Мар. Тень императора
- -
- 100%
- +
Он, к слову, не любил этого делать. Он вообще крайне мало говорил. А как только убедился, что я запомнил не только время начала занятий, но и выучил набор его любимых жестов, то по утрам уже не приходил меня будить. А все наше общение свелось к командам в тренировочном зале и едва заметным знакам одобрения или недовольства, которыми наставник сопровождал мои успехи и неудачи.
Сказать, что я проникся к нему уважением, значило не сказать ничего. Учитель стал, что называется, центром моего мира. Хромой мастер день за днем выковывал из меня то, что считал нужным. Он так легко угадывал мои намерения и с такой легкостью пресекал даже маленькие хитрости, что становилось ясно: я был у него не единственным учеником. Однако со мной он проводил так много времени, что не оставалось сомнений: конкретно сейчас я у него один. Правда, учитель не сообщал, куда исчезает после окончания тренировки, а главное, не говорил, как именно это делает, если выхода на улицу мне при всем своем упорстве до сих пор обнаружить не удалось.
Собственно, я и понятия не имел, что же это такое – моя тюрьма. Какие у нее размеры. Где она находится. Сколько в ней этажей. И есть ли тут хотя бы одна лестница. Окон в ней имелось на удивление мало, и они оказались закрыты все тем же мутным стеклом, отчего было непонятно, горы вокруг или море, лето сейчас или зима. В том числе и поэтому первое время мой мир сжался до размеров спальной комнаты, где я проводил всего несколько часов в день, и тренировочного зала, откуда я практически не вылезал. Собственно, если бы появилась такая возможность, я бы пожертвовал даже сном, отказался от еды, лишь бы не тратить силы на транспортировку изнывающего от нагрузок тела. Но в спальне у меня оставался ма-а-аленький секрет, о существовании которого я не сказал ни мастеру Зену, ни даже Тизару.
Да, та самая зеленая ниточка…
Однажды Тизар сказал, что мне недоступна магия, но потом оказалось, что это не совсем так. Я понял это, когда вспомнил встречу с принцем Каррианом и то, как сумел дотронуться до его ауры. Тогда я сделал это интуитивно. Более того, она отозвалась на прикосновение, хотя Тизар утверждал, что такого не бывает. Получается, он все-таки солгал? Или слукавил, что в принципе одно и то же, потому что на самом деле я мог пользоваться магией. Не создавать заклинания, нет, тут меня не обманули. Но воспользоваться чужими нитями мне было вполне по силам!
Более того, насчет зеленой ниточки я не ошибся, и она действительно оказалась полезной. Чем-то похожая на высоковольтный провод, она содержала в себе такую прорву энергии, что ее хватало, чтобы полностью гасить периодически возникающее во мне чувство иррационального, но очень сильного голода. Нить стала для меня альтернативным источником питания. С ее помощью я мог долго обходиться без пищи и воды. После «подключения» у меня с невероятной скоростью затягивались раны. Я ощущал прилив сил, как и тогда, когда Тизар «кормил» своей магией. Правда, в первый раз меня знатно тряхнуло, но путем проб и ошибок я вскоре нашел безопасную дозу и каждый вечер перед сном потихоньку выкачивал из нити энергию, с удовлетворением подмечая, что с каждой попыткой это удается все легче.
По мере того как я изучал свободную нить, как-то незаметно выяснилось, что я могу видеть не только ее, но и энергию, которую оттуда забираю. К тому же способен менять ее потоки внутри себя, усилием воли сосредотачивать полученную энергию в тех местах, где она больше всего требовалась. Задерживать, ускорять, разворачивать ее движение вспять. И даже сбрасывать излишки, если они успевали образовываться.
В отсутствие зеркала наблюдать за собой было не слишком удобно, но даже так не оставалось сомнений, что изначально во мне существовали точно такие же нити-каналы, как у других магов, только по какой-то причине они не были заполнены. Вернее, они не могли самостоятельно наполнять себя энергией извне. Наверное, дефект развития. А может, врожденная недостаточность какого-нибудь магического клапана. Черт его знает. Но именно по этой причине они были не видны, так что, если аура того же Тизара походила на разноцветное веретено, и даже у мастера Зена имелись единичные ниточки вокруг тела, то я в этом плане выглядел невидимкой. Пустым местом. Ровно до тех пор, пока не подключался к нити напрямую. Да и потом, оборвав с ней связь, энергия примерно с полчаса циркулировала в моем теле… ну, в ауре, естественно… и лишь после этого окончательно растворялась. Если, конечно, я не расходовал ее на какой-нибудь синяк или царапину.
