- -
- 100%
- +
Глава 1
Бряцнув наручниками, рычу в голос. Очередная попытка освободиться закончилась полным провалом. Металл только больнее впился в запястья, руки покалывает от неудобного положения. Простыни под задницей скомкались и неудобно собрались в складки.
– Чертов ублюдок! – выплевываю громко.
Знаю, что он слышит меня. Двери в комнату открыты, Денисов ни за что не упустит возможности поиздеваться. Этот мудак питается моим бессилием. Потому, что привык ломать самых строптивых своими извращенными методами.
– Ненавижу тебя! – кричу во все горло. – Ненавижу! Ненавижу!
Слова разлетаются по комнате. В ответ тишина. Мерзавец играет на нервах. Он привык получать свое, во что бы то ни стало. Но меня он не получит! Больше не получит!
Откинув голову назад, больно впиваюсь затылком в кованную спинку кровати. Переполненный мочевой начинает болеть. Но просить у этого гада об обыденной нужде еще более унизительно, чем, проснувшись утром, обнаружить себя в незнакомой квартире, прикованной наручниками к кровати.
В бессильной злобе снова дергаю руками. Боль в запястьях отрезвляет, рычу в голос.
– Что может быть сексуальнее, чем любимая женщина в моей постели? – насмешливый голос проносится по нервам, от злости в голове начинает пульсировать.
Когда-то я была готова на все ради этого мужчины. А теперь мысленно подбираю орудие убийства.
– Ты в курсе, что похищать человека противозаконно? – шиплю сквозь зубы, подняв голову.
Смотреть в его ледяные глаза оказалось той еще пыткой. Слишком свежи в памяти воспоминания о том, как счастливы мы были. Вернее, это я думала, что были мы. А он просто играл в любовь.
– Ты моя жена, – сообщает спокойно мужчина, – я всего лишь забрал свое.
Самоуверен, как всегда. Когда-то именно это его качество и свело меня с ума. Теперь я знаю ему цену.
– Я перестала быть твоей, Денисов! Никаких прав на меня у тебя не осталось! Твои собственнические замашки вызывают у меня тошноту. Какого черта ты еще от меня хочешь?! – рычу, снова дергая руками, которые начали ныть от неудобного положения.
Мужчина подошел к кровати. Наклонившись, он обхватил мой подбородок. Пальцы больно впились в щеки.
– Твоя дерзость всегда меня возбуждала, – говорит, ухмыляясь.
Его взгляд скользнул по моему лицу и замер на губах. Инстинктивно рот наполнился слюной. Тело всегда реагировало на этого мужчину, и даже теперь оно напряженно ждет от него ласки. Внутренний протест, смешанный с досадой, сжимает горло. Я не дам этому ублюдку победить. Больше никогда! Со всей силы, на которую способна, плюю ему в лицо.
Выражение лица Денисова трудно переоценить. Мстительная радость прокатилась по венам сладким ядом. Мужчина ослабил хватку, скрипнув зубами.
– Не хочешь по-хорошему, – шипит он зло. – Будет по-плохому.
По спине пробежал холодок. Я не знаю, на какие еще подлости способен этот гад. Но точно знаю, что ломать людей он умеет мастерски. Смотрю в ледяные глаза, в которых нет и тени прежней страсти. Что бы не говорил, этот мужчина стал для меня чужим в тот день, когда я застукала его с другой. Более обидного оскорбления, чем секс с секретаршей во время нашего медового месяца придумать сложно. И в тот миг я была уверена – о самое светлое, что есть в моей душе, вытерли ноги.
Что еще он может мне сделать? Изнасиловать мое тело? Морить голодом? Держать на цепи? Все кажется таким мелким и ничтожным теперь.
Подтягиваю руку, метал наручников со скрипом прокатился по завиткам изголовья кровати. Показываю мужчине средний палец.
– Вот, что ты получишь! – шиплю зло, глядя ему прямо в глаза.
