Гибрид. Книга 11. Слово мастера

– Вот так! – кинув на меня победный взгляд, возвестила она. – Больше ты не сможешь тут хулиганить!

– Ур-р! – гневно заурчал на нее йорк.

Дурочка.

Мои найниитовые нити испортили прибор еще до того, как я поднялся на чердак. Поэтому он мало того, что не включился, так еще и мои молнии, начав носиться с удвоенной скоростью, немедленно обнаружили потенциально опасное устройство и тут же вознамерились его уничтожить.

После того, как в несчастный прибор их врезалось штук десять, на кухне раздался взрыв, разметавший осколки по углам и лишь чудом никого из присутствующих не задев. Тогда как на столе образовалась приличная проплешина и начался самый настоящий пожар.

– Ур, – довольно фыркнул в усы Ши и победно вскинул вверх лапки, словно говоря: ну что, съела?!

– А-а-а! – взвыла не своим голосом бабка, поняв, что кухня превращается в настоящее поле боя. – Что ты наделал, мерзкий мальчишка?!

А затем выхватила откуда-то полотенце и кинулась стегать им стремительно разгорающийся огонь, пока дед ошарашенно таращился на жадно пожирающее древесину пламя, а вжавшийся в его ноги внук запоздало заверещал.

На крик, естественно, прибежал отец. В смысле мой дядька, которому до определенного момента все было пофигу. Ворвавшись на кухню, он быстрым взглядом окинул поднявшуюся там суматоху. Как ни удивительно, но совершенно правильно расценил обстановку. И, прекрасно понимая, что первоочередной задачей было не задавать вопросы, а потушить пожар, проворно кинулся к плите, подхватил стоящую на ней кастрюлю, судя по всему, с супом и выплеснул ее содержимое прямо на стол, залив тем самым пламя и заставив деда с грохотом отодвинуться, а сына – с визгом умчаться в коридор.

– Что ты сидишь?! – накинулась на мужа бабка, как только кризис миновал, и огонь благополучно погас. – Сделай что-нибудь!

– Что?! – непонимающе вытаращился на нее дед.

– Это твоя работа?! – тем временем надвинулся на меня дядька, угрожающе закатывая рукава. – А ну…

Я вместо ответа выставил между собой и им компактный заслон из полутора десятков злобно жужжащих молний, а Ши вздыбил шерсть на загривке и настолько свирепо зашипел, что рослый мужик не просто передумал мне угрожать, но и опасливо попятился, вопросительно оглядываясь на мать, но не зная, что тут можно предпринять.

– Растяпа! – тем временем окончательно разбушевалась бабушка, продолжая корить ни в чем не повинного деда. – Не мог нормальный блокиратор купить! Живо мчись опять в магазин! И принеси это треклятое зарядное устройство, пока мелкий поганец весь дом нам не разнес!

У деда округлились глаза.

– Да где я его возьму-то? Ты что, мать! Какое зарядное устройство?! И откуда мне знать, какое нужно?! Они же все разные!

Бабка, увидев, что мои молнии по-прежнему продолжают летать по кухне, периодически что-то взрывая, разбивая в хлам и безнадежно портя обстановку, в ужасе схватилась за голову.

– Тюфяк! Болван! Никчемный трус… – тихо простонала она, будучи не в силах справиться с катастрофой. Но тут же встряхнулась и с яростью на меня уставилась. – Пошел вон отсюда, сопляк! На улицу проваливай, слышишь?! Вместе со своей крысой! А ты…

Она хлестнула по вздрогнувшему деду яростным взглядом. А когда я развернулся и спокойно направился к выходу, бросила напоследок:

– Присмотри, чтобы он не только дом, но и двор нам не разнес! И только попробуй мне потом еще раз скажи что-то про брошенного ребенка, которому не хватает любви и понимания!

Эх, дед…

Я в какой-то момент едва его не пожалел, но потом вспомнил, что он сам выбрал такую судьбу, и передумал ему сочувствовать. Может, правда, когда-то он и не был таким бесхребетным подкаблучником. Может, когда-то он и умел ставить зарвавшуюся женушку на место. Но с тех пор прошло так много времени, что он теперь и сам, наверное, об этом не вспомнит. А если и вспомнит, то не поверит, что такое действительно когда-то было.