С регулярно появляющимся на столе кусочком магии дело обстояло таким же образом. За тем лишь исключением, что он исчезал в моей ладони мгновенно, и я никак не мог изловчиться, чтобы использовать его по собственному усмотрению. Куда он при этом девался, я не понимал – визуализировать свои резервы мне почему-то не удавалось. И даже зная, что внутри меня содержится некоторое количество магии, было непонятно, почему я не могу ее увидеть. И тем более непонятно, почему не получалось ее использовать.
Несложно догадаться, что, когда с первой нитью все стало ясно, мне до зарезу понадобилось добраться до какой-нибудь еще. Хотелось выяснить, на что они способны. Какие возможности могут подарить, и можно ли ими управлять так же, как первой. Но для этого следовало раздолбить хотя бы часть стены и высвободить нити, что оказались там замурованы.
Работа эта была долгой, нудной, утомительной, а мне очень не хотелось, чтобы о ней узнал мастер Зен. Соответственно крошить стену приходилось ночами, медленно и осторожно, грамотно распределяя время между сном и целенаправленной порчей чужого имущества. Подходящих инструментов, само собой, под рукой не имелось. Взять было негде, а спросить не у кого. Пользоваться магией я толком не умел, да и не подходила для этого зеленая нить, поэтому по большей части приходилось действовать наобум и сто раз все перепроверять, прежде чем что-то сделать. В итоге я потратил больше полугода, чтобы выцарапать ложкой узкую выемку в неподатливом камне. А затем принялся так же осторожно высвобождать нити, которых в прямом доступе оказалось всего три: синяя, красная и желтая. Белая залегала слишком глубоко, прямо под красно-сине-желтым пучком. А до фиолетовых я и вовсе не мог добраться, потому что они проходили под самым потолком.
Собственно, рино Тизар аль Ро решил навестить меня в то самое неудобное время, когда работа уже близилась к завершению. И я, признаться, испытал весьма противоречивые чувства, когда в один из вечеров дверь моей комнаты со скрипом отворилась, а на пороге возник статный блондин в серебристом балахоне и как ни в чем не бывало произнес:
– Здравствуй, Мар. Надеюсь, ты меня не забыл?
Глава 4
Честное слово, я был благодарен Тизару за регулярно поставляемые комочки магии. Первое время, пока я не добрался до нужной нити, они здорово меня выручали. Однако именно сейчас появление Тизара было совсем некстати.
Правда, почти сразу досада на мага схлынула. Я вспомнил, что Тизар, в отличие от мастера Зена, не запрещал спрашивать, и успокоился. А потом задал тот самый вопрос, который вот уж полгода не давал мне покоя:
– Рино аль Ро, а мой учитель знает, что я дарру?
В уголках глаз мага появились крохотные морщинки.
– Да, Мар. Император оповестил его об этом.
– В прошлый раз вы говорили, что чем меньшему количеству людей об этом известно…
– Мастер Зен не может предать императора, – не дал мне договорить Тизар. – Так же, как и ты.
Я уставился на мага напряженным взором. Это что же, учитель…
– Мастер Зен его бывшая тень, – правильно понял меня маг. – От прежних обязанностей повелитель его освободил, но учить других это не мешает. А магическая клятва обеспечивает все остальное.
– А почему?..
– Неудачное покушение, – снова угадал мой вопрос Тизар. – Примерно год назад. Мастер Зен получил серьезные раны и долго болел, а после выздоровления потерял в скорости и в силе, поэтому больше не смог исполнять обязанности тени.
Как это потерял?!
Я растерянно моргнул.
Да он двигается как молния! И силища у него такая, что, если бы он не сдерживал удары, меня бы давно по стенке размазало!
– У нас мало времени, Мар, – не позволил мне углубиться в размышления маг. – Сегодня я смогу уделить тебе всего один час, так что давай-ка сначала поработаем, а потом, если останется время, ты спросишь обо всем, что захочешь.
Я мысленно вздохнул, но все же отодвинул стул, приглашая гостя присесть, а сам устроился на топчане и приготовился внимательно слушать.
