Давай никому не скажем

Глава 4

– Приятно познакомиться, – отмираю, почти совладав с эмоциями. Но, когда протягиваю ему руку, ладошка предательски дрожит.

И почему мне так не везет в жизни? Стоило всего один раз изменить своему правилу и вот результат! Как там полагается себя вести в таких случаях, кто знает? Стремно признать, но ни в одной из книг, которые я тоннами проглотила, когда вошла в череду неудачных отношений, ничего не было сказано о такой ситуации. Неужели, в моем случае психология дала сбой, и ни одному врачу не пришло в голову описать нечто подобное?

– А мне как приятно, – явно издеваясь над моими багровыми щеками, отвечает Артур. Он, показательно вежливо, подхватывает мою руку и целует ее тыльную сторону.

Если не знать историю нашего близкого знакомства, то этот жест выглядит весьма галантно. Я же смущаюсь еще больше. Особенно, заглянув в его глаза, в который сейчас пляшут чертята.

Артур обходит меня и садится напротив за стол, на ходу застегивая рубашку.

– Ты не выносим! – восклицает Елена Викторовна. – Неужели так трудно было прилично одеться к столу?

– Должен же кто-то быть паршивой овцой в этой идеальной семье. – Спокойно отвечает ей Артур. – Я просто решил взять на себя эту почетную миссию.

Все это выглядит несколько комично со стороны. Я ведь привыкла уже считать всю их семью образцом элегантности и интеллигентности. Но появление Артура за минуту смахнуло налет идеальности со всего семейства. И даже этот дом, слишком большой для одной семьи, перестал быть таким уж давящим на виски.

Слава Богу, Глеб перехватил инициативу и повернул ход беседы в другое русло. Я старалась держать марку и не терять умного выражения лица. Но вот же беда, то и дело взгляд соскальзывает в сторону Артура. Каждый раз стараюсь быстро себя одергивать, но так, чтобы этого никто не заметил. Не знаю, как все, а вот Артура явно забавляет мое поведение. Чувствую себя маленькой девочкой, которая совсем запуталась и не знает, что делать. Помнится, Алиса блуждала в Зазеркалье. Ну, а мне остается хотя бы делать вид, что все нормально. Из своего Зазеркалья я выберусь не скоро.

За сменой блюд и болтовней время пролетело быстро. Я даже успела взять себя в руки и перестать вздрагивать всякий раз, как наши с Артуром взгляды встречались. И, кажется, зря так рано потеряла бдительность.

Неожиданно я почувствовала, как кто-то проводит по моей ноге под столом. Вздрогнув, столкнулась с наглым взглядом напротив, и догадка превратилась в уверенность. Боже, он совсем с ума сошел? Вот так просто? Фактически под носом у моего мужа?

Мозг лихорадочно закипает, а голова кружится от избытка чувств.

Как поступить? Запретить ему? Крикнуть? Возмутиться? Сделать вид, что ничего не происходит?

В ужасе, я выбираю последний вариант. Нет, только скандала мне не хватало. Свекровь и без того смотрит на меня, как на вошь. А стоит ей понять, что между мной и ее младшеньким что-то было, как мои шансы стать им ровней сольются с понятием «ниже плинтуса».

Молодец, Кирочка, вляпалась по самые уши.

Пытаюсь движением ноги незаметно смахнуть его руку. Но не тут-то было. Кажется, теперь хватка стала еще крепче. В панике закидываю ногу на ногу, стараясь хоть так дать понять этому негодяю, что его замашки неуместны.

Артур улыбнулся едва заметно, только уголками губ. Но руку свою, все же, убрал. Почти победа. Если не считать того, что кожа предательски горит в месте прикосновений. Моя слабость к этому мужчине никуда не делась. И кольцо на безымянном пальце ситуацию никак не изменило.

– Помнится, для круглой даты вы хотели отложить бутылочку элитного французского вина, – вспомнил внезапно Глеб. Хотя, зачем такие изыски? Спиртное и так есть.

Но, видно, у богатых свои причуды.

– Да. Так и есть, – неожиданно подхватывает идею свекр. – Мы же припасли бутылочку Шато Гранд Крю восемьдесят пятого года. Оно в погребе, я сейчас принесу.