Слишком уж сильно бабка его задавила. Слишком долго клевала и била по голове, раз он полностью утратил волю к сопротивлению. Причем за те годы, что я его не видел, процесс явно усугубился, потому что теперь дед даже возражать ей не смел. Не то что воевать с ней за свое законное право принимать самостоятельные решения.

При этом, пока я шел на улицу, мои молнии так и продолжали безобразничать прямо на глазах у домочадцев. То попавшийся на пути стул разнесут, то люстру разбомбят, то у лестницы ступеньку вышибут… когда из гостиной опасливо высунулась детская мордочка, они тут же лупанули по стене, после чего мордочка быстро исчезла, а в комнате тут же поднялся крик.

– Адрэа, – с несчастным видом проблеял плетущийся следом за мной дед. – Ну, пожалуйста, перестань. Бабушка Тэйра будет серди-и-иться.

Угу. Я тоже буду сердиться. Как и мои молнии. Но, на ваше счастье, ни ты, ни бабка никаких дел с магами раньше не имели, поэтому знать не знаете, что при желании я не только этот дом – полквартала с легкостью разнесу. И в сложившейся ситуации мне как несовершеннолетнему ничего за это не будет.

– Ну, Адрэа… ну хватит…

– Мне правда очень жаль, – не поворачивая головы, все же ответил я удрученно тащащемуся за мной деду. – Но у магов, в том числе и моего профиля, работа дара очень тесно связана с эмоциями. И поскольку мне за сегодняшний и все предыдущие дни пришлось порядком понервничать, то он и слетел с катушек. И не успокоится, пока не успокоюсь я сам.

Фух.

Наконец-то, свобода.

Я вышел на улицу и, вдохнув воздух полной грудью, захлопнул дверь, чтобы бабкины крики были не так слышны. После чего покрутил головой. Дотопал до навеса. И, забравшись на стул с ногами, уселся в позу покоя и закрыл глаза, всем видом демонстрируя, что мне жизненно необходимо сосредоточиться на себе.

Молнии после этого мигом перестали хулиганить и окружили меня огромным облаком, к вящему облегчению застывшего у двери деда. Тогда как Ши наконец-то успокоился и, перебравшись на мое плечо, только посверкивал оттуда черными бусинками глаз в поисках новой угрозы.

– Не мешайте, – не открывая глаз, попросил я деда. – Пожалуйста. Мне нужно время, чтобы прийти в себя. Если трогать не будете, то и молнии никого не тронут. Они у меня в общем-то не вредные.

Дед после моих слов постоял-постоял, да и присел прямо на крыльцо, не решаясь ни оставить меня одного, ни тем более показаться на глаза разбушевавшейся супруге. Но мне он не мешал. Мои молнии тоже воспринимали его как предмет интерьера. Я, в свою очередь, принялся за медитацию. И нам какое-то время даже удавалось сохранять равновесие. Но длилось это только до тех пор, пока бабка не успокоила напуганных внуков и не решила следом за дедом выйти во двор.

– Что? – недобро прищурилась она, заметив, что я спокойно сижу и больше никого не трогаю. – Угомонился?

Я не счел нужным ей отвечать. А Ши лишь бесшумно оскалил зубы, тем самым давая понять, что будет защищать меня до последнего вздоха.

– Тэйра… – робко попытался остановить дед решительно двинувшуюся в мою сторону супругу. – Ну не кричи. Мальчик и без того расстроился.

– Что?! – рявкнула она, внезапно обернувшись. – Это ОН расстроился?! ОН?! А я, по-твоему, что, радуюсь тому, что он тут натворил?!

Дед осекся и вжал голову в плечи, заметив, как нависшее надо мной облако из множества молний плавно развернулось и преобразовалось в фигуру стабильности. Но мгновенно вышедшая из себя бабка этого не замечала, поэтому продолжала стоять над ним и орать.

– Это ты виноват, что так получилось! Это из-за тебя у нас полдома превратилось в пепелище! Дети напуганы! Сына чуть не убили! А этот сопляк…

Мои молнии по мере того, как бабкин голос все больше срывался на истеричный визг, встрепенулись и угрожающе загудели.

– Это ты все порывался с ним сюсюкать и воспитывать как собственных детей! А я с самого начала говорила, что он – Сельенкино отродье! И характерец у него точь-в-точь как у нее!..

