Сюрприз для миллиардера

Пролог

Держу спину ровно, выражение лица отстранённое. Со стороны, наверное, кажется, что я просто иду на приём. Вряд ли кто-то догадается, что сейчас у меня в душе чёртова чёрная дыра.

Хочется, чтобы дыра эта разверзлась рядом с планетой и перемолола её в себе. Тогда мне не придётся принимать это решение, не придётся…

Подхожу к нужному кабинету, смотрю на время. Я вовремя – осталась всего минута. Крепко зажмуриваюсь, сжимаю кулаки так, чтобы ногти больно впились в кожу. Больно, но крови нет, а хотелось бы.

Медсестра выходит как раз в тот момент, когда я прислоняюсь к стене.

– Фокина? – вопросительно смотрит на меня девушка, а я киваю.

Она не смотрит на меня осуждающе, ей совершенно плевать. А мне хотелось бы. Пусть бы даже сказала, что я – мразь. Надо было, наверное, на форум каких-нибудь пролайферов зайти. Мне бы объяснили, что “Бог дал зайку, даст и лужайку”.

Но лужайки нет, и моему зайке негде было бы даже грызть морковку.

Я никогда не считала, что аборт – это ужасно. Понимала, что это не лучшее решение в жизни, но даже не думала, что чувствуешь себя именно так, когда идёшь на это.

– Проходите, – я будто в тумане отлипла от стены и сделала шаг за порог врачебного кабинета.

Врач сидел за столом, что-то читал на экране компьютера.

– Не передумали? – спокойно поинтересовался он, взглянув на меня.

Вопрос был “для проформы”, уверена. Если я и передумала, услуга уже оплачена… Наверное, он обязан спросить.

– Нет, – я из последних сил держала лицо.

Жалости не хотелось. Я её не заслуживаю даже. Да и куда проще чувствовать себя распоследней мразью, чем жалеть саму себя. От жалости точно сдохну.

– В таком случае, заполните согласие на медицинское вмешательство, – он подаёт мне лист, а затем ещё один.

Беру бумаги, начинаю читать. Зря, зря я это сделала. “Операбельное прерывание беременности на сроке от восьми до двенадцати недель”.

У меня этих недель десять с половиной. Ещё полторы недели, и ничего сделать будет нельзя. Я вовремя спохватилась, да…

Глава 1. Зоя

два с половиной месяца назад

– Твоя вина в этом тоже есть! – скидывая вещи в сумку, едва ли не кричал Паша. – Ты же не женщина, а мужик в юбке! Холодная, как… как… – кажется, мой парень, то есть, уже бывший парень, не мог подобрать подходящих слов, чтобы получше меня оскорбить. – Как рыба!

Я заторможено кивнула, глядя в его сторону, но, на самом деле, в пустоту.

– Тебе и сейчас плевать! – закончил он свою тираду и укоризненно взглянул на меня.

Я отмерла и горько усмехнулась.

– Паш, я не виновата в том, что ты не можешь держать в штанах своё хозяйство, пока я отсутствую пару недель.

Наверное, я и правда выглядела так, будто мне совершенно плевать на то, что отношения, в которые я вкладывалась почти полгода, развалились из-за того, что любимому человеку я показалась вдруг не слишком изобретательной в постели. Но мне не плевать. Я сдерживала истерику на чистом упрямстве, не желая показывать слабость перед предателем.

– Да ты даже ноги раздвинуть никогда нормально не могла, я не могу так жить. – Он застегнул сумку и отправился в коридор. Я, на секунду зажмурившись, взяла себя в руки и последовала за ним.

– Ключ оставь, – напомнила ему на всякий случай.

Он раздражённо отделил ключ от связки и кинул его на пол. Я его подбирать не стала при нём, лишь сказала:

– Всего тебе хорошего, Паша.

Он взбесился больше прежнего, обернулся, демонстрируя мне своё пунцовое от гнева лицо.

– Тварь ты, Зойка. Ни один нормальный мужик с тобой не уживётся, – выплюнув эти слова, он, наконец, вышел.

Дождавшись, когда дверь за ним закроется, я нагнулась, чтобы поднять ключ, но в этот момент меня настигли слёзы, сдерживать которые сил уже не было. Я опустилась на пол и разрыдалась в полную силу, чувствуя себя самой никчёмной женщиной на свете.

***

Тот вечер выпал на пятницу, так что, на следующий день на работу идти мне было не нужно. Я могла спокойно посвятить выходные зализыванию душевных ран, но тут мне кто-то позвонил.