Денисов тут же хватает мой палец, больно сжимает его в руке.
– Еще раз посмеешь так сделать, – предупреждает он, – и я оторву его к черту.
Мужской парфюм наполнил легкие. Всегда считала этот аромат слишком навязчивым и тяжелым. Теперь же от него разболелась голова.
– Пусти! – ору ему в лицо. – У меня теперь своя жизнь и свои планы. Я не мешаю тебе трахать все, что движется. А ты не мешаешь мне! Такой был уговор?
Денисов ухмыльнулся.
– Можешь об этом забыть, – говорит он.
Невыносимый человек. Дайте мне кто-нибудь пушку, чтобы пристрелить его!
– Неужели?! – спрашиваю язвительно. – Что же изменилось? У твоей секретарши ранний климакс?
– Планы изменились, – заявляет Денисов, – мне нужна жена.
– Могу дать тебе развод в любой день, который скажешь. Женись на своей потаскушке. Благословляю!
– Не смешно, любимая, – говорит, закатывая глаза. Последнее слово прозвучало, как насмешка. – Я на безродной шавке не женюсь. Даже ради сделки с Портновым.
Ах, ну конечно! Господин не осквернит свой паспорт некрасивым штампом. Одно дело жениться на дочери самого Филатова, и совсем другое – стоять в загсе рядом с девушкой из простого люда. Это же ниже его достоинства! Денисов не станет марать свою биографию подобными выходками. Другое дело пошло трахать безродную шавку – тут его брезгливость не просыпается.
– Оу! – восклицаю. Моя обида жаждет мести, которой я так и не получила. – Думаешь, я стану помогать тебе? Ты просто жалок, Денисов!
Злорадно улыбаюсь, мысленно представив, как унизительно этот мерзавец будет выглядеть после моих выходок. Дебоши, пьяные гулянки, матерные ругательства и любые другие способы хороши. Я устрою ему такой скандал, о котором его извращенный мозг, даже, помыслить не может. Тут уж не о будущей сделке, а о спасении ошметков репутации, думать придется.
Наверное, все эти мысли слишком явно отразились на моем лице. Сощурившись, Денисов скрипнул зубами.
– Предлагаю сделку, – говорит он, – ты поможешь мне, а я дам тебе свободу.
– Что?! – округляю глаза.
Не этот ли человек говорил, чтоб я не смела и мечтать о возвращении девичьей фамилии?
– Что слышала! – раздраженно. – Как только подпишу контракт с Портновым, ты получишь развод.
Глава 2
Слово «развод» в разговоре с мужем – это не то, чему порадуется женщина. Меня же охватило победное ликование, быстро сменившееся недоверием. Наверное, наши отношения дошли до той точки, из которой все видится иначе. И развод уже кажется спасением, а не катастрофой.
– Хочешь сказать, что отпустишь меня? – переспрашиваю неуверенно. Сердце бешено колотится в груди, я боюсь моргнуть и спугнуть призрачную надежду на счастливый финал.
– Да, – скрипнув зубами, Денисов отодвинулся назад.
Вот так просто? С Денисовым так не бывает. Этот паук не выпустит добычу. Он сам говорил когда-то, что считает брак гарантией принадлежности. Для этого мужчины штамп в паспорте – это как сертификат на вечное пользование второй половинкой, зафиксированный загсом. И он хочет мне сказать, что откажется от права собственности по доброй воле?
– Мне нужны гарантии! – заявляю уверенным тоном.
– Хочешь расписку? – ухмыляется Денисов.
– Для начала сними эти браслеты, – дергаю руками, метал громко стукает об изголовье.
Вдох-выдох. Денисов достает из кармана ключ.
– Если сбежишь, все равно поймаю, – говорит, проворачивая ключ в замке наручников.
Какое блаженство! Тру затекшие запястья, разгоняя кровь. На коже остались уродливые следы, но это ерунда, пройдет. Денисов тоже бросил взгляд на мои руки, но ничего не сказал.
