Хозяин времени. Загадка Алисы
- -
- 100%
- +
– Матушка Чен не любит людей. Разве что они не поданы с лапшой и острой капустой, – облизнулась девушка.
Алисе стало не по себе. Вот теперь стало отчетливо понятно, что у китаянки демонические, черные глаза. А ведь Рэй сказал, что лишил Алису способности видеть… тогда почему она продолжает различать вторую натуру существ вокруг? Иногда, когда девушка двигалась, глаза ее становились обычными. Это было похоже на некачественное изображение на записи, но Алиса переживала, что Рэй что-то в ней повредил, и теперь она всегда будет так видеть.
– Матушка Чен должна помнить, скольким она мне обязана. Так что сообщи ей о нашем приходе, Ли, – категорично и строго заявил Макс.
Демон в облике красавицы недовольно качнул головой, но все-таки скрылся в подсобном помещении.
– Держись, Алиса, сейчас мы тебе поможем, – теперь голос сыщика прозвучал мягко и с легким беспокойством.
А Алиса не могла уже даже соображать и говорить от боли. Оставалось только покорно ждать своей участи.
Вскоре снова появилась Ли. Она мило улыбнулась и пропустила Макса и Алису в подсобку.
Сначала они прошли через склад с товарами, сваленными на стеллажах и полу, как казалось, без разбора. Здесь было пыльно. А яркий свет заставил Алису зажмуриться. Боль взорвалась в голове острыми осколками. Если бы Макс не тянул ее за собой, Алиса бы не смогла идти.
Затем по длинному темному коридору они вышли навстречу легкой китайской музыке, запаху благовоний и на легкое колыхание каких-то алых занавесей. Макс отодвигал их рукой, звенели монетки с квадратными отверстиями, нашитые на ткань, и через эти легкие полупрозрачные звонкие ткани они вышли в маленькую комнатку с красными обоями и темной мебелью.
На огромном возвышении из мягких матрасов с большими кистями, нашитыми по углам, сидела и дымила тонкой длинной трубкой пожилая китаянка. Она была грузная, маленькая, с гладко зачесанными темными волосами.
– Матушка Чен, – Макс поклонился.
Алиса просто опустила глаза – двигать головой она боялась. И замерла, когда увидела, что вокруг возвышения кольцом лежал золотой дракон. Сначала показалось, это статуэтка, но дракон вдруг потянулся, как кот, вытянул свои маленькие короткие лапки, раскрыл полную зубов пасть и громко зевнул. Его завитые усы в этот момент оттопырились в стороны, а потом снова свернулись в спирали. И он продолжил сопеть, положив голову на свою бородку.
Алиса крепко схватилась рукой за Макса. Но в этот момент заговорила матушка Чен.
– Маг, какой же ты настырный. Никак не насытишься моей благодарностью? Я тебе и так помогла уже сверх меры. Что еще тебе надо? Да еще притащил сюда человека. Совсем совесть потерял?
Последние слова были произнесены злым, неженским голосом. Алиса испуганно посмотрела на китаянку и почувствовала, как от страха подгибаются колени.
На матрасах сидело создание, лишь отдаленно напоминающее женщину: длинные белые волосы копной стояли на голове и торчали во все стороны. В уголках рта у нее торчало по острому желтому клыку, глаза были золотистые с маленькими черными точками зрачков. Иссохшие груди тряпочками болтались на животе, а бедра обвивала белая повязка. Только трубка оставалась неизменной в хищных когтистых лапах.
– Матушка Чен, – спокойно ответил Макс. – Знаю, что злоупотребляю, но сама посуди – ей очень плохо, пока найду мага, способного помочь, возможно, станет поздно. А ты рядом, и для тебя унять ее боль – так легко.
Алиса подумала, что «унять боль» – это эвфемизм более очевидного «оторвать голову», и пол под ногами стал подозрительно мягким. Она пошатнулась.
