Завоевать жену у алтаря

Глава 3

Декабрь

Розалинда знала, что питается правильно и спит достаточно. Только почему-то сна ей не хватало. Она объясняла это бешеной нагрузкой, свалившейся на нее после приезда в Нью-Йорк, где она тут же приступила к поискам жилья и продолжила встречаться с закупщиками различных торговых сетей и владельцами небольших элитных бутиков.

Их фирма несла огромные убытки, однако Пьер сохранял оптимизм. Розалинде ничего не оставалось, как надеяться, что он прав и что разработанная ею новая коллекция придется по вкусу целевой аудитории здесь, в Америке.

Командировка в Нью-Йорк, смена часовых поясов и напряженный рабочий график – все это не проходит бесследно, думала Розалинда, надевая один из костюмов своей коллекции одежды для отдыха. Она пошла к кофемашине, которая уже сварила для нее кофе. В крохотной кухне витал восхитительный аромат. Однако на полпути она резко развернулась и побежала в ванную – настолько сильным был приступ тошноты. Чтобы справиться с ним, Розалинда обтерла лицо и шею намоченным в холодной воде полотенцем, а потом, посмотрев на себя в зеркало, поняла, что больше нельзя игнорировать очевидное.

Новость о том, что она, вероятно, беременна, ошеломила ее не так сильно, как она предполагала. Розалинда всегда хотела ребенка, но надеялась, что он родится в браке, основанном на любви. Сейчас, когда над ее бизнесом нависла угроза краха, время для его рождения было не самым подходящим, поэтому ей предстояло выбирать всего из двух вариантов: либо выйти замуж за Гэбриела Каррингтона, если, конечно, он еще не женился, либо ехать домой.

Чтобы успокоиться, Розалинда принялась составлять список. Первым делом нужно купить тест на беременность. Потом, если окажется, что она беременна, сообщить Гэбриелу, что ему предстоит стать отцом.

Тут она сообразила, что за прошедший месяц довольно часто вспоминала о нем. А вот о Дрейке практически забыла, хотя, по идее, и должна была бы переживать из-за рухнувших надежд – как-никак, они были вместе целых полгода, она даже готовилась прожить с ним всю жизнь. Теперь же ей, вероятно, придется связать себя узами брака с совершенно другим человеком. Однако, как ни странно, эта перспектива не вызвала у нее отторжения. Напротив, она ощутила приятное предвкушение.

Ведь они с Гэйбом испытали такую сильную страсть! Но можно ли на этом строить брак? Розалинда надеялась, что можно. А что, если он уже нашел идеальную кандидатуру на роль жены и заключил с ней контракт? От этой мысли в ней возобладали странные эмоции – то ли зависть, то ли ревность. Это удивило ее, и она решила проанализировать свои чувства к Гэбриелу под другим углом. Да, она хочет снова увидеться с ним, получше узнать его, может, даже влюбиться в него, хотя он и не верит в любовь. В постели им было очень хорошо, так что они наверняка найдут точки соприкосновения и в других аспектах.

Судя по тому, что этот парень говорил тогда на приеме, он рассчитывал на то, что она выйдет за него, только в тот момент не знала, как на это реагировать. Розалинда всегда придерживалась мнения, что брак должен держаться на прочных, основанных на любви отношениях. Однако Гэйб шарахается от любви, а она не сможет жить без любви. И что делать? Да, между ними существует взаимное уважение, и они смогут на этом построить семью. Но хватит ли ей этого?

Розалинда хмыкнула и снова посмотрела на себя в зеркало. Рано еще строить планы, ведь она не знает, беременна или нет.

Пройдя на кухню, она вылила кофе и заварила себе чай. Позавтракав, отправилась в аптеку, где купила три теста – чтоб уж наверняка. Через двадцать минут она получила ответ. Результат положительный. Положительный. Положительный. У нее будет ребенок. Новость оказалась волнующей и одновременно пугающей. Весь остаток дня она размышляла над тем, как сообщить ее Гэйбу. Телефонный звонок отпадает – о таком надо говорить лицом к лицу.

Не давая себе передумать, Розалинда через Интернет заказала билеты на удобный рейс. После этого она достала чемодан и принялась складывать в него вещи. Квартира была оплачена до конца декабря, и она рассчитывала, что к этому времени будет знать, вернется в Нью-Йорк или нет. Так как она намеревалась работать даже там, Розалинда бросила в чемодан свой альбом для набросков и карандаши с красками.