– Давайте лучше я схожу, – предлагаю, вставая из-за стола. Похоже, это единственный способ сбежать от назойливой руки, которая опять легла на мое колено под столом.

Все присутствующие посмотрели на меня в недоумении, но никто не стал протестовать. Тем более, я уже встала.

– Хорошо, – соглашается Александр Иванович, – она в погребе, на верхней полке справа.

Я киваю и радостным дельфинчиком быстренько смываюсь из комнаты, почти гордая собой от того, что так ловко выбралась из капкана.

Спускаюсь в погреб, не забыв предварительно включить свет. Черт, теперь понятно, почему за столом все так удивились моей инициативе. По такой крутой лестнице только на шпильках гулять. Если вернусь целой и на двух ногах, это будет чудом.

С трудом мне все же удается удачно спуститься вниз. Осматриваю комнату. Что он там говорил? Верхняя полка справа? Ага, вот она, родимая. Осталось только найти стул, на который мне нужно забраться, чтобы достать коллекционную бутыль. Кручу головой, но ничего подходящего не вижу. Что же делать? Если вернусь в гостиную за стулом, то буду выглядеть совсем уж полной кретинкой. Боже, пожалуйста, помоги. Я буду хорошей девочкой, обещаю.

– Помощь нужна?

От внезапно прозвучавшего вопроса я, чуть вскрикнув, подскакиваю на месте. И, не поворачиваясь, сразу понимаю, кого прислал Боженька мне в помощь.

Резко разворачиваюсь на каблуках. И тут же утыкаюсь носом в крепкую грудь, упакованную в белую рубашку. Вот только, ему даже татуировку обнажать не надо, я будто так и вижу ее сквозь плотную ткань.

– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю, поднимая взгляд к его лицу.

– А ты? – насмехается он надо мной.

– Я пришла за вином, – отвечаю упрямо.

– И как успехи? – язвит Артур, уже открыто надо мной посмеиваясь.

Надо же, какой умник. Так бы и стукнула по этой ухмылочке. Неужели, не понимает, что видеть его здесь и сейчас мне совсем не хочется?

Наверное, я бы и дальше мысленно рассуждала о вариантах моей мысли. Только Артур совсем не собирался давать мне такую свободу. Резким движением он притягивает меня к себе за талию. От неожиданности я вскрикиваю. Вот только крик мой больше похож на страстный стон.

Да что такое творится со мной в его присутствии?

По венам струится ток, а живот уже свело предательской истомой. Воспоминания о лучшем сексе в моей жизни радостно промчались в мозгу, мотивируя на новые подвиги. Но я ведь не марионетка безвольная. Конечно, я смогу дать отпор этому нахалу.

– Отпусти! – шиплю ему в лицо.

– Тебе не нравится? – обжигает кожу на лице дыханием. – Тогда зови на помощь.

Вот же мерзавец! Знает же, что я не стану этого делать, потому что у самой рыльце в пушку. А Глеб, наверняка, не простит измены накануне свадьбы. Как знать, в порядочности младшего брата моего мужа уверенности нет. Вернее, наоборот, я не сомневаюсь, что он легко сдаст меня мужу, изобличая в сексуальных подвигах.

Мужчина наклоняется к моей шее и проводит языком по голому участку кожи. Меня словно током обдает, а в живот бьет очередная порция возбуждения.

Как же так? Неужели, он хочет разрушить мою жизнь?

– Громко думаешь, детка, – шепчет мне в ухо этот засранец. – Лучше помолчи.

С ужасом и трепетом я отмечаю, как его рука скользит от моей талии к бедру и ниже, к подолу платья. Быстро задирает ткань и почти тут же касается трусиков. Я и пискнуть не успеваю, как он ловко отодвигает ткань и надавливает на клитор. Из горла вырывается хриплый стон.

– Вот так, детка, – подстрекает меня на грех этот змей-искуситель.

Снова сдавливает клитор и круговыми движениями разгоняет возбуждение. И, о, ужас! Вместо того, чтобы гордо оттолкнуть от себя эту наглую руку, я трусь о нее, как кошка. Наверняка, я буду за это гореть в аду.

