Всемирная Мораль: Мир без единства

Глава 1

Заметка из газеты от 26 октября 2028 года: «Сегодня состоялся саммит ООН, в ходе которого был выработан регламент создания Единого правительства Земли. Политические структуры и границы государственных территорий на первом этапе останутся неприкосновенными, однако влияние местных органов власти будет распространяться только на внутреннюю политику отдельных государств. Внешнеполитическое взаимодействие будет регулироваться Единым правительством в соответствии с нормами международного права.

Вот как прокомментировал это генсек ООН Киран Неру: «Это очень приятная новость. Наконец-то мы создали то, к чему стремились несколько лет. Единое правительство теперь сможет восстановить мир на Земле. И я, как индус, идущий на пути к миру, очень рад этому событию. Со временем национальность и происхождение потеряют негативное значение. Главное, что все мы – жители Земли».

Помню эту газету. Я тогда получал первое высшее образование в области инженерии в Московском университете. Кстати, там же обучают пилотов. Именно там возникло наше Общество. Хотя народу было мало, как и желающих вступить, пока брат не переехал в Америку. Тогда началась наша слава и пришло время для таких обществ. Но я не мог понять, да и сейчас не уверен, правильно ли мы поступаем. Может быть, так и надо, чтобы мир стал единым?

И всё же я здесь, чтобы поддержать брата. Он меня тоже кое-чему научил в жизни. Ведь у нас не было родителей, точнее, у меня. Я знаю, что, когда мне не было и года, произошел несчастный случай. По словам брата, мать и отец умерли в больнице. Жаль, я не помню их, а Ламбр помнит, тогда ему было уже семь.

Осталось полчаса до часа икс. Все в напряжении. А я тем более. Примут ли наше требование всерьез? Пересмотрят ли соглашение? Станет ли всё как прежде? Этого я не знаю. Да и никто не знает. Но все очень надеются. Брату потребовалось более 10 лет, чтобы начать осуществление своей мечты и идеи.

– Не волнуйся, – подбодрил Ламбр. – У нас всё получится. Народу много. Обществ тоже. Генералы нас поддерживают. Наши требования услышат. Главное – всё сделать по плану.

– Ты полностью уверен в этом? – спросил я. – У них же еще осталась армия, и намного больше, чем у нас. А вдруг начнут атаковать?

– Такого не случится. Если они думают об объединении Земли, то не будут жертвовать людьми.

Возможно, это так. Но мне до сих пор тяжело поверить в это. Такой масштаб. Можно сказать, протест. Услышат ли нас правители? Слишком много вопросов. Но всё будет ясно уже сегодня.

Тем временем Линдон тоже был весь в напряжении. Он что-то делал за компьютером. Вообще, парень учится на программиста. И еще он хакер. И хотя такой род занятий практически канул в Лету, у него очень хорошие навыки. Возможно, он старается шифровать наши сообщения, чтоб нас не раскрыли раньше времени. Линдон, по моим данным, из Европейского Братства. Настоящее имя скрывает. 27 лет. Учится на 4-м курсе. Второе высшее образование, сначала выучился на программного инженера у себя на родине. Благодаря ему Общество пока не обнаружили, точнее, не раскрыли наши планы. Он создал программу, нечто вроде мессенджера. Также написал код шифрования, о котором знает только он, так что риск раскрыть нас с помощью сообщений минимален, если, конечно, никто не сдаст.

Полчаса прошли медленно и утомительно, словно полдня. В напряжении я спросил у Лу Лао, заместителя по разведке, готов ли он к началу.

– Полностью, – ответил он. – Никаких сообщений из правительства не перехватили. Вряд ли они знают, что мы хотим сделать. Это будет полной неожиданностью.

– Что-то не верится…

– Да, мы тоже сначала не поверили, но, похоже, они и не думают, что такое возможно, либо все-таки знают. 50 на 50.

– Надеюсь, это стоит того.

