Шанс на новую жизнь

Глава 17. Часть2.

Глава 17. Часть 2.

Мы собрались во дворе, когда солнце скатилось за горы. Воздух стал прохладным, но приятным. Костёр потрескивал, разбрасывая искры в небо, и всё это казалось… почти уютным.

Мы сидели кто на чём: кто на скамейке, кто на старом пледе. У каждого в руках что-то тёплое: чай, кофе, пиво. Было тихо, спокойно. Почти безмятежно. И эта тишина за долгое время не пугала.

Я сидела на пледе, обняв колени. Возле меня — Ася. Рядом — Мит. Все были рядом. Спокойные, тихие. Даже Рома.

— Ну что, — Сэм перебирал струны на своей старой гитаре, — поём?

— Только не свою мрачную депру, — фыркнул Рич, подбрасывая в костёр ветку. — Что-нибудь из старого. Лёгкое и тёплое.

Сэм усмехнулся, поправил гитару и начал играть. Знакомые аккорды разлились по воздуху: хрипловатый голос, лёгкий ритм, простые слова.

Песня, от которой пахло дорогой, теплом, летом и домом, которого уже нет.

Мы пели вполголоса, кто-то фальшивил, кто-то смеялся. Даже Анастейша подпевала, хотя обычно стеснялась.

В какой-то момент Мит засмеялся. Не издевательски, не со злостью, не в своей привычной манере. Просто… искренне. Он поймал мой взгляд и поднял брови. А я улыбнулась. Наконец-то. Просто быть с ними.

— Давайте по кругу, — предложила Ася, — каждый рассказывает самую странную, глупую или важную историю своей жизни.

— Господи, — простонал Рома, — мы что, в психотерапевтической группе?

— А ты что, боишься признаться, что когда-то плакал из-за кошки? — съязвил Рич.

Ребята начали по очереди делиться историями: кто-то рассказывал про нелепые побеги из школы, кто-то — про первую влюблённость, кто-то — про случайное попадание на концерт через забор. Смех был такой чистый, будто мы снова были подростками.

Когда очередь дошла до Эрнандо, он ненадолго замолчал. Потом заговорил:

— Это было лет десять назад. Я оказался в Хуаресе, когда одна из семей наркокартеля решила смести конкурентов. Улицы превратились в поле боя: перестрелки, взрывы… хаос. Я просто ехал по делам. Не туда. Не вовремя. Меня зажало в машине, я был при смерти. И тогда появился Влад. Спокойный, хладнокровный, собранный. Он был там как переговорщик. Но увидел меня и вытащил. Рисковал, но не оставил.

Я напряглась. Ком подступил к горлу. Влад. Мой брат. Столько раз мы ссорились, но именно он спасал. Не только меня.

— Он потом даже не сказал ничего, — продолжал Эрнандо. — Ушёл и будто стёрся из жизни. Но я запомнил. И с тех пор я знал: если он попросит, я отдам всё. И сейчас я отдаю это вам.

Молчание. Только костёр потрескивал, будто тоже слышал эту историю.

— Спасибо, — выдохнула я.

Эрнандо просто кивнул. Глаза у него были сухие, но в них плескалось столько тяжести, что мне стало не по себе. Сэм снова заиграл на гитаре, отвлекая нас. Песня была медленная, почти колыбельная. Кто-то прижался к кому-то. Кто-то прикрыл глаза. Кто-то смеялся сквозь усталость. И всё это было настоящим.

Я посмотрела на небо, он было чёрное, в звёздах. За долгое время я почувствовала не пустоту, а лёгкость. Тепло. Мы пережили всё это. И у нас ещё есть дорога впереди. Огонь в костре почти догорел. Остались только тлеющие угли, похожие на красные глаза, которые медленно закрываются от усталости. Один за другим ребята начали зевать, подниматься, кутаться в пледы.

— Всё, я в отбой! — Сэм встал, потянулся и махнул рукой. — Мне ещё утром душу спасать, а я не ангел.

