Встретимся вновь

The Child They Didn’t Expect

© 2014 by Dolce Vita Trust

«Встретимся вновь»

© ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

Глава 1

Ронин лежал в темноте, он был удовлетворен и расслаблен, но каждой своей клеточкой чувствовал нежное, гладкое тело женщины, спящей в его объятиях. Она крепко прижалась к нему, и он слышал ее ровное дыхание. Ее густые, темно-каштановые волосы щекотали его кожу, но он боялся пошевелиться, чтобы не спугнуть воспоминания о том, как они занимаются любовью.

До сегодняшнего момента он избегал кратковременных связей. Но в этой новозеландке было нечто, мгновенно поразившее его. Ронин встретил ее в прибрежном ресторане отеля. Его тело мгновенно среагировало – такого с ним раньше не случалось. Тем вечером Зейн благосклонно кивнул метрдотелю, когда тот спросил, не будет ли он против, если Эли сядет за его столик: свободных мест в ресторане не было.

После ужина они пошли танцевать, а потом – гулять по залитому лунным светом пляжу Вайкики. Вечер закончился в ее номере: они занялись любовью. Внезапно, страстно, самозабвенно.

Его приятели были бы шокированы, если бы узна ли, что он, сдержанный человек с аналитическим складом ума, лег в постель с незнакомкой, поддавшись мимолетному влечению. Это не было в его правилах. Ронин мыслил логично, мог решить любую проблему в два счета, и его ум всегда подчинялся доводам рассудка. В этой ночи не было ничего логического или рационального. И все же она была волшебной. Единственное слово, которое приходило ему на ум. Слово, которого нет в его мире диаграмм и цифр.

Эли вздохнула и повернулась на бок, отодвинувшись от него. Ронин хотел вновь притянуть ее к себе и разбудить, чтобы продолжить то, что они начали, но внезапно зазвонил его мобильный. Звук доносился откуда-то снизу: аппарат был в кармане брюк, которые, должно быть, валялись где-то на полу.

Ронин взглянул на часы, пытаясь в темноте нащупать брюки. Пять утра. Это точно не его здешний клиент. Скорее всего, звонят из дома. Ронин быстро прикинул: в Новой Зеландии сейчас четыре – слишком рано, чтобы звонить. Или ошиблись номером, или что-то срочное. Найдя телефон, он взглянул на экран, увидел фотографию и номер отца и быстро зашел в ванную.

Прикрыв дверь, Ронин ответил. В ушах раздался почти неузнаваемый от горя голос.

– Папа, пожалуйста, помедленнее. Я тебя почти не понимаю.

– Си Си, Ронин. Она мертва. И Р. Джей тоже.

Страшные слова прозвучали ясно и четко. Кровь застыла в его жилах. Нет, не может быть! Его умница и красавица сестренка мертва?! Это невозможно. У нее всегда было отменное здоровье, и еще три дня назад, когда он уезжал, она светилась от счастья и предвкушения близкого материнства. Ронина отправляли за границу решать проблему очередного клиента, и зять поддразнивал его, что он пропустит рождение своего первого племянника или племянницы.

– Как? Когда? – спросил он непослушными губами. – Что случилось?

– Начались роды. Р. Джей повез ее в роддом. Пьяный водитель проехал на красный и врезался в них. Их машину отбросило в столб. У них не было ни единого шанса.

Голос отца срывался. Осознание чудовищности случившегося обрушилось на Ронина, слезы обожгли глаза. Он не мог поверить, но понимал: это правда.

– А ребенок?.. – спросил он, проглотив комок в горле.

– Сделали кесарево. Малыш чудом выжил. А Си Си… Си Си умерла во время операции. Она слишком сильно пострадала, врачи не смогли спасти обоих.

Сквозь всепоглощающую боль, от которой подкашивались колени, до Ронина едва дошло: у него родился племянник. Ребенок, которого все так ждали и уже любили, стал сиротой. Ронин заставил себя собраться.

– Как мама?

– В шоке. Мы оба в шоке. Я волнуюсь за нее, Ронин. Приезжай, сынок!

– Я приеду, как только смогу. Обещаю.

Они еще немного поговорили. Ронин пообещал, что позвонит сразу, как только поймет, каким рейсом сможет улететь, и положил трубку. Прислонившись к прохладной стене, выложенной плиткой, он несколько раз глубоко вдохнул. Успокоиться. Надо успокоиться и собраться. Больше всего на свете ему хотелось заплакать. По сестре, по несбывшимся мечтам, которым не суждено сбыться. По ребенку, который будет расти сиротой.

