Узурпатор. Противостояние. Том 3

Глава 4. Пустошь 1423

Вместо пули из дула пистолета вылетела ромашка. Почему-то именно это пришло мне в голову в тот самый момент, когда парнишка наставил на меня ствол.

Еще один выстрел. Снова цветок.

Тогда парень выкинул пистолет в сторону, повернулся и достал из каменного пола огромный двуручный меч.

Началось. Битва за мое сознание. Там, где мы оба можем управлять реальностью. А точнее будет сказать – нереальностью. И чье воображение окажется сильнее, тот и победит.

– Ненавижу, – проворчал я, повиснув на цепях. – Все равно, что смотреть сны с высокой температурой.

Парнишка, чей меч в руках был раза в два больше, чем он, шел на меня. Я обхватил цепи и дернул их. Вместе с мелкими осколками камней они свалились на пол.

Отскакиваю, когда лезвие меча проносится возле моей груди. Рывком подбрасываю цепи вверх и одна из них обматывается о правую руку Окаянного. Еще один рывок. Парень подлетает ближе, и я хватаю его за руку, которой он держит меч.

В эту же секунду холодное оружие превращается в боксерскую перчатку на пружине. Пружина срывается и кулак прилетает мне в лицо. Я пячусь и встряхиваю головой.

Проклятое Избавление. Вот за это охотники и ненавидят его. Окаянный может придумывать все, на что только хватит фантазии. А учитывая его тысячелетнее перерождение – там фантазии хватит. Нужно быть хитрее.

Я хватаю цепи в руки и представляю, что держу два огромных автомата Калашникова. Когда я поднимаю их, то вижу, что цепи превратились именно в то, что я загадывал. Выпускаю очередь. Артёмка бежит, а на стене следом за ним остаются десятки дыр в каменной стене подземелья, в котором мы оказались.

Я убираю руку с курка, когда вместо моего противника на пути пуль оказывается моя дочь. Я знаю, что это не она. Прерываю автоматную очередь интуитивно. Но этого хватает на то, чтобы Окаянный создал ослепляющую вспышку.

Я бросаю свои АК-47 и прыгаю в сторону. В никуда. Только для того, чтобы не стоять на месте и в меня не прилетело что-то, что убьет. Навсегда.

Кувырок. Еще один. Еще. В процессе зрение возвращается. Но теперь я вижу вокруг себя зеленый газон. Вокруг болельщики на трибунах. Скандируют «Артём! Артём! Артём!». В этот же момент на меня выходит огромный робот.

Это хреновина огромная. Внутри нее вижу голову Окаянного. Он управляет большой махиной. Пулеметы, которые выскакивают из рук робота, нацеливаются на меня и заводятся с пронизывающим звуком. Успеваю поставить защитный купол, прежде чем пулеметная очередь обрушивается на меня.

Защитное поле держится. Газон вместе с кусками земли подлетает на несколько метров вверх от не совсем точных выстрелов Окаянного.

Патроны заканчиваются и из железных рук появляются ракетницы. Две. В каждой по два заряда.

Я достаю из кармана телефон. Там программа. Ракеты вылетают в меня, но я успеваю нажать две кнопки и перепрограммировать их. Убийственные бомбы разворачиваются, подлетают вверх и пикируют прямо в робота, внутри которого сидит мой противник.

Первый взрыв. Второй. Третий. Я знаю, что мне нужно сделать следующий ход, пока Окаянный растерян. Поэтому вместе с четвертым взрывом я оглядываюсь. Нахожу взглядом спортсмена с битой в руках. Срываюсь с места и бегу к нему.

Прямо за мной стелется новая пулеметная очередь.

Но я успеваю добежать до бейсболиста и в прыжке выхватить у него биту из рук. Встаю, размахиваюсь и втыкаю ее в землю. Тяну на себя. Газон под роботом расходится в разные стороны, словно все это время под ним был скрытый люк и теперь Артём под мертвое молчание трибун проваливается туда.

