Туманная академия. Носитель гена дракона
- -
- 100%
- +
— Я согласен! — выдыхаю, всеми силами стараясь сдерживать радость. — Как мне стать им?
— В таком случае, если ты не боишься, ты должен будешь пройти годовой экспресс-курс на боевом факультете, где получишь базовые знания. По результатам твоей учебы мы вернемся к этому разговору, но, чтобы получить место среди лаварров, у тебя не должно быть замечаний от преподавателей, а оценки только лучшие. Теперь же тебе пора отдыхать. Той, мой помощник, проводит тебя в казармы, а завтра же отправишься в Академию. Сам понимаешь, если она тебя не примет, разговор будет окончен.
— В какую Академию, рэн? — взволнованно уточняю. Под ложечкой начинает нестерпимо сосать.
— В Туманную, разумеется.
꧁ ꧂
Кайли
— Девчонка, где ты была?! — с порога встречает меня злобное шипение. Закрываю за собой дверь, прислоняюсь к ней и наконец-то выдыхаю. Я бежала почти всю дорогу, чтобы в тишине своего пристанища тихо пищать от радости, да и Хельга, наверное, потеряла меня. Вряд ли она волновалась за меня, скорее за себя. — Почему ты меня с собой не взяла?
Хельга вертится в ногах, пытаясь обратить на себя внимания. А я же с улыбкой смотрю в окно, где в дневном свете виднеются шпили главного здания Академии.
— Поступила, — тихо произношу, и радость от этого захлестывает меня с новой силой. — Ура-а-а!
Хельга замирает.
— Как поступила? Серьезно, что ли? Не шутишь? — Она ставит мощные лапы мне на ноги, пытается заглянуть в глаза. В них мелькает… надежда?
— Да, меня взяли, — с гордостью сообщаю. — Вам, рэнс, принести поесть?
— Чего ж ты такая вежливая вдруг стала? — бубнит Хельга, с гордостью отворачивается и идет к кровати. Поворачивает голову на пол-оборота. — Так и быть, принеси. Я хочу жаркое с молодым теленком.
Хельга отворачивается и принимается умываться, я же беру из ящика несколько монет для оплаты обеда.
— Не уверена, что здесь такое найдется, но я постараюсь найти. Перекусим и переезжаем немедленно, — говорю, уже выходя из номера.
— Куда? В общежитие, что ли? — встревоженно уточняет Хельга, оторвавшись от своего занятия.
— Ну да, — пожимаю плечами. Вера в светлое будущие подернута дымкой первое впечатление от Академии, и теперь мне даже розовая комната уже не кажется такой уж ужасной. Ничего, уверена, что мы договоримся как-нибудь с Сайми о цвете наших апартаментов.
Наверное, я впервые слышу, как взрослый человек может так отборно ругаться. Не уверена, что некоторые из произнесенные Хельгой слова вообще существуют. Я не придумываю ничего лучше, кроме как захлопнуть дверь перед самым ее носом и спуститься за едой.
В столовой за прилавком вижу Адель. Она с добродушной улыбкой обслуживает посетителей. Быстро подхожу к ней и присаживаюсь за стойку.
— Ну, как ты? — спрашиваю у нее тихо. — Поступила?
Адель сдержанно кивает, хотя в ее глазах вижу лукавые огни.
— Поздравляю! Я тоже! — пищу в ответ.
— Здесь мой отец. Он не в курсе, — коротко сообщает Адель, украдкой кивнув на дверь. Она в этот момент как раз открывается, и в помещение вваливается группка парней, поэтому на грузного мужчину я совсем не обращаю внимания. Зато слышу злой шепот Адель: — Ну вот!
Но она сразу же берет себя в руки и натягивает вежливую улыбку, потому как парни чуть старше нас плюхаются за стол совсем рядом со стойкой. Главаря этой «мафии» видно сразу: брюнет с длинными каштановыми волосами, вальяжная поза, красивое бледное лицо с золотыми глазами и надменная улыбка. Да и остальные смотрят на него с обожанием.
— Адель, душка, принеси нам как обычно! — нахально зовет тот, что сидит от главаря по правую руку. Брюнет с короткой стрижкой и грубыми руками, хотя и одет с иголочки. Уверена, что он из работяг.
— В порядке очереди, — цедит девушка и отворачивается, но я успеваю заметить, как она закатила глаза. — Сейчас принесу твой заказ, — обращается уже ко мне шепотом.
