Materia Prima-3. Делай Красиво

Я в одно мгновение подскочил и нанес удар кровавой перчаткой аккурат в переносицу. После чего сел прямо тут и облегченно выдохнул.

— Фу-у-ух… — простонал я, пытаясь сфокусироваться.

Перед глазами все плыло от изнеможения. Шевелиться не хотелось категорически. Вскоре подбежал Сектор, оценил вырубленного противника, посмотрел на меня и вроде как успокоился.

— Цел, босс?

— Ага, — с трудом протянул ему цепь. — Свяжи буйного, будь лапочкой. А то мне даже сидеть тяжело.

Через пару минут Сектор уже будил связанного Лихого нежными пощечинами. Звенело от них даже у меня в ушах.

— А? — очнулся тот и оглядел нас мутным взглядом. Дернулся пару раз и с обидой посмотрел на меня. — Рейн? Живой все-таки. Как я рад тебя видеть, ты не представляешь. Ты какими судьбами в Де-Че? А это кто с тобой? Ух, какой громадный, сколько от груди жмешь? На чем сидишь?

— Че он несет, босс?

— Да я бы и сам хотел понять. Лихой, ты чего творишь вообще? Совсем берега попутал?

— Я? А чего я творю, — натурально удивился он. — Я вообще тихо-мирно живу, никого не трогаю.

— Ты только что чуть не убил меня.

— Кто, я?! Да я бы никогда, — очень натурально возмутился Лихой. — Рейн, я уже давно не тот, что раньше. Да, у нас были разногласия, не спорю, но когда насилие было выходом?

— Сказал тот, кто натравил на нас три десятка гладиаторов.

— Кто, я? Рейн, что за грязные инсинуации в мой адрес? Я же просто присматриваю за Ямами, честный бизнес, никто никого не травит.

— Босс, он и раньше так себя вел? — напряженно спросил Сектор.

— Да вообще ни в одном месте.

Странно даже не то, что он все отрицает и оправдывается. Странно, что он вообще на такое способен. Сколько раз я его избивал, он просто молча терпел, в крайнем случае огрызался.

— А ну-ка, дай-ка проверю кое-что, — Сектор подошел к Лихому.

Прицелился и нанес две аккуратных пощечины. Действительно не сильных по его меркам, но с широким замахом. Рука просто прошла влево-вправо, башка Лихого дернулась туда-сюда.

— Сука, — взбесился Лихой. — Выродок, только развяжи меня, я тебе это припомню. Дохрена о себе возомнил, шкаф тупорылый?

— Так похоже? — невозмутимо спросил меня Сектор.

— Да. Это уже больше напоминает Лихого, которого я помню.

— Чтоб ты сдох, Рейн. Когда уже глубина тебя сожрет, везучий выродок?

— Не скоро, мы вроде как поладили с ней. Сектор, отойдем?

Мы сдвинулись чуть в сторону так, чтобы нас не было слышно, но чтобы при этом держать Лихого в поле зрения, а то вон как дергается, пытаясь освободиться.

— Все вещи забрал? — решил для начала уточнить я главное.

— Да, ячейку сами открыли. Проверил.

Мне в руки перекочевал сверток плаща, в который были завернуты артефакты и остальные вещи. В номере борделя остался только походный рюкзак со всякой мелочевкой. Я кивнул, накинул плащ и принялся распихивать все по карманам.

— Что ты с ним сделал?

— Это наша семейная техника. Терапевтический прием называется Шатай-Болтай.

— Может, Шалтай?

— Нет. Главное не путай с детской игрой Болтай-Шатай.

— А в чем разница?

— В одном случае человек остается в сознании.

Я посмотрел в сторону пленника. Судя по тому, то Лихой еще шевелится, а это был терапевтический прием… Нет, не надо об этом думать. Это Сектор так шутит.

— А прием простой, — продолжал он. — А потому эффективный, переключает вязаным мозги на раз-два.