Макс почувствовал, как хватка Алисы слабеет.
– Прошу тебя, – он подхватил девушку за плечи, чтобы она не упала, и снова посмотрел на демона.
– Она услышала послание смерти. Будь она одной из нас, то справилась бы на раз и два. Как человек может это услышать, Макс?
– Я не знаю. На днях ее жизнь спас один маг. Возможно, он передал ей возможность это слышать.
Про себя Макс выругался на Рэя: безответственно с его стороны так щедро делиться с обычной девчонкой.
Демон слез с тюфяков и подушек и подошел к Алисе.
– И она меня видит такой, какая я есть. Проще оторвать ей голову и съесть. Тогда точно болеть не будет, – захихикала матушка Чен. Ее клыки под верхней губой обнажились. Алиса слабо попыталась отодвинуться, но Макс крепко держал ее.
Острые желтые когти на ногах матушки Чен смешно зацокали по деревянному полу, пока она прошла к столику, уставленному чашками и мисками. Она деловито загремела глиняной и металлической посудой, разыскивая что-то на столе.
– Сначала даете глазеть на нас кому ни попадя, – ворчала матушка Чен, – а потом мы удивляемся, откуда среди людей о нас столько баек ходит.
Алиса совсем потеряла сознание. Макс подхватил ее на руки. Матушка Чен вдруг смахнула всю посуду наземь со стола.
– Клади.
Макс положил девушку на стол и настороженно следил за матушкой Чен. Кто ее знает… Вдруг и в самом деле решит, что сожрать Алису проще, чем вылечить?
В когтистых пальцах китаянки появились тонкие белые иглы.
– Хорошо ее приложило, – проворчала она, втыкая первую иглу в висок Алисы. Та сразу стала черной и осыпалась в пепел.
Матушка Чен ловко воткнула следующую. Макс опасливо покосился на пучок иголок: неужели это так надолго?
Но после пятой осыпавшейся иглы шестая почернела лишь наполовину, и девушка открыла глаза.
– Ну вот, вроде все, – довольно оскалилась матушка Чен.
Алиса слабо вскрикнула и закрыла глаза руками.
– Совсем еще ребенок, – облизнулась матушка Чен. – Мясо еще мягкое, косточки сахарные…
– Спасибо, матушка Чен, – Макс торопливо помог Алисе подняться. Еще не хватало, чтобы подопечную Рэя сожрали по его вине. – Мы, пожалуй, пойдем.
– Скатертью дорога, – напутствовала их в спины матушка Чен.
Алиса поспешила следом за Максом, оглянулась напоследок на золотого дракона: тот подмигнул ей и снова уснул. Они снова прошли сквозь занавеси, но, к удивлению Алисы, оказались не в складском помещении, а сразу на улице. Оглянувшись, Алиса увидела, как за их спинами затягивается проход и снова появляется сплошная стена дома.
– Полегче? – Алиса уловила легкое беспокойство в голосе сыщика.
– Спасибо, Макс, – улыбнулась она. – Голова совсем прошла.
– Поехали, – коротко бросил он в ответ.
Во время поездки Алиса бросала на Макса косые взгляды: какой же он все-таки? Не побоялся ее притащить к зубастому демону, да еще и смог уговорить ее вылечить. Хоть он и был резковат и себе на уме, но Алиса начала понимать его. Макс был сухим и колючим, но на самом деле он неплохой. Как и Рэй.
Глава 6
Хозяин времени встретил их хмуро:
– Что так рано? Что-то случилось?
– Рэй, какого демона ты ей дал зрение? Ты совсем рехнулся? – набросился на него с порога Макс.
Рэй спокойно посмотрел на него. Алиса с удивлением подумала, что Рэй какой-то породистый по сравнению с Максом: сдержанный, вежливый, спокойный. А еще вдруг поняла, что глаза мага всегда оставались холодными, словно их синий цвет – это льдинки чистых горных озер. Они никогда не плавились от солнца, от тепла, от нежности. В них не выражалось обычно ничего. Это было странно наблюдать: Рэй смеялся, удивлялся, хмурился, даже злился, как сейчас, но глаза его оставались всегда одинакового холодными.
