Шаманка. Песнь воды
- -
- 100%
- +
Увидев меня, пришедшую в себя, Алмэ обрадованно воскликнула:
– Госпожа! Ох, как же я рада, что вы очнулись! – и шустро поставила поднос на столик в центре комнаты. Подойдя ко мне, присела на корточки и ласково погладила по волосам, – моей радости нет предела, мы все так переживали за вас. А Ньера… Это знак богов! Их высшее к вам расположение. Весь город сожалеет о том, что поверили когда-то безумной Енини, что плохо о вас думали. Вы ведь всего лишь беззащитное дитя…
Значит, не привиделось. Какие всё же люди… гибкие, скажем так. Когда было удобно, они на каждом углу указывали пальцем на малышку, виня её в том, чего она ещё не совершила, да и вообще совершить никак не могла. А стоило их священному озеру устроить представление со мной в главной роли, так записали Эльхам в некую избранницу богов и готовы поклоняться.
– Но всё это пока неважно. Вы побудьте тут, я быстро сбегаю к госпоже, обрадую её. Хотите, помогу вам перебраться за стол. Принесла горячий, только из печи, бульон. И отвар с волнушкой. Мне ещё нужно вам мазь нанести, вся спина и живот у вас в жутких синяках, – понизив голос до едва различимого шёпота, вдруг добавила она и как-то странно на меня посмотрела, – отметины, оставленные Ньерой. Вы прошли испытание, госпожа, вы остались живы…
Ох уж эти людские домыслы: что они там понапридумывали? Хотелось бы узнать, но говорить пока не могла, лучше уж я и правда поем. Желудок от этой мысли утробно зарычал, требуя пищи.
– Вот и я так же думаю, – улыбнулась Алмэ, помогая мне подняться, мне пришлось опереться о женщину и пошаркать к вожделенной пище. – Зок места себе не находит, себя винит в произошедшем, не углядел, не успел. Да и вообще, повелитель хотел его наказать за небрежение к порученной ему службе. Впрочем, Зок сам просился под плети.
От её слов меня передёрнуло.
– Но Повелитель мудр, решил дождаться вашего пробуждения и пока просто отстранил Зока от обязанностей.
– Ясно, – прохрипела я, медленно усаживаясь на стул.
И пока Алмэ бегала за мамой, первым делом выпила концентрированную настойку из волнушки. И так необходимая мне жизненная энергия появилась через пару секунд, стоило жидкости скользнуть в желудок. А после принялась за горячий бульон, с тонкими прожилками мяса. Это было вкусно, словами не передать как!
Газиса ворвалась в помещение на пятой ложке. Женщина явно спешила к дочери, её прекрасные глаза были полны тревоги.
– Эльхам! – она буквально подлетела ко мне и опустилась на колени передо мной. – Как ты себя чувствуешь, ничего не болит?
– Мама, болит всё тело. Но жить буду, не волнуйся, – я ответила честно, зачем умалчивать, что мне действительно больно.
– Конечно, будешь жить. Я позабочусь, чтобы все синяки сошли как можно быстрее! – облегчённо выдохнула она и погладила меня по острым коленкам, прикрытым тонким платьицем. – Сильно устала, хочешь спать? – я чувствовала, что эти вопросы были заданы не просто так.
– Я не хочу почивать, – прислушалась к себе и поняла, что нисколько не покривила душой.
– Хорошо. Тогда доешь спокойно, а я схожу за отцом. У нас есть вопросы, и только ты сможешь на них ответить.
Мы сидели друг напротив друга, втроём. Больше никого в комнате не было.
– Я не смогла сопротивляться силе воды. Зок ни при чём, думаю, он бы и не смог меня удержать. Ньера не позволила бы.
– Ты так говоришь о великом озере, будто оно живое, – покачал головой папа, внимательно слушая мой рассказ.
– Оазис однозначно живой, – выдохнула я, уверенная в только что сказанном, – у него есть душа. И воды Ньеры стремились поделиться со мной своей силой. Я была так рада, просто счастлива оказаться рядом с озером. Сердце полнилось покоем и ожиданием чуда.
– На тот момент, глядя в твоё искажённое мукой лицо, я бы так не сказал.
– Понимаешь, – проведя пальцем по гладкой ручке кресла, задумчиво протянула я, – не оазис хотел причинить мне боль, а что-то иное. Некий дух, охраняющий магию нашего мира.
