Провидица

– Леди Айра?

Девушка подняла отрешенный взгляд от пустой парты и рассеянно кивнула.

– Когда вы вернулись?

– Недавно, лер, – так же рассеянно отозвалась Айра, поглаживая недовольно заворчавшего метаморфа.

– Почему вы никого не предупредили?

– А разве я должна была это сделать? – Она очнулась наконец от напряженных размышлений и пристально взглянула на преподавателя.

Он был красив. По-прежнему красив все той же убийственной, нечеловеческой красотой. Безупречное лицо, гладкая кожа, как будто светящаяся изнутри неземным светом, длинные волосы, забранные в сложную прическу, тонкие губы, на которых вдруг появилась странная улыбка, пронзительно-зеленые глаза, в которых стремительно разгорался нешуточный интерес…

Айра поджала губы и отвернулась: она еще не успела забыть, как уважаемый лер деликатно пригласил ее на танец на первом Балу. Вернее, не на простой танец, в котором закружил ее с надеждой на приватный разговор, а Танец. Тот самый. Танец возрождения, во время которого он рассчитывал на интересную инициацию.

Мерзавец.

Вот и сейчас у него слегка приоткрылся щит, зеленые глаза вспыхнули, улыбка стала явственнее и шире, а знакомое влечение с размаху налетело, готовясь окутать симпатичную ученицу, но ударилось об ее обновленный щит и бессильно сползло, будучи не в силах пробиться сквозь броню внезапно возникшего недоверия.

Айра сделала вид, что не заметила попытки эльфа ее очаровать, и равнодушно уставилась в окно. Она уже знала о лере Легране все что хотела. И успела достаточно его изучить. Так что он зря старается. Зря так испытующе смотрит: Бала она никогда не забудет. Как не забудет его сыто поблескивающие глаза, коварную улыбку, настойчивое прикосновение и ту ложь, которую он так искусно замаскировал под правду.

Лер Легран озадаченно помолчал, изучая безразличную ученицу, а потом многозначительно улыбнулся.

– Ваша аура совсем не изменилась, леди.

«Конечно нет, – хмуро подумала Айра. – Викран хорошо ее укрыл, чтобы ты не понял, что моя инициация состоялась. Не надейся – здесь тебе нечего искать. И нечего ждать, потому что я больше не поддамся».

– Да, – медленно подтвердил он, внимательно всмотревшись. – Никаких сдвигов… как прошла ваша практика, леди?

– Спасибо, хорошо.

– Есть успехи с даром?

– Безусловно, лер, – ровно отозвалась Айра, краем глаза ловя изумленные взгляды одноклассников. И еще два взгляда – почти благодарных. От Ревы дер Брий и Милеры дер Трота, которые, кажется, тоже помнили свой первый Бал. И никак не могли забыть, кто из преподавателей увел их оттуда. На целую ночь, после которой все вокруг стало немного иным.

Айра только раз взглянула на их изменившиеся лица и поняла: в ту ночь лер Легран не остался без добычи. И не слишком горевал, что упустил одну хорошенькую ученицу. Да и зачем беспокоиться, когда рядом оказались целых две? Послушных, одурманенных саранеллой и готовых на многое, чтобы оказаться поближе к красивому учителю, вдруг проявившему к ним вполне определенный интерес.

Чем он их выманил? Чем завлек? Снова опустил щит, чтобы уж наверняка затуманить их разумы? Предложил осмотреть парк? Свою комнату или кабинет? Тот самый, что скрывался за потайной дверью в классе? И где, возможно, есть еще одна небольшая комнатка, в которой так удобно оставаться с девушками наедине?

От последней мысли Айра закаменела, потому что однажды была очень близка к тому, чтобы узнать это на собственном опыте. Хорошо, Всевышний не допустил непоправимого. А она тогда слишком устала, чтобы поддаться эльфийским чарам.

Словно что-то почувствовав, лер Легран прекратил многозначительно улыбаться, а затем снова, как раньше, сделался неприступным и отстраненным.

– Рад за вас, леди. А теперь внимание, класс: тема сегодняшнего занятия…

Айра отвернулась, не желая лишний раз смотреть на его красивое лицо. Не желая слышать его мелодичный голос. Но при этом отлично понимая причину его внезапного интереса: еще бы! Если окажется, что на самом деле инициации не было, то у него снова появляется шанс! Аура ведь не изменилась, никаких сдвигов в ней с виду не наблюдалось, никаких намеков… что это? Викран оплошал? Отказался? Не захотел? Решил нарушить приказ директора?

Как же, наверное, это должно его интриговать!

Интересно, Легран сообщит о своих предположениях леру Огэ? Намекнет на то, что на втором курсе есть ученица, у которой, вопреки правилам, все еще нестабилен дар?

Что ж, пусть только попробует ее тронуть: Викран разорвет его на части. Впрочем, и Кер не останется в стороне. Айра не боялась эльфа, нет. И силы его не опасалась тоже. А еще ее занимали мысли о хранилище. И сонное кресло, которое ни с того ни с сего снова заработало, да еще навеяло весьма странный сон, в который Айра до сих пор не могла поверить.