Я с замиранием потянулась за телефоном, надеясь, что это не с работы. Мозги мои сейчас не были способны ни на что.

Но, к счастью, звонила Настя, моя подруга.

– Зоя! Это что за фигня?! – вопрошала она с праведным гневом.

– Какая именно? – вздохнула я, не зная даже, что могло случиться.

– У Пашки что за шкура с ним в инсте? – подруга говорила уже спокойнее.

– Понятия не имею, мы расстались, я за ним не слежу.

– Та-а-ак… Ты дома? – Я согласно что-то промычала. – Жди.

Я не стала возмущаться, подумав, что поддержка подруги мне сейчас точно не помешает.

Уже через пятнадцать минут Настя стояла у меня на пороге. Она жила в соседнем доме, так что, не удивительно, что она так быстро пришла. В руках у неё был пакет, в котором было вино, сок и торт.

Сок – это для меня. Алкоголь я не пью, совсем. И дело даже не в ЗОЖ, дело в аллергии. От бокала вина, выпитого мною однажды в семнадцать лет, я задыхалась, мне даже вызывали скорую. С тех пор я к спиртному не прикасаюсь. Сейчас даже немного жаль, что дела так обстоят. Вот напилась бы, забылась, может, стало бы легче.

– И когда вы расстались? – спросила Настя, когда мы устроились на диване в комнате.

– Неделю назад. Правда, я об этом узнала только вчера. – И я выложила подруге историю о том, как вернулась из командировки, а Паша мне тут же заявил, что он меня бросает, потому что нашёл себе другую девушку. Ну, а потом уже он выдал ту тираду о моей вине в развале отношений.

– Н-да, подруга, хрень вышла, – усмехнулась, а Настя тут же оживилась. – Так, давай, собирайся, поедем отрываться!

– Что? – удивилась я. – Нет, Насть, мне сейчас не до этого… – начала отпираться я.

Как можно было догадаться, в клуб меня Настя всё-таки затащила. У неё было два пригласительных билета в какое-то новое люксовое заведение, куда повезло устроиться её двоюродной сестре, которая ей эти билеты и подкинула.

Теперь я оглядывалась вокруг, стараясь не ослепнуть от разноцветных вспышек. Диваны кожаные, отделка дорогущая, это я даже в полутьме видела. Ценник бара конский, за стакан сока я едва не разорилась.

Настя полчаса где-то пыталась меня расшевелить, я сделала вид, что пошла танцевать, и она тут же куда-то испарилась.

Я танцевать не собиралась, а собиралась дойти до туалета. Кое-как найдя нужный коридор, я зашла в нужную дверь и едва не присвистнула. В туалете были не кабинки, а отдельные маленькие комнатки, внутри которых тоже всё было по высшему классу. В таких местах я была от силы пару раз, и то по работе, а не в качестве посетителя. Мне вся эта роскошь не по карману, и по карману никогда не будет.

Выйдя из туалета, я взглядом наткнулась на диванчик в углу зала, куда, кажется, шум доносился не так сильно. Туда я и проследовала.

Но, стоило мне только сесть туда, как ко мне подсел какой-то парень. Не очень симпатичный, зато на руки навороченные смарт-часы и одежда брендовая. Всё это заметно сразу невооружённым взглядом. Вот только от этого парень почему-то выглядел дёшево.

– Познакомимся, детка? – он сразу сел почти вплотную ко мне, обдал запахом перегара и попытался положить мне руку на колено.

– Не знакомлюсь, – чётко проговорила я и попыталась встать, но он больно схватил меня за руку.

– Эй, ну чё ты ломаешься-то, – сальная улыбочка украсила его лицо, я дёрнула руку, но он не отпускал.

Не успела я как следует испугаться, тут же рядом раздался громкий голос.

– Девчонку отпусти, – я подняла взгляд и увидела перед собой мужчину, который хмуро взирал на моего обидчика.

Глава 2. Зоя

– Мужик, иди куда шёл… – попытался возмутиться белобрысый, но незнакомец церемониться не стал. Двумя руками вздёрнул его за ворот, наклонился, что-то ему сказал и парня сразу же как ветром сдуло.

Я потирала руку, за которую ещё недавно меня крепко схватили, и удивлённо смотрела на своего спасителя.

– Нормально всё? – поинтересовался он, подходя ко мне ближе, а я смогла только кивнуть. – Вот и хорошо.