— Не ангел, а падший! — пробормотала Анастейша и фыркнула.

— Доброй ночи всем! — добавила Ася, потянулась и, приобняв Рому, пошла в дом.

За ними потянулись остальные, пока во дворе остались только я и Мит. Он сидел на деревянной скамейке, прислонившись к стойке беседки, смотрел на небо и что-то вертел в руках — вроде обычную щепку, но судя по его лицу — будто бы это был ключ от мира. Я подошла ближе и тихо села рядом с ним на скамейку.

— Знаешь… — начала я. — Я думала, что всё… Что после Вегаса после всей этой грязи мы просто распадёмся на куски… А сейчас… мне хочется мечтать.

— Мечтать? — он обернулся; его глаза засветились мягко и тепло. — Про что?

— Ну… Виго… Тихий район… Домик… Может даже свой кофе на завтрак, а не энергетик из автомата… Учёба… Работа… Может мы откроем свою мастерскую или тату-салон? Или кафе?

— Тату-салон? — Мит усмехнулся. — Я представляю: «Добро пожаловать в "Занозу"! Мы делаем больно, но красиво».

— Ахах! Точно! Или «Грёбаный шкаф и его тату». Подпись: сделано с любовью и матами!

Мы оба расхохотались. Смех вырвался легко и свободно, как будто его больше не сдерживали страхи или обиды.

— А язык ты знаешь? Ну испанский? — спросил он.

— Claro que sí, — ответила я небрежно и подняла бровь: ¿Por qué lo preguntas?

Он вытаращился на меня так, будто я только что заявила, что умею управлять вертолётом.

— Чего?.. Ты это сейчас… что?

— Я немного учила в детстве… Потом подтянула перед побегом… Ну и… я просто люблю языки… А ты думал я только бунтовать умею?

— Честно? — он медленно кивнул. — Да… Я думал ты ходячая катастрофа в кожанке…

— А я, между прочим, ещё и с мозгами! — хмыкнула я. — Ты просто редко заглядываешь глубже чем мне в вырез!

Мит рассмеялся было снова, но потом замолчал его рука нашла мою он сжал её чуть крепче, но мягко.

— Я горжусь тобой! — сказал он наконец тихо почти шёпотом. — Вот честно! Я всегда думал, что ты сильная, но ты ещё и такая... настоящая! Умная добрая порой бесящая, но всё равно моя! И я рад что ты рядом…

Сердце закололо сильнее я почувствовала, как тепло разливается внутри, заполняя все пустоты, которые казались неисцелимыми.

— Я тоже Мит очень! — ответила я, сжимая его руку в ответ.

Ночь обволакивала нас как тёплый плед уставшие, но спокойные мы поднялись и пошли в сторону дома молчали не потому, что нечего было сказать, а потому что рядом было всё что нужно.

В дверях мы остановились Мит повернулся ко мне:

— Знаешь может мы и не идеальны, но мы есть друг у друга и этого достаточно!

Я кивнула чувствуя, как улыбка сама собой появляется на лице:

— Достаточно!

Мы зашли в комнату я долго лежала в темноте глядя в потолок в голове крутились мысли о будущем о Виго о новой жизни о том, что возможно всё действительно может измениться.

За окном шелестел ветер где-то вдалеке лаяла собака, а я засыпала с улыбкой зная, что завтра будет новый день и что рядом те, кто поможет его прожить.

Глава 18

— Любимая, вставай, — мягко прозвучал голос рядом, лёгкое прикосновение к плечу. Мит нежно провёл рукой по моей щеке.

— Отвали, дай поспать ещё хоть минут пять, — пробормотала я, не открывая глаз, но его тепло уже прогоняло остатки сна.

— Уже десять минут седьмого, — улыбнулся он, наклонившись ближе, — время вставать. Цветы твои уже стоят на столе, а я приготовил кофе.

— Ты меня уже бесишь, — тихо зарычала я, открывая глаза. Но улыбка уже играла на губах, несмотря на моё ворчание.