– …Здравствуй, моя девочка, – тихо шелестит в голове смутно знакомый голос. – Если ты меня слышишь, значит, я закончил в этом мире все, что хотел, и добыл наконец настоящую свободу. Это значит, что я мертв, моя дорогая. И я был совершенно прав насчет вас с Кером: ты все-таки нашла свою истинную силу и вернулась, чтобы сделать ее послушной.

Прости, что не сказал тебе сразу насчет Сердца – я просто не был уверен до конца. Но знай, милая, что я никогда не предал бы твое доверие и все отдал, чтобы в этот момент быть рядом.

Прости, Айра… и не держи зла на одного старого глупого призрака, рискнувшего сбежать с тобой на волю. Я надеюсь, что ты выдержишь силу Занда и сумеешь сохранить себя. Я надеюсь, что ты вернешься сюда и выслушаешь мою исповедь. И мечтаю, что когда-нибудь ты простишь мое молчание, хотя боюсь, что уже не смогу сказать тебе об этом лично.

Поверь, я не жалею, что закончил свое утомительное существование, и надеюсь лишь на то, что мои последние дни не омрачились каким-нибудь скверным поступком.

Не волнуйся за меня, девочка: жизнь давно уже не приносит мне радости. Жить призраком тяжко. Без цели. Без дома. Без семьи… такому существованию могут радоваться лишь недалекие глупцы, трясущиеся над каждым прожитым годом и готовые на все, лишь бы не встречаться со смертью.

Признаться, я мог уйти давно. Разрушить источник и огорчить Альвариса, одним ударом сломав его далекоидущие планы.

Для меня уже три десятилетия это не составляет проблем: все-таки я – архимаг, хоть и мертвый. И долго готовился к уходу. Я не цепляюсь за жизнь, как делал это больше полувека. Но мне не хотелось умирать, зная, что предатель близок к успеху. И не хотелось оставлять его наедине с тобой… да, милая. Ты права: я догадываюсь о его намерениях. Возможно, вы с ним уже встретились. Возможно, он открыл тебе свое настоящее лицо. А может, попытался вас уничтожить или подчинить. Но раз ты все-таки здесь и снова меня слышишь, значит, у него ничего не вышло. И я этому безумно рад.

Прежде чем уйти из хранилища, я настроил свое кресло на тебя. Пользуйся, когда захочешь, читай и набирайся опыта. Он тебе пригодится.

Здесь собрано многое из того, что успели узнать маги за многие века. Все, что важно для Ковена. Многие его тайны, старые заклятия, древние загадки… Тебе стоит узнать их все, чтобы благополучно избежать ошибок Иберратуса. Я включил сюда несколько полезных плетений, чтобы ты знала, как пользоваться хранилищем, и могла отыскать все, что тебе понадобится. Моя собственная разработка, кстати, о которой не имеет понятия ни Альварис, ни даже Викран.

Еще я подправил твой портал, потому что смутно подозреваю, что после побега источник будет неспособен его поддерживать. Зная Альвариса, могу предположить, что он обшарит хранилище в поисках чего-то подобного, а потом опечатает все вокруг, чтобы никто не сумел сюда безнаказанно забраться снова. Так что я взял на себя смелость привязать портал к своему креслу, и теперь, пока кресло существует (а уничтожить его, поверь, весьма нелегко даже главе Ковена), портал никуда не денется.

Кресло лучше забери в свою комнату – пусть никто не догадывается, что оно отлично работает. За сети не бойся – я перестроил их таким образом, что ты сможешь спокойно вынести отсюда любую книгу. Наружная защита, конечно, осталась без изменений – настораживать Альвариса я не хочу, но внутри ты можешь заниматься, не опасаясь привлечь к себе внимание. Хоть с магией, хоть с рапирой, а хоть с Кером на пару.

Что еще?

Пожалуй, я все сделал, что хотел. Если у нас с тобой получится, то это значит, что мне есть чем гордиться. Клянусь, у меня никогда не было такой способной ученицы. И я никогда не думал, что она вообще появится.

Спасибо тебе, Айра, за то, что поверила мне. За то, что приняла и не испугалась. Спасибо, что изменила мое мнение о людях. Я сделал все, чтобы тебе помочь. И сделал бы еще больше, если бы только мог. Прости, что я не всегда был откровенен с тобой. Живи, потому что это единственное, что нужно нашему миру. Верь, что ничто и никуда не пропадает бесследно. И помни, что я люблю тебя, моя маленькая девочка, а еще очень надеюсь, что мы когда-нибудь снова встретимся…

Айра прерывисто вздохнула и закрыла глаза.

Марсо… как же трудно об этом помнить! И как тяжело сознавать, что смерть на самом деле была для него избавлением! Свободой, которой он так жаждал. Благословением. Просто милосердием, наконец. А он ни разу не признался, как трудно ему было. Не пожаловался, не намекнул, не попросил. Он сам выбрал свой путь. И прошел его от начала и до конца.

– Леди Айра? – вдруг обратился к задумавшейся ученице лер Легран.