— Вязаным?

— Ну да. У этого типа Вязь, очевидно. Он же не в адеквате. Причем уже запущенная стадия, такое не вылечить.

— Ладно, с этим потом разберемся. Пошли.

Вернулись к Лихому, который недобро продолжал зыркать на нас исподлобья, прислонившись спиной к камню. Я сел прямо где стоял и посмотрел на него. Удивительное существо, походу, такие, как он, просто так не сдыхают.

— Где Зиндай? — спросил я.

Лихой открыл было рот, явно намереваясь сказать какую-то гадость, передумал, закрыл. Открыл снова, но так ничего и не сказал, просто отвернулся.

— Можем и по старинке, — пожал я плечами и щелкнул когтями. А затем одним резким движением вонзил их в землю прямо у него между ног.

— Расскажешь про Зиндая или мы проверим, насколько хорошо синтезатор плоти справляется с мелкими частями тела?

— Не знаю, — нервно сглотнул Лихой, не отводя взгляда от когтей, попутно пытаясь вжаться в камень. — Он мне не докладывает. Это я на него работаю, а не наоборот.

— Пока информации даже на сантиметр не набралось, — я начал перебирать когтями, будто бы паук подкрадывается к штанине. — Дай мне хоть что-нибудь?

— Его давно нет в городе, Рейн. Куда-то свалил, оставил на меня ямы, даже не сказал, когда вернется.

— Все еще мало, Лихой, — не останавливался я.

— Я ничего не знаю, — в голосе мужика прорезались панические нотки. — Он собрал большой отряд спиритов, взял самых сильных. И свалил глубиной.

— Может, просто ран в глубину?

— Не на десять дней же.

— Сдох?

— Нет, он именно свалил куда-то. Он заранее предупреждал, что его долго не будет.

— Куда именно? Когда будет?

— Не знаю. Клянусь, не знаю.

— А кто тогда знает?

— Симба! Он теперь единственный барон. Он живет и работает в особняке барона Гидеона. Клянусь, больше ничего не знаю. Ты можешь мне верить.

— Вот еще, — усмехнулся я.

Достал гипнотический амулет и убедился, что эйба на активацию накопилось достаточно. На разок должно хватить, а большего и не надо. Достаточно проверить уже сказанное.

К моему удивлению, он даже не пытался сопротивляться и все подтвердил. Вряд ли причина в том, что он не боится Зиндая, скорее Лихой просто готов сдать кого угодно, лишь бы выжить.

К сожалению, все подтвердилось. Больше недели назад открылся спуск в глубину. В него нырнули самые сильные спириты города во главе с Зиндаем. Причем не просто спириты, а опытные дайверы. Даже рабов с собой почти не брали, разве что парочку парней покрепче.

Попытался расспросить про самого Зиндая, чтобы понять, какой он породы, но Лихой сам видел его всего два раза. Когда нанимался в команду и когда ему поручили присматривать за ямами, потому что больше некому.

— Бесполезный кусок мусора, — произнес я, качая головой. — Пошли, Сек, лишь настроение все испортил.

— А с этим что делать? — спросил варвар. — Добить?

— Да не трогай ты этот кусок говна, только измажешься. Сам подохнет скоро.

Я снял цепь и пошел первым. Варвар лишь хмыкнул и двинулся следом за мной. Хотелось просто добраться до борделя, помыться и затем лежать несколько дней. Варвару тоже, судя по виду. Но, несмотря на хромоту и общую усталость, он шел и улыбался, как ребенок. Большой, грязный, окровавленный, но это уже нюансы.

— Надо было добить, — произнес Сектор. — Ты слишком добренький для этого мира, босс. Ты силен, но не достаточно, чтобы быть настолько добрым.

— Знаю, я как раз над этим работаю, Сек.

— Вязаным нельзя верить, у них с башкой беда.