Ронин взял себя в руки. Вернулся в номер и осторожно собрал свою одежду. Стараясь не шуметь, быстро оделся и вышел. В голове была только одна мысль: он должен вернуться домой.

Полет показался ему бесконечным. Во время полета он составлял списки того, что надо было сделать, тех, с кем надо было встретиться. И все долгие часы его сердце терзала боль, заглушить которую не могло ничто.

Спустя пятнадцать часов Ронин оказался там, где его так ждали. Ронин заметил бледное лицо отца в зале прибытия сразу, как только прошел таможенный контроль. Знакомые руки, такие сильные, обхватили его привычным с детства жестом. А затем он почувствовал, что тело отца сотрясает крупная дрожь, и понял, что сейчас тот нуждался в его утешении, как никогда.

– Я так рад, что ты вернулся! – Отцовский голос дрожал. Это был голос глубокого старика, а не того крепкого мужчины, каким он был всего несколько дней назад.

– Я тоже, папа, я тоже.

Было уже за полночь, когда из аэропорта они поехали в квартиру родителей в Мишн-Бей. Отец вел осторожно: дорога была мокрая, а на светофоре выждал несколько секунд после того, как красный свет сменился зеленым. Мысли Ронина вернулись к женщине, оставшейся на Гавайях. Надо позвонить в отель и сообщить, куда он уехал. Он так спешил домой, что ему только сейчас пришло в голову: ведь он ее бросил!

Когда, она сказала, возвращается? Ронин напряг память, но от горя и усталости его всегда такой ясный ум словно заволокло туманом. Он оставит ей сообщение, как только сможет. Но сейчас на первом месте для него была семья. Вернее, то, что от нее осталось.

Эли все еще чувствовала себя уставшей после перелета, когда остановилась у офиса своей фирмы «Лучшее – детям». Она знала, что поступила правильно, решив провести отпуск на Гавайях. Она собиралась съездить отдохнуть уже несколько лет, и вот наконец планы осуществились. Но, пообещала себе она, в следующий раз она полетит прямым рейсом и в удобное время. И не станет экономить.

Да, было бы куда веселей провести отпуск не в одиночестве. Зато можно насладиться полной свободой. Три последних года она была поглощена своим бизнесом и порядком выдохлась. Она гордилась тем, чего ей удалось добиться, но за успех пришлось заплатить сполна. Она заслужила отдых.

Эли думала вернуться полной энергии и новых планов. А вместо этого ее душа ныла от боли. Это была всего одна ночь. Несколько часов. Она ничего не ждала от них и все-таки чувствовала себя обманутой. Обокраденной.

Эли понимала: ее чувства нелепы. Но боль, которую она ощущала, не шла ни в какое сравнение с той болью, которую она испытала пять лет назад, когда муж признался, что больше ее не любит. Он закрутил роман с дизайнером, которую нанял, чтобы сделать ремонт в своем офисе. Что и говорить, это больно, когда тот, с кем ты провела ночь, бесследно испаряется. Особенно если учесть, что, переспав с ним, ты нарушила все свои правила. Проснувшись в одиночестве, Эли была ошеломлена. Если он не собирался снова с ней встречаться, зачем предложил позавтракать и вместе провести ее последний день на Гавайях? Что ему стоило оставить сообщение?! Хоть пару слов!

Эли заставила себя собраться. Все в прошлом, сказала она себе. Ей и не через такое пришлось пройти, но, ничего, выжила. Будем считать, это был просто ложный сигнал на ее внутреннем радаре. Все, забыли! Ей не нужны новые отношения. Бизнес заполнил ту брешь, которую оставило в ее жизни неудачное замужество. Надо было быть благоразумной, а не позволять лунному свету и красивому незнакомцу путать все карты. Она отлично усвоила урок: не надо нарушать собственные правила и подпускать к себе мужчину, как бы сильно ее к нему ни влекло.

Похвалив себя за здравомыслие, Эли вошла в офис. В приемной сидела ее ассистентка и подружка Деб.

– Доброе утро, – поздоровалась она. – Скучала тут без меня?

– Еще как! Мне столько нужно тебе рассказать! Но сначала ты. Гавайи правда так хороши?