– Конечно, стоит. Слушай брата. Он хороший человек.

Осталось 5 минут до начала. Так сообщил брат, когда подошел к нему. И тут я спросил:

– А как же мы? Или армия войдет и в Бостон?

– Да, – ответил брат. – Один из генералов будет здесь. Так мы спокойно сможем передать требования и быть защищенными в случае чего.

На самом деле Гарвард находится в Кембридже, но Бостон и Кембридж разделены рекой, и поэтому фактически это как один город.

– А в какие города войдет армия? – спросил я брата.

– Генералов всего двадцать семь, и каждый будет удерживать свой город до выполнения требований. Семь из Американского Содружества Наций: это Бостон, Спрингфилд, Лос-Анджелес, Сан-Франциско, Хьюстон, Оклахома-Сити и Атланта. Трое из Бразилии. Из Нигерии – шесть. Из Европейского Братства – пятеро. Ну и наконец, последние шесть – из Восточного Объединения.

– А почему мы не берем столицы?

– Тогда это было бы похоже на захват власти. Но мы хотим лишь привлечь к себе внимание и добиться выполнения наших требований.

Я мало знаю о планах Общества. Брат посвящал в их реализацию лишь в общих чертах, но при этом все знали, что надо делать, и занимались своей работой. Например, я координировал генералов. Линдон занимался программой и не знал, как я работал с армией. А я не был посвящен в подробности его задач. То же самое с генералами. Они знали про Общество и были на связи с главами его подразделений. И я был в курсе связи с ними.

Возможно, брат так делал, чтобы другие не отвлекались от своей работы. Или чтобы не было утечек информации. Ламбр сосредоточил на себе все. И только он знал все в деталях, пока не придет время рассказать. Возможно, Общество и стало таким благодаря ему и его системе.

Вообще, характерами мы не очень похожи, в отличие от внешности. Оба по 179 см ростом. Глаза голубые, русые волосы у меня, а он брюнет. Брат, естественно, на вид старше, чем я. Я был добродушным парнишкой. А брат выглядел более мужественно. Характер как у капитана футбольной команды, но, тем не менее, вел себя сдержаннее, солиднее, как директор компании. Зато мы оба были подтянутые, как легкоатлеты. И действительно выступали на американских соревнованиях студентов университетов. И я, и брат показали себя хорошо. Взяли пару медалей, но золото нам все же не досталось.

Лу Лао был из Восточного Объединения, точнее, с территории бывшего Китая. Знаю, что он учился на разведчика. Тощий, как жердь. Возраст – лет 27—28.

А с Линдоном мы познакомились уже здесь. Брат узнал его раньше меня. Но, как я понял, Линдон сразу согласился с нами работать, потому что он любитель мировых заговоров. И сразу готов покончить с ними. На вид он довольно пухлый. Но не толстый. Я бы сказал, что руки накачаны, а вот живот запущен. Всегда ходит в солнечных очках и в легком шарфе. Волосы взъерошены, брюнет.

Когда-то мы с ним соревновались в армрестлинге. Не скажу, что у кого был перевес в победах. Но нам было весело. Если честно, хорошие были времена, есть что вспомнить, и я по ним скучаю.

Пока я вспоминал прошлое, Линдон сообщил о готовности к операции.

– Готово, все общества дали зеленый свет.

– Отлично! – ответил брат. – Дай и от нас зеленый и соединись с генералами.

– Есть!

Началась суматоха. Я сел на свое место справа от брата, пока он говорил Линдону, что сообщить генералам.

На самом деле мое участие в Обществе было поверхностным. Да, выполнял поручения брата: искал информацию, работал лично с генералами, участвовал в заседании американских обществ против объединения Земли. Но это было минимум от того, что делали другие. Почему так? Я не особо разделяю мысли брата. Но он мой брат.

Возможно, я думал, что, когда у меня будут дети, то буду делать все для них, как и для брата. И был такой шанс завести их. Но сейчас другое время. Сейчас нужно действовать.