Я, даже не открывая глаз, увидел, как печально сникла дедова аура, словно он окончательно сдался, не имея ни сил, ни желания защищать ни себя, ни тем более меня. Бабка его за это еще несколько мэнов[4] мстительно гнобила, прямо у меня на глазах унижая и втаптывая в грязь его и без того упавшую в ноль самооценку. А когда вдоволь насладилась видом всецело покорного ей, безропотно опустившего голову мужа, снова обернулась в мою сторону и при виде структурированной магической фигуры зло процедила:

– Что? Думаешь, я твоей магии вшивой испугаюсь? С крысой твоей не справлюсь?! Или что за все эти фокусы тебе ничего потом не будет?!

Я снова ее демонстративно проигнорировал. А в качестве ответа одну из молний подкинул высоко в воздух, где она и взорвалась, осветив небо яркими искрами и устроив такой фейерверк, что, наверное, из центра города было видно.

Бабка после этого окончательно уверилась, что над ней издеваются, и, закатав рукава, решительно потопала в мою сторону.

– Я тебе покажу, как бабушке угрожать… я тебе сейчас такое устрою… ты у меня шелковым станешь! По стеночке ходить будешь, как остальные, и рот без приказа не откроешь!

Я только мысленно хмыкнул, подумав про себя, что бабка-то у меня, оказывается, великая фантазерка. Но глаз все равно не открыл. А как только достопочтимая лаира Вохш подошла на расстояние в несколько шагов, мои молнии дружно сорвались с места и с такой силой ударили в землю прямо у нее перед носом, что бабка сперва вскрикнула, взвизгнула, всплеснула руками, когда ее обдало целым сонмом вырванных из земли комьев. Затем попыталась прорваться снова, обозвав меня нехорошими словами. А когда поняла, что я ее к себе по-любому не подпущу, в сердцах швырнула в меня грязное полотенце.

– Мерзкий ублюдок!

Хлоп!

Полотенце испарилось, не успев пролететь даже половину расстояния.

– Отвратительный клайр! – швырнула в меня тапок бабка. Но тот тоже оказался мгновенно уничтожен ощетинившимися молниями.

Ее это, правда, не смутило, поэтому она, продолжая сыпать проклятиями, кинула в меня сначала второй тапок, потом – нашедшуюся на земле палку. И даже за камнем не погнушалась потянуться, кажется, совсем забыв, что двор – это не дом, и весь он со стороны соседей благополучно просматривается. Слышимость там тоже была ого-го. Ну а иллюминация, которую я устроил, тем более должна была привлечь внимание, поэтому я совсем не удивился, когда из-за дальнего дома бесшумно вывернулся ардэ со знаками службы магического правопорядка на капоте. После чего так же тихо пролетел над всей улицей, завис аккурат над нашими воротами, а потом плавно опустился прямо во дворе, заставив вошедшую в раж бабку запоздало осечься, а деда – удивленно вскинуть голову.

– Что здесь происходит? – сухо осведомился один из двоих вышедших из машины мужчин в форме и с аурами прирожденных магов. – К нам поступил сигнал о бесконтрольном использовании магии на территории дома под номером три по Семейной улице и одновременно сведения о грубом нарушении общественного правопорядка.

Бабка, будучи все еще раздраженной, сердито тряхнула головой.

– Это не моя вина, лэны. Это все мой внук… он напал на нас с дедом. Угрожал нам обоим магией. Бесчинствовал в доме. Чуть не поранил детей. А теперь сидит тут, как… как паук! – в запале выдала она, гневно сверкнув глазами. – И наотрез отказывается подчиняться!

Тхаэры хмуро оглядели окружившую меня конструкцию, но молнии лишь настороженно гудели, не порываясь больше ни в кого стрелять.

– Лэн? Вы меня слышите?

Я, не открывая глаз, кивнул.

– Слышу, конечно. Добрый день, лэны.

– Как вас зовут? – несколько успокоились господа тхаэры, увидев, что я адекватный, вменяемый, да еще и про вежливость не забыл.

– Адрэа Гурто.

Патрульные быстро сверились с данными на своем планшете и озадаченно кашлянули, получив на меня полное досье.