Я поворачиваюсь к ней, но спину мне словно огнем жгут, да так сильно, что оборачиваюсь снова и встречаюсь с золотыми глазами, с интересом изучающие мой силуэт. Заметив ответный интерес, парень манит меня пальцем, не моргая. Фу, каков позер!
Резко разворачиваюсь и порывисто забираю у Адель еду. Щеки отчего-то пылают.
— Увидимся там, — поднимаю глаза к небу, намекая на шпили Академии, и девушка меня понимает. Кивает с улыбкой и одними губами шепчет:
— Увидимся там.
Не глядя на компанию, быстро поднимаюсь по лестнице. Священные драконы, я же хотела спросить у нее какое-нибудь успокаивающее зелье для Хельги. Быть или не быть? Вспоминаются ее ворчания, и ответ однозначный. Конечно быть!
Возвращаюсь в столовую, Адель выглядит удивленной, а я прям чувствую, как меня прожигают золотые глаза. Главарь меня тоже заметил.
Гордо вздернув носик, подхожу к стойке и, прежде чем девушка успевает спросить, выдаю на выдохе:
— У тебя есть успокоительное зелье?
Получается немного визгливо и чересчур громко. Почему мой голос дрожит от волнения в присутствии парней? Все детство с ними провела. Неведомые ранее чувства беспокоят меня.
— Зачем тебе зелья, когда есть прекрасные маги-гипнотизеры? — раздается позади приятный голос, не слишком низкий, но и не слишком высокий.
— Не связывайся, — предупреждает Адель тихо.
— Доверяю проверенным методам, — отвечаю громко, не оборачиваясь. Я слышала про гипнотизеров. Эти маги все заклятия накладывают так, что редко известно, когда оно спадет. Может, через час, может, через пару дней. А студенты — уверена, что именно к этой категории парни и относятся — вообще плохо рассчитывают свою силу и могут отправить в транс на месяц.
— Тогда с тебя три серебянных, — говорит Адель и ставит на стойку маленький зеленый флакон. — Поможет на пару часов, не больше. Сонное зелье. Других нет, извини.
— Мне подходит. — Расплачиваюсь и беру флакон, сжимаю его в руках. Он сразу же нагревается. Спящая Хельга мне не очень претит, но это лучше, чем слушать ее нотации. Кладу зелье в сверток с едой. Немного потерпеть и попотеть придется, но дело благое.
Группка подозрительно затихла, но я подмечаю это слишком поздно. Потому как неожиданно спотыкаюсь о нагло подставленную подножку одного из парней и падаю прямо в руки обладателю золотых глаз.
— Ты мне тоже подходишь, — улыбаясь слишком белыми зубами, произносит он.
꧁Глава 7꧂
— Зато ты мне нет! — Пытаюсь отпихнуть наглеца свободной рукой, но он держит крепко за локти, не давая причинить себе вред.
— Рыжая, ты чего такая буйная? — вкрадчиво спрашивает парень, пытаясь прижать к себе. Ух, терпеть не могу, когда меня так называют!
Вообще, если парни дома задирались или наглели, я применяла одно действие, которое помогало в ста процентах случаев. Уверена, что этот нахал не исключение. Так что когда красавчики перегораживают вам дорогу, лучшее средство от них — это…
— К-х-р!!! — вырывается из него ругательство, пока он с перекошенным лицом сгибается пополам, прижимая руки ниже пояса. Этому меткому удару меня папа научил еще в детстве. В шутку. А я и запомнила.
Быстренько убегаю в сторону лестницы, пока никто не додумался поймать меня. Залетаю в комнату, запираю дверь. Надо срочно бежать отсюда, пока они не поняли, где найти меня.
— Девчонка! — Пока поспешно собираю вещи, меня сопровождает кошачье возмущение, но я не обращаю на него внимание. Один раз даже Хельге чуть на хвост не наступаю, пока она вертится под ногами.
Все, вещи собраны. Теперь дело за малым: вмешать в кошачью еду зелье. Ну не бегать же за Хельгой, чтобы прям в рот влить снотворное? Боюсь, наши отношения в таком случае окончательно испортятся.
— Что ты задумала? — заметив мой нахмуренный взгляд, Хельга поджимает хвост.
— Ничего. Сейчас дам вам еду. Жаркое не было. Только лепешки с мясом.
