Ловушка для Демона. Цикл «Человек из мечты». Книга 2

Из дневника Нади

Получив открытку с приглашением на свадьбу Алины и Антона, я сначала обрадовалась, а потом вспомнила, что у меня нет подходящего наряда, и запаниковала.

Вошел Сева и подал мне пакет. Ознакомившись с его содержимым, я не поверила глазам. Откуда взялось здесь роскошно-элегантное лиловое платье, которое мама купила мне в Праге? Я еще ни разу не надевала его, потому что не было подходящего повода. К платью прилагались туфли такого же цвета, праздничные украшения и косметика.

Я вопросительно посмотрела на Севу.

– Твоя мама дала мне это перед отъездом на случай непредвиденных обстоятельств, – объяснил он.

– Спасибо! – обрадовалась я и поцеловала Севу в щеку. Он просиял.

Но я испортила ему настроение неподходящей фразой.

– Мои родители уже в курсе, что я собираюсь выйти замуж за Сашу!

– Они согласились? – хмуро поинтересовался Сева.

– Не знаю. Им не хочется обсуждать этот вопрос по телефону. Мы побеседуем после практики, когда я вернусь домой.

– Значит, они против! – сделал вывод Сева и повеселел.

– Не пытайся понять моих родителей! Они непредсказуемы.

– А где сейчас Сосновский? – Сева смотрел на меня с подозрением.

– Саша уехал в областной центр по делам. Он вернется к свадьбе Антона, – ответила я, умолчав о том, что мы с Александром должны быть свидетелями.

В течение последующих дней я безуспешно пыталась дозвониться до Александра. Мое беспокойство усиливалось, перерастая в тревогу.

В день торжества я снова не могла связаться с Сосновским и так разволновалась, что забыла про салон красоты, который собиралась посетить. Пришлось самой заниматься прической и макияжем. В моем распоряжении оставалось всего полчаса. Укладку я делать не стала, а просто распустила волосы, решив использовать свои естественные локоны для смены имиджа. Ресницы у меня были густые и длинные, но серые. При помощи туши я сделала их угольно черными. Губы покрасила перламутрово-розовой помадой. На этом все и закончилось. Для остальной косметики уже не осталось времени. Надев платье, туфли и украшения, я вышла наружу.

Первым меня увидел Сева и остолбенел.

– Ты сегодня какая-то странная, – пробормотал он.

– Обалденно красивая! – заявил Андрей.

– Даже не верится, – добавил Борис.

В ЗАГСе я оказалась в центре внимания. Все восхищенно рассматривали меня, а я волновалась по поводу того, что не вижу нигде Александра.

– Прекрасно выглядите, Надежда Алексеевна! – произнес Антон и перевел взгляд на свою невесту. Для него Алина была самой лучшей.

– А где Ваш свидетель? – поинтересовалась я, надеясь, что Котов успокоит меня и все объяснит.

– Понятия не имею, – весело отозвался Антон и опять посмотрел на Алину.

Александр появился в последний момент. Наши взгляды встретились, и я прочла в его глазах изумление.

Бракосочетание прошло почти нормально. Жених и невеста были заняты друг другом. Я постоянно думала об Александре и мечтала остаться с ним наедине. Александр не сводил с меня глаз. А гости открыто обсуждали его и меня. Они говорили, что свидетели выглядят более эффектно, чем новобрачные, и удивлялись тому, что мы еще не подали заявление.

Когда невеста, соблюдая обычай, бросила букет, все решили, что он достанется мне. Но букет пролетел мимо. Я могла бы поймать его, но у меня не возникло такое желание. Зато Зоя не упустила шанс и с радостным воплем схватила букет. Со всех сторон на нее посыпались упреки.

– Зачем ты взяла то, что предназначалось не тебе?

– У тебя нет жениха!

– Ты даже ни с кем не встречаешься!

– Мне очень хочется выйти замуж, – призналась Зоя. – Я даже купила свадебное платье и фату.

– На жениха не хватило денег или его забыли упаковать? – съязвил Александр, рассмешив всех.

– К сожалению, супруг – не товар, его нельзя купить! – огорченно вздохнула Зоя.

– Превосходная идея! – улыбнулся Александр.

