Нахал

Глава 4

Он принимает вызов.

— Да, слушаю, — смотрит на меня. Все тем же хищным и довольным взглядом. А меня посещает мысль: а вдруг он сейчас и правда окажется хозяином? Это ведь меня тогда точно обманули…

И…

Я осталась, получается, без денег и, главное, без крыши над головой.

И от осознания этого к горлу подступает тошнота. Неужели меня обманули? Но что еще можно сказать, если Алина мне не отвечает до сих пор. А этот парень явно сейчас продемонстрирует мне документы…

Но тут он резко меняется в лице. Словно ему сказали что-то неприятное.

— В смысле, бля?! Сейчас именно?! — практически рычит он. — Мне надо срочно!

Собеседник что-то говорит. И он хмурится еще больше.

— Ладно, я понял!

И нахал резко отнимает телефон от уха и выключает его.

— Сука!

Похоже, документов не будет… А может, их и нет. И он стал такой же жертвой мошенников, как и я. Мне хочется позлорадствовать, но я держусь из последних сил. Честное слово.

А парень прикрывает глаза и явно сдерживает гнев. Потом резко открывает и ловит мою улыбку.

— Смешно тебе, ненормальная? — делает опять шаг ко мне.

— Нет, с чего это? — фыркаю я, хотя все равно улыбаюсь. — Что, документов не будет? Даже в электронном виде?

— Нет! Пока!

— Ну, тогда тебе стоит признать, что мы оба полноправные хозяева квартиры, — деловито произношу я. — Алина мне тоже, к сожалению, не отвечает, чтобы предоставить акт аренды. Поэтому…

— Поэтому ты меня бесишь! Не можешь нормально уйти! — опять рычит он угрожающе.

Но я не ведусь на это. Потому что он в равных условиях со мной! Тоже ничего предоставить не может!

— Я бы с удовольствием свалила уже давно! Но мне некуда идти, а на носу Новый год! Поэтому предлагаю просто постараться сосуществовать в мире. Поверь, это не так сложно!

Серьезно. Я готова закрыть глаза на то, что он хам, наглец, грубиян и еще куча эпитетов. Главное, чтобы он сделал то же самое!

— И, кстати, я скоро на работу, — продолжаю. — Поэтому дай мне спокойно поесть. Пожалуйста…

— То есть ты сейчас свалишь? — прищуривается он. И мне его взгляд не нравится. Он явно что-то задумал.

— Да! Но я приду вечером! — предупреждаю.

— Отлично, — и уголки его губ приподнимаются. — Так что у нас на завтрак?

И я вижу, как его рука тянется к моей сковородке. Он опять хочет съесть мою еду! Без спроса или хотя бы слова «пожалуйста»!

— Это мое!

— А как же ты там сказала? Сосуществовать в мире! А сама сейчас перечеркиваешь наш мир! — и он закатывает глаза.

Кусаю губу. Он прав, но как же… не хочется ему ничего давать.

Ладно, и к тому же это всего лишь яичница! Ничего, сделаю еще. Скрепя сердце, делюсь с ним. Накладываю в две тарелки и делю поджаренный хлеб.

Парень садится напротив меня и берет вилку. Пробует.

— Ну, стоит признать, для ненормальной ты неплохо готовишь, — произносит он через некоторое время.

Серьезно?! Это у нас перемирие, а обзываться он не перестает? То есть, если сейчас я назову его наглецом, он не обидится?! Уже набираю воздух и хочу ответить что-то едкое, но останавливаюсь. Мы ведь опять рассоримся. Не нужно…

— Сочту за комплимент, — натягиваю улыбку. — Но меня зовут Ксения. А тебя как, кстати?

— Ксюша, значит, — тянет он, словно смакует мое имя. — Данил.

Данил. В принципе, ему подходит. Хотя «нахал» ему идет больше.