— Я и не верю. Как ты уже понял, мне нужен некий Зиндай, он один из местных боссов. И как ты слышал, о его местоположении знает другая важная шишка. Как думаешь, куда побежит Лихой прямо сейчас?

— Плакаться мамочке?

— Ну да, в каком-то смысле. Так что я очень надеюсь, что Лихой сделает так, что информация дойдет до нужных ушей. А после нашего показательного выступления в яме нас воспримут всерьез.

— И убьют.

— О, нет. Если я хоть что-то понимаю в людях, то Симба захочет прикончить меня лично. Глядя в глаза. Но все равно надо будет подготовиться.

— Так, а что с выигрышем в ямах делать? Зря, что ли выносили эту шушеру и без добычи остались?

— Сектор. Запомни прописную истину. Есть всего три вида заведений, которые нельзя грабить. Букмекеры, бордели и церковь. У этих бизнесов всегда есть покровители, с которыми не стоит шутить.

— С казино и шлюхами понятно, а церковь тут при чем? Боишься гнева богов?

— Нет. У всех трех бизнесов обычно один и тот же покровитель. И боги тут вообще не при чем.

Добрели до борделя, но нам дорогу перегородил бармен.

— Господа, — вежливо произнес он, протягивая ключ. — Ваш новый номер. Ужин будет готов через полчаса, его принесут в номер.

— Один на двоих? — уточнил я.

— Посмотрите сами, если не устроит, мы что-нибудь придумаем.

— Оплата? — уточнил я.

— Все оплачено, — улыбнулся бармен. — Если бы вы сразу сообщили…

Я поднял руку, останавливая бармена. Некоторые вещи лучше не произносить вслух.

— Спасибо.

Нас проводили в огороженную зону с обычными номерами, провели насквозь и открыли неприметную дверь в конце коридора. Специальные номера были в отдельной пристройке вне самого жилмодуля. Первое, что я отметил — тишина. Закрывшаяся за спиной дверь отсекла звуки, доносящиеся из бара.

Тут был новый коридор, короче предыдущего, с выстеленной ковровой дорожкой и мягким светом. Нас проводили до нужной двери. Судя по расположению, тут всего парочка таких номеров.

Внутри почти все то же самое, разве что мебель отреставрирована, на стенах шторы и картины, светильники с теплым светом. Но главное, тут было две спальни в разных концах, общая гостиная с большим столом и удобными диванами.

— Тут есть отдельный душ! — проорал из своего конца Сектор.

— А у меня ванная.

— Меняемся!

Судя по приближающемуся топоту, мне стоило согласиться с предложением. Скорее даже с ультиматумом.

— Ты не влезешь.

— М-м… — он заглянул в помещение. — Ну да, маловато будет. Но я как-нибудь справлюсь.

— Замечательно, тогда я в душ.

— Рейн, — окликнул меня Сектор. — Откуда такая подозрительная щедрость?

— Многие приехали в город, чтобы подзаработать на общем беззаконии. Как думаешь, кому хватит сил и средств, чтобы создать здесь условно безопасное местечко и грести за это втридорога?

— Не знаю. Любому, у кого есть эйб.

— Подскажу. Заведение называется «Бар Первый Модуль».

— Альфа-Один? Первый дистрикт? Это их место.

— Именно. А теперь вспомни, кто утром приходил к нам. Очень важный гость из первого дистрикта, который о чем-то шептался с барменом, после того как я отказался переезжать.

— В общем, вы с барменом, по сути, коллеги. Оба работаете на лорда Айзека.

— Вряд ли бар работает на лорда. Скорей всего кто-то из мафии или криминала держит это место. Но раз они из первого дистрикта, то ссориться с хозяином тех земель им не с руки. Здесь они временно, а возвращаться придется.

Душ был мало того что отдельным, но еще и вода оказалась чуть-чуть теплее. И кусок мыла побольше. Зеркало имелось, так что я смог оценить итоги проведенной встречи. Лицо будто через мясорубку прокрутили. Даже удивительно, как ни один зуб не начал шататься.