– Проклятое Избавление, – в который раз ворчу я себе под нос и выпускаю рычаг из рук.

Одна промашка. Один пропущенный смертельный удар или выстрел и весь этот бредовый сон закончится. Но кто из нас победит решит, по сути, случай.

Когда я впервые встретился с Окаянным тогда, шесть лет назад, у меня не встал даже вопрос о том, помочь ребенку или нет. Конечно, я согласился. Но та тварь оказалась более изощренной. И в этом была ее ошибка.

По незнанию я стал пленником. То темное начало решило пытать меня перед тем, как убить. И я перенес достаточно пыток до тех пор, пока Федорыч третьим не вошел с нами в контакт. Именно старый охотник спас меня тогда. Зеленого и наивного. Но с тех пор я хотел больше никогда не встречаться с Окаянным. Не вышло.

Я взял бейсбольный мяч с газона по пути и подошел к люку.

Едва я успел ступить на край, как огромная рука робота схватила меня и потащила за собой.

Мы пролетели этажа три, прежде чем упасть на асфальт во дворе моего старого дома. От удара, итак, треснутый шлем робота разбился окончательно. Я сделал судьбоносное движение и несколькими кувырками ушел в сторону.

Робот встал следом за мной и направил на меня свои пулеметы.

– Все кончено, охотник, – сказал Артём и ухмыльнулся.

– Все кончено, – согласился я и показал чеку от гранаты.

Окаянный уже не успел бы выстрелить. Пушки, итак, долго прогреваются. А теперь, когда он понял, что где-то под броней вот-вот сдетонирует граната, его охватила паника.

Но ничего уже не могло помочь. Она взорвалась. Мне оставалось только подойти ближе и провести ритуал с тем, что осталось от Окаянного.

– Виктор?

Первое, что я увидел, едва открыв глаза – испуганное лицо Ангелины Рудольфовны.

– Он не просыпается, Виктор, – сказала девушка, держащая на руках своего сына.

Это странно. Ребенок должен был проснуться вместе со мной. Одновременно.

– Мы можем еще что-то сделать? – аристократка положила ребенка на кровать.

Попыталась прощупать ему пульс и услышать дыхание.

– Пульс есть. Дыхание тоже. Но он не просыпается, – продолжала паниковать испуганная мать.

Я поднял руку и попытался создать светоч. Тщетно. В теле не осталось ни капли Сияния.

– Вам придется отдать мне ребенка, – сказал я.

– Что? – глаза девушки расширились.

– Отдать ребенка и сказать, где мне искать Нестора. И чем скорее, тем лучше.

– Я…

– Нет времени! – рявкнул я. – Мне не хватило Сияния, чтобы окончательно выбить темную сторону из вашего сына. Сейчас Мирон спит, потому что Окаянный восстанавливается после поражения. Как только он откроет глаза будет поздно что-либо делать. Мы должны повторить ритуал. И сделать это как можно быстрее.

– Я поеду с вами!

– Нет, – отрезал я. – Я должен поговорить с охотником один на один.

Аристократка еще несколько секунд колебалась, но, в конце концов, подняла малыша с кровати и передала мне.

– Карета увезет вас в Пустошь четырнадцать двадцать три. Но будьте очень осторожны.

– Пустошь четырнадцать двадцать три? – повторил я, когда мы спускались по лестнице в имении аристократов.

– Территория за городом. Обнесенная пятиметровым забором. На несколько квадратных километров. Пустошь так и не очистили. Но охотник на демонов, которого вы ищете, поселился там.

– Чего стоит опасаться?

– Зомби.

– Зомби? – я сел в карету, а ребенка аккуратно уложил себе на колени.

– Федор Палыч, расскажите нашему гостю по пути как можно больше про Пустошь четырнадцать двадцать три, – приказала аристократка и снова посмотрела на меня. – Не будем терять времени. Я буду ждать вас, Виктор. Буду молиться за вас и ждать, что вам удастся избавить моего сына от проклятья.