Мужчину мои метания вообще не волнуют. Он раскатывает влагу, которой позорно много, по половым губам, и снова массирует клитор. От его манипуляций волна удовольствия сбилась в животе, чтобы потом разлететься на тысячи осколков. Забыв обо всем на свете, стону от удовольствия. Хорошо, что хоть один из нас сохранил остатки разума, и мужчина догадался зажать мне рот рукой. От этого мои стоны получились едва слышными. Но оргазм размазал безвольной тряпочкой.

Окончательно потеряв лицо, я открываю глаза. Он больше не смеется. Вообще, даже кажется, что черти в его голове окончательно сошли с ума, а терпение мужчины на грани. Вот-вот сорвется, бедолага, даже немного жаль его.

– Пусти, – шепчу, когда он опускает руку, которой зажимал мне рот.

Как ни странно, он сразу послушался. А я тут же стала поправлять платье, мысленно надеясь, что все так, как было.

Артур ловко достает бутылку с верхней полки и протягивает мне.

– Держи. И постарайся не уронить, – рычит он совсем не любезно, намекая на мою неуклюжесть, – справишься?

– Твоими молитвами, – в тон ему огрызаюсь я.

Подхватив одной рукой бутылку, а второй подол платья, и не забыв гордо вскинуть голову. Поднимаюсь по лестнице. Я даже не оборачиваюсь, чтобы убедиться, что Артур выбрался благополучно. Все мои мысли заняты только тем, что произошло между нами только что.

Не знаю, что делать дальше. Как перестать на него реагировать – ума не приложу.

Похоже, ясно лишь одно – просто нам не будет.

Глава 5

– Почему ты раньше не рассказывал о том, что у тебя есть брат? – спрашиваю Глеба, когда наш автомобиль выехал за ворота отчего дома.

Сказать, что я зла на него – ничего не сказать. Ведь я могла бы хоть морально подготовиться к этой внезапной встрече. И не чувствовала бы себя настолько глупо. Теперь же я выставила себя полной идиоткой. Не только перед его, как оказалось, младшим братом, но и перед родителями.

Конечно, намного проще обвинять кого-то в своих ошибках. Вместо того, чтобы признаться самой себе в том, что Глеб тут не при чем. Даже, если бы я знала о наличии у моего мужа брата, то вряд ли могла предположить, что именно он окажется моим соседом, о котором мне следовало забыть месяц назад.

– Мы мало общаемся, – отвечает муж. – И я не думал, что увижу его сегодня. Он редко бывает в этом доме.

Странно. Ведь жизнь в этой семье дает такие возможности, о которых можно только мечтать. Разве кто-то в здравом уме откажется от всего этого добровольно ради сомнительного удовольствия обитания в старой однушке?

– Редко бывает? Почему?

Глеб включает поворотник, плавно притормозив, поворачивает в сторону города.

– Артур всегда был бунтарем, даже в детстве. Ему непременно нужно все сделать по-своему. – Когда Глеб говорит это, я почти кожей ощущаю, что ему этот разговор неприятен. Но отказаться от расспросов не могу. – Из-за этого у него были постоянные ссоры с отцом. И три года назад, после еще одной крупной ссоры, Артур ушел из дома, пообещав, что больше туда никогда не вернется.

Эгоист и бунтарь – прекрасный выбор, Кирюша. Все, как ты любишь. И все, как обычно. Ты безошибочно вытянула свой привычный сценарий, от которого столько раз омывала слезами постель. Видно, мой психолог поработал не очень добросовестно, если я все еще притягиваю в свою жизнь таких типов.

– А чем он занимается в жизни? – я спрашиваю, уже понимая, что ничего серьезного этот парень не может из себя представлять. Хотя бы в силу того, что меня к нему тянет.

– Я толком не знаю, – говорит Глеб, ловко перестраиваясь в крайний правый ряд. – Что-то, связанное с машинами. Он целыми днями пропадает в гараже и копается в двигателях автомобилей, насколько я знаю.

М-да, Кирюша, это джек-пот среди всех твоих неудач. Венец безрассудства и глупости. И как только тебя угораздило связаться с ним?

– Но…, – обдумываю сказанное, – разве не проще было бы воспользоваться связями отца и организовать бизнес? Раз так нравятся автомобили…

Глеб чуть заметно улыбается. Как всегда, снисходительно, если я предлагаю то, чему никогда не дано случиться.