Три часа спустя она уже ехала в аэропорт. Нервничала, представляя, как Гэбриел воспримет новость. А что, если он уже нашел себе жену?

Гэбриел, сидевший за письменным столом, поднял голову. Звонок предупредил его о том, что по подъездной аллее к дому едет машина. Среднего размера внедорожник был ему не знаком. Водитель вел его так, будто плохо знал и машину, и местность.

Гэбриел встал и подошел к окну. Внедорожник остановился, и водительская дверца распахнулась. Он напрягся, когда узнал фигуристую блондинку. Розалинда Бэнкс. Он меньше всего ожидал увидеть ее здесь. Прошел месяц с того дня, когда он оставил ее в номере «Беллеми», и за этот месяц Гэйб провел встречи с несколькими потенциальными кандидатками и всем им отказал. И все по вине Розалинды. По какой-то странной причине ему не удавалось выкинуть ее из головы и каждую женщину сравнивал с ней.

Какого черта она тут делает? И как ей удалось выяснить, где он живет? Розалинда выглядела утомленной и бледной. Выпрямившись и расправив плечи, она направилась к крыльцу его одноэтажного просторного дома, стоявшего на вершине небольшого холма.

Гэбриел прошел к двери и открыл ее.

– О, привет, я не знала, дома ты или в разъездах, – сказала Розалинда, рукой указывая на ранчо, простиравшееся до горизонта.

– Как видишь, я дома. Я не рассчитывал снова увидеть тебя. Как ты узнала, где меня искать?

– Спросила на заправке перед въездом в город. – Она закусила нижнюю губу, и он понял, что ее что-то мучает. Набрав в грудь побольше воздуха, Розалинда заговорила: – В общем, случилось кое-что. И мне нужно срочно с тобой это обсудить.

– Проходи.

Он закрыл дверь и повел ее в гостиную. По обе стороны от камина стояли длинные и удобные диваны. Каминная труба, тянувшаяся до высокого потолка, была украшена колесом, сохранившимся от первого фургона прадеда. Гэбриелу очень нравилось это напоминание о том, как и когда семейство Каррингтон появилось на этой земле. Настанет день, и это колесо будет принадлежать его наследнику – если, конечно, его проект с поисками жены завершится успешно.

– Садись. Хочешь чего-нибудь выпить? Кофе, воды, что-либо покрепче?

– Воды, пожалуйста.

Гэйб кивнул и принес из кухни две бутылки воды и стаканы. Наполнив один, протянул его Розалинде. Их пальцы случайно соприкоснулись, и он испытал все то же самое, что и в тот памятный вечер. Однако тут же осадил себя, напомнив, что одной жаркой ночи мало для серьезных отношений и что он не настроен на кратковременные интрижки. Как бы им ни было хорошо в спальне, они с Розалиндой идут в разных направлениях.

– Что тебя привело в Ройял? – спросил он, усаживаясь на диван напротив нее. – Ты сказала, что у тебя что-то срочное.

Однако Розалинда не спешила открыть ему причину своего неожиданного визита. Одарив его вялой улыбкой, она принялась пить воду. Напившись, поставила стакан на журнальный столик, подалась вперед и обхватила руками колени. Хотя Гэбриел плохо знал ее, он умел читать людей и по ее позе понял, что она побаивается его реакции на то, что собирается ему рассказать.

– Да. После нашей ночи возникло одно… осложнение, – тихо проговорила Розалинда, опустив взгляд на толстый ковер.

– Осложнение?

Гэбриел подавил раздражение, которое вызывала в нем ее нерешительность. Он ждал, уставившись в ее макушку. Неожиданно она подняла голову, и их взгляды встретились.

– Я беременна.

Он непонимающе замотал головой:

– Что?

– Я беременна. От тебя.

– Ты уверена?

– В том, что я беременна или что от тебя? – не без сарказма спросила Розалинда.

– Да. – После той ночи, что они провели вместе, она вполне могла побывать в постелях других мужчин.

– Уверена. И в том и в другом. Наверное, из-за смены часовых поясов я пропустила прием таблеток. Уверяю тебя, ребенок твой.

Ее голос дрогнул, и она потянулась за стаканом с водой.

– Итак, – произнес Гэбриел и замолчал, не зная, что сказать дальше.