– Брось! – говорю, вставая с кровати. – Я хочу попрощаться с тобой навсегда. А не бегать от тебя, бесконечно оглядываясь. Где мы?
– У меня в квартире, – говорит мужчина.
Я не знала про эту квартиру и никогда не была здесь раньше. После свадьбы мы жили в его доме. И тогда мне казалось, что нашему совместному счастью не будет конца. Какая наивность!
– Мне нужно в ванную, – говорю.
– Прямо и налево, – машет рукой Денисов.
Иду, не мешкая. Мочевой вот-вот лопнет. Справляю нужду и принимаю душ. Зачем-то подмечаю, что в ванной есть только мужские средства гигиены, и нет женской косметики. Впрочем, не важно. Скоро все закончится. Какая мне разница, приводил он сюда баб или нет?!
Выхожу, завернувшись в полотенце. Халата в ванной тоже не нашлось, даже мужского.
– Ты не захватил мою одежду, когда похищал меня? – спрашиваю у мужчины с издевкой в голосе. Знаю, что мужа бесит мой тон. Но выплевываю яд, которого скопилось слишком много.
Его взгляд прошелся по моей фигуре, залип на ногах. Они ему всегда нравились.
– Не подумал, – говорит Денисов.
Упираю руки в бока.
– Мне что, ходить голой? – снова начинаю закипать, от того, как по роже Денисова явно читается, что такая перспектива мужчину полностью устраивает.
Этот человек, как таран. Берет, не думая о последствиях. Подумаешь, неудобства? Главное, чтобы ему было хорошо, да?
– Даже не надейся! – шиплю сквозь зубы.
– Почему? – удивленно. – Чего я там не видел?
Ну, как можно быть таким неандертальцем? Ему всерьез нужно объяснять почему? А то, что если женщина сказала нет, то это значит нет, – тоже надо пояснять? Видимо, да. Потому, как просто хлопнув дверью уходя, я, похоже, выразилась не доходчиво.
Ну, не может же мужчина быть настолько самоуверенным?! Или этот может?
Мои глаза метают молнии. Как было бы славно, если бы это не было метафорой.
– Ладно, – сдается он первым, – выбери себе что-то. Там, в шкафу.
Спасибо великодушное!
Чтоб тебе провалиться, гад!
Топая, как буйволица, возвращаюсь в спальню. Один вид кровати с кованным изголовьем вызывает рвотный рефлекс. Наверняка, этот извращенец уже не один раз опробовал ее в игрищах со своими шлюхами. Тварь!
Распахиваю шкаф. Пара костюмов, несколько рубашек и… все?! Из чего тут выбирать, а? Ну, Денисов! Так обнищал, что не хватило на приличный гардероб?
Сбрасываю полотенце и натягиваю то, что есть. Брюки не по размеру, подтягиваю их поясом. На рубашке подворачиваю рукава и подвязываю ее узлом на животе. Стало лучше? Хм, разве что теплее.
– Это возбуждает, детка, – подскакиваю на месте, резко разворачиваясь. Этот гад уже подобрался совсем близко. Его руки легли на талию, а губы устроились в опасной близости от изгиба шеи. – Ты в моей одежде. Не ожидал… но это ммм… интригует…
Вкрадчивый шепот обжигающе прошелся по нежной коже, вызвав тысячи мурашек и целую гору непрошенный ассоциаций. Гад умеет быть соблазнительно обаятельным, когда ему это нужно. Однажды я попалась на эту удочку, второго шанса у него не будет.
– Только посмей меня тронуть! – перехватываю его запястья, с силой их сжимаю.
Сердце зашлось в бешеном галопе.
– Уже трогаю, – Денисов нырнул рукой под ткань рубашки, мазнул пальцем по соску. Будто, играючи, смял грудь. Я с трудом сдержала стон, мысленно приказав своему телу прекратить саботаж.