– Там и впрямь очень красиво, – улыбнулась Эли. – Особенно закаты. Вот, смотри.

Она достала мобильный телефон и открыла папку с фотографиями. Они рассматривали роскошные кадры, сделанные Эли.

– Ты точно не снимала это для открыток или календаря? – с сомнением спросила Деб, когда они любовались снимком заката на пляже.

Эли смотрела на экран телефона, где пурпурное небо раскинулось над густыми пальмами. Этот снимок был сделан в ту ночь, когда она познакомилась с Ронином. Ночь, в которую она окунулась с головой, послав к чертям сомнения, и наслаждалась… им – единственным, если не считать ее бывшего, мужчиной, с которым она спала.

Эли живо вспомнила все с того момента, когда их пути пересеклись. В тот вечер столика ей не досталось: в ресторане не было свободных мест, – и она шла к выходу, не глядя перед собой, когда они внезапно столкнулись. Она не успела хорошенько его рассмотреть, но отметила характерные черты. Во-первых, высок и хорошо сложен. От него веяло мужественностью и силой. Во-вторых, приятно пах. Сквозь ароматы блюд она уловила исходящий от него запах одеколона. Он долетел до нее, словно бриз, дразня и возбуждая ее.

Их руки соприкоснулись, и у Эли перехватило дыхание. Давно ее тело так живо не откликалось на легчайшее прикосновение. Она и забыла, как это – чувствовать сексуальное влечение.

Он извинился глубоким, хорошо поставленным голосом и отступил, пропуская ее. Эли молчала, ошарашенная своей реакцией на его прикосновение, и лишь кивнула: извинения приняты. Он уже отошел, когда она поняла, что он тоже из Новой Зеландии. Она оглянулась через плечо и увидела, как метрдотель улыбнулся ему и подал меню, а затем проводил к столику. На одного. А потом ей предложили к нему присоединиться.

Эли отогнала воспоминания, пока ее проницательная подруга не прочла их на ее лице, и заставила себя рассмеяться.

– Да, уверена.

– И ты познакомилась с классными парнями? Пожалуйста, скажи, что познакомилась!

Эли с трудом смогла улыбнуться.

– Я ездила туда не для того, чтобы крутить романы, а отдохнуть. А теперь расскажи мне, чем ты занималась, пока меня не было?

Деб потребовалось добрых двадцать минут, чтобы ввести ее в курс дела. Агентство «Лучшее – детям» оказывало услуги семьям, где ждали прибавления. Выбрать ванночку для малыша, обставить детскую или провести собеседование с кучей нянь – полный сервис. Они открылись три года назад, и сначала дела шли неважно, но в последний год клиенты стали советовать их друзьям и заказов хватало.

Это была приятная работа, но у Эли она часто вызывала грусть: Эли не мола иметь детей. Но ей было в радость помогать семьям.

Радость, которую сама она никогда не почувствует.

Когда она была ребенком, то представляла себя мамой всех своих игрушек. Эли любила детей и мечтала о доме, полном ребятишек. Они мечтали об этом вместе – она и тот, кого она любила и кто стал ее мужем. Они полюбили друг друга еще в школе и собирались завести большую семью, как только поженятся. Но этому не суждено было сбыться. Когда Эли узнала, что не может иметь детей, это стало для нее сильнейшим ударом. Она была уверена, что справится, если Ричард будет рядом. Но она разочаровала его. Настолько, что он разлюбил ее и бросил ради другой женщины.

Последние несколько лет научили ее искусно прятать боль. Эли была самой младшей из четырех сестер, остальные уже обзавелись семьями и детьми, и они были счастливы. Ей же приходилось тяжело, но она справилась. «Лучшее – детям» стало смыслом ее существования и помогало переживать все личные драмы.

– Детская вечеринка у Холденов прошла хорошо, – сказала Деб, возвращая внимание Эли к делам насущным. – Им понравились игры и кексики.

– Ты отправила в пекарню цветы и записку с благодарностью? Они ведь взяли наш заказ в последний момент и спасли нас, – сказала Эли, вспоминая, как в день ее отъезда на Гавайи компания, которую они обычно нанимали для обслуживания праздников, подвела их в последнюю минуту.

– Конечно. Хозяйка позвонила и заверила, что будет рада и дальше работать с нами. И кстати, вчера мы получили новый контракт. И не просто получили, но и подписали!