– Остынь, – сказал ледяным тоном хозяин времени. Его голос вернул Алису в реальность, как щелчок хлыста.
Макс тут же поменялся в лице, виновато опустил голову.
– Прости…
– Я давал ей зрение, чтобы она могла понять, от кого мы убегаем, но вчера я его снял.
– Твоя магия на нуле, как ты надеялся его снять? – напомнил Макс.
– Для этого нужна была совсем капля силы, я надеялся, что того, что накопилось, хватит.
Макс еле сдержал желание покрутить пальцем у виска, чтобы дать понять Рэю, что он думает о его поступке. Но с хозяином времени он был другом до какой-то определенной границы, которую чувствовал только интуитивно. Существовал предел панибратства, который с Рэем лучше не переступать.
Рэй укоризненно посмотрел на Алису.
– Рэй, я не то чтобы на тебя наябедничала, просто, похоже, никуда зрение не ушло. Я по-прежнему вижу… все…
– И слышит. Рэй, Алиса умудрилась подцепить послание смерти.
Рэй побелел, быстро подошел к Алисе.
– Как ты?
– Да нормально она, – вклинился Макс. Почему-то его испугало то, как близко Рэй встал к Алисе. Она лишь смотрела на них своими зелеными глазищами, то на одного, то на другого. – Я свозил ее к матушке Чен.
– К матушке Чен?! Макс?! Ты совсем головой поехал?
Рэй не кричал, но произносил фразы так холодно, что Алиса почувствовала, как от страха поджимает пальцы на ногах.
– А куда мне ее было везти? Она умирала! Нужно было действовать быстро.
Рэй хотел возразить, но Макс так смотрел на него, что маг понял: счет шел на минуты. А он бы помочь не смог. Поэтому Рэй тихо ответил:
– Давайте закажем пиццу и поговорим спокойно.
Позже, когда они собрались за обеденным столом, Рэй мягко обратился к Алисе:
– Что ж, очевидно, что видение я никуда не убрал, сил было слишком мало для этого. Ты что-то услышала сегодня, что не могло бы повлиять на тебя, не обладай ты способностью ощущать кружевной мир. Что ты могла такое услышать, Алиса? Связанное со смертью?
Алиса рассказала ему про черную визитку и про четыре руки аптекаря.
Макс мрачнел.
– Ох, Алиса… Ну и попала ты… в страну чудес, – прошипел он, наконец. – Как ты могла вляпаться во столько дерьма одновременно? Это ж надо обладать особым даром…
– Макс… – Рэй метнул холодный взгляд на сыщика. Макс уткнулся в пиццу.
– Как будто я очень этого хотела… – буркнула Алиса, скрестив руки на груди.
– Я был уверен, что у меня получилось, – задумчиво сказал Рэй. – Надо будет попробовать попозже еще раз. Возьми больничный, пока лучше на работу не ходить.
Рэй смотрел на нее спокойно, даже по-доброму, Алисе вдруг захотелось, чтобы Макс исчез, а Рэй просто накинул ей плед на плечи и предложил посмотреть фильм. Но тут же осеклась в своих же мыслях. Нет. Нельзя. Все это и так затягивает ее в этот жутковатый кружевной мир. Надо ограничить пребывание рядом с обоими магами и поскорее вернуться к своей прежней жизни.
– Ну уж нет… – Алиса упрямо мотнула головой. – Я и так терплю, как могу, всю эту чертовщину, но запирать меня дома не самая хорошая идея. Что такое происходит в моей аптеке? – повернулась она к Максу.
– Судя по всему, твой хозяин либо кому-то мешает, либо кому-то сильно насолил. И пока они только попугивают его. Но может так случиться, что прижмут сильнее. Визитка в нашем мире – способ напугать и доставить неприятности, но для жителей плоского мира этот посыл смертелен.