– Эм. Вы тот самый лэн Гурто, что учится в Первой военно-магической академии, параллельно обучается в школе Харрантао, и чьими учителями являются великий мастер Даэ Хатхэ, мастер Норхо-Хатхэ и лэн Ноэм Даорн?

– Так точно.

Тхаэры быстро переглянулись.

– Не могли бы вы подтвердить свою личность с помощью идентификатора?

Я хмыкнул.

– Его забрала моя бабушка. Можете взять у нее и все проверить.

Господа патрульные удивились еще больше, однако все же забрали у скрипнувшей зубами бабки мой браслет и, сверив данные, еще более озадаченно поскребли затылки.

– Ваша личность подтверждена, лэн. Благодарим за сотрудничество. Не могли бы вы объяснить, по какой причине решили нарушить закон и положение о магическом правопорядке в нашем городе?

Я поморщился.

– Простите, лэны. У меня в последнее время появились некоторые трудности с даром. Они официально зафиксированы в моем личном деле. О них в курсе все мои учителя. Для их устранения время от времени требуется хороший блокиратор, но мой, к сожалению, почти разряжен, а новый я пока не нашел.

– То есть вы неумышленно напугали родных и использовали в доме магию?

– Разумеется…

– Да врет он все! – вдруг снова вмешалась бабка. – Он нарочно все это устроил! Кухню мне разбомбил, малышей до истерики довел, деда моего чуть не угробил!

Один из тхаэров покосился на встроенный в планшет определитель ауры и окинул лаиру Вохш выразительным взглядом.

– Я попросил бы вас не вмешиваться. В вашем доме произошло магическое правонарушение, и я хочу понять, почему это случилось.

– Да просто мальчишка от рук отбился! – фыркнула она, тем самым доказав, что действительно мало понимает в происходящем. – Возомнил о себе невесть что! И думает, что под его дудку плясать все будут!

– Лаира! – ледяным тоном осадил ее тот же тхаэр, заметив, как при звуках бабушкиного голоса мои молнии угрожающе встрепенулись. – Будьте добры отступить на три шага назад и больше не вмешиваться в разговор!

Бабка прикусила губу и неохотно вернулась к деду.

– Лэн Гурто, – терпеливо повторил второй тхаэр. – Вы испытываете трудности с концентрацией? Вам накануне доводилось испытывать повышенные магические нагрузки?

Я качнул головой.

– Нет. С концентрацией у меня все в порядке. И нагрузки были обычными. По крайней мере, летом точно за пределы разумного не выходили. Но последние дни у меня выдались очень нервными. Вот, вероятно, дар и отреагировал.

– Посидите спокойно, лэн Гурто, – очень вежливо попросили меня. – Мы сейчас попробуем провести диагностику.

Я согласно кивнул, после чего тхаэры добыли из недр служебного ардэ сложный прибор с достаточно большим набором функций. Внимательно изучили мою ауру. Сняли доступные параметры. Убедились, что в целом и общем угрозы я не представляю. Проанализировали показания устройства. А потом тот же тхаэр, который недавно отчитал бабку, осторожно сказал:

– У вас действительно проблемы с даром, лэн Гурто. И очень скверная аура, которая позволяет предположить наличие частой смены периодов дестабилизации и стабилизации. У вас уже случались подобные состояния?

– Да. У меня тренировки в последние два года усиленные. И дар на грани перехода на следующую ступень. Поэтому я и ношу с собой блокиратор.

– Почему же вы не озаботились правилами безопасности? И как так вышло, что ваш блокиратор оказался разряжен?

– Зарядка в отеле осталась. У наставника. Мы только в паро-рэ прибыли в Нарк. И я не думал, что именно сегодня мне придется так много времени провести за пределами номера.

Тхаэры после этого нахмурились еще больше и принялись выяснять подробности. А когда узнали, что всего пару рэйнов назад у меня сменился опекун… когда выяснили, что перед этим я пережил очень непростое заседание в комитете по защите прав несовершеннолетних… когда я сказал, что бабушка с дедушкой забрали меня прямо оттуда, даже не поинтересовавшись, не нужно ли мне взять что-то из личных вещей, в глазах сотрудников службы магического правопорядка забрезжило запоздалое понимание. А когда я добавил, что мне не только не предоставили адекватную замену и не позволили попросить помощи у наставника, но и идентификатор забрали, чтобы я никому не звонил, патрульные закономерно пришли к совершенно справедливым выводам и обратились к лаире Вохш.

