить на себя чужой датчик, например, с другой частотой сигнала. Положив его в карман и соблюдая простые инструкции, можно очень нетривиальным способом передавать почти любые данные. Если человек идет на север или запад, это означает «точку». Движение на юг или восток означает «тире». Наложив карту перемещений со штатного трекера на карту города, команда поначалу ничего не поняла.

Вонг стала много гулять, выбирая странные и повторяющиеся маршруты. Позже кто-то заметил совпадающие паттерны и стало понятно, что это обычная азбука Морзе. Шифр был прост и гениален. В стиле Алании. Конечно, в нем не раскрывалось никаких секретных сведений. Вонг лишь сообщила о намерениях их передать и указала, где и когда готова провести встречу с представителями другой стороны. Проконтролировать эту встречу и, в случае необходимости, устранить участников, было задачей Джима. Со стороны Центра была только одна просьба: Вонг должна выжить. Он должен был доставить ее в целости и сохранности в частный аэропорт в окрестностях Бухареста, а дальше в Цюрих. Все просто. Альтернативным маршрутом, в случае возникновения проблем, был план отступления через Венгрию, где их будет ожидать курьер. Что ж, вытаскивать и сопровождать особо важных клиентов ему было не в новинку.

Местом встречи была выбрана Румыния, местечко неподалеку от города Брашов. Символично. Именно в Брашове Вонг встретила своего мужа и там же потеряла его спустя двенадцать лет совместного брака во время катания на лыжах. Он был похоронен на небольшом кладбище в пригороде. Дождавшись годовщины, она вылетела на место первым рейсом под предлогом навестить его могилу.

Он вел ее от самолета. У выхода из терминала ее подобрал шофер в черном тонированном BMW. Взяв заблаговременно арендованное на чужое имя Audi и быстро вбив номер машины в базу, Джим последовал за ними. Система перехвата автономеров позволяла отслеживать движение транспортного средства через GPS по аналогии с сервисом отслеживания курьеров или такси, держась на достаточном отдалении, чтобы не заподозрить его машину, поскольку он был уверен, что другая сторона тоже сопровождала автомобиль. В большинстве стран мира владение такой системой автоматически обеспечило бы огромные проблемы с местными силовыми структурами, но что поделать, специфика службы. Если его остановят и начнут обыскивать, то такой софт станет наименьшей проблемой. По сравнению, скажем, со снайперской винтовкой M200 и коробкой патронов калибра 10.3 мм, хранящимися в багажнике под брезентом.

Вокруг разворачивался приятный глазу, но несколько смазанный мартовской пасмурной погодой пейзаж. Старинные деревни, раскинувшиеся вдоль дороги со всех сторон, куда ни глянь, были окружены холмами разной высоты, усыпанными вековыми деревьями. Многие поселения, разросшиеся до размеров городов, исторически находились в долинах, связанных между собой сетью дорог. Белеющие вдали от снега холмы и горные хребты заботливо укрывали от глаз местные населенные пункты.

В самих городах снега почти не было. Уже ощущалась поступь весны. К тому же месяц выдался промозглым и дождливым, что способствовало формированию над полями достаточно густого тумана, искусно добавляющего флера сверхъестественности здешним видам. Неудивительно, что люди по-прежнему отождествляют эту страну с мифами о графе Дракуле. Хотя местных, скорее всего, уже доканали эти сравнения. Джим никогда ранее не был в Румынии, но, взирая на окружающую природу, про себя отметил, что пейзаж очень хорошо подходит для проведения уединенных встреч, планирования засад или разведывательных операций.

Через сорок пять минут они съехали с главной дороги и углубились в сельскую местность. Агент проглядел карту и выругался – километров через пять кончались населенные постройки, после чего он должен был въехать в пустынную местность, где будет единственным привлекающим внимание темным пятном на белом фоне.

«Если они дальше продолжат движение, придется бросить машину и молиться, чтобы они не проехали еще с десяток „кэмэ“». Вскоре ему пришлось припарковаться около последнего на карте в радиусе нескольких километров продуктового магазина, захватить лежащий на заднем сидении кейс и выскочить из машины, стремглав бросившись в погоню окольными путями по маршруту следования кортежа Вонг. Внезапно планшет объявил, что ее машина остановилась. Примерно в полутора километрах, за небольшой лесной грядой. Он вгляделся в экран, приблизил картинку как смог и различил темный прямоугольник не отмеченной постройки.

«Подозревают, что может быть хвост, вот и выбрали неопознанный объект. Это может быть что угодно, но бьюсь об заклад, скорее всего ферма». Он побежал к деревьям, чтобы незаметно перейти гряду и подобраться ближе.

Через несколько минут бега трусцой агент приметил мерцающий между стволов свет от сильного фонаря. Уже стемнело достаточно сильно. Подобравшись поближе, Джим залег около упавшей ветки здоровенного дуба и открыл кейс. Внутри лежала разобранная на части винтовка с оптическим прицелом, включающим режим ночного видения. Каждая отполированная часть стремилась поймать блики мощной лампы прожектора где-то впереди. «Ближе подходить не стоит, блики – враг любого снайпера». Ловко соединив части оружия, он вставил обойму, прикрутил глушитель и начал калибровку прицела.

Как он и предвидел, встреча проходила на отдаленной ферме. В прицеле винтовки он различил Вонг, стоявшую прислонившись к машине. Она держалась спокойно, не курила, не взирая на вредную привычку, и что-то разглядывала на экране телефона. «Словно видится с курьерами не первый раз». Кракауэр предположил, что ей могли быть даны гарантии выживания, вследствие чего она, вероятно, планировала спокойно покинуть встречу. Он внимательно изучил территорию. Увидел одного охранника со стороны амбара, второй виднелся в проеме дома. Джим подозревал с большой долей вероятности, что в доме есть еще несколько человек, готовых отразить нападки желающих сорвать встречу. Они были на расстоянии семисот пятидесяти метров от него. Других машин не было, значит, основные гости еще не прибыли.

Спустя десять минут с другой, неосвещенной, стороны показалось две машины. Едва первый автомобиль остановился, из него вышел приземистый человек в куртке с шарфом, за ним встало еще двое телохранителей. У всех присутствующих, кроме Алании, было оружие. Кроме пистолетов, Джим разглядел, что двое сопровождающих были вооружены укороченными версиями армейских штурмовых винтовок.