– Но ко мне-то это никак не относится? Вот и нет смысла не ходить на работу. Макс… а кто такая матушка Чен?
– Целительница существ и магов, но любит человечинку. Поэтому ее некоторые недолюбливают.
– А почему она тебе обязана?
– Спас Ли. Демоница совсем распоясалась, она питается мужской энергией, силами магов и простых смертных. Что-то вроде суккуба, только посильнее, может высосать все силы и жизнь. Ну и разошлась не на шутку… Начала косить всю магическую мужскую преступность в городе. С одной стороны… вроде хорошо, но Ли могла впасть в такую зависимость, что вскоре преступники бы закончились. В общем, пришлось посадить ее в изолятор, а потом, когда очухалась, выпустить. Теперь старается не доводить дело до смертей. Матушка Чен к Ли очень привязана. Вот и получилось, что моя должница – она. И хоть она никогда этого не признает… ей нравится быть полезной.
– А… дракон?
– Ты и его увидела? Ну, Алиса, – Макс с интересом переглянулся с Рэем. Хозяин времени чуть нахмурился, потом прищурился, глядя мимо Макса, как будто обдумывал свое предположение, но потом едва заметно качнул головой и опустил взгляд, задумавшись.
– Того дракона зовут Басилун. Но я о нем, кроме имени, ничего не знаю. Живет у матушки Чен. Что-то вроде домашнего животного.
Рэй усмехнулся. Алиса смотрела то на одного, то на другого. У Макса глаза горели от любопытства, предположений, эмоций, а вот Рэй, несмотря на разнообразие выражений лица, все равно оставался холодным, отстраненным.
– Басилун вовсе не питомец, Макс. Это сильное и доброе божество, которое живет в кружевном мире по собственному выбору.
– Как… то есть… я не знал…
– Басилун, наверно, влияет положительно на Ли и матушку Чен. Но ума не приложу, почему он выбрал жить у них…
– У нас слишком много проблем, чтобы думать о драконе с телом таксы, – беспечно заметил Макс.
– Да, возможно.
Алиса вдруг почувствовала, что Макс и Рэй хотят поговорить наедине.
– Ладно, ребята, пойду помою посуду и приготовлю чай, – она быстро собрала тарелки, прошла на кухню, включила воду, а сама прокралась обратно к двери гостиной.
Мужские голоса звучали приглушенно, голос Рэя отсюда доносился мягким, ласковым рокотом прибоя, а голос Макса был более режущий, глубокий, раскатистый.
– Мои силы начинают возвращаться. Но медленно. Что там по магсопротивлению?
– Пока ничего. Мы ждем, когда ты придешь в себя.
Макс замолчал, а потом повысил голос:
– Алиса, подслушивать нехорошо, ты об этом знала?
Алиса покраснела до корней волос и бросилась на кухню: конечно, легко догадаться, что она не моет посуду: тарелки-то не гремят.
Рэй вошел, слегка улыбаясь, мягко положил ей ладонь на плечо.
– Не смущайся, Алиса. Вполне нормально, что ты нам не доверяешь.
– Про твою силу… значит, она исчезла из-за меня?
Рэй внимательно посмотрел в зеленые глаза Алисы и слегка улыбнулся.
– Не из-за тебя. А из-за тех, кто тебя убил, Алиса.
Алиса преодолела стеснение и обняла его крепко за талию. Ну и пусть, что это не совсем хорошо, но дотронуться до мага хоть один раз хотелось очень сильно.
– Спасибо, Рэй. Спасибо, что спас. И этот кружевной мир показал.
Рэй не знал, обнять ее в ответ или нет, в конце концов нерешительно погладил по плечам. Она такая маленькая. Хрупкая. Закрыв глаза, он попытался выяснить, как же все-таки связаны Алиса и то существо, чьего времени он тоже коснулся, но едва в темноте, где были слышны лишь повороты шестеренок, он стал пробиваться на робкое сияние, как голос Макса прервал его.