Дальше мы молчим. А потом я собираюсь на работу. Я работаю в местной пекарне. И она как раз неподалеку отсюда, что очень удобно.

Данил все это время находится в своей комнате. Вспоминаю его улыбку. Честно, я надеюсь, что, когда я приду, мои вещи не будут стоять на лестничной клетке и он не сменит замок. Очень надеюсь.

— Я ухожу… — все же говорю, когда надеваю обувь.

Тишина. Уже решаю, что ответа никакого не будет, когда за спиной раздаётся звук шагов.

Оборачиваюсь.

Данил выходит из комнаты.

Опять полуголый. На нём всё те же низко сидящие штаны, которые держатся, кажется, исключительно на честном слове. Голый торс, широкие плечи и руки с выступающими венами. И я опять на все это смотрю!

Так, у него вообще есть одежда?

Или он принципиально ходит так, чтобы выводить меня из равновесия?

Нахал останавливается, облокачивается о стену и смотрит на меня сверху вниз. Медленно. Оценивающе. Совершенно не смущаясь.

— Я думал, ты насовсем.

— В твоих мечтах! И я сказала, что иду на работу, — бурчу я, застёгивая куртку. — До вечера!

— До вечера, Ксюша, — произносит он медленно, будто пробует каждую букву на вкус. — Постарайся не скучать без меня.

Я краснею.

— И ты, — бросаю я и почти выбегаю за дверь.

Закрываю дверь слишком сильно, так что она громко хлопает. Сердце бешено колотится. Не от страха. И это бесит больше всего.

Лифт приезжает быстро. Я захожу внутрь, нажимаю кнопку и прислоняюсь к стене, делая глубокий вдох.

Соберись, Ксюша.

Он просто хам. И наглец. Который решил опять вывести тебя на эмоции. Не нужно поддаваться.

Лифт останавливается этажом ниже.

Дверцы открываются, и внутрь заходит тот самый мужчина, который вчера придержал мне лифт. Он смотрит на меня, и на его лице расцветает улыбка.

— Доброе утро, соседка, — говорит он приятным бархатистым голосом. А ведь он не старый, примерно под тридцать. Явно бизнесмен или просто имеет руководящую должность.

— Здравствуйте, — отвечаю я и снова чувствую, как краснею. Ну что за утро такое…

Он встаёт рядом, и я ощущаю очень приятный запах его парфюма. Лифт опять трогается.

Мы едем молча. Неловко, но не напряжённо. Скорее… спокойно. От него не веет угрозой. Наоборот, рядом с ним почему-то легче дышать.

Я колеблюсь пару секунд, потом всё же решаюсь спросить то, что вертится у меня в мыслях. Он-то должен знать…

— А можно спросить? — осторожно говорю я.

Он поворачивается ко мне.

— Конечно, — улыбается. — Для соседей — всё что угодно.

— Вы… не знаете, кто живёт на последнем этаже? — стараюсь говорить максимально спокойно. Будто это не очень сильно меня волнует.

Он чуть хмурится, явно вспоминая.

— Точно не помню, — признаётся. — Но кажется, в одной квартире семья с ребёнком. А во второй… женщина. Одинокая. Она вроде сдаёт квартиру. А что?

Но у меня внутри уже щёлкает!

Вот оно.

Значит, я была права.

Значит, Данил врёт и он не хозяин!

Я с трудом сдерживаю улыбку.

— Да ничего, — улыбаюсь еще шире. — Спасибо!

— Не за что, — кивает он, не спрашивая ничего.

Лифт останавливается. Мужчина пропускает меня вперед, и мы выходим. На улице он меня останавливает.

— Если вдруг понадобится помощь… — он смотрит на меня чуть внимательнее. — Или подвезти, например... Я на машине.

Я на секунду задумываюсь. Но потом качаю головой.

— Нет, спасибо. Правда. Мне недалеко.

— Как знаешь, — он снова улыбается. — Хорошего дня, соседка.