– Раз ты жива, – спокойно отметил Горн, – значит, испытание прошла.
И это не было вопросом, отец утверждал.
– Думаешь, ежели не сдюжила, то мне бы не дали жить дальше?
– Да, – вождь наклонился чуть вперёд, впиваясь своими тёмными глазами мне в лицо и вдруг чётко, разделяя каждое слово, спросил: – откуда ты так много знаешь?
Ожидаемый вопрос. Ответ на него я подготовила уже давно, ещё когда смотрела на всех вокруг, не имея возможности ни пошевелиться, ни открыть рот.
– Я не знаю. Много всякой информации – вот тут, – постучала пальцем по виску, – откуда она не ведаю. Моё тело было для меня клеткой, без возможности говорить с вами, без шанса встать и куда-то пойти. До того, как осознала себя, я пребывала словно в тёмной комнате, где нет ничего, только книги.
– Книги? – отец переглянулся с матерью и медленно кивнул. – Они великая ценность для всех нас. У нас есть только свитки, а вот книги – найти их непросто, и они обычно баснословно дороги. Сможешь рассказать, что именно ты из них вычитала?
– В том то и дело, что знания приходят в тот момент, когда я в них сильно нуждаюсь, – я лгала, но пока не готова была засесть за написание учебника.
– Хмм, – вождь наннури замолчал, его глаза смотрели точно на меня, словно он хотел прочитать мои мысли. – Как ты себя чувствуешь? – наконец-то сменил тему.
– Пока непонятно. После настойки из волнушки полегчало, а до того сильно болело всё тело и ныли кости, – вздохнула я, чувствуя, как слипаются глаза. Вроде минутой ранее была бодра и готова вести долгие беседы, но неожиданно, словно из меня вынули стрежень, растеклась лужицей по креслу и едва не засопела.
Меня бережно подняли на руки и уложили на кровать.
– Спи, дочка, набирайся сил. А ответы мы найдём позже.
"Если они вообще есть", – подумала я засыпая.
Глава 15
Неделя. Прошло целых семь дней, когда со мной ничего не происходило.
То есть совсем.
Я ела, немного прогуливалась и то лишь по своей комнате или до веранды и обратно – на большее не хватало сил.
И спала, очень много спала. Но, главное, по ночам меня не тревожил никакой, сводящий с ума, зов хатэ почившей шаманки.
Сон оказался на удивление глубоким, мне ничего не снилось. Не знаю, но каждый раз просыпаясь, думала, что странное состояние наконец-то прошло, поскольку чувствовала себя полностью отдохнувшей и готовой на свершения. Вот только через час батарейка садилась, и я снова сладко посапывала на своей кровати или софе. В периоды бодрствования внимательно слушала болтовню служанки, щедро делившуюся со мной слухами.
– Твоё тело меняется, – услышала я чей-то незнакомый голос, достаточно молодой, если судить по интонации и звонкости. Распахнула глаза, чтобы тут же встретиться взглядами с пожилой женщиной. Добрые светло-карие очи смотрели на меня с любопытством и неким интересом исследователя, приметившую невиданную доселе зверушку.
– Доброе утро, – вежливость – наше всё! – А вы кто?
– И тебе светлого утра, маленькая Шариз-Эльхам. Меня зовут Маглия, – ответила та, довольно улыбнувшись, – я лекарка двух оазисных поселений. Вот сегодня только пришла к наннури. И твои родители тут же попросили меня прийти к вам в дом и осмотреть тебя.
– И как? – я продолжала лежать и изучать сидевшую рядом со мной целительницу.
Женщина возрастом между шестьюдесятью и семьюдесятью; вот глянешь, чуть наклонив голову – вполне моложавая дама, посмотришь в другом ракурсе и перед тобой пожилая добрая тётушка. Глаза большие с разбегающимися по внешнему краю многочисленными лучиками – человек явно любил улыбаться. Впалые щёки с на удивление здоровым румянцем на высоких скулах. Кожа пергаментная с бронзовым загаром. Множество морщин на лице и дряблая кожа на шее. Мой заинтригованный взор опустился ниже – на руки. И да, ей где-то лет шестьдесят, не больше. Именно по ладоням можно более-менее точно определить сколько лет человеку.