Извозчик уже стегнул лошадей, и наша карета начала набирать скорость. Я посмотрел на Ангелину Рудольфовну. Она стояла у ворот своего имения, грызла ногти и провожала нас встревоженным взглядом.

– Как много вы слышали о Хлынове, господин? – спросил извозчик.

– Никогда особо не интересовался, если честно, – признался я.

– Полагаю, что про причины отсутствия электроэнергии вам уже сообщили?

– Да, я знаю про поле.

– Там, куда мы едем существует аномальная зона внутри аномальной зоны. Прямо за воротами проблемы с электричеством становятся неактуальны. Поле, которое образовалось над Хлыновым после Переплетения там теряет свою силу. В результате столкновения миров победила атмосфера того, где когда-то произошел апокалипсис.

– Да. Ангелина Рудольфовна уже сказала, что стоит приготовиться ко встрече с живыми мертвецами. Но меня больше мучает вопрос о том, почему зону до сих пор не зачистили, раз есть возможность получить доступ к электричеству?

– Ох, если бы все было так просто, господин, – вздохнул мужчина, у которого я видел только капну седых волос, торчащих из-под шляпы. – Живые мертвецы на то и мертвецы. Потому как их убить невозможно. Совсем.

Я задумался. Почему Нестор нашел пристанище именно там теперь понятно. За забором у охотника на демонов так не высасывает Сияние, как за его пределами. Но вот как он остается там в безопасности – это мне предстоит выяснить.

– Что только с етими мертвецами не делали, – продолжал Федор Палыч. – И жгли их, и давили, и резали на мелкие кусочки. Но им хоть бы хны. Регенерация такая, что любой лекарь бы позавидовал. Одно радует, что никакая толпа етих зомби пробраться через высокие стены не может и мы тут в безопасности.

– А они заразные? – поинтересовался я.

– В каком смысле?

– Ну были случаи, что кто-то из мертвецов через стену перелезал, кусал обычного человека, а тот затем превращался в такого же монстра?

– Не было етого. Вернее, сбегать-то сбегали. На простой люд нападали. Кусали и не только. Драли в клочья, бывало. Но никаких таких последствий не было.

– Стало быть не заразные, – задумался я.

– Приехали! П-р-р-р-р-р! – остановил мужичек карету.

Я вышел и оказался перед огромной бетонной стеной. В ней были ворота. Их охраняли люди в форме.

– Проход запрещен! – остановил нас один из охранников.

– Ангелина Рудольфовна приказала, – сообщил извозчик. – Вот письмо с родовой печатью.

Караульный с подозрением посмотрел на нас с мужичком, сломал печать и прочитал послание.

– Проходи. Ты и ребенок. Возничий останется тут.

Я кивнул, проверил на месте ли Герман, а затем вошел в открытую дверь.

Вход с той стороны Пустоши был скрыт длинными увядающими лианами. Везде густо растут деревья. Обычный лес. Если не знать, что посреди него бродят ходячие мертвецы, то никогда и не подумаешь.

Я медленно прошел вперед. Очень скоро наткнулся на подобие тропинки. Если я и смогу быстро найти охотника на демонов, то только пройдя по вытоптанной тропе.

Я шел уже минут десять, прежде чем встал, как вкопанный. Метрах в пятнадцати от меня топтался мертвец. Я замер.

Это был эльф. Гнилая кожа сползала с черепа, а вот одно из ушей сохранило свою прежнюю заостренную форму. Ходячий труп стоял на месте и пялился куда-то в сторону, периодически клацая зубами.

– А-а-а-а-а-а-а-а! – заорал младенец, которого я держал в руках.

Скверна. Окаянный пришел в себя. Это значит, что я не успел. Теперь мы должны будем заново провести ритуал Избавления. Вот только теперь появилась другая серьезная проблема. Я должен как-то скрыться от мертвеца. Вступать с ним в схватку, насколько я понял, бесполезно.

– А-а-а-а-а-а-а! – продолжал кричать малыш.