Отворачиваюсь спиной и щедро сдабриваю еду зельем, вылив все до последней капли. Смешиваю пальцем начинку, потому как других альтернатив все равно нет. Привычно облизываю кончик, не сразу понимая, что натворила. А когда доходит, дергаюсь в сторону, чтобы выплюнуть, но встречаюсь с внимательным взглядом Хельги. Нет, если сейчас поступлю так, она точно ничего не съест.
Глотаю с таким трудом, будто в горле ком застрял.
Делаю пару шагов, и меня вдруг ощутимо пошатывает. Голова становится чугунной, такое ощущение, что кто-то затормозил мыслительный процесс, как палки в колеса вставил.
— Все в порядке? — настороженно интересуется кошка, принюхиваясь к поставленной еде. — Пахнет вкусно.
— Все отлично, — неубедительно подтверждаю. Хельга что-то бубнит под нос и принимается жевать, пока я расправляю покрывало на кровати, прислушиваясь к шуму за дверью. Раздается ругань где-то отдаленно, но голоса похожи на тех, что я слышала внизу. Вот ведь!
Это немного отрезвляет. Подбегаю к окну на ватных ногах. При должной сноровке я туда пролезу. Повезло, что второй этаж. Ниже как раз черепичная крыша, а внизу на площади снуют кареты и телеги. На крайний случай прыгну прям на брусчатку. Не в первый раз же… Только бежать с чемоданом и Хельгой нереально — это однозначно. Выбор очевиден.
— Потом вас покормлю, — бросаю на бегу, подхватывая тяжелое пушистое тело.
Хельга пытается слабо вырываться, но когда видит открытое окно, в раму которого я с трудом пытаюсь протиснуться (а мне оно шире казалось), лепечет:
— Девчонка, что ты… — И отключается. То ли от ужаса, то ли от снотворного, но ее тело разом обмякает и тяжелеет килограмм так на пять по ощущениям.
Мои кожаные туфли не предназначены для походов по черепице, так что низкий каблучок то и дело цепляется за выступы. В такие моменты кошачье тело перевешивает на одну сторону, и мне стоит огромных трудом удержать ее на себе, да и себя тоже. Медленно крадусь по крыше, стараясь не шуметь, но мое там присутствие собирает парочку зевак. Еще больше привлек народ окрик из того самого окна:
— Ты что творишь, дуреха?!
Полагаю, голос принадлежит главному нахалу, что значит для меня только одно: нужно поторопиться, потому как явно его дружки сейчас пойдут меня сторожить с земли.
Пологая крыша с одной стороны выходит на главную площадь, на противоположной стороне которой Академия и вечно снующие куда-то жители города, а на другой — тихий переулок, в который едва помещаются кареты. Но спуск там, мягко говоря, неудачный: довольно высоко. Если только…
С кругового движения площади поспешно съезжает бричка. На вожжах сидит человек в плаще, сложно разглядеть его пол. Беспокоить таких — идея просто ужасная.
— Сейчас поплатишься, красотка! — Нахал уже пролез через окно и теперь находится от меня в нескольких шагах. Выбора нет. Хватаю Хельгу крепче и прыгаю в поравнявшуюся с нами бричку, молясь всем богам, чтобы она выдержала веса нас всех.
По моим расчетам, испуганная лошадь должна была дернуться вперед и нестись квартал, прежде чем ее остановят. Там бы я извинилась и поспешно исчезла с глаз долой. Но мои расчеты подкачали.
Как-то получилось, что Хельга лежит на мне, я — на твердых коленях, а по бокам от меня руки с крупными выступающими венами в перчатках держат так, словно я в колыбели. При этом незнакомец умудряется тут же затормозить лошадь и уставиться на меня ярчайшими голубыми глазами, цветом похожими на небо. А еще у меня ощущение, что где-то я их точно видела.
Незнакомец откидывает капюшон. Светлые короткие волосы. Красивое мужественное лицо с мелкими морщинками у глаз. Широкая челюсть и узкий подбородок.
— Извините, — мямлю, стараясь вырваться из объятий. Но мужчина держит крепко и поднимает голову, рассматривая моих обидчиков. Воцаряется тишина.
— Что здесь происходит? — сурово спрашивает он, нет, не у меня, а у парней. В голосе звучат повелительные нотки, словно он привык отдавать команды.
— Ничего необычного, Ванд, — отмахивается нахал, указывая, что они знакомы.