— И я тебя люблю, — ответил Мит, протягивая букет пуансеттий — нежных, словно маленькие звёздочки, с тонким божественным ароматом. Его глаза светились искренней нежностью.

— Красивые... — прошептала я, вдыхая аромат, прижимая цветы к груди.

— Похожи на нас, — улыбнулся он, наблюдая за моей реакцией.

— Сравниваешь нас с цветами? — усмехнулась я, приподнимаясь на локте. — Они прекрасны, а мы — обычные люди.

— Ошибаешься, — покачал головой Мит, присаживаясь рядом. — У каждого из нас своя красота. Мы — как эти цветы: изнутри и снаружи. И голоса у нас — не хуже их аромата, — подмигнул он, беря мою руку.

— Ахах, ты просто льстишь себе, — рассмеялась я, но сердце трепетало от его слов.

— Хочешь сказать, я ужасно пою? — приподнял бровь Мит.

— Не хочу говорить такого, но немного понизить твоё самолюбие не помешает, — поддразнила я.

— Иди ты, мелкая засранка, — шутливо фыркнул он.

— Сам иди. Я не засранка, а вот ты... — послышался смех, и в комнату вошла Ася, потягиваясь.

— Простите, не хотела мешать, — улыбнулась она, прислонившись к дверному проёму.

— Не мешаешь, проходи, — махнула я рукой, жестом приглашая её войти.

— Мит, ты не устал быть нашим главным шутником? — Ася с тёплой улыбкой посмотрела на него, присаживаясь на край кровати.

— Я? Никогда! — гордо заявил Мит, наливая воду в стакан.

— Ты же обещал вести себя прилично, — поддразнила я, наблюдая за его ужимками.

— Обещания — это для слабаков, — ответил он с ухмылкой, — но для тебя могу сделать исключение.

Мит вышел из комнаты, оставив после себя шлейф лёгкой атмосферы. Ася уютно устроилась рядом, накрыв мою руку своей.

— Мая, ты правда выглядишь счастливой, — тихо произнесла она, глядя мне в глаза. — Это так здорово. Ты заслуживаешь быть любимой.

— Спасибо, Ася, — тепло улыбнулась я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слёзы. — Мы с ребятами — теперь одна семья. И впереди у нас долгая жизнь.

— Я верю, что у тебя всё получится, — кивнула Ася. — И у меня тоже будет своё счастье, я просто пока не знаю, как его найти.

— Не переживай, — ободряюще сжала я её руку. — Мы вместе, и я помогу тебе. Мы все не одни теперь.

В этот момент дверь распахнулась, и вбежал Мит с паспортами в руках, чуть не споткнувшись о порог.

— Вот ваши документы! — торжественно объявил он, размахивая папками.

— Ты мог бы быть чуть потише, — усмехнулась я, качая головой.

— А если бы я зашёл, и ты была бы голая? — хитро улыбнулся Мит, присаживаясь на корточки рядом с кроватью.

— Тогда я бы тебя выгнала, — шутливо пригрозила я.

— Попробуй, — рассмеялся он, протягивая мне паспорт.

— Паспорта уже готовы? — удивлённо спросила Ася, принимая свой документ.

— Да, быстро сделали, — гордо заявил Мит. — Густав — брат Эрнандо — объяснил, что у них всё налажено.

Новые имена, как единая семья:

Мая — Хлоя Блэквуд-Риверс (жена Эйдона)

Ася — Адалли Блэквуд

Рома — Коди Риверс (брат Джона, Эйдона и Джея)

Сэм — Джон Риверс

Мит — Эйдон Риверс

Рич — Кевин Риверс

Анастейша — Эмили Блэквуд-Риверс

Девочки — сёстры, мальчики — братья.

Утро началось так же, как и все остальные, с привычного шума, разговоров и запаха кофе. Мит, как обычно, уже делился документами с ребятами, улыбался и подкалывал. Я тихо вышла из комнаты и направилась в ванную.