Зомби тут же повернул голову в мою сторону. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять, что у него нет глаз. А по запаху он меня не учуял сразу. Значит слух – единственное, чем он руководствуется охотясь.

– А-а-а-а-а-а-а! – снова заорал Окаянный.

Зомби сорвался с места и помчался в мою сторону. Я закрыл ребенку рот рукой. И превратился в статую. Буквально.

Мертвец резко остановился. В нескольких метрах от меня. Принялся водить головой так, словно все видел и теперь пытался рассмотреть свою жертву. Я же проклял свою позу. То, что не встал поудобнее, когда мелкий орал. А теперь чувствовал, как правая нога начинает затекать от того, что я остался в неправильном положении.

Зомби несколько раз скользнул по мне свои отсутствующим взором и медленно поворачивая голову стал прислушиваться.

Нужно просто выстоять. Бесшумно. Столько, сколько потребуется. Потом эта тварь уйдет восвояси, и я смогу двинуться дальше.

Младенец у меня на руках брыкался. И я знал, что если не смогу заставить его замолчать, то он сдаст меня в самый неподходящий момент. Когда зомби будет еще ближе.

Я медленно повернул голову и увидел торчащий обломанный сук на стволе березы. Рассчитал свои дальнейшие действия и сорвался с места.

Едва трава под моими ногами зашелестела, как зомби бросился за мной, словно африканский спринтер.

Я пробежал несколько десятков метров под аккомпанемент орущего младенца и шуршание травы под ногами. По пути дернул ладонью о торчащий сук, сунул ее в рот младенцу, а сам пробежал еще несколько метров и замер у одного из деревьев. В эту же секунду остановился и мертвец. Он снова начал прислушиваться сразу ко всему вокруг.

Получилось. Младенец получил то, что хочет. Теперь осталось разобраться с мертвецом.

Щебетание птиц, его собственное топанье на месте и шуршание листвы на деревьях, не позволяло зомби расслышать, как Окаянный глотает свой десерт.

Но чем дольше мы стояли, тем ближе мертвец подходил. Сначала мне в нос ударил отвратительный запах его разлагающегося тела, а затем гнилые зубы оказались настолько близко, что ему хватило бы одного броска, чтобы добраться до меня. Но я все еще надеялся, что он вот-вот остановится.

Уже приготовившись к очередному забегу, я вдруг почувствовал руку на своем плече. Повернул голову.

Рядом со мной стоял седой старик с длинными волосами. У него на шее был ошейник с шипами. Одет в длинное серое пальто. В ушах серьги. Похож на вокалиста группы «Kiss» в старости.

Незнакомец приложил палец к губам, а в следующую секунду я стоял посреди леса, но на крыше большого особняка. Вокруг открывался вид на границы пустоши.

– Когда эти сволочи перестанут казнить людей вот так? – проворчал старик, снял свои беспалые перчатки и положил на табуретку рядом с клетками для птиц.

– Нестор? – догадался я и отнял руку ото рта младенца.

Старик остановился и повернулся ко мне.

– Значит ты не очередной одаренный, перешедший дорогу Атамановым?

– Более того, я пообещал Ангелине Рудольфовне, что избавлю Окаянного от проклятья, – сказал я, когда малыш снова начал заливаться плачем.

– Я сказал ей, что не возьмусь за это. Пусть ищет другого охотника, – старик снова повернулся к клетке с птицами.

– Я и есть другой охотник.

Нестор, наконец, перестал спешить. Медленно развернулся, присел на выступ и смерил меня взглядом.

– Ты болван, если взялся за это дело, – проворчал он.

Я сглотнул. Даже старым и ворчливым самым близким людям я никогда не позволю так говорить со мной. Но тут как будто нужно спустить на тормозах. Или…

– А может у меня просто яйца еще на месте, – ответил я.

Старому охотнику не понадобилось много времени, чтобы прийти в ярость. А мне, чтобы спустить все на тормозах.