– Обнимаетесь без меня? Нехорошо!
Алиса тут же отпрянула, как ужаленная, от Рэя, и тот потерял связь. Рэй с досадой повернулся к Максу, но, увидев его недовольное лицо, осекся.
Алиса нравится ему? Или он считает, что Рэй ее как-то использует?
Но сыщик просто достал пива из холодильника и вышел.
Алиса домыла посуду молча, Рэй просто наблюдал за ней, пока она расставляла тарелки. Потом девушка неловко скользнула по нему взглядом и вышла с кухни.
– Я вот что вспомнила, – обратилась Алиса к ребятам, когда они сели смотреть кино. – В эти выходные я обещала маме, что приеду. Если эта ситуация никак не разрешится…
– То я поеду с тобой, Алиса, – решительно сказал Рэй. – Макс будет охранять тебя всю неделю, так что на выходные с тобой останусь я. Дадим ему отдохнуть.
– Кстати об отдыхе, – Макс поднялся. – Мне пора. Еще пару дел надо доделать по работе. Увидимся завтра, Алиса.
Алису весь вечер не покидало ощущение, что она в чем-то перед Максом провинилась, хоть и не понимала, чего он так взъелся на нее. Рэй спас ей жизнь! А потом вспомнила, что и Макс тоже спас.
– Да что же такое творится! – девушка обхватила себя за плечи, забираясь в постель. – Не нужны мне эти магические миры и волшебство! Я просто хочу стать фармацевтом. Серьезная спокойная работа. Все четко и по полочкам. А выходит какая-то… кракозябра…
Алиса улыбнулась и заснула.
В час ночи Басилун тихо вплыл сквозь стену в спальню и совершил круг над спящей Алисой. Потом спрыгнул на одеяло своим длинным извилистым телом, помял короткими лапками одеяло и, довольно ворча, устроился спать.
– Пст! Тут занято вообще-то.
Дракон приподнял густую бровь и одним глазом просканировал пространство. Вздохнул.
– И ты здесь…
Из темного угла вышел потрепанного вида кот: облезлый, худой, неопределенного цвета, одна глазница пустая, кое-как зашита грубыми нитками, зато в другой горит зеленый глаз. Он прыгнул на одеяло к Басилуну и сел, обложив себя переломанным хвостом.
– Я тут вообще первый поселился, – заявил кот.
Басилун добродушно смерил его взглядом.
– Зачем?
– Ну так… меня назначили из подземки. Девочка должна была попасть в царство мертвых ровно в девять часов тридцать четыре минуты и одну секунду, но так и не явилась. Поэтому там сильно расстроились, было много страданий, кровищи, воплей разочарованных душ…
– А если без подробностей? – предложил дракон.
– А если без подробностей, то послали разбираться. Вот я и сижу, смотрю, слушаю.
– Смог разобраться?
– Не очень, – вздохнул кот. – Тем более, что сегодня там опять случился переполох: девочка была при смерти, а ей назначено не было. Этот бренный мир, как всегда, полон тайн и загадок, червей и костей…
– Как тебя зовут? – поинтересовался Басилун.
– Одноглазый Сью, – гордо ответил кот.
– Вот что, Сью… можешь возвращаться в подземку, скажешь, что смерть отложилась по уважительной причине. Ну там…
– Да хозяин времени вмешался. Я уже выяснил. Там в подземке все в ужасе.
Басилун вздохнул.
– Ну ты и трепло, Сью.
– А что такого? Меня послали, я выяснил и доложил, – обиделся кот. – Между прочим, такого ответственного, как я, еще поискать.
– Эта девочка не должна была умереть ни в пятницу, ни сегодня. И хозяина времени просто направили на ту улицу.
– Кто? – тут же навострил уши кот.