С Тизаром оказалось легко. Он хорошо говорил: ровно, четко и исключительно по делу. Никаких заумностей, никаких непонятных терминов, словно полжизни только и делал, что читал лекции нерадивым ученикам. Но в тот вечер он рассказал лишь малую часть того, о чем я хотел бы знать. А когда отведенное на занятие время истекло и маг ушел, я испытал сожаление, что наша встреча так быстро закончилась.
Зато Тизар сообщил несколько важных вещей. Во-первых, оказалось, что точный уровень резерва дарру невозможно определить извне – это мог сделать лишь сам дарру, да и то с помощью специальных упражнений. Во-вторых, впитавшаяся в дарру энергия и впрямь становилась не видна постороннему взору. Она буквально растворялась в его ауре и утрачивала свои первоначальные свойства, включая цветовую принадлежность. В-третьих, дарру действительно использовались в империи в качестве живых батареек, но поскольку нас было мало, то такое счастье доставалось лишь избранным. Наконец, в-четвертых, хранящуюся в дарру силу можно было отдать постороннему лицу, но для этого следовало приложить некоторое усилие и развить определенные навыки.
– Создать заклинание у тебя не получится, – без тени сомнения сказал Тизар. – Дарру в большинстве своем преобразуют полученную энергию в нейтральную. В сырую, так сказать. Ее можно просто выбросить на улицу. А можно передать магу, который превращает ее в нужное ему заклинание.
– Есть ли разница, какое заклинание из нее создавать?
– Нет, – с улыбкой пояснил маг. – Сырая сила тем и хороша, что из нее можно вылепить что угодно. Поэтому в качестве донора дарру подходит любому магу. А вот для вас самих далеко не каждый маг подойдет в качестве хозяина.
– Почему?
– Потому что магия у разных людей имеет разные оттенки. И вкус, если хочешь. Какая-то тебе понравится, какая-то, наоборот, вызовет отвращение. Ты ее усвоишь, конечно. Помучаешься, но все равно впитаешь, потому что такова твоя природа. Однако есть понятие совместимости между магами и дарру, и ее наличие значительно облегчает ваше существование. Это тоже врожденное свойство, не хмурься, – добавил маг, когда я задумался. – Но обучать вас все равно приходится. И не только тому, как правильно отдавать или забирать чужую силу, но и тому, как вести себя с будущим хозяином. Чем больше у вас найдется точек соприкосновения, тем проще вам будет жить.
Я поджал губы.
Слово «хозяин» мне категорически не понравилось. Как и тревожная мысль, что детей-дарру не просто отбирают у родителей, но и воспитывают под запросы конкретного мага. Вероятно, в этот их императорский детдом регулярно наведываются желающие заполучить ходячую батарейку и присматривают потенциально совместимого малыша. Если такой находится, его тут же берут в оборот и за несколько лет (вероятно, за немалую плату) готовят послушного, хорошо обученного раба. Вернее, рабыню, потому что, если верить Тизару, дарру рождались исключительно девочками.
Я, собственно, тоже когда-то считал себя девочкой, поэтому наличие столь необычного дара было более или менее объяснимо. Но тот факт, что со мной наверняка будут пытаться сделать то же, что и с остальными, несколько напрягал.
– Судя по всему, ваша магия мне вполне подходит, рино аль Ро?
– Да, – не стал отрицать Тизар. – Но магия императора подходит тебе еще лучше. Обычно совместимость можно определить по той скорости, с которой дарру впитывает чужую силу. И если со мной ты обошелся довольно деликатно, то его высочеству Карриану пришлось разорвать контакт, чтобы не остаться без магии совсем.
Я отвел взгляд.
Да. Я помню ощущение, которое посетило меня во время прикосновения к наследнику престола. Восторг. Блаженство. Дикое желание зарыться в его ауру обеими руками, окунуть в нее голову, плюхнуться туда всем телом и никогда, ни за что больше оттуда не вылезать.
– Забрать энергию у мага ты можешь только через прямой контакт, – тем временем добавил маг. – Точно так же и для того, чтобы поделиться ею, требуется прикосновение.
Хм. Так вот почему учитель постоянно носит перчатки?