– Боишься меня? – шепчет он в ухо. – Боишься, – отвечает сам на свой вопрос.
– Я не боюсь, – шиплю в ответ. На самом деле, я боюсь себя и того, что не сдержусь, – я тебя ненавижу. Пусти, гад! В наш договор секс не входит!
Обхватываю его руку, сжав изо всех сил. Но гад сильнее, он и не думает выпускать жертву. Его хватка на моей груди стала только крепче.
– Досадное упущение, – шепчет властной мантрой, – помнишь, как нам было хорошо?
Вторая его рука нырнула мне в штаны и легла на голый лобок. Заставив вздрогнуть и дернуться назад.
– Или забыла? – искусно надавливая на нужную точку, спрашивает мужчина.
Прикусив мочку уха, Денисов оттягивает кожу губами. С губ сорвалось невнятное мечтание, я готова проклинать себя за эту реакцию.
– Давай, напомню, – шепчет хрипло, тяжело дыша.
Его тоже заводит мое присутствие, мы как магниты, нас всегда тянуло друг к другу. И только рядом с этим мужчиной я полностью теряю контроль.
– Прекрати, – не приказ, а жалкое подобие протеста.
Мое тело все помнит, и напоминать ему не нужно. А вот гордость истошно вопит о справедливости. Гад знает все мои слабости и эрогенные точки. Если он станет давить на них каждую минуту, моей воле придет конец. Я снова стану его послушной игрушкой и до тупости удобной женой. Которая будет терпеть все его шалости, да? Не бывать этому!
Изворачиваюсь, просовываю между нами руку и со всей силой сжимаю его член сквозь ткань брюк. Денисов взвыл, резко ослабив хватку.
– Сука! – шипит он. – Убью, заразу!
Месть бывает сладкой. О, да! Сейчас я сама себя не узнаю. Сжимаю кулак еще крепче, Денисов прошипел что-то невнятное.
– Я нужна тебе, не забывай, – мстительно злорадствую. – Причем, живой и невредимой, милый.
Нужно было сделать так еще в тот день, когда застукала его в том злосчастном кабинете. Ни с одним психологом я не получала такого облегчения.
– Пусти, дрянь! – кряхтит от боли.
Отпускаю. Так и быть, пусть живет. Пока.
– Ну все, конец тебе, – рычит мужчина. – Всегда знал, что ты дикарка.
Это я то?
– Раньше ты не жаловался, – отхожу в сторону.
Тихо ликую, яд отмщения тоненькой струйкой ласкает вены.
– Раньше ты не была такой сукой.
Мое лицо пошло пятнами. Да как он смеет?!
– Раньше я была влюблена, – парирую колко.
– А теперь? – смотрит зло, сдвинув брови.
– А теперь это в прошлом.
– Значит, разлюбила?
– Не сомневайся!
– Не ожидал, что ты такая вертихвостка. А, может, ты претворялась?
Как же мне хочется сделать ему еще больней! Как мне тогда. Чтобы вдрызг, раз и навсегда.
– Может и так.
– Дрянь! – рычит Денисов.
– Тогда отпусти меня прямо сейчас, – голос напряженно звенит, – и забудем о существовании друг друга!
Я не блефую. С радостью переверну этот лист и стану налаживать свою жизнь без этого мерзавца.
– Не дождешься, жена, – шипит в ответ зло.
Глава 3
– И долго продлится этот цирк? – спрашиваю, не глядя на мужчину.
Сейчас мы в машине, едем неведомо куда. Сидеть в паре сантиметров от Денисова оказалось тем еще испытанием, чувствовать на себе его взгляд – сродни пытке. Я не смотрю в его сторону, пялюсь в окно, будто, мне важен городской пейзаж. Так проще.
– Что конкретно ты называешь цирком, душа моя? – вот эта его манера так меня называть когда-то окрыляла. Теперь бесит. Думаю, Денисов это понимает. Именно поэтому так говорит. Все мне назло. Мы стали ядом друг для друга.