– Я уже победил Окаянного сегодня, – добавил я. – Не хватило Сияния на то, чтобы до конца снять проклятье. Поэтому пришел за помощью сюда. Но вижу, что ошибался. В любом случае, темная сторона мальчика уже снова завладела телом и теперь мне нужно начать сначала.

– Я отказался не потому, что побоялся встать против Окаянного, – рыкнул дед.

– Да? А почему же?

– Скажем так. Я не совсем согласен с политикой Атамановых, которые управляют Хлыновым.

– Мне стоит знать подробности?

– Я не согласен с ними в первую очередь потому, что всех нарушивших местные правила они отправляют сюда, чтобы те умерли в бою и муках. Если бы я не пришел вовремя, тебя сожрали бы живьем.

Редко встретишь аристократа с незапятнанным прошлым. Ангелина Рудольфовна не оказалась исключением. Но я здесь не за тем, чтобы решать их конфликты.

– И ты спасаешь всех этих людей? – я посмотрел на то, как охотник открыл клетку и покормил белых голубей.

– Спасал. После того, как аристократы поняли, что я обосновался здесь и помогаю пленникам выбраться – они перестали присылать сюда людей в таком количестве. Смысл пропал. Но у меня слишком хорошая память для моего возраста. Буду ждать, когда аристократы раскаются и может быть тогда…

Интересное место этот Хлынов. Охотник на демонов, живущий посреди пустоши, на территорию которой не зайдет ни один здравомыслящий человек. Скоростные зомби, прыгающие на уровне первого этажа и не способные нас достать. Аристократы, которые…

– Подожди, – вдруг осенило меня. – А не ты ли случайно являешься причиной всех этих бед?

Не удивлюсь, если рассерженный охотник на демонов учинил этот беспорядок и подселил Душегуба в тело аристократки.

– Можешь передать этой девице, что мне все равно что там обо мне думают. И ты в том числе. Я ни капли не жалею о том, что сделал. А сейчас делай, что должен и убирайся из моего дома!

Глава 5. Тайна одного графа

Я положил кричащего ребенка на пол, а сам принял позу для медитации. Достал фотографию своей дочери и поставил перед собой. Почувствовал, что старик, кормящий беспрестанно курлыкающих голубей, смотрит на меня.

– Это моя дочь. Ее зовут Алиса, – сказал я. – Сначала девочка пропала во время Переплетения миров, а недавно выяснилось, что она может ходить по бездне и по этой же причине ее телом завладела Лилит.

Я закрыл глаза. Мне нужно было некоторое время, чтобы войти в транс. И его было достаточно, чтобы добавить еще одну фразу.

– Каждый родитель готов отдать жизнь за своего ребенка. Не знаю, как это работает. Но если ты хотел отомстить, то уже сделал это. Сполна. Мать мальчика, наверняка, не спала ни одной ночи с тех пор, как узнала, что он Окаянный.

Я погрузился в транс и уже не видел смотрит ли на меня Нестор. Хочет ли что-то ответить. Но когда я открыл глаза старик уже держал ребенка на руках и кормил его чем-то из бутылочки. Младенец ел и даже не сопротивлялся. Не орал и больше не требовал утолить его жажду.

Я все понял. Мальчик больше не проклят. И Нестор освободил ребенка, пока я накапливал Сияние.

Я молча встал и достал из кошелька несколько сотен рублей. Положил купюры на пол и прижал ножкой табуретки, чтобы их не разнесло ветром.

– Не нужно, – произнес старик, глядя в глаза младенцу и заметив, что я делаю. – Я сам заварил эту кашу и самому пришлось расхлябывать.

Только сейчас я заметил, что у Нестора из носа идет кровь.

– Ты же знаешь поговорку? Нет ничего благороднее, чем заплатить…

– Охотнику, рисковавшему своей жизнью, – договорил за меня старик. – Знаю. Выражение придумал один из моих верных друзей. Его давно нет в живых.

Я сочувствующе покачал головой и уселся на табуретку, оставив деньги на месте.

– Все в порядке?

Я дождался, когда охотник на демонов посмотрит на меня и указал на верхнюю губу. Тот все понял и стер с нее кровь.