– Осталось чуть-чуть, – сказал Ламбр. – Первый генерал начал выдвигаться в сторону Бостона. Скоро все начнется.

– Даже не верю, что все это правда, – ответил я.

– Да, сначала можно было так подумать, что до такого не дойдет и мы лишь занимаемся пропагандой, – ответил Ламбр. – Но мы накопили достаточно ресурсов для этого. За нашими спинами – армия, множество членов и союзных обществ. Надо действовать. Сейчас или никогда. Через 5 лет это всё было бы уже неосуществимо. И наше Общество, и наши идеи.

– Ладно, убедил, – ответил я. – Если моя помощь понадобится, готов всё сделать для этого.

– И правильно, ведь это всё, что у нас есть. Здесь наша семья.

– Возможно, ты прав.

– Генералы стали выдвигаться на свои позиции, – сообщил Линдон.

– Отлично, – ответил брат. – Скоро всё начнется. Ты подготовил сообщение?

– Конечно, – ответил Линдон. – Как ты и написал.

– Да, программа минимум и максимум.

– Что за программа? – спросил я брата.

– Минимум – это возможность сделать зоны либо даже своего рода государство де-юре, где не было бы таких рекомендаций и законов, как диктует Единое правительство. А максимум – это отмена Единой Земли и переход к системе существования 2020 года. То есть чтобы всё стало как прежде.

– И ты думаешь, они примут это? – удивился я.

– Да, они не захотят крови.

– Ну, возможно, ты прав. Буду на тебя полагаться.

– Хорошо, Иван.

Через секунду с нами связался генерал, который направлялся в Бостон. Его звали Макс Эндерсон. Он сообщил, что его войска входят в город.

Брат сказал мне, что армия займет только важные точки: мэрию, полицейские участки, все сооружения гражданской обороны, периметр города, а точнее, выезды из него, а также порты. И что войска не помешают населению.

Тем временем мы включили телевизор и сразу попали на экстренные новости про входящие в города войска. Причём показывали не только Бостон.

Нам сообщали, что многие улицы перекрыты военными. Никто не знает, что они хотят и с какими намерениями пришли. Сообщают, что в местной администрации не знают ничего про это, так как не было указаний.

Я понял, что дороги назад нет. Да, нас могут убить, хоть я знаю, брат говорил, что Единое правительство – это добрые люди, но местная администрация всё еще имеет силу внутри своей страны. Власти могут объявить нас преступниками и начать охоту. Или просто арестовать. Хотя смертная казнь и отменена по всей Земле.

– Итак, друзья, – начал брат. – Свершилось то, чего мы ждали многие годы. Я не верил вначале, что дойдет до этого. Но шанс есть шанс, и мы его используем. Вы все знаете меня и то, что я не отступлю от плана. Даже если дадут нам такие свободные зоны, буду рад. Я не хочу, чтобы произошло ужасное. Всё будет хорошо. Я верю в это. И вы вместе со мной. Пусть вернется то время, в котором мы жили раньше. Когда была свобода и нам не указывали, как нужно мыслить. Мы будем бороться!

Все единогласно поддержали Ламбра.

Через полчаса к нам зашел генерал Макс Эндерсон. С ним была еще пара военных, одетых словно агенты спецслужб из охраны президента. Сам Макс – бритоголовый мужчина африканского происхождения. Несмотря на возраст (ему было под 70), в нем чувствовалась жесткость. Чем-то он напоминал учителя физкультуры в американских школах. Возможно, когда-то и был им.

– Наши солдаты уже в мэрии, в полицейских участках и выставили кордоны на выезде из города, – сообщил Макс.

– Хорошо, как дела в других городах? – спросил брат.

Линдон послал сообщение в мессенджер, и через минуту ему ответили, что двадцать один генерал взял города, еще шесть уже вошли в них.

– Отлично, план в действии, – сказал брат. – Теперь нужно дождаться реакции властей.