Цирк, да и только. Все это гребаный фарс.
– Наш якобы брак, – резко поворачиваюсь к мужчине лицом и тут же снова отворачиваюсь к окну.
– Наш брак вполне реален, – язвит Денисов, делая вид, будто, не понимает, что я имела в виду, – могу паспорт показать. Там черным по белому…
Как же меня раздражает его цинизм!
– Жаль, что я не могу ткнуть тебе в лицо видеозаписи твоих измен! – снова срываюсь.
И как я согласилась на его предложение? Мы же ненавидим друг друга!
– Перестань драматизировать, многие так живут, – Денисов, как всегда, поразительно непробиваем.
Ровно то же самое он говорил тогда, в своем кабинете, когда мой мир рухнул. Этот гад не поймет, ему любовь не причина. А может и любви никакой не было? Мне казалось, что была. Наивная была. Влюбленная дура.
Надо было послать его к черту. А лучше, еще дальше! Но перспектива разрубить узел, раз и навсегда, маячит перед носом, как морковка перед ишаком. Денисов всегда умел убеждать. Приучить к себе, а потом вить веревки. И как я буду жить потом, когда он снова втопчет меня в грязь?
Вдох – выдох. Спокойно, Ляся, прорвемся!
Скрещиваю руки на груди. Смотрю в окно.
– Портнов пригласил меня в гости на выходные, – говорит Денисов, – он считает меня примерным семьянином. Пусть так и думает, мне это на руку.
– Скажи, что я заболела, – фыркаю. – В чем проблема?
– Старик консервативен, для него семья – не просто формальность. Он не станет иметь дел с тем, кто не разделяет его взглядов.
Денисов бросил в мою сторону быстрый взгляд.
– Так что, постарайся выглядеть прилежной супругой, моя прелесть, хоть это и будет невероятно сложно, – говорит он, – если хочешь получить развод.
Между нами повисает молчание. Как бы не держалась, я не представляю, как пережить эти пару дней. Особенно, если Денисов станет пускать в дело все свое обаяние. Если, как вот сегодня, станет трогать меня там, куда ему давно ход закрыт. Если будет лить сладкий мед, разбавляя его своей неповторимой харизмой. А это он умеет, как никто другой. Как бы не старалась, для меня эта сделка закончится плохо. Может, прибью его, а может, сдамся. Второе вероятнее.
Дерьмовая идея! Надо бежать отсюда поскорее.
– Мне нужны мои вещи, – говорю, – отвези меня домой, я соберу сумку.
– Не волнуйся, все твое тряпье осталось в доме, – это он про свой дом говорит, где мы жили после свадьбы. Когда уходила от него, не забрала, даже трусов. – Мы скоро там будем.
Поворачиваюсь к нему лицом, вопросительно выгнув бровь.
– Не рассчитывай на то, что я снова стану вить с тобой гнездышко!
– Твой отец звонил, – говорит мужчина, не отрывая взгляд от шоссе, – в гости едет.
Сердце пропустило удар. Папа не в курсе нашего разрыва. Это касается только нас. Для всего остального мира мы по-прежнему счастливо женаты. Таков был уговор.
– Ты сказал ему? – вскрикиваю. – Как ты мог?! Я же просила!
Одна мысль о том, что у отца больное сердце и его, наверняка, хватит удар, поднимает внутри волну паники. Вот теперь мне страшно. По-настоящему. Что, если отца новость о разводе добьет? Я планировала сама сообщить, сначала аккуратно подвести его к этой мысли, чтобы смягчить подачу. Поэтому и просила мужа ни о чем не рассказывать.
– Я не говорил ничего. Он не был у нас ни разу после свадьбы. Вот, решил посетить, – говорит Денисов, внимательно глядя на дорогу.
Облегченно выдыхаю.