– Что, просто взяли и получили? – недоверчиво спросила Эли.

– Именно! – не скрывая довольства собой, ответила Деб.

Обычно получение нового контракта было делом непростым: надо было встречаться с клиентами, готовить презентации, составлять предложения и так далее. Получить контракт без всех этих хлопот удавалось редко. По правде сказать, это произошло впервые. Должно быть, недоверие отразилось на ее лице.

– Знаю. Я тоже удивилась, но они сказали, что дело срочное, – ребенок уже родился, – объяснила Деб. – Возникли осложнения, и он все еще в госпитале. Клиент хочет, чтобы детскую закончили до того, как малыша выпишут. И еще кое-что.

– Что? – вздохнула Эли, не веря в неожиданную благосклонность фортуны.

– Тебе дали карт-бланш на эту детскую. Твой дизайн, любой бюджет.

– Неужели? Ты уверена?

– Уверена! Я отправила клиенту контракт по электронной почте, и в тот же день курьер привез подписанный экземпляр. Также в этот же день нам перевели деньги!

Эли взяла у Деб бумаги и быстро просмотрела. Кажется, все в порядке. Она взглянула на подпись под договором. Имя разобрать ей не удалось, но, похоже, к ним обратилась все же компания, а не частное лицо. Она прежде не слышала о «РЕМ консалтинг», но это ничего не значило.

– Ну, – выдохнула она. – Похоже, все в порядке.

– Они хотят, чтобы ты сегодня же взялась за работу. Мне кажется, они сами не знают, что им нужно, что странно. Но все надо сделать быстро. Я сказала им, что ты будешь у них в три часа дня.

Эли простонала про себя. Она надеялась провести весь день в офисе, разбирая почту, но похоже, это придется отложить. Ну ничего, все равно у нее не было грандиозных планов на вечер.

– Ладно. Главное, что я в курсе.

– Не могла же я совсем оставить тебя без работы, – сказала Деб с лукавой улыбкой. – Сварю кофе, пока ты будешь просматривать почту.

– Спасибо, Деб. Ты спасла мне жизнь.

Утро прошло быстро. Эли пообедала у себя, просматривая новые заказы, а потом поехала на встречу. Ей удалось хорошенько поработать, пока Деб отвечала на звонки. Она решила взять дела на дом, чтобы быть во всеоружии к завтрашнему дню. В кабинет вошла Деб.

– Я позвонила клиенту, чтобы подтвердить встречу, и выяснила, что творится на дорогах. На южной трассе пробки, так что тебе пора выходить, чтобы быть в Уитфорде вовремя.

Эли взглянула на часы.

– Спасибо. Лечу!

На дорогу у Эли ушел почти час, и она про себя поблагодарила Деб. Она гордилась своей пунктуальностью, но могла с головой уйти в работу, поэтому иногда мысленно подгоняла. Свернув с автострады, она направилась к зеленым холмам городских окраин. Она предвкушала предстоящую работу.

Впервые за три года у нее был карт-бланш. Обычно клиенты знали, чего хотят, и было немного странно, что эти родители не высказали никаких пожеланий. Эли думала, что, если ребенку пришлось провести в больнице несколько дней, скорее всего, он недоношенный, и родители могли решить, что у них еще есть время. Сейчас все их мысли только о малыше.

Любопытно, чем они занимаются, раз могут позволить себе жить здесь и оплатить ее счет, а он будет внушительным. Впрочем, чем бы они ни занимались, Эли собиралась сделать отличную детскую.

Сбросив скорость перед последним поворотом, она свернула на подъездную аллею, назвала свое имя в интерком и въехала в распахнувшиеся железные ворота.

Аллея была длинной. По обеим сторонам возвышались холмы, на которых паслись коровы. Она заметила два пруда с утками. Какая идиллия! В этих местах ребенок явно будет расти счастливым. Подъездная дорожка привела ее к дому. Трудно было не испытывать легкой зависти к людям, которые владели всем этим. Дом из желтого кирпича под серой крышей был величественным и элегантным. Должно быть, из его окон открывается потрясающий вид на гавань Уэтемата и на пролив Хаураки.

«Не отвлекайся, – велела себе Эли, паркуясь у входной двери. – Ты приехала не наслаждаться видом, а работать». Она вышла из машины. От ожидания встречи с новыми клиентами по ее телу пробежала нервная дрожь. Такого с ней раньше не было. Эли списала это на необычные обстоятельства. Поднявшись на крыльцо, она позвонила в дверь, вновь любуясь открывшимся ее взору сельским пейзажем.