– А теперь я покажу несколько полезных упражнений, – сказал Тизар и бросил быстрый взгляд на окно, за которым царила непроглядная темень. – Пока меня не будет, тебе придется выполнять их самостоятельно. А потом проверим, что из этого получится…
С тех пор Тизар стал навещать меня регулярно. Два, иногда три раза в месяц. По вечерам, когда тренировки заканчивались и у меня появлялось свободное время. Я много спрашивал, он объяснял, рассказывал и показывал то, что мне не удавалось понять с первого раза. Тизар был на редкость терпелив, когда отвечал на мои многочисленные вопросы. Немало обогатил мой багаж знаний в отношении классической магии и, сам того не подозревая, помог существенно продвинуться в изучении замурованного в стене пучка, до которого я в конце концов все же сумел добраться.
Исходя из сказанного Тизаром, можно было предположить, что мне удалось наткнуться на часть одного из комплексных заклинаний, которыми, как проводами, была сверху донизу пронизана вся ученическая, как ее называл маг, башня. О том, где она располагалась, рино аль Ро сообщить отказался, сославшись на государственную тайну. Зато признался, что я не первый и не последний, кто здесь обучается. Подтвердил, что у каждого мастера-тени одномоментно есть лишь один-единственный ученик. Предположил, что мое обучение затянется лет на пятнадцать. И несказанно «обрадовал», заявив, что до самого его окончания покинуть это место мне не светит.
Впрочем, к жесткому распорядку дня я уже привык. В компании других учеников не нуждался. Скучать здесь было некогда, а все свободное время уходило на сон и попытки разобраться с той самой проблемой, о которой я не хотел никому сообщать.
Так вот, о магии… Как я уже говорил, зеленая нить была оборвана. Вероятно, одним из моих предшественников, среди которых, если верить Тизару, когда-то встречались и маги. Почему император отказался от теней-магов, Тизар, правда, не сказал, но по некоторым оговоркам я сделал вывод, что с ними возникло слишком много сложностей. То ли учителям не удавалось совмещать магическую науку с обычными тренировками, то ли сама по себе магия не оставляла времени на физические упражнения… но факт в том, что раньше маги в этой башни бывали, а теперь нет. И кто-то из них в свое время выудил из стены поверхностно лежащую ниточку, сумел ее оборвать с одного конца, но сохранил связь с источником, благодаря чему я мог свободно черпать оттуда энергию.
К середине второго года обучения трехпучковую нить я тоже выделил, однако обрывать ее поостерегся. Вместо этого я подцепил ее кончиком ногтя и мало-помалу вытянул наружу в виде петли. А уже потом вплотную занялся ее изучением.
Тизар говорил, что темно-синий цвет характерен для защитных заклинаний. Красный для стихии огня. Голубой для воздуха, коричневый для магии земли. Желтый для строительной и бытовой магии. Фиолетовый для пространственной. Зеленый использовался в качестве универсальной подпитки как для магов, так и для любого другого заклинания. Ну а белый означал присутствие стабилизирующего заклятия. При этом некоторые заклинания между собой сочетались, некоторые, наоборот, ни в коем случае нельзя было размещать рядом. Скажем, если зеленые и белые нити легко соединялись со всеми подряд, то фиолетовые, напротив, следовало отводить как можно дальше от остальных.
Исходя из этого, первой из пучка я решил выудить именно синюю нить. Защитное заклинание не должно было причинить мне вреда, поэтому я и решил его коснуться. Сначала, правда, кончиком пальца. Мизинцем – потому что, если оторвет, его будет не так жалко. И настолько осторожно, что поначалу даже не понял, случилось со мной что-нибудь или нет.
Как оказалось, толику струящейся по нити энергии у меня и впрямь получилось вытянуть. Я даже пропустил ее по кисти, покрутил немного по засиявшим ярко-синим цветом каналам, однако, как вскоре выяснилось, для рассасывания гематом и заживления царапин она совершенно не годилась. Точно так же, как не подошла для этого и желтая ниточка. Видимо, не та специфика. А вот красная, как ни странно, меня обожгла. Причем обожгла в буквальном смысле слова, несмотря на заверения Тизара, что магия на дарру «почти не действует». Его личная магия, может, и не подействовала, а вот чистая энергия из нити – еще как. И это стало крайне неприятным открытием, над которым мне тоже пришлось поломать голову.