Ребенок? Его ребенок? Разве не этого он хотел?

– Да, итак, – сказала Розалинда. – Совершенно очевидно, что нам обоим это создает массу неудобств. Я узнала об этом буквально только что и решила, что это не та тема, которую можно обсуждать по телефону. Да и номера твоего у меня не было. И я хотела, чтобы ты узнал об этом прежде…

– Прежде? – Гэбриел похолодел. Откуда-то из глубин его души поднялась настоятельная потребность защитить своего ребенка.

Розалинда пожала плечами:

– Ну, не знаю. Прежде, чем я приму решение, что мне делать. Если честно, я еще не думала об этом. Понимаешь, в ту нашу встречу мы с тобой отлично поладили, и мне показалось, что из этого может что-то получиться. Но если ты не заинтересован, если ты уже женат, тогда я вернусь в Австралию. Я смогу вырастить ребенка сама.

Гэбриел был так поглощен своим желанием обнять эту женщину и зацеловать, что не сразу осмыслил сказанное. Вернется в Австралию? Ни под каким видом! Если она так сделает, он едва ли увидит своего ребенка.

– Нет, – твердо заявил он.

– Что нет?

– Ты не увезешь в Австралию этого ребенка – если этот ребенок мой. Он или она останется здесь и будет воспитан как Каррингтон.

– Это твой ребенок, Гэбриел, – устало произнесла Розалинда. – Клянусь.

Он заглянул в ее голубые глаза и нутром почуял, что она не лжет.

– Мы поженимся.

– Я предполагала, что ты это предложишь. Ты уверен, что так будет правильно? Мы же совсем не знаем друг друга. Ты готов жениться на совершенно чужой женщине?

– Не совсем чужой, – возразил он и увидел, как ее щеки залил яркий румянец.

– Ты же понимаешь, что я имею в виду. Сейчас не время для шуток.

– Я говорю абсолютно серьезно. Выходи за меня. Я не буду мешать тебе заниматься бизнесом и заполучу наследника.

– А что будет между нами?

Гэбриела охватило возбуждение при мысли, что эта женщина каждую ночь будет принадлежать ему, однако он подавил его. Ему это совсем не нужно. Он видел, что делают с людьми нереалистичные ожидания.

– Я не хочу, чтобы между нами было недопонимание или сложности, – ответил он.

– Под сложностями ты понимаешь любовь?

– Именно так.

Розалинда на это ничего не сказала. Гэбриел против воли вспомнил вкус ее губ, и в нем тут же разгорелся пожар, который требовал выхода наружу.

Розалинда не представляла, как сложится их совместная жизнь. Новая встреча с Гэбриелом пробудила в ней сладостные воспоминания о той ночи. При виде его у нее бешено забилось сердце, а соски набухли, словно в ожидании его прикосновения. Сможет ли жить без близости с ним, той самой близости, которая, по его словам, влечет за собой сложности? Она всегда мечтала о любви, о крепком браке, о семье – причем именно в таком порядке. Разве это глупо – хотеть того, что было у ее родителей и есть у ее подруг? Только почему-то у нее все получается в обратном порядке. Да, Гэйб сможет обеспечить своего сына или дочь всем необходимым и полюбит ребенка всеми фибрами своей души, в этом она не сомневалась. Но вот сможет ли она жить даже без ожидания любви? Достаточно ли ей будет финансовой безопасности?

Если скажет «нет», ей придется вернуться в Сидней и собирать по кусочкам своей бизнес. Из-за беременности ее шансы прорваться на американский рынок в значительной степени уменьшатся, что, в свою очередь, неизбежно приведет к значительным потерям рабочих мест. Если ответит «да», она получит денежные вливания в бизнес, что позволит ей сохранить штат и приступить к агрессивному расширению.

Одно несомненно. У нее не будет даже потенциального шанса построить отношения с отцом ребенка, если она вернется домой. А такой шанс ей очень нужен.

Реальность высветила перед Розалиндой единственный ответ.

– Да, – сказала она.

Глава 4

Сразу после того, как Розалинда ответила «да», Гэбриел взялся за дело: подрядил своих адвокатов и нашел местного врача, которому предстояло наблюдать за ходом беременности. Судья, один из приятелей отца, очень обрадовался возможности зарегистрировать брак после обязательных семидесяти двух часов ожидания, которые отсчитывались с момента приема заявления.