Угадав его мысли, я возмутилась.

– Не смей это делать! – тихо произнесла я.

– А если посмею, что мне за это будет? – насмешливо поинтересовался он.

Растерявшись, я не смогла ответить. Александр, воспользовавшись паузой, громко объявил:

– Тому, кто согласится жениться на Зое, я заплачу миллион!

Раздался взрыв хохота, затем – аплодисменты.

– Это не шутка! – предупредил Сосновский.

Наступила полная тишина.

– Брак – фиктивный? – уточнил Виталий.

– Нет! – крикнула Зоя. – Я хочу, чтобы все было по-настоящему!

– Тогда я согласен! – заявил Виталий.

Все посмотрели на него удивленно, а Зоя – радостно.

Борис попытался образумить приятеля.

– Это глупо! Ты пожалеешь потом!

– Я решил отомстить Ане, а Зоя мне нравится, и миллион не помешает.

– Ура! – завопила Зоя. – Букет не подвел меня!

Все снова расхохотались. Александр торжествующе посмотрел на меня.

– Это свадьба твоего лучшего друга! – напомнила я ему. – Ты должен вести себя прилично.

– Если я буду вести себя прилично, то все подумают, что я заболел, – возразил Сосновский.

– Почему ты всегда споришь со мной?! – обиженно спросила я.

– Не всегда, иногда ты бываешь права.

Сева, прервав наш разговор, обратился к Александру:

– Зачем тебе нужна Надя, если у тебя есть Вика?

– Вопрос сформулирован неправильно, – отозвался Сосновский насмешливо. – Зачем мне Вика, если есть Надя?

– У тебя нет никаких шансов! – заявил Сева. – Надя не выйдет замуж без согласия родителей, а они предпочитают меня.

– Нам пора в ресторан! – поспешила я сменить тему.

Мы присоединились к толпе и вошли в празднично украшенный зал.

Александр больше не шутил. После беседы с Севой у него испортилось настроение. У меня на душе тоже было тяжело, но я пыталась скрыть это.

Зазвучал вальс, и мы временно забыли о своих невзгодах. Новобрачные танцевали великолепно. Все любовались ими. Потом настала очередь гостей. Сева не умел танцевать вальс, поэтому я со спокойной совестью приняла приглашение Александра. Вокруг было много людей, но мне казалось, что мы остались одни в зале, и я хотела, чтобы этот танец длился бесконечно. Но мелодия смолкла, и музыканты сделали перерыв.

Мы вышли наружу. Сева стоял невдалеке от входа, с дымящейся сигаретой в руке.

– Ты же никогда не курил! – опешила я.

– Сегодня решил начать.

– Зачем?! – не поняла я.

– Из-за тебя. Я нервничаю, а сигареты помогают успокоиться.

– Никотин не снимает стресс, – возразил Александр.

Сева взглянул на него с ненавистью.

– Жаль, что я не могу вызвать тебя на дуэль!

– В этом городе нет ничего невозможного. Какое оружие предпочитаешь? – Сосновский произнес это спокойно и серьезно.

– Пистолет, – буркнул Сева. В его глазах промелькнул испуг.

– Ты не умеешь с ним обращаться, а у меня – многолетний опыт, – предупредил Александр.

– Значит, ты все-таки не бизнесмен, а бандит! – заявил Сева.

– Не смей говорить так о нем! – вмешалась я. – Саша очень порядочный, а ты просто завидуешь ему.

– Сосновский такой идеальный, что даже не верится! – проворчал Сева и зашагал прочь.

Никто, кроме нас, не заметил его отсутствие. Праздник продолжился.

Свадьба Антона и Алины совпала с окончанием нашей практики. На следующий день мы уехали в областной центр – не на электричке, как планировали сначала, а на машинах. Я находилась вместе с Александром в его «Лексусе». Герман Корецкий, прибывший на «Тойоте», взял в свою машину Аню, Андрея и Бориса. Сева и Виталий разместились в черном «BMW» Георгия Абрамова.

В областной больнице нас ожидали кураторы из института, перед которыми мы должны были отчитаться за практику.