Идея, как это нередко бывает, пришла неожиданно: во время очередной тренировки мастер Зен заехал мне кулаком в челюсть и едва не вышиб зуб. Сплюнув кровь и пощупав языком шатающийся клык, я подумал, что если бы не перчатка, то я мог учителя укусить и при этом наверняка вытянул бы из него часть жизненной силы. И вот когда в голове мелькнула мысль о перчатке, меня, как говорится, осенило.
С трудом дождавшись окончания дня, я дохромал до уборной и, привычно подлечившись, вытянул из синей нити чуток энергии. Только на этот раз не позволил ей раствориться в недрах собственной ауры, а, немного помучившись, нашел способ сдвинуть пару каналов, замкнул один из них вместе с циркулирующей по ней синей массой. Заставил ее струиться вокруг правого мизинца. И, дотронувшись им до красной нити, с удовлетворением понял, что нахожусь на правильном пути: жара я больше не почувствовал. И смог безнаказанно вытянуть из стены ярко-красную петлю, после чего интереса ради ткнул ее кончиком в бочку. Отшатнулся, когда вода в ней мгновенно вскипела. И тихо выругался, когда обнаружил, что едва не запалил деревянную бадью.
После этого дело пошло на лад. С помощью желтой «строительной» нити я принялся разрушать стену дальше в попытке добраться до остальных «проводов». Но дело это было небыстрое. Каменные осколки приходилось куда-то прятать. А дыры в стене делать маленькими в одном и том же углу, а затем еще и сдвигать в сторону тяжеленную бадью, чтобы она прикрыла все это безобразие.
Об упражнениях Тизара я тоже не забыл и каждый вечер перед сном добросовестно пытался «смотреть в себя», искал невесть где заныканную во мне емкость с энергией, честно старался почувствовать ее границы, нащупать дно… но, если честно, больших успехов не достиг. Разве что сообразил использовать в качестве маркера все те же нити и по мере сливания в себя разноцветной энергии, ориентируясь на скорость исчезновения ее окраски, а также на чувство сытости, смог лишь примерно определить размеры находящейся во мне «бочки», куда влезало до отвращения много.
Когда прошли обещанные десять дней и Тизар вернулся с новой порцией информации, я скорректировал планы и принялся экспериментировать с еще большим энтузиазмом, поочередно перебирая доступные нити и пробуя их к себе «подключать». Сначала осторожно, по одной, начав все с той же зеленой, и то предварительно к одному замкнутому каналу. Затем, привыкнув к потоку льющейся из нее силы, запустил зеленую волну дальше. До плеча, вдосталь налюбовавшись картиной «зеленого человечка», в которого она меня превратила. Освоив и этот уровень, я уже без опаски залился зеленой массой по самые брови. И… потом целых три дня дергался в ожидании последствий, пока эта гадость из меня не вышла.
Зато, накачавшись целительной магией до ушей, я в эти дни проявлял просто чудеса силы, ловкости и регенерации. Тело работало как часы. Голова оставалась ясной, светлой, скорость реакции повысилась почти вдвое. Полученные на тренировках синяки заживали практически мгновенно. И вообще я чувствовал себя так, словно сейчас взлечу.
А вот у мастера Зена в эти дни не сходило с лица задумчивое выражение. Он явно заметил перемены, пытался найти причину, но так и не задал ни одного вопроса. Только рино аль Ро в этот раз появился в моей комнате раньше намеченного срока. Но к тому времени излишки магии я, слава богу, успел переварить, поэтому Тизар ничего подозрительного не заметил.
Никакого продолжения эта авантюра так и не получила. Отката, вопреки ожиданиям, я тоже не заработал. Скорость регенерации после этого вернулась к прежнему уровню. А вот двигаться я стал чуточку свободнее и даже быстрее, словно избыток энергии что-то сдвинул в бурлящих от заемной силы мышцах, убрал какие-то внутренние блоки, отчего мои результаты на тренировках заметно возросли.
После этого я провел такой же эксперимент с синей нитью и получил еще более любопытный результат: оказывается, защитная магия существенно уменьшала количество получаемых на занятиях увечий, сокращала количество гематом, почти полностью исключала возможность переломов. И даже падение с приличной высоты после неудачной попытки взобраться под потолок по крошечным уступам не закончилось для меня ничем, кроме вполне терпимого ушиба. Однако именно после этого, перехватив чрезвычайно внимательный взгляд мастера Зена, я сбавил обороты и принялся работать с нитями более осторожно. И так, чтобы последствия контакта с магией улетучивались к концу дня, а не через двое-трое суток, как раньше.