Холодная вода сбивала сон, но мысли не отпускали. В углу лежал тест, я почти забыла о нём. Сердце бешено колотилось, когда я взяла его в руки и увидела две полоски. Две! Что это значит? Как теперь быть? Сказать, но кому? Никому не скажу. Я справлюсь сама, по прилёте в Виго разберусь.

«Дыхание ровнее, Мая. Это просто задержка. Просто… всё не так страшно», — пыталась я себя убедить, но внутри копилось напряжение. Вернувшись к ребятам, я уселась за стол, стараясь не выдать волнения. Ребята оживлённо разговаривали.

— Ну что, как документы? — подшучивал Мит, бросая на меня взгляды, которые я старалась не замечать.

Анастейша хихикала и рассказывала какую-то забавную историю. Я пыталась улыбаться, но мысли блуждали где-то далеко.

Вдруг Эрнандо поднял голос:

— Ребята, есть новости — рейс задержан на шесть часов. Полетите днём.

В комнате повисла пауза.

— Шесть часов? — протянул Рома. — Отлично, успеем ещё по магазинам пройтись.

— Да, — сказала Анастейша, — девочки, шопинг!

Я улыбнулась, но внутри всё ещё была буря. «Почему это случилось именно сейчас? Почему я так боюсь? Может, это знак, что пора всё менять?»

Разговор оживился, и девочки продолжили разговор о шопинге. Я улыбнулась, но мысли всё же метались внутри. Мит внимательно наблюдал за мной. Когда мы вышли на улицу, он заговорил тихо, словно боясь меня испугать.

— Мая, — начал он, — я чувствую, что что-то не так. Ты будто закрылась. Можно я помогу?

Я посмотрела в его глаза и увидела там искреннюю заботу и беспокойство. Мне хотелось довериться, но страх заставлял молчать.

— Мит, — начала я, — это сложно объяснить... Я просто… не знаю, что будет дальше. Страшно.

Он взял меня за руку, его прикосновение согрело.

— Мы вместе, — сказал он тихо. — Ты не одна, мы справимся. Всё, что бы ни случилось.

Горло перехватило, и слёзы навернулись на глаза, но я сдержалась.

— Спасибо, — прошептала я. — Мне просто нужно время.

Он улыбнулся, мягко прижав ладонь к моей.

— Я подожду столько, сколько понадобится. Ты сильная, я в тебя верю.

После этого тихого момента с Митом, мы вернулись к остальным. Настроение начало понемногу возвращаться. Впереди был день, который обещал хоть немного отвлечь.

— Ну что, девчонки, — улыбнулась Стеша, — идём за покупками? Пора обновить гардероб перед новой жизнью!

Ася захлопала в ладоши и подтвердила:

— Отличная идея! А то у меня в чемодане столько дырок, что ветер гуляет!

Мы вместе с девочками отправились по узким улочкам города, которые быстро сменяли друг друга: витрины с яркими платьями, запах свежей выпечки, шум торговцев, зазывающих покупателей. Город казался живым, даже немного уютным.

— Мне кажется, мы уже начали новую главу, — сказала Ася, рассматривая лёгкое платье. — Здесь можно дышать, мечтать.

— Главное, — улыбнулась я, — чтобы рядом был кто-то, с кем не страшно начинать сначала.

Мы смеялись, примеряли шляпы и говорили о том, что нас ждёт впереди. Мит и ребята прогуливались неподалёку, время от времени заглядывая к нам. Покупки заняли несколько часов, и днём мы вернулись в дом. В воздухе уже пахло прощанием и переменами.

— Собираемся, ребята, — сказал Эрнандо, когда мы все были готовы к отъезду. — Я провожу вас до аэропорта.

В машине ехали тихо. Каждый, казалось, был погружён в свои мысли, в ожидании нового начала.

— Мая, ребята, — обратился Эрнандо, — спасибо, что доверились мне. Влад будет рад, что вы в безопасности.

Я посмотрела ему в глаза и тихо сказала:

— Спасибо вам за всё. За помощь, за то, что поверили в нас.