Сева, я и Андрей сдали все экзамены на «отлично». У Бориса были такие же оценки, за исключением четверки по терапии. Виталий получил «хорошо» по всем предметам. И только Аня оказалась троечницей, но совершенно не огорчилась. Ее волновали другие проблемы. Она собиралась вступить в брак с Гераклом, но тот еще не знал об этом.

Расстались мы на вокзале. Александр обнял меня на прощание и сказал, что будет скучать и ждать. Геракл попрощался с Аней более сдержанно и пригласил ее в гости на следующие летние каникулы.

– Зачем ждать так долго? – улыбнулась в ответ Аня. – Через неделю я вернусь, и мы отправимся в ЗАГС.

– Разве я говорил, что собираюсь жениться на тебе? – удивился Геракл.

– Если ты такой нерешительный, то я сама сделаю тебе предложение! – заявила Аня.

– Я подумаю, – пообещал Геракл.

Поезд уже тронулся, когда к Гераклу приблизилась девушка – стройная, невысокая, русоволосая. В памяти всплыло ее имя – Настя.

– Мы ехали вместе в автобусе в Нэйск, но она вошла не на станции, а где-то на середине пути, – произнесла я вслух.

– Настя возвращалась из деревни Моховой, – пояснила Аня.

– Ты с ней знакома?

– Да. Она – младшая сестра Риты, жены Георгия Абрамова, но сама Настя – не гот.

– Она живет в Нэйске, в старом городе, – сообщила я.

– Знаю. Настя влюблена в Геракла, а он к ней равнодушен.

– Настя симпатичная, – вмешался в разговор Борис. – Жаль, что я увидел ее так поздно.

Поезд покинул город. За окнами мелькали деревья. Дорога домой показалась мне долгой. Сева что-то говорил, но я не слушала его. Мои мысли были заняты Александром, поэтому я забыла предупредить родителей о своем возвращении.

Наша квартира оказалась пуста. Предположив, что все отдыхают на даче, я устремилась туда.

Мне хотелось устроить сюрприз, появившись внезапно и незаметно. Но замысел был бесцеремонно нарушен. Костя, мой младший брат, первым увидел меня. А за ним, с оглушительным лаем, примчался наш пес Снежок. Свое имя он получил за красивую белоснежную шерстку. На даче Снежок обычно менял окраску в зависимости от настроения и окружающей обстановки. На этот раз он был золотистый, как солнце.

– В какую историю влип наш милашка? – поинтересовалась я.

– Снежок вел себя на удивление примерно, а я оплошал. Мама купила себе краску для волос. Я перепутал ее с собачьим шампунем и искупал Снежка.

– Хорошо, что краска не фиолетовая, – прокомментировала я и тут же поняла, что напрасно так сказала.

– Надюха, ты гений! – обрадовался Костя. – Фиолетовый лучше, чем желтый, и грязь на нем менее заметна.

– Не смей перекрашивать Снежка! – испуганно завопила я.

Мой крик услышала баба Лида. Она вышла из дома и сердито посмотрела на нас.

– Прекратите издеваться над собакой! Лучше займитесь котом!

Мы рассмеялись.

– В какой цвет покрасить Мурзика? – осведомился Костя.

– У тебя такой же интеллект, как у Снежка! – проворчала баба Лида.

– Снежок умнее, – возразила я.

– Какая наглая малявка! – возмутился Костя.

Он был моложе меня на два года, но выше ростом, и имел хорошо развитые мышцы, поэтому вел себя как старший по отношению ко мне.

Костя унес меня в дом, поставил перед родителями и объявил:

– Смотрите, что я нашел во дворе!

Мама не соизволила оторваться от компьютера.

– Выброси эту гадость и вымой руки! – отозвалась она, уставившись на монитор.

– С удовольствием! – расхохотался Костя.

– Не спорь с мамой! – сделал ему замечание отец, глядя на дисплей телефона.

– За время моего отсутствия почти ничего не изменилось! – громко произнесла я.

Родители, наконец, заметили меня и даже обрадовались.

За ужином я кратко рассказала о практике, экзаменах и намерении выйти замуж за Александра Сосновского.

– Как и где ты познакомилась с Александром Сосновским? – спросил отец тоном, не предвещающим ничего хорошего.