А вот глаза заплыли, нос пришлось с хрустом вправлять на место. В остальном не так плохо.

— Три сломанных ребра, двенадцать треснувших костей, повреждения внутренних органов практически всех, вывих, связки, гематомы, синяки, растяжения, микротравмы — и это я еще внутреннее кровотечение остановил.

— Спасибо, Четверг, — произнес я без всякого сарказма.

— Будь это твое старое тело, даже я бы тебя не дотащил… Стоп, ты что, спасибо сказал? Кажется, мясной кубометр был прав, ты бредишь. Провожу экстренное сканирование мозга. Поиск самого объекта займет какое-то время.

Я мысленно улыбнулся. Мысленно, потому что вживую это было трудно сделать.

Ужин был чуть-чуть лучше вчерашнего, скорей всего это предел для местной кухни. Но хотя бы порции приличные.

— Это чего такое? — кивнул Сектор на разложенный механизм.

— Затылочная мина. Моя. Я вытащил из нее начинку, так что не рванет.

— А зачем она тут?

— Считай, что это кухонный таймер. Расскажи про Вязь. Что это такое?

— Болезнь, Рейн. Главный бич всех спиритов. Вязь нападает на всех, от нее нет спасения или защиты. Чем выше твой ранг, тем больше риск. Говорят, все десятки вязаные.

— Хм… А в чем и как она проявляется?

— Беды с башкой. Вязь в мозгах сидит, как червяк. И подъедает так, что в итоге человек сам на себя перестает быть похожим.

— Как быстро?

— По-разному. Кто-то за месяц сгорает, другие всю жизнь так живут. Кого-то на пятом ранге накрывает, другие до девятого доходят и ничего.

— Лихой выглядел паршиво.

— Он сильно вязан. Это уже конец пути. Даже странно для такого слабака.

— Откуда она берется, эта вязь? Как ею заразиться? От других вязаных?

— Не знаю. Никто не знает. Она просто есть и приходит без всяких причин. А если пришла, то жизнь превращается в вечную борьбу с самим собой. Единственная гарантия — не брать пятый ранг.

— Поэтому ты четверка?

— Я? Не, я просто не дотянулся еще. Так-то я буду насыщаться эйбом, как смогу. Но только через погружения, жрать эйб из банки не стану. Я вязи не боюсь. Мой батя вязаный уже двадцать лет как. И ничего, живет и сражается. Раз в год ему конкретно крышу сносит, после чего приходится пару домов заново отстраивать. А в остальном держится отлично.

— Хм… Четверг?

— Из всей собранной нами информации нет ни одного логичного объяснения подобной болезни. Недостаточно данных для анализа. Возможно, причина кроется в самом коде — мы не знаем, что именно в нем зашифровано.

— Но ты сам видел Лихого.

— Я бы мог поставить диагноз, исходя из медицинских баз родного мира, но есть проблема. Я не медицинский ИИ! Когда ты уже это запомнишь и перестанешь загружать меня подобными задачами?

— Как только соберу себе компаньоне получше, так сразу и перестану тебя дергать.

— Помолюсь за твой успех. Нашел в базе двести тридцать семь тысяч различных богов, включая богов из книг, игр и кино. Начинаю прямо сейчас. Пх'нглуи мглв'нафх Ктулху Р'льех вгах'нагл фхтагн…

От ответа меня отвлек громкий щелчок и электрическая вспышка. Мы оба уставились на разобранную мину, которая только что получила сигнал и сработала. Меня только что попытались убить, но вряд ли кто-либо поверит, что все будет так просто.

— Быстро, однако, — задумчиво произнес я.

— И что это значит? — спросил Сектор.

— Что мы постучались и нам только что ответили. Симба знает, что я в городе. Хорошо.

— У нас проблемы?

— Теперь да. И мы должны быть готовы к ним.