– Так… есть один умелец…
– На него работаешь? – осведомился кот.
Басилун от такой наглости даже обомлел.
– Неважно. Можешь возвращаться к себе, Сью. Грызть пятки грешникам и мочиться в тапки бывшим правителям наверняка интереснее, чем сидеть в спальне человека.
– Ну уж нет, что я там не видел? А тут даже интересно. Я еще побуду, посторожу. А то мало ли что.
Басилун подумал, не сжечь ли одноглазого Сью своим огнем, но как-то не хотелось. Добродушно посмотрев на то, как потрепанный кот свернулся в клубочек и заснул, дракон тоже задремал в ногах у Алисы.
Глава 7
Сьюзанн оказалась миниатюрной девушкой с длинными тонкими светлыми волосами, убранными в хвостик. Она напоминала стрекозку из-за больших очков. Под белым халатом было неясно, во что она одета, но агент Грей смело предположила, что во что-то темное и серое, неприметное, как сама лаборантка. Но фигурка была ладная: Анна просканировала ее с головы до пят.
– Итак, Сьюзанн, я думаю, ты лучше Сантьяго объяснишь мне результаты анализов, – она подбросила конверт девушке на край стола.
Сьюзанн вся сжалась, но протянула руку к конверту.
– Сколько ты уже работаешь в лаборатории? – продолжила Анна.
Грэг про себя отметил, что она даже не попыталась смягчить свой холодный допросный тон.
– Десять лет, – робко ответила Сьюзанн. Она нервничала, конверт слегка дрожал в руках.
– И за десять лет ни одного повышения, премии или похвалы, – вставил Грэг.
Анна хищно улыбнулась.
– Сантьяго любитель выезжать вперед за счет умных, но отчаянно влюбленных в него серых мышек.
Сьюзанн покраснела, сделала вид, что вчитывается в результаты.
– Сьюзанн, я думаю, нам пора заменить кем-нибудь Сантьяго. Его манера работы меня не устраивает, а ты отлично работаешь и без него.
– Я не совсем… меня все устраивает… – залепетала лаборантка, испуганно глядя на Анну.
– Устраивает, что иногда он тебя зажимает в лаборатории после работы? Правда? И это девушка, которая была амбициозна в учебе и делала блестящие успехи, пока не попала в главную лабораторию? Не поверю, что тебя это устраивает, Сьюзанн.
Под змеиным взглядом агента Грей Сьюзанн испуганно застыла.
– Я… еще пока многого не понимаю… а Сантьяго хорошо дается руководство… и я слишком посредственная…
– Анна… – Грэг напрягся. – Ты ее что, гипнотизируешь?
– Немного… Чтобы добраться до сути вещей. Сантьяго своими насмешками и колкими комментариями, замаскированными под одобрение, совсем лишил ее чувства собственного достоинства. Надо будет разобраться.
Анна щелкнула пальцами, Сьюзанн часто заморгала, потом взгляд ее упал на результаты, и она начала доклад. Анна делала записи по ходу объяснения.
– Значит, образцы биоматериалов не принадлежат оборотням? – разочарованно переспросила Анна.
– Генетически они модифицированы, но не до конца, их ДНК не совершают оборот, похоже, это недооборотни.
– Но разве отдел за контролем промежуточных форм жизни не убивает таких еще на начальном этапе существования?
– Видимо, эти три образчика избежали аннулирования. Недообротни всегда более агрессивны и психически неуравновешенны, поэтому при первом обнаружении таких существ ликвидируют.
– Значит, мы ищем троих недообротней в Барселоне, которые решили не скрываться, а наоборот, словно хотят, чтобы их нашли, раз подбрасывают трупы на людные места?
– Похоже на то… Кстати, они – полуобороты от дневных форм жизни, но ведут активную ночную жизнь – у них в генах нарушен процесс синтеза белка, такое бывает у людей, когда они работают в ночные смены.
– Может, еще какие-нибудь подсказки?