– Мы встретились в парке, случайно, а потом Саша попал в аварию и лечился в том отделении, где я проходила практику, – объяснила я, не желая вдаваться в подробности.

– Пациентов, конечно, надо любить, но не до такой степени, – задумчиво произнес отец.

– Саша красивый? – уточнила мама.

– Да! Очень! – подтвердила я с довольным видом, ожидая поддержки от нее.

– Это плохо! – нахмурилась мама.

– Отвратительно! – согласился отец.

– Повезло мне с родителями! – обиделась я. – Вы или не замечаете меня или стараетесь испортить мне жизнь!

– Если тебе нужно вступить в брак, то выходи замуж за Севу, – сказала мама.

Отец, молча, кивнул.

– Я люблю Сашу! Неужели это так трудно понять?! – крикнула я. Слезы подступили к глазам.

– Лучше полюби Севу, – посоветовала мама. – Он надежный и живет рядом.

– Севу мы знаем с детства, он нам как родной, – добавила баба Лида.

– К тому же он твой ровесник, – привел еще один аргумент отец. – А Сосновский старше тебя.

– Всего на четыре года, хотя выглядит гораздо моложе, – ответила я.

Костя решил вступиться за меня.

– Вы сначала хотя бы взгляните на Александра, а потом делайте выводы!

Как ни странно, родители признали его правоту и даже стали обсуждать предстоящую поездку. И вдруг зазвонил телефон. Мама болтала с кем-то не менее получаса, потом заявила:

– У меня срочная командировка! Завтра улетаю в Брест! Когда вернусь – не знаю.

Я умоляюще посмотрела на отца. Он сообщил, что освободится не раньше, чем через неделю. Спорить с ним было бесполезно.

Эти семь дней показались мне невыносимо длинными. Успокаивало лишь то, что я часто беседовала с Александром по телефону.

Накануне отъезда я снова позвонила ему и подробно проинструктировала о том, как надо вести себя в присутствии моего отца. Саша ответил, что все понял и запомнил.

Перед выходом из дома отец забрал у меня телефон, потому что хотел застать Александра врасплох и устроить ему проверку. Я с трудом удержалась от смеха. Отец предсказуем! Я давно уже просчитала все его действия и предупредила Сашу. Он знает время нашего прибытия, номер поезда и даже то, что скажет ему мой отец, и какой реакции ожидает от него.

Но я недооценила своего отца. Вместо вокзала мы отправились на военный аэродром. Это была катастрофа!

Мы прибыли в город вечером, а Саша ожидал нас только на следующее утро. Но отец поспешил не к нему, а в больницу. Так я опять очутилась в травматологическом отделении.

Оказалось, что мой отец знаком с Олегом Игоревичем. Он хотел расспросить травматолога об Александре Сосновском, но так увлекся беседой о проблемах местной медицины, что позабыл о цели визита и обо мне. Напрасно я старалась привлечь к себе внимание! Отец и Олег Игоревич не смотрели в мою сторону. И тогда я решила сбежать, воспользовавшись ситуацией. Попытка не увенчалась успехом. Отец остановил меня, а Олег Игоревич усадил в кресло рядом с декоративным растением, напоминающим то ли миниатюрное дерево, то ли огромный куст. Его густые ветви были усыпаны крупными ярко-красными цветами. Рассматривая их, я уснула под разговор двух фанатов медицины и даже видела какой-то сон про больницу.

Разбудил меня крик медсестры.

– Олег Игоревич! Вас срочно вызывают в приемник! Адольфовцев привезли!

– Сколько их? – уточнил травматолог.

– Пятеро. Полиция тоже там.

– Адольфовцами мы называем приезжих бандитов, – пояснил нам Олег Игоревич. – Они появились пять дней назад и уже убили одиннадцать человек. На телах жертв бандиты вырезали свастику, а рядом с трупами оставляли плакаты с портретом Гитлера и надписью: «Слава Адольфу!». Никто не знает, как выглядят адольфовцы.

Мой отец решил сопровождать Олега Игоревича. Я поспешила за ними, мысленно проклиная бандитов за то, что их угораздило попасть в больницу именно в этот вечер. Теперь отец не позволит мне не только встретиться с Александром, но и остаться в Нэйске.