Тем временем в Бостоне объявили чрезвычайную ситуацию. Также были новости и о других городах, куда вошла армия. Но ожидаемой реакции не было, никто с нами не связывался. В новостях только говорили, что армия зашла в города, но на этом всё.

А что, если у них есть секретное оружие или они выдвинут армию навстречу?

– Мне неспокойно, – заявил я.

– Ничего, Иван. Они выжидают. Наблюдают, что мы предпримем. Но и мы будем ждать так же, пока к нам не придет представитель власти. Всё будет хорошо, верь в это, – ответил Ламбр.

– А если они ничего не скажут?

– У нас есть запасной план. Конечно, это не захват власти в стране, но в городе будет всё по нашим законам тогда. Кто нам помешает?

– Ох, во что мы ввязались?

– Не беспокойся, Иван. Всё в наших руках. Ты же не хочешь, чтобы мир был таким, каким его описали? Не будет свободы мысли… Не будет мяса на прилавках… И нельзя злиться, хотя иногда это очень нужно. Как мы будем жить?

– Я понял. Да, это было бы плохо.

– Вот именно.

Мы сидели еще пару часов. Линдон что-то печатал на компьютере. Брат разговаривал с генералом Максом. А я думал. Мысли роились в голове. Правильно ли разрушать такой мир, который описали нам? Понимаю, что злость – это плохо. Да и убивать животных из-за еды, когда вокруг полно растительной пищи, не совсем правильно. Понимаю, что мысли порой заставляют людей убивать. Но стоит ли всё так радикально воспринимать?

Так я рассуждал несколько минут, пока не решил выйти на воздух. Здание штаба Общества выходило на Массачусетс-авеню. Рядом была станция метро «Гарвард-сквер». Через дорогу – корпуса университета. А правее тянулась сама авеню. Она была достаточно длинной. Проходила реку, разделяющую города Кембридж и Бостон. Пересекала автостраду Массачусетс, которая выводила из агломерации, и вливалась в Колумбия-рейд.

Возле метро я увидел военных, которые перекрыли авеню. Их было достаточно много, я насчитал человек двадцать-тридцать, да и еще с БМП М2 «Брэдли».

Следом за мной выскочил брат.

– Ты что? Сидим тут, пока к нам не подойдет представитель. И будем сидеть, сколько потребуется. Если что, у военных есть полевая кухня.

– Но мне душно. Надо было проветриться.

– Нельзя, чтобы нас видели на улице. Придется терпеть.

Я ничего не смог возразить брату. И зашел следом за ним.

Неужели мне придется сидеть в такой духоте долго? На самом деле я не любил тесные комнаты. Особенно когда там много людей.

Тем временем Линдон сообщил, что все города, в которые планировалась направить армию, полностью заняты.

– Итак, господа, – начал брат, – первая часть операции завершена. Города взяты. Осталось дождаться представителя правительства и выдвинуть свои требования.

– А почему мы первые не можем сообщить им? – спросил я.

– Нет, пусть покажут, что их желания и цели – не пустой звук. Если им все равно, что мы делаем, мы установим тут свои порядки. А если нет, они пошлют представителя, и мы тогда поговорим.

Оказалось, не все так просто, как я и думал. Да, брат умен, но откуда у него такое? Были бы родители живы…

– Вот наш план на ближайшее время, – продолжал брат. – Линдон, ты держишь связь с другими обществами на случай, если к ним выйдет представитель. Лу, следи, чтоб все сообщения правительства попадали к нам. Генерал Макс, верная армия правительства не должна застать нас врасплох, а представителя ведите к нам. Иван, ты будешь говорить с представителем и разъяснишь наши требования.

– А ты что будешь делать? – спросил я.

– Я соберу наших сторонников к университету и постараюсь, чтобы СМИ показали нас. Так они точно увидят, что у нас есть поддержка.

После этого он вышел и направился дальше по холлу.