– Скажите, лаира, вы имеете представление об особенностях развития вашего внука и уровне его магического дара?

Бабка вильнула взглядом.

– Ну… в общих чертах.

– Мне нужен конкретный ответ, – сухо потребовал от нее давешний тхаэр, что ее так резко отчитывал. – Какой у вашего внука уровень дара, вы в курсе?

Она с досадой прикусила губу.

– Три года назад был второй. Сейчас не знаю. Наверное, такой же.

– Так. А какая магия ему доступна, вы знаете?

– Молнии.

– И только?

Она зло зыркнула на патрульного.

– О других его умениях мне не говорили.

– Очень хорошо. А в вашем доме есть магический блокиратор соответствующего уровня? Перед тем, как забрать внука к себе, вы озаботились его и в том числе своей собственной безопасностью?

– Да. Мы приобрели блокиратор заранее.

– Мне нужно на него взглянуть. И на те разрушения, которые молодой человек, по вашим словам, умышленно учинил.

Бабка явственно скривилась и неохотно кивнула.

– Конечно, лэн.

После этого прицепившийся к ней маг тут же ушел в дом, тогда как второй, не выпуская из рук прибор, остался пристально за мной наблюдать. И в том числе следить, чтобы я не натворил чего-нибудь недозволенного.

Впрочем, поводов для беспокойства у него не было. К тому моменту, как его напарник вернулся, мои молнии благополучно погасли, я успокоился, мой дар более-менее стабилизировался. Аура тоже пришла в порядок. Так что, если бы не сожженное полотенце и не рытвины в земле, можно было бы сказать, что ничего страшного не случилось.

Тем не менее при виде меня вернувшийся патрульный озабоченно нахмурил брови.

– Боюсь, лэн Гурто, мне придется забрать вас с собой в участок.

– Как, в участок? – вдруг заволновалась бабуля. – Какой еще участок?! Я его никуда не пущу!

Само собой. Нам завтра на очередное заседание в комитет по делам несовершеннолетних отправляться. И если вдруг выяснится, что бабка даже на сутки не смогла уберечь меня от неприятностей, то на нее уже не будут смотреть, как на надежного опекуна.

– Лэны, пожалуйста, не надо забирать у меня внука! – вконец разнервничалась лаира Вохш, только сейчас в полной мере осознав последствия своего поведения.

Тхаэр коротко на нее взглянул.

– К сожалению или счастью, вы, лаира, даже будучи временным опекуном, не вправе повлиять на мое решение. Вам, насколько я понял, не удалось наладить контакт с собственным внуком. Вы – женщина эмоциональная, резкая, и в вашем присутствии юноша чувствует себя некомфортно. Безусловно, если бы он был обычным человеком, никто из нас не стал бы вмешиваться в ваши семейные дела. Однако в вашем доме находится несовершеннолетний маг с неустойчивым даром. Более того, потенциально опасный маг, истинного уровня которого вы не знаете и который в момент раздражения или злости вполне способен причинить вред и себе самому, и особенно вам. К несчастью, вы, приглашая его в свой дом, хоть и были заблаговременно предупреждены об имеющихся проблемах, доподлинно не выяснили требования по содержанию магов такого уровня и не обеспечили должную степень безопасности пребывания такого мага на вашей территории. Блокиратор, который вы приобрели, не только неисправен, но и совершенно не подходит для той работы, для которой вы его предназначили. Он безнадежно устарел. Замены ему тоже нет. Поисками индивидуального наручного блокиратора вы с супругом почему-то не озаботились. В той помощи, о которой вас своевременно попросили, внуку вы необоснованно отказали. К тому же не придали значения тому факту, что молодые люди в его возрасте подвержены перепадам настроения. Зная, что этим утром он пережил серьезный стресс, не обеспечили его комфортными условиями. Более того, вели себя непростительно беспечно. Не уделили потребностям юноши достаточного внимания. Не предприняли мер, чтобы обеспечить ему физический и эмоциональный покой. Из того, что мы успели увидеть, вы, наоборот, еще и умышленно провоцировали его на конфликт, хотя должны были сделать все, чтобы погасить его как можно скорее. Хорошо хотя бы то, что ваш внук намного лучше знает свои возможности, неплохо владеет практиками по самоконтролю и постарался принять все меры, чтобы обезопасить вас от него самого…

– Что-о?! – моментально вскинулась бабка, даже не подозревая, зачем я так старательно сканировал ее дом на предмет всевозможных технических и маготехнических устройств, среди которых, кстати, не оказалось ни нормальных блокираторов, ни прослушки, ни видеокамер. – Да он нам угрожал! Он мне кухню разнес, вы же сами видели!