— И вам, — отвечаю я и иду в сторону выхода.

Только когда оказываюсь на улице, позволяю себе выдохнуть.

Данил врёт.

И я это докажу!

Иду пешком. Морозный воздух бодрит, мысли становятся яснее. Город просыпается, люди спешат по своим делам, а я чувствую странное воодушевление.

Впервые с момента переезда.

Пекарня встречает меня теплом и запахом свежей выпечки.

Быстро здороваюсь с девочками, а потом бегу переодеваться в подсобку. И уже готовая встаю за прилавок. Людей сегодня много, Новый год на носу, все хотят чего-нибудь вкусного, праздничного, чтобы унести домой и почувствовать хоть каплю уюта.

Я работаю почти на автомате. Принимаю заказы, улыбаюсь, упаковываю булочки, круассаны, пирожные. Руки помнят всё сами.

Голова забита заказами. Хотя иногда мысли всё равно улетают не туда.

К Данилу. И словам соседа в лифте.

Женщина, одинокая, сдаёт квартиру. Значит, Алина правду сказала! Хотя непонятно, почему она мне не отвечает…

К вечеру я выхожу из пекарни, уставшая, с гудящими ногами и тяжёлой головой. Снег скрипит под подошвами, город уже немного опустел.

Дохожу быстро.

Захожу в подъезд, и внутри вдруг начинает неприятно сжиматься. А вдруг он всё-таки сменил замок? И я сейчас не попаду в квартиру?!

Чем выше поднимаюсь, тем сильнее дрожат пальцы. Последний этаж. Выхожу, останавливаюсь перед дверью. Ну, вроде бы ничего не трогали, и вещей моих нет.

Вставляю ключ, поворачиваю. Замок немного скрипит, но, главное, поддается.

Выдыхаю с облегчением.

— Фух…

Захожу внутрь. В квартире тихо. Свет нигде не горит. Значит, его нет. И это даже радует. Сегодня я не готова снова воевать.

Я быстро переодеваюсь, иду в ванную. Тёплый душ смывает усталость и напряжение. Потом иду на кухню сделать себе ужин. Лёгкий салат и жаркое. Готовка всегда меня успокаивала. Спокойно ем, параллельно листаю ленту новостей.

После забираюсь в кровать, читаю электронную книгу. И почти сразу засыпаю.

Просыпаюсь утром в хорошем настроении.

Сегодня же Новый год!

Потягиваюсь, встаю, иду в ванную. Всё ещё в полусне берусь за ручку, открываю дверь.

И застываю.

Он.

Данил.

Голый.

Стоит ко мне спиной, будто только что вышел из душа. Капли воды медленно стекают по его спине, по пояснице. Ниже…

Он начинает поворачиваться.

— Доброе утро.

Глава 5

Я замираю на пороге, рука всё ещё сжимает ручку двери. Взгляд скользит по его мокрой спине, по мышцам, играющими под кожей, когда он вытирает полотенцем волосы. Капли воды падают на его плечо, стекая. Потом он начинает поворачиваться, и я вижу профиль, влажную грудь, линию пресса, ведущую вниз…

Боже!

Резко отворачиваюсь, чувствуя, как кровь приливает к лицу.

— Доброе утро, — слышу его хриплое.

— Извини, — бормочу я, судорожно пытаясь понять, как выкрутиться из ситуации.

— Что, спросонья глаза разбегаются? — спрашивает он, явно издеваясь.

И тут вместо смущения я чувствую гнев.

— Нет! А тебя в детстве не учили закрываться?! —возмущенно спрашиваю я, подозревая, что нет.

— С хера ли я должен закрываться, — спокойно парирует он. — Это моя квартира. Как хочу, так и хожу. И это, кстати, ты сама вломилась ко мне. Стучаться не учили? Не хочешь извиниться?