Глава 2

Прошла неделя.

Мы по-прежнему сидим в Обществе. Хотя в новостях всё еще упоминают нас, но на самом деле показывают лишь один сюжет, рассказывая его каждый раз по-разному. От брата тоже нет вестей. А люди привыкли к солдатам. Уже не боятся и ходят мимо них, словно всегда так было: армия и мы. Из других городов также никаких новостей. Тихо.

Я все же решил пройтись по городу, хоть брат и говорил, что нельзя и мы должны сидеть на месте. Но Ламбра тут нет.

В десять часов утра я вышел, направился сразу в метро, на станцию «Гарвард-сквер», и поехал в центр Бостона. Выходя со станции «Парк-стрит», заметил: тут полно военных. Даже стоят пара танков «Абрамс». Сама станция выходит прямо к парку «Бостон-Коммон», который открылся в 1634 году и считается старейшим общественным парком США и в дальнейшем Американского Содружества Наций. Большинство бостонцев отдыхает именно здесь. Да и погода позволяет сейчас. Хотя из-за военных отдыхающих стало меньше. Парк больше походил на сквер: гладко скошенная трава, свежевысаженные деревца. Зато есть небольшой фонтанчик, вокруг него расположились столики и фургон, где продают хот-доги. И хоть это не сравнится с московскими парками, но для города, да и большинства мегаполисов Америки, такие парки – норма. Сначала мне было неуютно в таких скверах, но со временем он стал лучшим местом отдыха. Наверное, потому, что больше негде отдыхать и спокойно посидеть на природе в городе.

Я прошел чуть дальше от фонтана, и справа показался Капитолий штата Массачусетс. Вот там было особенно много военных, а на крыше – снайперы. Интересно, нельзя ли штаб Общества перенести в это здание? И работают ли еще представители штата? Впрочем, я пришел сюда не за этим.

Пройдя дальше, в глубь парка, я дошел до пруда, где резвятся дети. Сначала думал, что только у нас в стране купаются в грязных прудах, но нет. Здесь тоже такое есть. Сам пруд сантиметров тридцать-сорок глубиной. Зимой здесь заливали каток. На самом деле летом хорошо поплескаться в нем. Но среди детей мне быть не хочется. Если идти вдоль пруда, то в конце, левее, будет виден памятник солдатам гражданской войны. Монумент, похожий на колонну, на котором стояла фигура в униформе с американским флагом.

Дойдя до конца парка, я перешел Чарльз-стрит и сразу оказался в другом парке – «Паблик-Гарден», основанном в 1837 году. В центре его находится настоящий пруд, не такой, как в «Бостон-Коммоне». Здесь уже можно покататься на лодочке, и плавают утки, но люди не купаются. Хотя вода очень похожа на ту, что в предыдущем парке.

Я сел на лавочку на берегу озера под деревом и наблюдал, как мимо меня проходят люди с семьями. Интересно, они знают, что сейчас происходит в мире? Знают, что в городе есть Общество, которое борется за свободу мыслей? Я очень на это надеюсь. Да, понимают ли они, что тут происходит? Зачем армия? Я думаю, они смотрят новости и видели сюжет. Но надеюсь, что они не увидят войны.

Когда брат уходил, я решил идти за ним. Остановившись у выхода, он повернулся ко мне.

– Я знал, что ты пойдешь следом, – сказал он.

– Да, я думал, что ты останешься с нами и не выйдешь из здания, – ответил я.

– Я ухожу не просто так. Представитель приходил к нам и связался со мной. Я уезжаю в Вашингтон на переговоры с правительством Американского Содружества Наций.

– Что? А почему другим не сказал?

– Никто не знал, что приходил представитель. Связался он именно со мной. Поэтому я и уезжаю, – сказал брат.

– Надеюсь, они будут на нашей стороне. Удачи!

– Это да. Она мне понадобится. Переговоры будут длинными.

– А что, если они не примут нашу позицию?