– Ничего плохого не вижу, – ответила она, – просто твоё тело меняется под действием магии, поселившейся в тебе. Выгнать её оттуда уже не представляется возможным. Тебе придётся жить с этой силой до самого конца.
– Но я ничего не чувствую, только сплю всё время.
– Потому и не замечаешь очевидного, – и резко схватила мою тонкую кисть с явным намерением вывернуть. От её стремительно броска я напряглась, ожидая боли, но у новой знакомой ничего не вышло. А я очумелыми глазами смотрела на свою ладонь, крепко обхваченную рукой Маглии, и не чувствовала боли, едва заметное давление, но… и на этом всё. – Это и хорошо, что не замечаешь, – отпуская меня, кивнула целительница, – иначе тебе стало бы страшно. Уже сейчас ты не совсем человек.
– И теперь я точно не смогу иметь детей? – невольно вырвалось, потому что когда-нибудь я очень-очень хотела нянчить своих малышей.
Лекарка вдруг резко ко мне наклонилась – буквально к самому лицу, едва не коснувшись своим острым носом моего:
– Сможешь. Даже если примешь силу хатэ шаманки. Теперь те знания, заключённые в шапке – это просто карта с подсказками, что позволит тебе быстрее совладать с даром мира.
– А откуда ты так много знаешь? Ты не шаманка, не магиня… тогда как?
– Правильные вопросы задаёшь для восьмилетнего ребёнка, – уголком губ усмехнулась моя собеседница и откинулась на высокую спинку стула. – Я просто чувствую, магии во мне нет почти, так, крохи.
– Получается, что я пока единственная в своём роде?
– О-о-о, нет, милая моя Эльхам. Мир наш огромен, и магов в нём достаточно.
– Тогда они наверняка хорошие люди, – в моём голосе слышалась неприкрытая надежда. А что? Ведь тот дух искал во мне чистые помыслы, чтобы решить достойна ли я, али нет, поэтому логично предположить, что и другим выпало такое же испытание.
– Стражей, открывающих путь к источнику силы, много. И характеры их могут сильно отличаться, как и мотивы. Ты познакомилась с тем, что бережёт магию нашей Ньеры, но не факт, что он защищает иные оазисы, или другие водные источники. Поэтому, Эль, как ты уже поняла, и маги разные среди них много как хороших, так и плохих. Есть и те, что были светлыми, а перешли на тёмную сторону.
– И никакого наказания от стражей? – удивилась я.
– Они только открывают путь, дальше влиять на события и личность человека уже не в состоянии.
– Откуда ты так много знаешь и столь интересно говоришь, словно училась в высшей школе.
– А ежели и училась? – хитро прищурилась Маглия. – Я не наннури и не ксаенна. Пришла сюда издалека и решила остаться. Понравилось мне у вас.
Я просто кивнула, задумчиво глядя в распахнутое окно на синее-синее небо и восходящее светило. Красивое зрелище.
– У нас есть волнушка, зачем тогда людям целители?
– О, не все раны ведь телесные, – туманно ответила лекарка.
Мы помолчали ещё пару минут, я всё так же глядела на прекрасный восход. А через некоторое время краем глаза заметила движение и тут же повернула голову к уже подошедшей к двери гостье.
– И долго моё тело будет перестраиваться? – уточнила, ибо надоело быть полусонной мухой.
– Точных сроков не ведаю. Просто наберись терпения.
– Спасибо, – благодарно выдохнула я, поскольку женщина и правда развеяла начавшие меня одолевать страхи и сомнения. А вдруг я теперь до конца жизни буду вот так отключаться в самый неподходящий момент? Мне такого и даром не нать и с магией тоже.
– Спи, возможно, что потом сон для тебя станет непозволительной роскошью, – напоследок выдала она и плотно закрыла за собой дверную створку.
Надеюсь, её слова не окажутся пророческими, хватит с меня предсказаний неизвестной шаманки Енини. Повернувшись набок, прикрыла веки. И правда, надо бы отдохнуть немного…
– Маленькая госпожа! – взволнованный голос Алмэ, вырвал меня их мягких объятий Морфея и заставил резко сесть в кровати. – Простите меня! Я вчера очень сильно устала и забыла обновить огненные камни в жаровне!.. Сильно замёрзли? – голос девушки дрожал от переживаний, сама она в это время выкладывала щипцами в опустевшую жаровню новую партию "топлива".
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.