Чего?! Извиниться ему еще?! А больше ничего не хочет этот нахал?! Из последних сил держусь, чтобы не кинуть в него чем-нибудь тяжелым. Но, к сожалению, поблизости, кроме полотенца, ничего нет.

Вспоминаю то, что сказала сосед. И он мне про хозяина квартиры говорит?!

— Оденься! — строго говорю. — И выходи быстрее! Мне тоже нужно в душ.

— Ну, в принципе, можешь раздеваться, я, в отличие от тебя,видел голых девочек, поэтому в обморок не грохнусь, — летит мне вслед.

Так, сколько там дают за убийство?! Хотя нет! Из-за этого нахала я сидеть не буду!

— Я жду!

И быстро выхожу, демонстративно громко хлопая дверью. Через несколько секунд он сам выходит. Слава богу, не голый. А то мало ли что ему приспичит. Парень в одном полотенце,которое кое-как держится на его мускулистых бёдрах. Но всё равно я чувствую, что даже от этого краснею. Стараюсь смотреть хоть куда-то, главное — не на него.

— Можешь идти, принцесса, — явно издевается он.

— Спасибо! — громко произношу, быстро огибаю его тело и захожу в ванную, захлопывая дверь. Хорошо, что хоть тут есть защелка.

Вдох-выдох.

Такой сосед меня точно доведет до ручки.

Принимаю быстро душ. Почти на автомате. Смываю с себя остатки сна. Холодная вода бодрит, горячая — расслабляет. Быстро одеваюсь и выхожу. Надеюсь, не встречу его в коридоре все так же в полотенце. Хватит на сегодня утренних сюрпризов.

Данила нет. Я нахожу его на кухне. Он стоит, опираясь бедром о столешницу, и пьёт кофе. Опять полуголый. Всё те же штаны, низко сидящие на бёдрах.

У него вообще есть футболки?

Или это принципиальная позиция — ходить именно так?!

Надо ему на Новый год футболку подарить, а то вдруг правда нет. Но потом я резко останавливаю себя. Так, еще чего?! Не заслужил он!

Подхожу к холодильнику. Открываю дверцу и смотрю, что есть. Но там ничего нет. Вернее, нет того, что я вчера приготовила. А я помню, что точно оставалось.

— В смысле... — произношу вслух. — А где еда?

Через несколько секунд слышу за спиной шаги. Данил подходит близко ко мне, так что я чувствую жар его кожи. Тоже заглядывает.

— Кстати, — произносит он совсем рядом. — А что у нас на завтрак?

Я резко оборачиваюсь.

— В смысле «что у нас»? Где еда?! Я вчера готовила!

— А, ты про жаркое, — спокойно говорит он и делает глоток кофе. — Мне, кстати, понравилось. После тренировки зашло отлично.

У меня даже дар речи пропадает.

— В смысле… — повторяю ошарашенно. — Ты… ты съел всю мою еду?!

— Ага, — ухмыляется он, явно не мучаясь совестью. — Я же говорил, ненормальная, моя квартира — моя еда. Я был голоден.

Я сжимаю кулаки.

— Ты… — делаю глубокий вдох. — Ты вообще нормальный?!

— Вполне, — пожимает он плечами. — Так что у нас на завтрак?

Я резко оборачиваюсь.

— В смысле «что у нас»? Где еда?! Я вчера готовила!

— А, ты про жаркое, — спокойно говорит он и делает глоток кофе. — Мне, кстати, понравилось. После тренировки зашло отлично.

У меня даже дар речи пропадает.

— В смысле… — повторяю ошарашенно. — Ты… ты съел всю мою еду?!

— Ага, — ухмыляется он, явно не мучаясь совестью. — Я же говорил, ненормальная, моя квартира — моя еда. Я был голоден.

Я сжимаю кулаки.

— Ты… — делаю глубокий вдох. — Ты вообще нормальный?!

— Вполне, — пожимает он плечами. — Так что у нас на завтрак?