Отец Гэбриела, как всегда, оказался недоступен, а деда в городе не было. Он пригласил их исключительно из вежливости и испытал облегчение, когда Денвер Каррингтон прислал извинения и сопроводил их приглашением на обед в какой-нибудь из удобных для всех день в будущем. Гэбриел приглашение принял.

Он оглядел небольшую группу гостей, приглашенных в клуб на празднование их с Розалиндой бракосочетания. Так как многие получили приглашения в последний момент, прийти могли не все. Розалинда о чем-то беседовала с одним из его друзей и рассмеялась в ответ на его слова. Интересно, спросил он себя, как мама восприняла бы всю эту ситуацию. Она всегда всем сердцем любила отца, а тот растоптал ее любовь. Стала бы она сожалеть о том, что сын, дабы не рисковать своим сердцем, предпочел строить семью на основе делового соглашения?

Гэбриел отпил великолепного шампанского и увидел, что к нему идет Карсон Вентворт, нынешний президент «Техасского клуба скотоводов», с большим отрывом победивший на выборах очень сильного кандидата, Лэйну Лэнгли, что только усилило вражду между семьями.

– Мои поздравления, – улыбнулся Карсон. – Как я вижу, ты получил желаемое.

– Спасибо, Карсон. Рад, что смог прийти и вместе с нами отпраздновать это событие.

– Если честно, когда до меня дошли слухи, что ты ищешь жену, я подумал, что ты поставил перед собой невыполнимую задачу. Я всегда считал, браки по расчету заключаются только с лошадью и повозкой. – Карсон рассмеялся и отсалютовал ему бокалом. – Но теперь, когда я познакомился с Розалиндой, я искренне поздравляю тебя. Она умна и красива, настоящая находка. Вы составляете идеальную пару. Надеюсь, вы будете счастливы.

Гэбриел чокнулся с ним и сделал глоток. Розалинда, похоже, покорила всех. Даже его самого, чего он не предполагал и не хотел. Да, она ему нравится, однако занимает слишком много места в его мыслях.

– Мы подходим друг другу, и оба нацелены на успешный результат, – сказал он. – А как дела у твоего прадеда? Я давно его не видел.

Карсон нахмурился:

– Все у него в порядке. Он слаб, конечно, но иного и не ждешь, когда тебе сто лет. А вот ум его стал острее, чем раньше, правда, если не считать навязчивой идеи о том, что его усыновили. Если это правда, тогда я могу понять, почему он спешит все это выяснить. Хотя, думаю, шансы невелики.

– Я то и дело слышу о дневнике той фотожурналистки, Ариэлль Мартин. Ты считаешь, что она перед смертью раскопала что-то важное?

– Слухи ходят разные. Очевидно, он что-то рассказал ей по секрету, однако ты не хуже меня знаешь, что слухи редко опираются на факты. Кстати, это не единственное, чем одержим Хармон. Он постоянно твердит о том, что нужно покончить с враждой между Лэнгли и Вентвортами. Что до меня, то я буду только рад сложить оружие, а вот насчет Лэнгли я сомневаюсь. Особенно после того, как я обставил Лэйну. Проблема в том, что Хармон дал ясно понять: если правда в ближайшее время не откроется, он вычеркнет клуб из своего завещания.

– Но у клуба достаточно средств и без его завещания, ведь так?

– Так, но мы хотим делать больше и лучше для всех жителей Ройяла. А на это нужны деньги.

Гэбриел отвлекся от беседы, увидев, что к ним направляется Розалинда. Глядя на нее, он не мог поверить в то, что это восхитительное создание не только его жена, но и мать его будущего ребенка. Он чувствовал с ней какую-то странную связь, словно ей удалось нащупать путь к его душе. Он постоянно уверял себя, что это не так, что в их отношениях ни его сердце, ни его душа никак не задействованы.

Однако, несмотря на такие уверения, Гэйб все равно не мог оторвать от нее глаз. В платье цвета слоновой кости из ткани, которая мерцала при каждом ее движении, с рассыпавшимися по плечам светлыми волосами, она казалась неземной красавицей. И была таковой. Сознание, что теперь эта женщина принадлежит ему, пробуждало в нем совершенно новые эмоции, которые не являлись частью их сделки.

Конец ознакомительного фрагмента.