Но все оказалось гораздо хуже, чем я предполагала. На полу в коридоре лежали пятеро мужчин в темно-бурой форме. Даже беглого взгляда было достаточно, чтобы понять, что они мертвы. Сосновский тоже находился в приемном отделении в сопровождении полицейских. Выглядел он не лучшим образом. Его одежда была испачкана кровью и грязью, но самое ужасное заключалось в том, что на него одели наручники.

Я попыталась представить, как будут развиваться дальнейшие события. Наверное, в такой ситуации мне следовало бы сказать отцу: «Знакомься, папа! Это Саша. Он опять арестован, но я надеюсь вступить с ним в брак после его освобождения».

Мой отец в это время вместе с травматологом осматривал трупы.

– Все они погибли от пулевых ранений, – изумленно отметил отец. – Похоже, что стрелял профессионал.

– Почему-то мне кажется, что я догадываюсь, чья это работа, – зло процедил Олег Игоревич.

– Криминальные разборки? – предположил отец.

– Да, снова разборки, только иного плана. Профессионалов у нас нет, зато имеется один любитель экстрима. Он считает себя хозяином города, и у него есть оружие.

– Интересная ситуация! – отец посмотрел на меня так, словно я была виновата в случившемся.

Полицейские доставили еще один труп молодого мужчины.

– Жертва адольфовцев, – пояснили они.

Осмотрев покойника, Олег Игоревич объявил:

– Причина смерти – множественные резаные и колотые раны!

Мне очень хотелось, чтобы травматолог быстрее ушел из приемного отделения и увел моего отца, пока тот не заметил Александра. Но Олег Игоревич не умел читать мысли, поэтому сделал все наоборот.

Велев санитарам доставить все трупы в морг, травматолог подошел к Сосновскому и поинтересовался:

– Ты опять ранен?

– Нет, это чужая кровь, – отозвался Александр, стараясь не смотреть в мою сторону. Он давно уже обратил на меня внимание, только еще не понял, что мой отец тоже здесь.

– Он пытался спасти жертву адольфовцев, но опоздал, – объяснили полицейские. – Когда мы прибыли, все адольфовцы были убиты, а Сосновский собирался оказать медицинскую помощь пострадавшему, не желая верить в то, что тот уже мертв.

– У адольфовцев было какое-то оружие, кроме ножей? – спросил Олег Игоревич.

– Кинжалы, автоматы и револьверы, – сообщили полицейские.

– А у Сосновского лишь один пистолет? – уточнил травматолог.

– Два пистолета, из которых я стрелял одновременно, – признался Александр.

Мой отец ошеломленно рассматривал его. «Все! Это полный провал!» – с ужасом подумала я.

– Алекс?! Неужели это ты?! – пробормотал мой отец.

– Алексей Павлович! – воскликнул Сосновский изумленно и радостно. – Как Вы здесь оказались?!

– У меня в Нэйске личное дело. Я хотел побеседовать с одним наглым бизнесменом и вправить ему мозги. А ты что здесь делаешь?

– Отдыхаю в родном городе.

– Замечательный отдых! Совсем безопасный и очень комфортный! – прокомментировал мой отец.

– У меня сейчас проблемы, – продолжил Александр.

– Я в курсе. Твои проблемы невозможно не заметить.

– Это еще не самое худшее! – огорченно вздохнул Сосновский. – Завтра приезжает профессор Воронцов. Я должен хорошо выглядеть и вести себя соответственно.

«Идиот!» – мысленно обругала я Сосновского и только потом поняла, что упустила нечто важное. Мой отец знает Александра?! Когда и где они познакомились?!

– Профессор Воронцов уже здесь! – бесцеремонно заявил Олег Игоревич. – Он перед тобой.

– Не может быть! – опешил Александр.

– Да, это я, – подтвердил мой отец.

– А я – тот самый нахал, которому Вы хотите вправить мозги? – догадался Сосновский.

Полицейские сочувственно посмотрели на него.

– Мы можем Вас отпустить, но только до восьми часов утра и при условии, что Вы дадите подписку о невыезде.

– Не надо! Лучше поместите меня в тюремную камеру! – попросил Александр.