– Ерунда. Но ты здорово разозлил Окаянного. Он бился как высший демон.

Знает про Высших демонов. И про Древних, я уверен, тоже. Я уже понимаю, что не зря искал.

– Кстати о высших демонах, – я решил перейти к делу. – Я пришел сюда не только для того, чтобы провести ритуал Избавления.

Старик поднял на меня глаза.

– Меня зовут Ярослав Книгин. Но думаю, что имя Виктор Зубов тебе больше знакомо.

– Ты был в Хлынове? – поднял брови мой собеседник. – В этом богом забытом городе? Тут вести ходят очень медленно. Поэтому, поверь мне, я никогда не слыхал ни про первого, ни про второго. Хотя постой… Кажется Книгины это род драконов? Насколько я помню их всех вырезали задолго до Переплетения миров.

– Не всех, – я откашлялся в кулак. – Последний из рода драконов сидит перед тобой.

Старик даже не посмотрел на меня. Он продолжал кормить младенца.

– Если ты ждешь, что я расплывусь сейчас перед тобой в комплементах и поклонах, то иди к черту.

Грубо. Этот старик напоминает мне самого себя. Но вот только совсем не думает, что говорит. Простительно. Отшельнику, живущему посреди зомби-апокалипсиса.

– Я проделал такой путь не за этим. Интересно узнать, что ты думаешь обо всем, что сейчас твориться в мире.

Мальчик уснул на руках у Нестора, а я рассказал охотнику на демонов обо всех последних событиях. Тот с равнодушным видом выслушал все и параллельно выкурил целую трубку, набитую табаком.

– Что скажешь? Твои знания и опыт очень сильно пригодились бы охотникам в борьбе с демонами.

Старик некоторое время подбирал слова. Затем откашлялся и ответил:

– Мне очень жаль, но ты не вытащишь свою дочь из лап Лилит. Если ты ждал, что я дам тебе волшебную таблетку, которую она выпьет и навсегда избавиться от тьмы в своем теле, то я разочарую тебя. Если демоница сама не захочет, то ты никогда не изгонишь ее.

– Я понял, что с этим ты мне не поможешь. Что на счет школы охотников?

Нестор многозначительно вздохнул.

– Боюсь, что ты ведёшь всех на верную смерть. И глупцы все те, кто поверил тебе и пошел за тобой, – проворчал дед.

Я промолчал. Интересно послушать, как он объяснит свою позицию.

– Все попытки противостоять пророчеству бессмысленны. На то оно и пророчество. Мы должны начать готовиться к тому, чтобы жить в новой реальности. Скверна поглотит солнце? Пускай. Магия позволит планете и дальше вращаться вокруг того, что останется от звезды. По крайней мере, я уверен в том, что моя жизнь никак не изменится после катаклизма.

– Значит ты предлагаешь засунуть голову в песок и ждать своей участи? – хмыкнул я.

– Думаю, что люди должны перестать тратить драгоценное время на бессмысленное сопротивление. А начать искать новый дом в одной из параллельных вселенных. Мы должны сказать спасибо Переплетению миров за то, что оно показало нам то, что они существуют. Но бороться…

Ни этих слов я ожидал от самого старого охотника. Я искренне верил в то, что его разозлит сказанное мной. Но теперь я смотрел на деда и понимал, что ему давно безразлично то, что случится с людьми.

– Бегите и не тратьте свое время на противостояние, которое закончится поражением, – добавил охотник прочистил свою трубку, забил новую порцию табака и снова прокурился.

– Дело твое, – сказал я. – По мне, лучше сдохнуть здесь в борьбе с демонами, чем от жажды. Можно еще одну, последнюю просьбу?

– Если она такая же безумная, как предыдущая, то можешь не пытаться.

– Странник сказал, что ты можешь раскрыть весь потенциал охотника на демонов. Если не хочешь вписываться в противостояние, то я хочу попросить научить меня использовать магию Света в полной мере.