Тут он должен был, наверное, уйти, но вместо этого продолжал меня рассматривать. И, голову даю на отсечение, мысленно он меня уже раздел.

Я должна была испугать, но почему-то этого не произошло, мне нравился его взгляд. Льстило то, что, похоже, он меня хочет.

Тягучую паузу разорвал его вопрос.

– Выпьешь? – я кивнула, но не сразу поняла, что именно он от меня хотел. Просто заранее согласилась на всё.

– Только сок или лимонад, – уточнила я, когда осознала его вопрос.

Сев обратно на диван, я увидела, как к нему подбежала официантка, он ей сказал что-то, и она ушла.

– Надо же. Не пьёшь?

– У меня аллергия на алкоголь, – впервые, наверное, я эту фразу произносила, не оправдываясь, а просто сообщая собеседнику этот факт. Обычно меня обвиняли в том, что я скучная зануда, а тут он просто поинтересовался. Беззлобно. – Я Зоя, – может, ему не интересно было моё имя, но я решила представиться.

– Андрей, – мне его имя нравилось. Когда я размышляла о том, что у меня могут быть дети, я думала, что назову так сына. – Очень приятно, – с этими словами он взглядом скользнул вниз по моей фигуре, заставляя меня почувствовать волну жара, который будто бы повиновался ему.

– И мне, – ответила я, не понимая, что вообще происходит.

Дело было, наверное, в том, что таких мужчин я никогда не встречала. Не знаю, чем именно он отличается от других, но я никогда не ощущала себя так рядом с кем-лбо. Даже когда наши отношения с Пашей только начинались, это и близко не было тем, что происходит сейчас. А ведь Андрей, даже ни одного намёка не сделал. Только смотрел. Смотреть же у нас не запрещено.

Пока мы переглядывались, официантка принесла… Два лимонада, судя по всему. Не ожидала, что кто-то ещё в клубе сегодня не пьёт.

– Выпьем за знакомство? – усмехнулся Андрей, подавая мне бокал.

– Выпьем, – хохотнула я, хотела уже поднести бокал к губам, но меня остановили.

Андрей мягко перехватил мою руку, а потом скрестил её со своей.

– На брудершафт, – сказал он, и я затаила дыхание, потому что его лицо было слишком близко. И я думала в этот момент только о том, чтобы не подавиться, когда буду пить лимонад, потому что взгляд Андрея от меня совсем не отрывался. А я почему-то не могла смотреть ему в глаза.

Мысленно усмехнулась тому, что на брудершафт никогда не пила. Может дело было в том, что мне нельзя алкоголь, а никому другом и в голову бы не пришло использовать для этих целей лимонад. Но, скорее всего, всё это из-за того, что Паша, мой единственный парень, никогда не был романтиком, и предпочитал спокойные вечера за ужином, а не эмоциональные американские горки.

Так, стоп! Пашу с Андреем сравнивать нельзя, потому что Андрей – просто едва знакомый мужчина, который почему-то решил попить со мной лимонада. Он мне никакой романтики не должен.

Но сердце колотилось бешено.

– Шумно. – Мужчине и правда приходилось говорить громко, потому что звук с танцпола начал доноситься сюда сильнее. Видимо, публика разогрелась, и диджей врубил звук на максимум.

– Да, я, наверное, пойду. Пока. – Я встала, даже сделала шаг, чтобы правда уйти, но Андрей меня окликнул:

– Стой, – я обернулась. – Сильно торопишься?

Мне бы сказать, что да, но я в этот момент почему-то совсем не захотела расставаться с Андреем. Понимала, что, реши я уйти, то уйду – мешать он мне не станет. Но обернулась и с улыбкой сказала:

– Нет.

Он встал, подошёл ко мне и уже не так громко предложил:

– Поедем куда-нибудь… Где потише? – Я молча кивнула, позволила взять себя за руку.

Пошли мы не к входу, через который сюда попали мы с Настей, а в какие-то коридоры. Тут же вспомнила, что за лимонады никто не платил.

– Стой, – сказала я. – Заплатить же надо. – Я уже лезла в карман, чтобы достать оттуда карту, но Андрей мягко перехватил мою руку.

– С ума не сходи. На мой счёт запишут. – Я оглянулась и, судя по всему, никто не бежал за нами с требованиями оплатить напитки. Решила, если что, это будет не на моей совести.