Я сейчас его убью! Честное слово!

— Ничего! — резко отвечаю я. — Ты и так только ешь! Непонятно вообще, почему ещё не разжирел!

Он смотрит на меня пару секунд.

А потом начинает резко смеяться. Словно я и правда сказала что-то смешное. А мне вот вообще не смешно! Он просто издевается!

— Ты знаешь, — говорит он сквозь смех, — на тренировках жир очень быстро сгоняется. Поверь. Поэтому мне ожирение не грозит.

— Рада за тебя, — бурчу я. Блин, сейчас, если буду готовить, не успею на работу.

— Ладно, — он допивает кофе и ставит кружку. — Закажу нам завтрак. Так уж и быть, поделюсь с тобой. Хотя ты ужасная ворчунья.

— Я и не прошу!

— А я и не спрашиваю, — усмехается он и уже тычет в телефон.

Через какое-то время нам приносят завтрак. Сырники с вареньем мне, а ему огромный сэндвич. Едим молча. Без ссор и подколов. Даже странно.

Я думаю о том, что сейчас пойду в пекарню. Потом надо заскочить в магазин. Купить продуктов. Всё-таки Новый год и надо подготовить стол. Даже если придется встретить его в компании этого… субъекта.

В пекарне снова шумно. Людей много, все суетятся, выбирают выпечку к празднику. Я встаю за прилавок, улыбаюсь клиентам, принимаю заказы.

Но мысли всё равно иногда возвращаются к нему. Перед глазами маячит его торс и то, что ниже, хотя я не все разглядела. Словно назло, я запомнила именно это!

— Ты чего такая задумчивая в последнее время? — моя сменщица и одновременно подружка Даша подходит ближе. — Влюбилась?

— Что?! Нет! — поспешно отвечаю я. — Меня просто бесит мой сосед.

— Сосед? — удивляется она. — Может, соседка?

— Нет, — фыркаю. — Именно сосед. Наглец. Который расхаживает голый по квартире и ест мою еду! А еще считает себя хозяином квартиры! Хотя это неправда!

Даша замирает, а потом начинает заливисто смеяться.

— Понятно… — тянет она. — Мне кого-то это напоминает. У меня Глеб такой же. Только ещё и носки разбрасывает. Но все равно я люблю его.

Глеб — это парень Даши, хоккеист. Она только недавно к нему переехала.

— Не знаю, что там с носками, — бурчу я. — Я вообще без понятия, что у него в комнате!

Даша ничего не отвечает, только смотрит на меня внимательно.

— Ну, понятно, — кивает она. — Кто-то попал…

— В смысле?! — настораживаюсь я.

— В смысле… — она улыбается. — Такие «соседи» просто так в жизни не появляются.

Ох, Даша, как же ты ошибаешься…

К трем часам дня мы с Дашей закрываем пекарню и докладываем об этом руководству в виде Маши и Олега. Они уже уехали отдыхать. Но смотрят все по камерам.

Я стягиваю фартук, плечи ноют, но настроение отличное. Впереди праздники.

Прощаюсь с Дашей, желая ей счастливого Нового года, и выхожу.

По дороге домой захожу в магазин. Беру всё для новогоднего стола: салат, сыр, фрукты, мандарины, бутылку шампанского. Ничего лишнего. Прям для того, чтобы съесть все одной!

Захожу в квартиру. Тишина. Его явно опять нет.

И это радует. Наверное, Новый год он будет отмечать со своими друзьями или подружками. Или с кем он там обычно тусуется? Да мне вообще должно быть все равно!

Я включаю новогоднюю музыку, раскладываю продукты, начинаю готовить. Режу, мешаю, пробую.

К вечеру я накрываю на стол. Один прибор. Одна тарелка. И свеча, которую я купила для атмосферы. К сожалению, елочки у меня нет. Но ничего страшного.

Сажусь.

Немного грустно, что я одна. Но ничего не поделаешь.