— А вы что скажете, рэнни? — обращается мужчина уже ко мне.
— За мной гнались, — невинно хлопаю глазки. Энни говорила, что такое безотказно действует на мужчин. Она в этом деле вроде как профи.
— Да потому что… — возмущается нахал, повышая голос.
— Вы не могли бы довести меня до ворот Академии? — воркую я (надеюсь, именно так оно и звучит на самом деле).
Мужчина хмыкает:
— Дети. Хорошо, рэнни, я подвезу вас, — уже со вздохом обращается ко мне. — Садитесь рядом. Кошку держите на руках. Я не очень их люблю.
— Конечно, — согласно киваю и с трудом перелезаю на сиденье. Места едва хватает для двоих, но по крайней мере меня не сдают с поличным.
— Ванд, ты даже разбираться не будешь? — рычит нахал и еще что-то бубнит себе под нос, но я не слышу.
— Я разберусь, но несколько позже. Есть срочные дела, как только довезу бедную деву, попавшую в беду, — ехидно произносит он. Ясно, мои ухищрения не сработали. Опускаю глаза. — Учебный год впереди длинный, достанется всем. И я же просил называть меня на людях по статусу.
— Конечно, рэн декан. До встречи.
— До встречи, принц Ахернар.
Мое смущение вмиг слетает. Я поднимаю глаза, и мы встречаемся с принцем (!!!) взглядом. На его лице победная улыбка. Малышка, тебе не поздоровиться.
Отворачиваюсь, напустив вид, что ничего такого не случилось и не влипла по самые пятки.
— Простите, а вы декан какого факультета? — нарушаю молчание, которое, впрочем, неловким не было: судя по напряженным рукам соседа, он, наверное, злится.
— Боевого.
Фух! Не моего! Вот это уже хорошо. Я же, вроде, на лечебном? Да и короткий ответ — признак того, что собеседник не намерен продолжать разговор. Но он думает по-другому:
— Но ты не переживай, лечебники у меня практику тоже проходят. Два цикла обороны должны сдавать все. Так что я еще успею узнать, что ты за птичка. Пингвин или курица.
Поджимаю губы и отворачиваюсь. Неприятная ситуация. Лучше помолчать.
Мы делаем небольшой круг по кварталу и снова выныриваем на центральную площадь. Мельком гляжу на крышу гостиницы: там никого нет.
Декан останавливается у бокового входа, и стражники тут же подскакивают ко мне, чтобы подать руку.
— Рэн, — кланяются они параллельно.
— Довольно, — рычит декан. — Рэнни новенькая, пусть кто-нибудь проводит ее до лечебного общежития.
— Будет сделано, рэн! — мигом отзываются стражники. Они чуть ли кольцом меня не обступают, поэтому я только слышу, как отъезжает от нас бричка.
— Вам помочь, рэнни? — спрашивает молодой стражник.
— С чем? — не понимаю я и прослеживаю за его взглядом. Лежащая без движения Хельга. — Конечно!
Протягиваю парню пушистое тело, проскальзываю мимо спин других стражников.
— Вы тогда меня и проводите, — распоряжаюсь, пока они опять кольцом не сомкнулись, ибо даже доспехи не могут скрыть истинно мужской запах, который мне не по душе.
— Конечно, рэнни, — отзываются наперебой с облегчением.
С гордым видом прохожу мимо склоненных голов и подхожу к распахнутым воротам. По земле клубится туман ровно до ограды, словно невидимая стена запрещает ему вытекать наружу. Замираю на секунду. В тот раз меня перенесло в какое-то странное место, не хотелось бы оказаться там еще раз. Но вроде мир по ту сторону ровный, нигде и ничего не переливается и не мерцает.
Делаю парочку неуверенных шагов. Ничего не случилось, мир остался прежним, только корпуса стали ближе на несколько сантиметров. «Ну вот, зря боялась», — промелькает в голове, когда сзади раздается нечеловеческий звук.
Резко оборачиваюсь. Вместо головы у молодого стражника комок из коричневой шерсти, а другие оторопело смотрят на него со светящимися шарами в руках. Все замерли.
— Девчонка! — рычит Хельга, трясясь всем телом. Быстро подбегаю к ней, хватаю за бока в попытке снять. Почувствовав мои руки, кошка ослабляет хватку. От ее веса невольно отступаю на шаг, и нас обеих пробирает разрядом чистой магии с головы до ног. Хельга отскакивает в сторону, а я на секунду теряю связь с реальностью.