Обычно перед подписанием договора она встречалась с клиентом дважды. На этих предварительных встречах она оценивала, поладят ли они. Пару раз она отклоняла предложения, поскольку понимала, что не угодит работодателям. Найдут ли они общий язык с этой парой? Эли надеялась, что да. Пока она ждала, когда ей откроют, воображение, вдохновленное пейзажем, рисовало детскую. Если они с клиентом не поладят, она будет очень разочарована – и не только из-за денег.

Услышав звук открывающейся двери, она приготовилась улыбаться и повернулась. Улыбка застыла на ее губах: она узнала стоящего перед ней мужчину. Этот колючий подбородок, темно-русые волосы, пронзительный взгляд голубых глаз.

Ронин Маршалл. Ее гавайский любовник.

Последний человек, которого она хотела бы увидеть снова.

Глава 2

Ронин моргнул, потом у него внезапно вырвалось:

– Эли?!

Он слышал голос в динамике интеркома, но думал о своем, поэтому не вслушивался. У стоявшей перед ним Эли был ошарашенный вид. Должно быть, как и у него. Но в следующую секунду она уже овладела собой. На ней были розовая блузка и бледно-серая юбка-карандаш, и она являла собой образец профессионализма. Блузка подчеркивала легкий загар и серо-голубые глаза. Странно, что он только сейчас заметил, какого они цвета. Впрочем, не так уж странно, учитывая, что они встретились вечером и провели вместе всего несколько часов при свечах или вовсе в темноте.

– Это какая-то ошибка, – с сомнением произнесла Эли. – Ты обратился в нашу фирму?

– Да. Точнее, моя помощница.

– Значит, тебе нужна детская?

– Да, да. Пожалуйста, входи. – Ронин пропустил ее в фойе. – Я понятия не имел, что это будешь ты, – невольно признался он.

– Это что-то меняет? – с вызовом спросила Эли.

По блеску ее глаз он понял, что она рассержена.

Ронин был озадачен. Почему она так воинственно настроена?

– Нет, конечно. Я уверен, что ты профи. Просто не ожидал, что увижу тебя снова. Я пытался оставить тебе сообщение в отеле, но ты уже уехала.

Эли вздернула тонкую бровь. Было ясно: она не поверила. Ронин вздохнул. Верит она ему или нет, но им нужно забыть о своих чувствах. Им предстоит работа, и ему нужна ее помощь.

После похорон этим утром Ронину было тяжело, как никогда. Увидев Эли, он почувствовал, как его смятение усилилось. Это был чертовски трудный день и, судя по выражению лица Эли, лучше он не станет.

– Послушай, – произнес он. – Я должен извиниться. Пожалуйста, давай начнем все заново?

Он протянул руку. Эли поколебалась, но пожала ее. В ту же секунду, как их руки соприкоснулись, он мгновенно почувствовал к ней влечение, как и в тот вечер. Несмотря на то, что случилось наутро, их незримая связь сохранилась. Ронину захотелось прижаться к ней. Это было совсем на него не похоже.

– Пожалуйста, не беспокойся, – сказала она и высвободила руку. – А теперь к делу.

– К делу. – Ронин кивнул. Значит, вот как она собирается себя вести. Словно они никогда не встречались. Не касались друг друга, не целовались. Что он никогда не входил в нее так глубоко, что перестал понимать, где кончается ее тело и начинается его. Могла ли она все забыть? Он забудет не скоро.

Если бы Ронин не заметил, как порозовела ее шея, то решил бы, что их рукопожатие оставило ее равнодушной. Но она залилась краской, и это было доказательством того, что между ними что-то есть. Хорошо, он будет играть по ее правилам. Возможно, ему даже понравится.

– Сюда.

Через холл они прошли в просто обставленную гостиную, где Ронин проводил много свободного времени.

– Пожалуйста, садись. Выпьешь чего-нибудь: кофе, чай, прохладительного?

– Спасибо. Воды, – сказала Эли, усаживаясь на один из обитых тканью стульев вокруг деревянного кофейного столика.

Через несколько минут Ронин вернулся с бутылкой минеральной воды и стаканами и налил ей.

– Я благодарен тебе за то, что ты приехала так быстро.