– Я сама ему потом скажу, – успокаиваюсь.
Мне все это не нравится. И врать не люблю, особенно папе. Но, по какой-то причине, мне почти физически трудно признаться в том, как сильно я ошиблась. Наверное, это от того, что когда-то я сама настояла на том, чтобы отец благословил наш брак. Спустя всего два месяца после знакомства. Как теперь сказать ему о том, что его единственная дочь попалась на удочку ловеласа и обманщика? Ума не приложу…
Снова молчим. Лучше так, чем вечно собачиться и проклинать друг друга. Даже, когда на горизонте появились очертания знакомого дома, мы не проронили ни слова. Когда Денисов вез меня сюда в прошлый раз, все было иначе. Будто, жизнь пролетела с тех пор. А, на самом деле, всего пара месяцев.
Возвращение домой похоже на видение из прошлого. В спальне все точно так же, как тогда. Даже мой халат на прежнем месте. Будто, я и не уходила никуда. Все точно так, как было. Кроме того, что теперь это не мой дом. А я здесь больше не хозяйка.
Нет, все же здесь уже не так, как раньше. Чувствую себя чужой. Этот дом уже не является частью моей жизни. Да и моим никогда не был. О том, чтобы судиться с мужем о половине его имущества, и речи быть не может. Не хочу ничего от этого ублюдка, пусть подавится своим барахлом.
Открываю шкаф. Моя одежда висит на плечиках. Ровно так, как было всегда. Переодеваюсь в одно из платьев, на ноги обуваю лодочки. В этот раз обошлось без присутствия Денисова при этом процессе, и на том спасибо.
Беглый взгляд в зеркало – вот теперь я выгляжу так, будто, ничего не изменилось. Кроме одной детали. Обручальное кольцо я оставила на туалетном столике, когда уходила. Но сейчас его там нет. Неужели, Денисов заложил символ нашего супружества? Не ожидал от него такой мелочности!
– Это ищешь? – подскакиваю на месте от вопроса.
Мужчина снова появился бесшумно. И в этот раз он застукал меня за проверкой шкафчиков и шкатулок, которые раньше я использовала для хранения своих украшений. Странно, но все бриллианты на прежнем месте. Только обручальное, тоненький ободок из белого золота, отчего-то, в руке у мерзавца.
– Удивлена, что ты еще не передарил его одной из своих шлюх, – выплевываю яд на своего мерзавца.
Будто, мои слова могут что-то изменить?
На скулах мужчины заиграли желваки. Он тяжелой походкой подошел ко мне. Глаза метают молнии. И, будь я не так сильно заведена, уже бы ретировалась с линии огня. К несчастью для нас обоих, сейчас злость мужчины меня только раззадоривает.
Денисов хватает мою ладонь и, жестко глядя мне в глаза, надевает кольцо на палец.
– Если дарю, то навсегда, – шипит он хрипло. – Будь добра, принимай!
Глава 4
Принимай, не принимай – а результат один. Денисов просто душка, разыгрывает из себя обиженного мужа. Еще и смотрит так, что колени превращаются в вату. Умеет, гад, казаться просто нереально шикарным. Настоящим мужиком, мечтой всех баб на свете. Жаль, только, принципов у него после загса в башке не обозначилось. А я снова залипаю. Хоть и знаю уже, чем заканчивается эта предательская слабость. Резко выдергиваю руку из его хватки. Делаю шаг в сторону.
– Хорошо, что этот маскарад не продлится долго, – язвлю.
Плеваться ядом – это все, что мне осталось.
– Спешишь от меня отделаться? – скрипит зубами Денисов.
Я задела его самолюбие? Оу! Приятно.
Как бы мне хотелось, чтобы ты, хоть на секунду, смог прочувствовать все, что чувствую я!
– Очень спешу, – киваю. Мои глаза мстительно блеснули. Хорошо, успела вовремя перевести взгляд. – Меня мужчина ждет. Любимый. Самый лучший.