— Рэнни, — меня берут под руку. — Идите сюда и расскажите, что происходит. Академия не пускает тех, кто скрывается не под своей личиной.
Зрение возвращается, но лучше бы я нет: расцарапанное лицо парня отекло и покраснело, а остальные стражники смотрят на меня сурово. Точнее, на нас, потому что Хельга жмется к моим ногам.
— Хоть вас привез рэн декан, все равно теперь придется его подождать. Попытка пронести замагиченное существо — это серьезное нарушение правил.
— Скажи им, что это ошибка, — мяукает Хельга, но никто не реагирует. Очевидно, ее никто не понимает, и она досадливо поджимает хвост.
— То есть даже объясниться не дадите? — предпринимаю последнюю попытку договориться.
Стражники качают головой.
— Вам лучше не своевольничать, пока не увидите рэна декана.
— И долго его ждать? — со вздохом спрашиваю, следуя за широкими спинами в доспехах в маленькую коморку.
— Как знать. Иногда его не бывает в городе неделями.
꧁Глава 8꧂
— Неделями? — ошарашенно переспрашиваю. Сердце пропускает удара три. — А как же… Я же поступила…
— Ничего не поделаешь. Слишком серьезное нарушение, рэнни, — вздыхает охранник и отворяет передо мной дверь в тесную коморку. — Придется ждать.
Я делаю шаг, но Хельга артачится у самого порога. Охранник незаметно пихает ее ногой, за что получает грозное шипение.
— Я туда не пойду, — мяукает она. — Терпеть не могу темные помещения!
— У вас дома царит полумрак, — напоминаю ей и случайно встречаюсь глазами с охранником. Он с прищуром смотрит на меня и на кошку.
— Ты с ней, что ли, разговариваешь? — с намеком интересуется он. Ох, как же хочется шлепнуть себя по лбу!
— Нет, вам. Дом в смысле здание. Здесь мрачно, — тараторю.
Мужчина пожимает плечами и чешет голову, оглядывается. Его коллеги разошлись по делам, негласно оставив непутевую магичку на его совесть.
Откашлявшись, он бухтит:
— Ну, это мне известно. Не стой, проходи.
Упрямой Хельге достается под самое мягкое, и она пулей влетает в коморку. За нашими спинами захлопывается дверь. Делать нечего, сажусь на деревянную скамейку. Чувствую, скоро копчик отвалится от ее твердости.
— Ну, что теперь делать будем? — ехидничает Хельга в темноте. Почему-то она решила остаться на полу, да и драконы с ней.
— Ждать? — озвучиваю очевидное. Я бывала в разных передрягах, но в подобной, когда меня застукали стражи порядка, впервые. А во всем виноват принц!
— Может, опять разбудишь свою магию?
— Вряд ли это помещение не защищено от волшебного вмешательства, — задумчиво произношу, ощупывая взглядом темные стены. С виду обычное дерево, но вряд ли все так просто. Зато огонек внутри будто жаждал проснуться; от одного только слова «магия» он разгорается так, что аж печет. Невольно поглаживаю грудную клетку, что действует на внутреннюю силу успокаивающе.
— Тогда предлагаю все отрицать, — выносит вердикт Хельга где-то близко. Она выныривает из тьмы на слабую полоску света и прыгает рядом на скамейку, приземляется поближе ко мне. Становится немного теплее, но я обрываю внутреннее желание обнять ее. — Вот угораздило же тебя так влипнуть, — добавляет Хельга, отчего мне хочется отсесть подальше.
— Вот угораздило же вам перейти мне дорогу, — в таком же тоне добавляю. Хельга издает странный звук, похожий на хмыканье, но ничего не отвечает, только в тишине камеры слышен глухой стук ее хвоста.
Пытаюсь различить какое-то движение за стенами. Только за ними тишина. Мы словно в вакууме. Это открытие не добавляет энтузиазма. Ладно, почти ничего не видно, но жить с ощущением, что, кроме меня и Хельги, в мире никого не осталось, просто ужасно!
Вскакиваю. Нет, я так просто не сдамся.
— Ты куда? — скептично интересуется Хельга.
— Искать выход.