– Мы гордимся нашим сервисом, мистер Маршалл, – чопорно ответила Эли и достала планшет. Легкое прикосновение пальцев – и устройство ожило, совсем как недавно он в ее объятиях.

– Ронин, – поправил он.

Они были близки. Так близки! Они могут говорить о делах, но он отказывался слышать, как она называет его мистер Маршалл.

Эли промолчала.

– Что именно тебе от меня нужно?

– Все, – сказал он.

На мгновенье Ронина охватила беспомощность, но он усилием воли заставил эти чувства отступить. Ему необходимо держать себя в руках. Похороны Си Си и Р. Джея были кошмаром. Только теперь он осознал, что все это происходит на самом деле и их уже не вернуть. Сразу после церемонии его родители отправились в больницу. Он хотел поехать с ними, но ему нужно было быть на этой встрече. Он не мог привезти ребенка в дом, который не подготовили к появлению малыша.

Его окатила волна страха. Что, если он замахнулся на невозможное, решив самостоятельно вырастить племянника? На несколько секунд Ронин мысленно вернулся к тому, что сказала его кузина Джулия после похорон. У нее уже было двое детей, и они с мужем предложили вырастить сына Си Си, как родного. По ее словам, то, что он взял на себя заботу о ребенке, вовсе не означает, что он должен его воспитывать. У его племянника было бы все самое лучшее, даже если он не будет жить с ним под одной крышей. Джулия прямо заявила, что, по ее мнению, в жизни Ронина просто нет места для ребенка: ведь он постоянно работает. К тому же у него нет не только жены, но даже постоянной подруги.

Но Си Си и Р. Джей ясно указали в завещании: если с ними что-нибудь случится, Ронин должен позаботиться об их детях. Ронин вытер слезы. Он обязан выполнить последнюю волю сестры. К тому же он все хорошенько обдумал и был настроен решительно. Надо было нанять правильных людей, которые ему помогут. Оказалось, что одним из таких людей была Эли Картер.

– Я понятия не имею, что делать, – признался он.

– Тогда ты обратился по адресу, – кивнула Эли. – Как я поняла, для ребенка ничего не готово.

– Точно, – подтвердил Ронин. – Си Си была дико суеверна. Она сама не хотела ничего покупать до рождения ребенка и другим запрещала. Мы пытались воззвать к ее здравому смыслу, но все было напрасно. И вот теперь у нас нет даже ванночки.

Эли нахмурилась, но лишь на миг.

– Когда привезут ребенка?

– Дней через десять.

Эли сделала себе пометку. Хотя она ничего не сказала о том, что ей надо управиться за такое короткое время, у него сложилось впечатление, что она недовольна. Ронин знал, что ситуация нестандартная, но он все подробно описал в договоре, поэтому не мог поверить, что Эли удивлена. Но, может быть, проблема не в этом? Может быть, она еще сердится на него за Гавайи? Надо было бы все выяснить.

– Эли, по поводу той ночи…

Она подняла голову от планшета.

– Ночи?! Ах, ночи. Не будем об этом. – Она изобразила улыбку, которую и улыбкой-то назвать было нельзя, – просто подняла уголки полных губ. – Давай дальше о делах.

Что ж, он попытался. Она не хотела об этом говорить. «Жаль», – подумал Ронин, глядя на серебристые бусы, прятавшиеся в вырезе ее блузки. Ему вдруг показалось, что будет очень заманчиво узнать мисс Элисон Картер заново.

Эли сосредоточилась на планшете и составляла список того, что может понадобиться, если она возьмется за эту работу. Кого она пытается обмануть – «если»?.. Ее фирма не откажется от такого предложения. Деб показала подписанный контракт. Ей придется работать с этим… субъектом!

Нахлынувшая ярость грозила камня на камне не оставить от ее профессионализма. Как он посмел изменить с ней беременной жене?! Как он вообще посмел изменить жене? Став жертвой неверного мужа, меньше всего на свете она хотела бы затеять интрижку с женатым мужчиной. Она предпочла бы умереть, чем стать причиной боли и горя, через которые ей самой пришлось пройти. Предательство само по себе жестоко, а в ее случае оно было нестерпимо.

Эли отпила воды, пытаясь подавить ярость. «Вот мерзавец!» – подумала она. Привлекательный мерзавец. Сейчас предательское тело помнило его ласки, дрожало от прикосновений, которые будто отпечатались на ее коже.