Тизар, как и обещал, навещал меня регулярно. Но лишь к концу второго года обучения у меня получилось более или менее определиться с резервами и после нескольких сотен безуспешных попыток все-таки зачерпнуть оттуда капельку магии.
– Перебор, – спокойно сообщил маг, когда я вцепился в его руку и, раскрасневшись от усилия, выплеснул в него то, что с таким трудом сумел из себя выудить. – Тебе не хватает концентрации. И ты плохо чувствуешь объем.
«Да я вообще его, походу, не чувствую», – буркнул про себя я, внимательно изучая ауру Тизара. Но никаких внешних изменений, кроме того, что она стала чуточку ярче, не обнаружил.
– Давай попробуем иначе, – предложил маг, ненадолго разорвав контакт. После чего создал на ладони уже знакомый огненный шарик и подтолкнул ко мне. – Здесь находится одна универсальная единица магической энергии. УЕМ. Посмотри на нее. Попробуй запомнить ее объем. А затем забери у меня точно такой же.
Я воззрился на Тизара с вполне обоснованным сомнением. Черт его знает… а если у меня получится вытянуть больше? Он тут в обморок, случаем, не грохнется?
– Давай-давай, – подбодрил меня маг. – И так слишком долго на месте топчемся. Если ты не научишься простейшему действию, то учить тебя дальше бесполезно.
Ну ладно. Попробуем…
Я протянул руку, положил ладонь на запястье Тизара и, настороженно поглядывая на висящий в воздухе огонек, честно попытался забрать у мага столько же энергии.
Угу. Фига с два. Сначала я сцапал в два раза больше! Потом спохватился, сбросил назад излишки. Потом сбросил еще немного, предварительно заблокировав собственные каналы, чтобы они не впитывали то, что не надо. И лишь когда на кончике моего указательного пальца появился рыжеватый клубок нужного размера, позволил себе его забрать.
– Очень хорошо, – невозмутимо кивнул Тизар. – Теперь верни мне эту единицу обратно. Желательно в том же виде, в котором взял.
Легко сказать! Если бы я не заблокировал каналы в ладони, от огонька бы уже ничего не осталось! Но самое сложное было не удержать его на одном месте, а отдать обратно. Организм отчаянно сопротивлялся. Огонек долго не хотел отлепляться от моей руки. И лишь когда я полностью от него закрылся, этот гад неохотно полетел в нужную сторону, да еще с таким видом, словно ему это не нравилось!
Тизар, когда огонек втянулся в его ладонь, удовлетворенно хмыкнул:
– Молодец. А теперь зачерпни еще одну УЕМ из своих резервов и повтори это десять раз…
Вот в таком режиме я прожил долгих четыре года.
За это время я вытянулся, окончательно свыкся с особенностями нового тела. Нашел его намного более удобным и простым в обращении, чем старое. Начал получать от его возможностей несравненное удовольствие и почти смирился с мыслью, что обратного пути уже не будет. Тизар, когда я деликатно поинтересовался вопросом смены пола, сообщил, что в его магическом арсенале подобных заклинаний нет. Но даже если бы какой-нибудь самоучка и сумел изобрести нечто подобное, то Тизар считал, что со стопроцентной вероятностью это будет одноразовое явление, которое гарантированно приведет к гибели испытуемого.
Больше мы к этому вопросу не возвращались, но жить в каком-то смысле стало проще. Когда пути назад нет, поневоле приходится двигаться дальше. И я очень старался двигаться, хотя порой для этого требовалось приложить усилие.
За четыре года плотного общения с магом я научился правильно определять степень наполненности своих резервов, точно отмерять нужный объем магических единиц, а также свободно пополнять и расходовать силы. Исходя из существующих в империи стандартов, средний по силе дарру вмещал в себя около двухсот – трехсот УЕМ. Мои же резервы позволяли забирать почти в три раза больше, что несказанно обрадовало мага. К тому же упражнения действительно помогали раскулачить жадный организм, так что в конце концов я сумел обрести некий баланс между поглощением и отдачей. И худо-бедно научился контролировать процесс.