– Он сказал, что хочет всего добиться сам.

Я когда-то уже выгрызала свое место под солнцем, добиваясь всего сама. И я знаю, как это чертовски непросто. И, конечно, я бы ни за что не стала так рвать душу, если бы у меня были такие родители, как у моего мужа. Тогда я бы и добиться в жизни смогла гораздо большего. И нервы бы сохранила. И не бегала бы так часто к психологу.

– И много уже добился? – выдыхаю устало.

– Нет, конечно. Но он упрям и никогда этого не признает.

Упрямый эгоист. Чудесный выбор, Кирочка. Хорошо еще, что хватило ума не втрескаться в него по уши месяц назад. Впредь буду умнее.

– Но, если он сказал, что в дом больше не вернется, – рассуждаю я, – как тогда он оказался сегодня в числе приглашенных на семейное торжество?

– Запомнила, да? – подмигивает мне Глеб. – Мать настояла на том, чтобы он пришел. Я почти уверен, что ей пришлось его уговаривать. Хоть они оба в этом не признаются.

Это объясняет его нахальное поведение за семейным столом и эффектное появление. Он всем своим видом показывал, насколько безразличны ему строгие устои этого дома, хоть он и вырос в нем. Да и мне, положа руку на сердце, все еще трудно привыкнуть к той натянутой атмосфере, которая царит в доме. Так и хочется что-то разбить или сдвинуть с места, чтобы не было этой вычурной идеальности, от которой хочется бежать на край света.

Тем временем, мы доезжаем до нашего дома. Выходим из машины и поднимаемся на лифте. Я все время, раз за разом, прокручиваю в голове сегодняшнюю встречу. Ине могу отделаться от мысли, что мне снова было очень хорошо. Я месяц пыталась забыть, насколько хорошо. А он напомнил об этом в считанные минуты.

– О чем задумалась? – возвращает меня в реальность голос Глеба.

– А? – чуть вздрагивая. – Думаю о том, как сильно вы не похожи с братом. Даже не верится, что вы родные.

Глеб пожимает плечами.

– Наверное, это потому, что у нас большая разница в возрасте. А младшеньких всегда балуют.

– Правда? А сколько ему лет?

– Двадцать семь.

– Оу! – вырвалось у меня.

Не то слово «оу»!

Упрямый эгоист, готовый в любой момент разрушить мою жизнь, который моложе меня на десять лет. Полный набор того, что я всеми силами стараюсь избегать в мужчинах.

Как только угораздило так попасться?

Полночи я не могу уснуть от мыслей, которые раздувают дурную голову. Ясно, что нужно выработать правильную линию поведения и не пускать слюни на запретного брата моего мужа. Вот только как это сделать?

Утром я сижу в кабинете своего психолога и рассказываю обо всем, что произошло в этот вечер. Я не рассказывала ему о спонтанном сексе с соседом. Так что пришлось поведать и об этом тоже.

– Все ясно, – заявляет специалист по моей упрямой психике, – этот Артур – типичный провокатор.

– Вы думаете? – переспрашиваю.

– Конечно! – отвечает психолог уверенно. – Своим поведением он ставит вас в неловкое положение, и таким образом самоутверждается за ваш счет. Это от того, что у него заниженная самооценка и неуверенность в себе.

– Вы думаете? – снова переспрашиваю я.

Не уверен в себе? Как-то не похоже. Мне даже показалось, что он слишком в себе уверен.

– Я уверен, – заявляет психолог авторитетно. – Попробуйте игнорировать его манипуляции. И увидите, что он очень быстро потеряет к вам интерес.

Игнорировать? А что, можно! По крайней мере, это самое простое решение сложившейся ситуации.

Глава 6

Вчера, когда ничего не предвещало беды, в моем офисе неожиданно прорвало трубу. Пока этого не произошло, я даже представить себе не могла, что такой ущерб может нанести помещению какая-то труба отопления. Хорошо еще, что технический прогресс давно постучался в наши двери, и большинство сотрудником смогли спасти документы и важные файлы, просто схватив свои ноутбуки и выбежав с ними во двор.