Он кивнул, и на мгновение между нами повисло понимание, впереди у всех нас новый путь.

— Удачи вам, — улыбнулся Эрнандо. — Если что — звоните. Мы всегда рядом.

Мы обнялись, потом разошлись. Мит взял меня за руку, и мы вместе направились к аэропорту.

Внутри меня смешались тревога и надежда. Всё только начинается.

Аэропорт встретил нас гулом голосов, перемешанных с эхом шагов по кафельному полу и шуршанием чемоданов на колёсиках. Высокие потолки, обрамлённые огромными панорамными окнами, пропускали мягкий дневной свет, в котором играли пылинки, словно маленькие звёзды. Ряды кресел ожидания были заняты людьми: кто-то спешил, кто-то томился в долгом ожидании. В воздухе витал тонкий запах кофе и свежей выпечки из соседнего кафе.

Мы медленно шли к стойке регистрации, где доброжелательная сотрудница приветливо улыбнулась, быстро оформила билеты и направила нас к контролю безопасности. Там был привычный шум сканеров, приглушённые голоса и лёгкий треск проходящих вещей через рентген. Несмотря на усталость и тревогу, в груди тихо разгоралось ощущение перемен.

Проверка прошла без заминок, и мы оказались в зоне ожидания у гейта. Слушая объявления, мы обменивались взглядами, каждый погружённый в свои мысли. Мит держал мою руку крепко, словно хотел передать мне уверенность и защиту.

Самолёт стоял на взлётной полосе, его металлический корпус блестел на солнце. Когда мы заняли места у окна, я увидела, как город медленно растворяется под нами, а горы и поля становятся всё меньше. Взлёт сопровождался лёгким трепетом в животе, и вдруг — мы в облаках. За иллюминатором раскинулся бескрайний синий небосвод с редкими белыми плывущими облаками, словно кусочками ваты. Внизу мелькали горные хребты, реки, маленькие деревушки, постепенно сменяясь широкими равнинами.

Я чувствовала, как сердце бьётся быстрее, не от страха, а от волнения. Впереди новая жизнь, новые надежды и возможности. Мит тихо улыбнулся, заметив мои мысли, и прошептал:

— Всё будет хорошо. Мы вместе.

Я кивнула, стараясь поймать каждое мгновение, запомнить его навсегда.

Полёт продолжался несколько часов. Мы смотрели фильмы, смеялись, говорили о будущем и делились мечтами. Время словно растекалось, а между нами росла та самая тихая уверенность, что мы готовы к любым испытаниям.

Самолёт мягко приземлился в Мадриде. Пересадка занимала 18 часов, по нашим планам было заселение в отель и прогулка по городу. Мы вышли в просторный, светлый терминал с высокими арками и широкой галереей магазинов, где витрины манили яркими вывесками и ароматом свежей выпечки. Гул голосов, смешанных с лязгом чемоданов, создавал ощущение постоянного движения и жизни.

Мы шли группой по коридору, обсуждая планы и мечтая о новой жизни. Девочки болтали, мальчики улыбались, кто-то смотрел на расписание рейсов. На выходе из аэропорта вдруг я отстала на пару шагов, задержавшись у одной из витрин, чтобы взглянуть на часы и проверить время посадки.

Когда я подняла глаза, ребят уже почти не было видно в толпе. Начала ускорять шаг, но тут услышала приглушённый звук приближающегося двигателя. Из-за угла вынырнула чёрная машина большая, с тонированными стёклами и гудящим мотором. Дверь резко открылась, и меня схватили за руки, движения были быстрыми и решительными. Я попыталась вырваться, закричать, но кто-то быстро приложил платок ко рту, и мир погрузился в туман.

В машине было темно и холодно, воздух пах бензином и кожей. Я не видела лиц, слышала только глухие голоса на другом языке и шум дороги. Сердце колотилось в бешеном ритме, страх сковал каждую мышцу. Куда меня везут? Кто эти люди? Мысли метались, паника нарастала, но в глубине души я пыталась удержаться, собрать силы и не потерять надежду.