Я повернулась, чтобы с удовлетворением увидеть, как напряглись скулы противника. И, даже, шаг вперед сделала. Чтобы стать с ним нос к носу. Вернее, поближе. Этот гад богатырского роста. Даже с моими параметрами до его носа высоко.
– Еще и верный, – шиплю, – можешь себе такое представить?
Денисов заскрипел зубами, на скулах заиграли желваки.
– Что же он не охранял тебя в сладкой постельке, когда я пришел? М? – шикнул хрипло. – Или у этого импотента другие развлечения?
Надо же! Удар ниже пояса. И все по несчастному парню, которого даже не существует.
– Думаешь, все такие, как ты?! – закипаю от того, что не удалось легко его развести. – Он за каждой юбкой не бегает! Понял?!
Теперь и Денисов стал закипать. Вон, уже лицо пятнами пошло.
– Да что ты говоришь?! Не бегает?
– Представь себе! – перехожу на крик. – И с ним надежно! Вот! А ты… ты! Только о сексе думать можешь!
Это правда. Ко мне он полез под юбку уже на первом свидании. Правда, я была не против, хотела его до потери пульса. Мы с ним, как двое одержимых, тогда едва до третьего свидания дотянули. И такого крышесносного секса у меня ни с кем еще не было! Стоит вспомнить, и тело мурашками покрывается. А о том, что потом мы только оттачивали навык, и говорить не стоит.
Мамочки! Я ж теперь каждого мужика с этим гадом сравнивать буду.
Капец, подстава, Денисов. Все еще хуже, чем я думала.
Ненавижу!
– Раньше тебе нравилось, – хрипит Денисов.
Он тоже сделал шаг вперед, и теперь нависает надо мной грозной тучей.
– Дурой была, – выплевываю.
– А теперь, значит, поумнела?
– Представь себе!
Атмосфера вокруг нас накалена до предела. Того и гляди, заискрит. Тяжело дышим, убиваем друг друга взглядом. Руки сами сжались в кулаки, каждый нерв в теле натянут.
Денисов хватает меня за затылок. Тянет на себя и впивается в губы.
По телу проносится поток раскаленной лавы, а из горла вырывается стон. Сердце барабанит о грудную перегородку так, что это причиняет боль. Тело снова плавится, стоило этому гаду прикоснуться. Но теперь, после всего, что было, я не могу позволить себе роскоши быть слабой и покорной. В потоке сознания зреет воспаленная мысль – ненавижу! Со всей силы сжимаю челюсти, чтобы не дать этому гаду поработить меня окончательно. Денисов громко зарычал, выпуская мой рот из захвата, схватился за губу.
– Сучка! – шипит он, размазывая кровь. В порыве самозащиты я прокусила ему губу.
– Подонок! – выплевываю в ответ.
Стоя друг напротив друга, мы зло смотрим в глаза.
Он хотел проучить меня? Показать, кто тут главный? Да пусть провалится к черту!
– Не смей прикасаться! – шиплю. – Интим в сделку не входит.
Мужчина шумно выдохнул.
– Упрямая, – прохрипел, зло сверкнув глазами. – Сама попросишь.
– Не дождешься!
– Дети! Вы где? – донесшийся с первого этажа голос папы отрезвил нас обоих. – Олеся? Ринат? Куда все подевались?
Закрываю глаза. Вдох-выдох. Папа уже здесь. Нужно играть роль, от которой меня тошнит.
– Легок на помине, – комментирует Денисов появление отца. – Шоу начинается, милая. Постарайся, хотя бы пару часов, не быть сукой. Справишься?
Он специально поддевает. Чтобы разозлить и максимально усложнить мне задачу.
– Твоими молитвами, Денисов, – не могу не огрызаться. Последнее слово не может быть за этим мерзавцем.
Мужчина закатил глаза, засунул руки в карманы брюк. Резкими шагами он вышел из комнаты.