Конечно, я вызвала бригаду. И мне даже обещали се починить за один день. Но, черт возьми, на этом сюрпризы не закончились. По договору аренды, который я подписала еще три года назад, ремонт теперь тоже ляжет на мой карман. И, самое дерьмовое во всей этой истории, – наша компания лишилась офисного помещения на все время, пока идет ремонт.

«Не страшно, – успокаиваю я себя, – прорвемся!»

Конечно, прорвемся. Ведь мы живем в двадцать первом веке. Да прибудет с нами сила технического прогресса! Работаем из дома, улыбаемся и держим клиентов в бодром неведении своих проблем. Никто не любит неудачников, нужно держать лицо.

Удобно устроившись за небольшим столиком в своей квартире, я провожу рабочее совещание по скайпу. Когда-то эта квартира служила мне домом. Теперь спасает мой бизнес, удобно оказавшись «под рукой» в момент жизненных неурядиц. Конечно, я могла бы остаться в нашей с Глебом квартире. Но тут мне гораздо уютнее. И работается легче. В общем, сама не понимаю, в чем магия этого помещения. Может быть, в том, что, заработав однажды на первое в своей жизни отдельное жилье, я воспринимаю его, как место силы?

– Что с Василевским? – спрашиваю в экран руководителя отдела продаж. Задачу обработать известного бизнесмена Василевского до состояния «готов заключить любой контракт» я поставила своему отделу продаж еще две недели назад.

– Пока негусто, – радует меня наш продажник, – старик слишком хитер и хочет слишком много за небольшие деньги.

Боже, и этому кретину я плачу деньги? Неужели, опять мне придется все делать самой?

– Паша, две недели и никакого результата?! Чем ты занимаешься вообще? – вырывается у меня.

От возмущения меня распирает, и это я еще сдерживаюсь. Почему? Ну, почему, имея при наличии целого штата сотрудников я должна все делать сама? Ничего нельзя им доверить!

Паша, чуть заикаясь, начинает оправдываться. Но я не слушаю его. А все потому, что в балконном проеме появляется хорошо знакомая фигура с татуировкой на груди. Я легкомысленно оставила дверь на балконе открытой, а он, о Боги!, снова без рубашки.

Собери слюни, Кирочка, и вернись к работе! Помни, что говорил тебе психолог. Этот мужчина – провокатор, он опасен для тебя. Игнорируй, и он вернется в свою берлогу, не солоно хлебавши.

Я усилием воли возвращаюсь глазами в экран монитора, где «обласканный» моим гневом Паша, все еще развивает тему. Нет, так не годится, мне не нужны его оправдания, мне нужен результат.

– Значит так, – прерываю его невнятный монолог строгим тоном, – бери еще неделю и достань мне этот контракт!

Паше ничего не остается, кроме как согласиться. А я краем глаза подмечаю, как Артур вошел в комнату, даже не спросив разрешения. Он теперь считает, что может находиться здесь, как у себя дома? Я не приглашала его. Это просто наглость и его юношеский максимализм. Слежу за каждым шагом этого нахала, как кот за мышью. Надо сказать, каким-то чудом умудряюсь не терять нити разговора. Иногда я бываю поразительно талантлива, жаль, нечасто.

С презрительной ухмылкой на губах Артур подходит к столу. Он снисходительно смотрит на меня сверху-вниз. И по его взгляду становится понятно, о чем думает этот негодяй.

Даже и не думай, козлина, я на работе! Посылаю в его сторону такой убийственный взгляд, от которого этот несчастный должен был бы сразу провалиться сквозь землю. Но ему хоть бы хны, стоит и лыбится, зараза. И самое паршивое во всем этом, что мой, якобы, игнор не привел к нужному результату. И где психолог, когда он так нужен? К черту его! Хоть полюбуюсь на это совершенное тело, раз оторвать от него взгляд все равно не могу.

Черт, и почему меня так тянет к нему? Ну почему я не могу так течь от одного взгляда его брата и по совместительству моего мужа? Какая-то вселенская несправедливость и подлость жизни. В то время, как Глеб – просто идеальный для меня мужчина, я, как последняя сучка, теку от одного взгляда на его подлого братца.

И так не вовремя все это, черт возьми! Сжимаю бедра, чтобы этот нахал не догадался о том, что происходит с моим телом сейчас. А, тем временем, во мне уже бушует ураган, вызвавший настоящий пожар между ног.