А когда мы вышли с чёрного, по всей видимости, входа, и передо мной Андрей приветственно распахнул дверь чёрного «мерса», я поняла, что от оплаты счетов за лимонад он бегать не будет.

Глава 3. Андрей

С девушками в клубах я не знакомился.

Я, собственно, и в клуб потащился только из-за того, что его открыл мой драгоценный племянник. Надо сказать, местечко получилось неплохое. И устроено всё грамотно. Не слишком премиальная тусовка, но и не тошниловка, конечно. Женька постарался на славу и явно был настроен на дела. Так что, не оценить его старания я не мог.

Долбанное благородство, которое, вообще-то, давно должно было во мне сдохнуть к чертям собачьим, не позволило мне пройти мимо пристающего к девчонке кретина. К тому же, подобная слава заведению точно не нужна, этим я себя успокоил.

И вот теперь везу Зою в своей машине в свою квартиру. Она не выглядела как искательница приключений, вообще чужеродно смотрелась в свете клубных всполохов, но почему-то не отказалась со мной поехать.

Зоя смотрела в окно, нет-нет переводила на меня взгляд и молчала. Я усмехнулся и сказал:

– Если вдруг хочешь, могу отвезти тебя домой. – Заставлять её со мной ехать я не собирался, поэтому и предложил ей это.

– Домой не хочу. – Она картинно поморщилась, но спрашивать у неё что-то я не стал. Наверное, разговориться с ней было бы интересно, но это не то, чего я хотел сейчас.

Я смотрел на дорогу, но всё-таки успевал разглядеть её. В клубе царила полутьма, сейчас тоже было не особенно светло, но видно больше. Одежда не нарочито-сексуальная, но почему-то меня от её вида торкает. Простые чёрные джинсы, футболка, свисающая с одного плеча и растрёпанные волосы, забранные наверх создают образ порочной невинности. Шея и плечи открыты в рамках приличий, но я себя отчего-то чувствую сосунком, впервые получившим шанс затянуть в постель симпатичную девчонку.

В эту квартиру я давно не вожу никого, кроме любовниц. Но они у меня обычно постоянные, а не случайные. На случайных у меня нет времени, да и желания развлекаться таким образом у меня не возникало даже в студенчестве.

А тут вот… Интересно стало, какого цвета глаза у Зои. Никак не получалось угадать, а она, как на зло, смотрела в боковое стекло.

Да и темно.

В лифте уже был свет, и я смог увидеть, что глаза у неё карие, очень тёмные. Со светлой кожей и светлыми волосами смотрится чуть-чуть неестественно, но мне это нравится.

Сделав шаг к ней навстречу, я заметил, как она напряглась. Спокойно, тягуче даже, касаюсь её щеки. Слежу за реакцией, потому что быть с женщиной, которая терпит – так себе счастье. Но Зоя закрывает глаза и подаётся щекой ближе к моей ладони, а я глажу её большим пальцем.

Когда лифт останавливается, она вздрагивает, но тут же улыбается.

Говорить не особенно хочется, похоже, и Зое тоже, а не мне одному. Я просто выхожу на лестничную площадку, открываю дверь квартиры и пропускаю Зою вперёд.

Свет в коридоре загорается автоматически, Зоя усмехается:

– А у нас в подъезде в ладоши надо хлопать, чтобы свет загорелся, – она скидывает обувь, куртку, сумку вешает поверх, смотрел на меня.

– Чай, кофе? Вина? – прохожу вглубь квартиры, поглядывая при этом на неё.

– Потанцуем, – улыбается вполне беззаботно. – Но лучше в душ.

– Вот так сразу? Составить компанию?

Зоя пожимает плечами:

– Как вам будет угодно, – произносит учтиво, заставляя меня рассмеяться. Тема нашего разговора таких любезностей не предполагала…

– Мне будет угодно, – сворачиваю в коридор в сторону ванной, Зоя идёт за мной следом. Она оглядывается спокойно, никаких восхищений не высказывает, не спрашивает ничего о моей работе.

Хороший вечер намечается.

А когда я, выключив воду, оборачиваюсь и вижу, что Зоя скинула с себя уже всю одежду, то понимаю, что вечер не просто хороший, он охрененный.

***

Проснувшись утром и обнаружив, что Зои рядом нет, я не удивился. Такой девушке вряд ли захочется прятать глаза во свете дня, краснеть и бледнеть.