– С полуоборотами сложно точно определить вид, но тут все довольно очевидно: мы имеем дело с представителями трех семейств: оленевый, кошачий, крокодилов. Насколько четко выявлены признаки этих семейств – сказать не могу. ДНК очень сильно поврежденные, скорее всего, с виду это обычные люди с наличием какого-либо атавизма или аномалией развития.
– Грэг, проверь этот след, – тут же отреагировала Анна. – Хоть что-то. Спасибо, Сьюзанн. Я обязательно распишу начальству в красках про твой вклад в расследование. И не вздумай, – тут ее змеиные глаза угрожающе сверкнули, – отказываться от своих заслуг. И еще кое-что…
Анна порылась в кошельке, вытащила визитку, что-то написала на оборотной стороне и протянула ее Сьюзанн.
– Это визитка моей сестры, она стилист. Свяжись с ней, договорись о встрече, выполни все, что она скажет. И я тебя уверяю, Сьюзанн, Сантьяго будет кусать локти, что так унижал тебя.
Сьюзанн выпорхнула из кабинета, красная, как помидор. Грэг с улыбкой посмотрел на Анну. Девушка уткнулась в свои записи разговора с лаборанткой и не замечала, как взгляд коллеги свободно скользит по ее фигуре, лицу, волосам…
– Ты чего там затих, Грэг? Уснул? – спросила она, не отрываясь от бумаг.
Грэг вздрогнул и поспешил вернуться к работе. Но через некоторое время все же спросил:
– Твоя сестра – стилист?
– Лора очень талантливая, – в голосе Анны послышались нежные нотки. – Сьюзанн она превратит в роскошную девушку, я уверена. Хоть пока и не знаю, как. Надеюсь, Лора найдет для нее время, трое детей не слишком способствуют росту ее карьеры…
– У тебя трое племянников?
Грэг зачарованно смотрел, как посветлело лицо всегда строгой Анны и как смягчились ее черты.
– О да! Трое классных непосед… – но тут же тень пролетела по лицу. – Вот только времени на них у меня совсем мало…
Грэг мысленно чертыхнулся: из-за этого расследования они вторую неделю работали без выходных, и он был счастлив быть рядом с напарницей, но не догадывался, что у замкнутой и с виду одинокой Анны Грей есть семья. Может, усталость и подстегнула ее на откровенность – обычно от Анны личную информацию получить было невозможно.
– Я проверю сеть данных по недооборотням и данные по поликлиникам Барселоны: возможно, есть база людей с атавизмами.
– Да, посмотри…
– А ты езжай домой, Анна. Ты же здесь уже почти двое суток сидишь.
Анна зевнула и потянулась.
– Ладно, Грэг. Звони мне сразу, как только что-нибудь выяснишь, хорошо?
Грэг пообещал, и Анна устало собрала вещи. Вышла из здания и направилась в метро. Пока поезд перебирал станции, а пассажиры сменяли друг друга, Анна рассеянно рассматривала их, думая о расследовании. В этой истории многое оставалось неизвестным. Например, как вообще познакомились трое убийц с такой вроде бы редкой аномалией? Почему вдруг решили убивать так часто и с вызовом? К чему хотят привлечь внимание?
Будь это одинокий маньяк, было бы понятно: хочет славы. Но трое зверей, которые вступают в сговор? У них должна одинаково поехать голова. Убивали девушек всегда одним и тем же способом, Анна была уверена поначалу, что это один человек. Трое убийц с одним и тем же почерком? Многое не сходилось. Анна беспокойно посмотрела на название очередной станции и вздохнула. Следующая – ее.
По дороге она зашла в магазин и купила упаковку тортильи[1] и сыра. В холодильнике у нее всегда было пусто. Приближаясь к своему подъезду, Анна змеиным чутьем почувствовала, что там ее что-то или кто-то ждет. Она остановилась, закрыла глаза и сосредоточилась.