Телефон вибрирует. На экране всплывает номер родителей.

— С Новым годом, доченька! — разносится по всей кухне мамин голос.

Я улыбаюсь, хоть и щемит где-то внутри. Потому что я хочу быть с ними рядом.

Мы болтаем, смеёмся, они спрашивают, как у меня дела, тепло ли, не скучаю ли. Я вру, что всё отлично, и я в общежитии, и не одна.

— Мы тебя любим, — говорит папа.

— И я вас…

Потом они отключаются, и я ощущаю, как увлажнились глаза. Быстро моргаю, еще плакать мне не хватало.

Наливаю себе шампанского, поднимаю бокал под бой курантов и чокаюсь с пустотой.

Через некоторое время убираю со стола и ложусь спать.

Просыпаюсь резко.

От ощущения того, что мне очень жарко.

Сначала я не понимаю, что не так. Сон ещё держит, мозг затуманен. И только потом до меня доходит: я не одна.

Сзади кто-то прижимается ко мне!

Горячее тело. Тяжёлая рука лежит на моей талии. Чьё-то дыхание у меня в волосах.

Я замираю.

Медленно, очень медленно опускаю взгляд — и вижу чужую руку. Мужскую. Большую. Знакомую.

Меня прошибает холодом.

Нет.

Нет-нет-нет.

Я пытаюсь пошевелиться, но он только крепче прижимает меня к себе.

— Ты… — хриплю.

Он что-то невнятно бормочет и утыкается носом мне в шею. И тут я собираю все силы и резко разворачиваюсь. И встречаюсь с сонным взглядом Данила.

— Ты… — голос срывается. — Ты что тут делаешь?!

Он моргает. Несколько секунд смотрит на меня, явно не сразу понимая, где находится. А потом на его губах появляется ленивая усмешка.

— С Новым годом, ворчунья!

Глава 6

— С Новым годом, ворчунья, — тянет он.

А я не знаю, как реагировать на такое. Особенно на то, что он прижимается ко мне и я чувствую… чувствую…

В общем, чувствую, как это упирается мне в живот.

— Ты офигел?! — я резко отползаю к краю кровати. — Это моя постель!

— Сколько раз тебе повторять, — хмыкает он и переворачивается на спину, совершенно не стесняясь своей наготы. — Это моя квартира и, значит, моя постель

— Нет! Это еще не доказано! И это моя комната!

— Ты должна быть счастлива, — парирует он. — Поэтому я решил не оставлять тебя одну в Новый год. И, кстати, давай ты не будешь орать, а то и так хуево!

Я смотрю на него и понимаю: так он с похмелья и, похоже, просто перепутал кровати!

— Буду орать! Пока ты не вылезешь из моей кровати! Немедленно, — шиплю я.

Он смотрит на меня пару секунд, потом медленно садится, держась за голову.

— Ебать, как же хреново! — ворчит.

— Пить надо было меньше! — фыркаю я, скрещивая руки на груди.

— Бля, скажи, пожалуйста, почему я тебя не выкинул до сих пор! — раздраженно произносит он. — Специально ведь делаешь!

— Ага! А сейчас я пойду в душ, и когда я приду, то тебя уже здесь не должно быть!

И я демонстративно беру полотенце и все принадлежности и выхожу.

Надеюсь, у него проснется совесть и он свалит. Хотя… она у него вообще есть?!

Быстро принимаю душ, умываюсь. Настроение прекрасное, даже то, что случилось сегодня утром, не расстраивает меня.

Нахожу Данила на кухне, около графина с водой.

— О… похоже, кому-то очень хреново, — усмехаюсь я, все же не могу удержаться от едкого комментария.

— Бля, будь другом, не издевайся, а? И так хреново. И сделай что-нибудь пожрать, — стонет этот несчастный нахал.

— Мне кажется, моя готовка тебя не поможет, — отвечаю.