Наверное, мне хотелось бы продолжить знакомство поближе, но я одёрнул себя, потому что понимал, что образ беззаботной феи разрушился, как только фея решила бы, что хочет чего-то серьёзного. А с меня серьёзного точно хватит.

В ванной нахожу носки Зои и резинку для волос. Не думаю, что она это оставила здесь специально, но всё равно хмурюсь. Женщины обладают ужасной способностью не забываться. Не все, конечно, но такие, как Зоя, точно.

Впрочем, это ненадолго. Пара недель, может, месяц, и я даже об этой ночи, несмотря на её фееричность, не вспомню.

Глава 4. Зоя

через два месяца

– Зоя, у нас просто нет других вариантов! – блеет начальник, а я устало смотрю на него, не зная, как ещё ему объяснить элементарные вещи.

– Павел Петрович, я не секретарь и не помощник, я – архитектор! – повторяю в который раз.

– Да знаю я, но Саша валяется с гриппом, а заменить его некем, потому что остальные вообще про этот проект не знают и ввести кого-то в курс дела я не успею. А приду один на встречу с Краевским, буду сам в бумагах копаться. Не солидно, в конце концов, решит ещё, что мы вообще – шарашкина контора, откажется…

Вздыхаю, чувствуя, что спорить с ним у меня нет сил.

– Премию должны будете, – обречённо бормочу.

– Конечно, ну, что за вопрос! – начальство и правда скупым не было, поэтому я приободрилась. – И отгул, когда захочешь! – это тоже было приятно, так что я взяла папку с документами и пошла к своему столу, чтобы их разложить в нужном порядке и проверить “техническую исправность”. А то у нас в офисе много творческих во всю голову, могли и заляпать бумагу ещё до печати.

Через полчаса я уже сижу в машине босса, и мы подъезжаем к крутому ресторану. Ресторан крут до такой степени, что, войдя вовнутрь, я чувствую себя нищенкой на паперти. К тому же, и одежда у меня предельно простая: в бюро у нас нет особого дресс-кода, а меня никто не предупредил о важной встрече, поэтому я просто радуюсь, что брюки у меня почти классические, а вместо обычной однотонной футболки я всё-таки надела блузку, пусть и не белую.

Персонал, конечно, предельно вежлив, никто и не смеет “как-то не так” взглянуть.

Нам сразу же сообщают, что господин Краевский уже прибыл и ожидает нас в отдельном кабинете, поэтому мы спешим. Впрочем, когда открывается дверь, и я вижу того, кто сидит за столом, у меня дыхание обрывается.

Андрей, точно он. За два месяца его лицо я не забыла, поэтому ошибки быть не может. Немыслимыми усилиями я остаюсь невозмутима.

Рядом с ним сидит мужчина в годах, наверное, это и есть Краевский, а Андрей – его юрист.

Но, когда Павел Петрович здоровается, он смотрит прямо на него, а не на седовласого мужчину.

– Андрей Викторович, доброе утро, – я понимаю, что Краевский в договоре как раз-таки “А.В.” и пугаюсь.

Я всегда считала, что, помимо работы с такими людьми нельзя иметь ничего общего. Безумно богатые мужчины – это как раз те, кто без оглядки идут по головам… И я надеюсь, что он меня или не узнает, или сделает вид, что не узнал.

– Доброе утро, Павел Петрович, – слышу знакомый голос, да и взгляд его направлен на меня, а не на босса. – Мой юрист, Юрий Николаевич, – мужчина кивает, но сохраняет отстранённый вид.

– Зоя – моя помощница.

Я киваю и проговариваю:

– Очень приятно.

– Взаимно, – говорит Андрей и с этого момента больше не смотрит на меня вообще.

“Пронесло”, – радуюсь, но почему-то у радости этой какой-то фальшивый привкус.

Мне кое-как удаётся взять себя в руки, и встреча проходит плодотворно. Я приступила к работе над этим проектом две недели назад, даже увлеклась им, но так и не удосужилась разузнать что-либо о заказчике. Краевский и Краевский, мне-то что… Вот и чувствую себя теперь как уж на сковородке.

Когда мы первыми выходим из ресторана, я едва не бегу к выходу, но сдерживаюсь. И только когда машина начальника трогается с места, позволяю себе шумно выдохнуть.