– С учетом его возможностей я удивлен, что вы еще живыми остались, – хмуро отозвался тхаэр. – И как ваш дом вообще устоял на месте, когда блокиратор у юноши окончательно вышел из строя.

Бабка кинула на меня свирепый взгляд, но я лишь молча вскинул руку с блокиратором, на котором даже красный огонек больше не горел.

– Лэн Гурто, я сейчас подойду и надену на вас штатный блокиратор, хорошо? – совсем другим голосом сообщил тот же тхаэр, доставая из-за пазухи новенький прибор. – Вы сможете удержать свой дар под контролем, пока я произвожу необходимые манипуляции?

– Стандартный прибор мне уже не подходит, – со вздохом признался я, открывая глаза и осторожно оглядываясь. – Так что давайте сразу два. Или лучше три. Авось они не расплавятся, пока мы едем до участка. Надеюсь, у вас там есть амагическая зона для особо опасных преступников?

– Разумеется.

– Очень хорошо, – с облегчением выдохнул я, протягивая руку. Аккуратно приблизившийся тхаэр быстро нацепил на нее два стандартных блокиратора и тоже незаметно перевел дух. – Спасибо. Но у меня к вам будет еще одна просьба – позвоните, пожалуйста, моему наставнику. Он знает меня и мой дар лучше всех. И его присутствие всегда действовало на меня успокаивающе.

– Конечно, лэн Гурто, – кивнул тхаэр, отступая в сторону. – Вы сможете самостоятельно добраться до машины?

Я придержал потянувшегося к тхаэру йорка и кивнул.

– Постараюсь.

После чего осторожно поднялся. На пробу качнулся туда-сюда. И только после этого медленно, аккуратно, будто был создан не из плоти и крови, а из стекла, пошел к патрульной машине, ступая так, словно передо мной была не земля, а минное поле.

– Нет, вы только посмотрите на него, – вполголоса буркнула вдруг бабуля. – Он теперь еще и немощным притворяется!

Тхаэры кинули на нее одинаково раздраженные взгляды, но они, в отличие от нее, хорошо знали, что дестабилизированный дар способен взорваться или перегореть от любого неосторожного движения. Поэтому принятые мной меры предосторожности расценили совершенно правильно. А когда я забрался в салон вместе с тихонько урчащим йорком и ничего при этом не испортил, с облегчением выдохнули, заняли свои места, и ардэ поспешно взлетел, чтобы как можно скорее доставить неустойчивого меня в более подходящее для этого место.

– Я этого так не оставлю, – успел услышать я напоследок, своевременно усилив слух. – Этот поганец у меня за все заплатит. И за кухню, и за дом, и за двор… Я его без последнего золта оставлю! Их обоих! Через суд буду добиваться возмещения ущерба!

Я после этого мысленно ухмыльнулся.

Бедная бабуля. Я как несовершеннолетний в принципе ничего ей не был должен. Лэн Даорн, раз уж его временно отстранили и от опеки, и от наставничества, тем паче не должен был платить за мои ошибки. Более того, примерив вместо него обязанности опекунов, мои бабушка и дедушка автоматически стали ответственны за все, что я натворю в отведенные комиссией сутки. Даже если я случайно разобью чей-то ардэ, взорву дом или сожгу полицейский участок… увы. Бремя материальной ответственности ляжет исключительно на их плечи. И никуда не денется даже после того, как я достигну совершеннолетия и начну сам отвечать за свои поступки.

К сожалению, для лаиры Вохш, закон в Норлаэне не имеет обратной силы.

Поэтому готовься, дорогая бабуля. Скоро тебя ожидает настоящее потрясение. Ну а я со своей стороны позабочусь, чтобы оно стало не единственным.