Долго ощупываю стены и пол, но ничего не обнаруживаю. Мир сузился до этой коморки, только монотонный стук хвоста напоминает, что я здесь не одна. В горле застревает ком. Это так к мозгу медленно подкрадывается страх. С детства так было, но я упрямо подавляла это чувство. Когда с тарзанок летала, по темным лесам шаталась в поисках мифических животных… Ни одного, кстати, не нашла, но меня возненавидели с добрую сотню гномов, которых мы с друзьями ловили в юности. Такие истории лучше оставлять без подробностей. Мне до сих пор стыдно, если честно.
Наконец нахожу под скамейкой небольшой камушек, который приятно ложится в руку с одной стороны, а с другом ершистый, царапающий кожу. Странная вещица, но может пригодиться. Жаль, в полумраке не виден цвет, хотя, кажется, камень и при свете будет черным. Может быть, еще есть? Шарю рукой по пыльному полу, но больше ничего не нахожу.
— Я всяких пленников видел, но чтобы они пытались под скамейку залезть… — приятный мелодичный тенор вмешивается в мысли, и я подскакиваю от неожиданности, больно ударившись затылком о скамейку. Шум и свет вдруг обрушиваются на меня лавиной; мне требуется несколько секунд, чтобы осознать происходящее.
Вылезаю из-под скамейки, выпрямляюсь. Свет падает из-за спины незнакомца, поэтому я не вижу его лица. Однозначно, могу сказать только одно: он очень высок, намного выше меня. Длинные ноги переходят в узкий торс, который плотно облегает сюртук.
— Паво Грегош, декан целительского факультета, — мне протягивают длинную руку. Несмело протягиваю свою и вкладываю в теплую сухую ладонь, а другую, с камнем, прячу за спину.
— Кайли Гала, — застенчиво отвечаю, потому как от соприкосновения пробежалась щекотка.
— И вы?..
— Студентка академии, только поступившая, — тараторю, решив умолчать, что как раз тоже с целительского факультета. Зачем о себе впечатление портить сразу?
— Ах, точно! Как раз подумал, где вас мог видеть, — бархатно засмеялся декан, отчего я почувствовала себя странно. Мы стоим, я по-прежнему не вижу его лица, а Хельга помалкивает в углу, чему я вообще не удивлена.
— Видимо, мы уже встречались, — несмело отвечаю. Глаза напротив блеснули.
— И вас, помнится, как раз на мой факультет определили? — задумчиво озвучивает мои страхи мужчина. Я быстро киваю. Хочется провалиться сквозь землю. Мне крышка.
— Ввиду отсутствия моего друга Ванджелиса меня попросили заняться вашим делом. — Свет вокруг включается так резко, что я теряюсь. Декан оказывается мужчиной в самом расцвете сил. Я бы сказала, ему чуть больше тридцати. Смуглая кожа, цветом напоминающая тертый шоколад, черные, как недра земли, глаза. Признаться, я никогда не видела настолько красивых людей; причем красота декана не слащавая, а холодная и отталкивающая. — Итак, мы имеем, что абитуриентка пытается пронести в Академию заколдованное существо. Зачем?
Мужчина протягивает руку, намекая на рукопожатие. Понятно: так он каким-то образом анализирует мои слова. Врать бесполезно, но если я скажу правду, кем мне приходится Хельга, карьеру мне не видать. В этом стране считается, что женщина должна сидеть дома после замужества.
Вкладываю ладонь в чужую и, задрав голову, произношу медленно, чтобы было время подумать:
— Я смогла снять магическую цепочку, и вырвавшийся всплеск магии превратил стоявшего рядом человека в кошку.
— Интересно, — хмыкает декан, посылая щекотку по моей руке. Она тут же покрывается мурашками от странных ощущений. — Что было дальше?
— Я не могла оставить пострадавшую как есть и привезла ее сюда в надежде, что квалифицированные маги помогут, — говорить становится легче, ведь теперь, обходя подробности, чувствую себя увереннее.
— Почему не обратились к магам в своем городе? — стреляет следующим вопросом декан.
— Их просто нет. Мой городок мал, истинным магам там нечего делать. У нас и зелья-то редки.
— Откуда вы?
— Из Эрьеры. Это в самом центре страны.
— Ясно, — мужчина кивает. Я замираю: вот-вот с его губ сорвется вопрос, откуда девушка из маленького городка взяла деньги для учебы в Академии. Ответить на этот вопрос неправду нереально, но декан отпускает мою руку и коротко бросает: — Я хочу осмотреть пострадавшую.