Но все же решаю сделать нам на двоих завтрак. И все потому, что у меня хорошее настроение, а не из-за того, что мне его жалко. Нисколечко!

Беру нужные ингредиенты. Ставлю сковороду на плиту и даже пританцовываю. Чувствую при этом его недовольный взгляд. Он явно следит за каждым моим движением. Ну да, танцевать он сегодня точно не сможет.

— Ты девственница? — неожиданно спрашивает он, так что я чуть не роняю лопатку.

Мне даже кажется, что я ослышалась.

— Что?!

Оборачиваюсь. А он со спокойным лицом смотрит на меня, а потом произносит:

— Я спрашиваю, парень у тебя был?

Пф, что за вопрос вообще?!

— Зачем тебе это?! — стараюсь спокойно сказать.

Но он усмехается, явно расценивая мой вопрос как ответ.

— Значит, нет, понятно, — тянет он.

— И что тебе понятно? — спрашиваю и только потом ругаю себя за это.

Зачем я ведусь вообще?! Он же явно провоцирует меня, чтобы испортить настроение.

— Понятно, почему нет, — все так же довольно тянет он. — Потому что ты душнила. Парням такое не нравится. Учти это, а то так и помрешь неоттраханной.

Ох, какое умозаключение!

Чувствую, как начинаю краснеть. Потому что так откровенно со мной еще не разговаривали. Сначала не соображаю, что ответить, но потом все же говорю:

— Я в твоих советах не нуждаюсь! Оставь их при себе!

Он только усмехается, а я стараюсь успокоиться. Делаю нам блины. И те, которые его, еще и специально досаливаю. Пусть помучится.

И да, когда он ест, начинает морщиться.

— Ты влюбилась, что ли? — хмурится он, глядя на меня.

— С чего ты решил? — как бы невзначай интересуюсь.

— Блины пересоленные, или ты специально? — тут же додумывается он.

— Может быть, может быть…

После завтрака я, конечно же, не получаю даже элементарного «спасибо». Оставляю страдальца, который уходит в свою комнату, и иду гулять, а потом — в кино. Это наша с родителями традиция — гулять возле елки и ходить в кино. И я решаю ее не нарушать, эту традицию.

Билеты в кино беру заранее, так как мест уже практически нет, а сеанс только через три часа, и иду гулять к центральной елке. Конечно же, я не одна такая. Многие люди решили первого числа не просиживать день дома, а весело провести время с гуляньем и катанием на горках.

Я покупаю глинтвейн в местном ларьке, который здесь специально поставили, обхватываю стакан ладонями и греюсь. Несмотря на то что кажется, будто тепло, на улице все равно минус.

Прохожусь около елки. Достаю телефон и делаю несколько фотографий: ёлка, огни. У прохожих прошу сделать меня в полный рост. А потом сама делаю селфи. Отправляю все родителям. Они будут рады.

Мама почти сразу присылает ответ: они с папой на диване, улыбаются, машут мне в камеру. Мне вдруг становится тепло и одновременно грустно на душе.

Обязательно поеду этим летом к ним!

Хочу!

Отметаю грустные мысли.

Гуляю, смотрю на уличных музыкантов, покупаю кофе, просто брожу без цели. Время летит неожиданно быстро.

И вот я уже в кинотеатре. Тут шумно, не только я одна решила сходить. Пахнет попкорном, я тоже беру себе маленький стаканчик.

Фильм идёт легко, я даже пару раз ловлю себя на том, что улыбаюсь. Хотя обычно наши комедии не слишком впечатляют.

Вечером я возвращаюсь домой. Уставшая, но в хорошем настроении. С приятной тяжестью в ногах и ощущением, что день прошёл не зря.

В лифте снова встречаю соседа.

Того самого, с которым мы практически каждый день сталкиваемся, словно специально.

Он, как всегда, тепло улыбается мне, нагруженный какими-то коробками. Явно подарками.