– Переволновалась, да? – по-своему понимает мою минутную слабость Павел Петрович. – Ничего, ты молодец, со всем справилась. Очень меня выручила. Теперь, когда договор подписан, главное – угодить Краевскому. Тогда мы выйдем на совершенно другой уровень…

Слушаю речь босса с усмешкой. "Мы" – так, наверное, говорят все работодатели. Но, ничего, мне перепадёт хотя бы премия и лишний выходной, это уже замечательно.

– Я рада, что заказ наш, – всё-таки поддерживаю начальника. – Над ним интересно будет работать.

– Да, думаю, да, – мы, похоже, встали в пробку, поэтому Павел Петрович отвлекается от разговора. – Мне нравятся твои идеи, Зоя, думаю, в этом проекте ты сможешь показать себя, – он улыбается, смотря мне в глаза, и я улыбаюсь в ответ, хотя его оскал мне не особо симпатизирует.

Я уже почти год работаю в этом бюро, и не перестаю радоваться тому, что мне удалось сюда устроиться. Да, в сравнении со многими, бюро небольшое, но заказы у него есть всегда, и даже помощнику архитектора платят неплохо. С нулевым опытом рассчитывать на большее невозможно, да и, если меня повысят, то там уже даже по среднестатистическим меркам зарплата будет очень хорошей.

Но в последнее время начинаю замечать, что Павел Петрович мне улыбается не из-за того, что я какой-то там безумно талантливый архитектор. Просто, кажется, ему хочется уложить меня в постель. И, нет, он не принимает активных поползновений в мою сторону, всё-таки, и в Москве уже за домогательства выносят обвинительные приговоры, но я начинаю листать, на всякий случай, вакансии. Теперь-то уже опыт, какой-никакой, у меня есть…

– Спасибо, – отвечаю вежливо, но сухо, чтобы Павел Петрович чего-нибудь на свой счёт не принял. Некоторые люди простое общение воспринимают как личную симпатию, и он, кажется, как раз относится к этим людям.

Мысли о насущных проблемах и работе заставляют меня почти забыть об Андрее, но, когда я оказываюсь дома, то невольно начинаю вспоминать о нём.

По сути, он мне ничего не должен, я и не собиралась от него требовать продолжения, но спокойно воспринимать то, что я его вообще встретила после той ночи, не получается. Я переспала с ним, думая, что никогда его больше не увижу, Москва ведь огромный, многомиллионный город, но судьба решила сыграть надо мной шутку. Раньше я в такие ситуации никогда не попадала, просто из-за того, что до Андрея я вообще была только с двумя парнями, и оба они были "серьёзными", а не на одну ночь.

Но за ошибки приходится платить нервными клетками. В любом случае, слишком переживать не стоит, кроме моих волнений последствий у моей ошибки всё равно нет никаких.

Глава 5. Зоя

Уже на следующий день мы выезжаем на объект, чтобы посмотреть на него, так сказать, “в живую”. К счастью, Андрея там и близко нет, согласовывать с ним будут готовый проект. И я к этому никакого касательства иметь не буду.

Но вот работа обещает быть интересной. Реставрация здания в центре города, нужно максимально точно воспроизвести то, что было, при этом вписав в строение “современность”. Конечно, такие проекты сейчас не редкость, но обычно архитектурный бюро такое не сильно любят… Вот и ответ на вопрос, почему же именно нам выпала такая честь. Наше бюро как раз на этом и специализируется.

При всём этом, здание в целом было в откровенно плохом состоянии, так что, прежде, чем планировать “поверхностные” работы, придётся тут ещё и по кирпичику всё перебрать.

– Кстати, а какие у нас сроки? – спросила я у второго архитектора, оглядывая стены старинного особняка. – Я забыла уточнить вчера.

Кирилл вздохнул и тихо-тихо прошептал:

– Год.

– Год?! – я своим ушам не поверила. – С ума, что ли, сошли? Чёрт-чёрт-чёрт, Кир, скажи, что пошутил!

– Нет, Зой, не шучу я. Год. Потому и платят хорошо. Никуда не денемся, придётся, – вздохнул обречённо коллега.

Мне эту информацию нужно было переварить. Такой объем работы за год… Да ещё и придётся тщательно следить за выполнением работ. Буквально, жить тут.

– Ладно, разберёмся, – я понимала, что для меня этот проект – неплохой шанс, если я с ним справлюсь, то, во-первых, неплохо заработаю, во-вторых свою собственную профессиональную ценность повышу. После такого проекта можно будет уже заявлять себя как профессионала.

– Но Петрович сказал, чтобы проект был готов уже через месяц, – решил добить меня Кирилл.