Она подняла затуманенный взгляд, в котором еще плескалась острая боль, секунду непонимающе смотрела на эльфа, потому что не расслышала вопроса, но быстро опомнилась и, торопливо сморгнув непрошеные слезы, со вздохом поднялась.

– Да, лер?

Подошедший эльф неуловимо нахмурился.

– Я жду вашего ответа.

– Простите, лер. Не могли бы вы повторить вопрос?

– Вы снова спите, леди? Или замечтались о чем-то? Назовите мне защитные заклятия Земли второго уровня.

– Какой группы, лер? – спокойно посмотрела Айра.

– Активные.

– Пожалуйста: круг, яма, капкан и ров.

– Третьего уровня?

– Ловчая сеть и земляной вал.

– Четвертого? – потребовал лер Легран.

Айра внимательно посмотрела на его бесстрастное лицо и тихо сказала:

– Это тема для третьего курса, лер.

– Я знаю, – сухо сообщил преподаватель, не замечая удивленных взглядов класса и того, как беспокойно переглянулись ученики, не понявшие причин столь резкой перемены его отношения к Айре.

Она сузила глаза: а он, оказывается, мстительный. Кажется, решил отыграться за неудачный вечер? Надумал показать, что она зря упрямилась? Оскорбился за ее быстрый уход? Взвился из-за отказа? Первого, если Марсо не ошибся, за многие годы?

– Вы не знаете ответа, леди? – осведомился лер Легран.

– Знаю.

– Тогда в чем дело?

– Ни в чем, лер, – неестественно ровно отозвалась девушка, бесстрашно глядя ему прямо в глаза. – К активным защитным заклятиям Земли четвертого уровня относятся зеленая стена и зов земли. К пассивным – зыбучий песок, топь и завал. К смешанным, имеющим в действии активные и пассивные компоненты, вызов элементаля. А к комбинированным – призыв духа Земли. Правда, последнее заклятие принадлежит к истокам исконно эльфийской магии и требует большого умения, однако в истории встречались случаи, когда им пользовались смертные. Вернее, один случай. Единственный. Ставший исключением из правил.

Эльф удивленно дрогнул.

– Вы знаете, кто это был?

– Его звали Иберратус, – сухо сообщила Айра. – Великий маг, глава и основатель Ковена магов, а также очень одинокий человек, не ожидавший, что его жизнь закончится столь печально. Он один за многие века был приглашен в Восточный лес в качестве почетного гостя. И один получил разрешение на часть древних знаний ваших старейшин.

«Гость, говоришь? – проступила перед ее внутренним взором пожелтевшая от времени, покрытая густым слоем пыли страница с забытыми откровениями. – Да, они называли это «приглашением». Они действительно выманили меня в свой проклятый лес, посулили показать Дерево Огла. Но на самом деле это была тюрьма. Просторная, уютная и очень надежная, из которой не было выхода.

Эльфы – древний народ. Пожалуй, самый древний на Зандокаре. Они видели его рождение, наблюдали его расцвет. Они пережили череду Катастроф, которые прокатывались по странам с завидной регулярностью… примерно раз в тысячу лет, если ты понимаешь, что я имею в виду.

Интересное совпадение, не правда ли?

Раньше я не задумывался об этом. Но потом годы стали брать свое, за ними пришло понимание, и моя доверчивость постепенно сошла на нет. Особенно когда стало понятно, что эльфы не собираются выпускать меня из леса. И сделали все, чтобы у меня не было такой возможности.

Они говорили, что это для моей безопасности, потому что Зандокар не может себе позволить потерять Сердце… все – правда. Что самое интересное, они действительно не лгали. Даже когда уверяли, что с моей смертью может погибнуть весь мир.

Вот только, как оказалось, бывает правда, что гораздо хуже лжи. И бывают слова, что на вкус горше самого страшного яда. Слишком поздно я понял, что тысяча лет для них – ничто. Поздно осознал, что могу попасть в искусно расставленную ловушку. Не подумал, что по прошествии этого Сердце потребует замену, а они… Всевышний, скажи: почему они до сих считают себя повелителями мира?! И почему они так старательно следят за тем, что творится с нами? Со смертными? Особенно на исходе тысячелетия, когда Занду приходится делать очередной выбор?

Я был последним, кого он выбрал для жизни. И, видимо, стану последним, кто видел его перед смертью. Я ушел из Восточного леса, поняв, что могу не дожить до своего тысячелетия. И почувствовал, что совсем иные цели и заботы занимают нечеловеческие разумы эльфийских старейшин.

Им вовсе не нужно благополучие в мире. Они просто ждут, как ждали много веков до этого. Старательно изучают Занд, стерегут его от чужаков и ждут, когда Сердце обратит на них свой благосклонный взор.

Ждут, когда кто-то из них сумеет его покорить. Когда они снова станут хозяевами Зандокара. Как в то время, когда они безраздельно правили миром и когда один-единственный эльф – в те времена они еще называли себя светлыми – стал причиной Первой Катастрофы».

Айра вздрогнула и судорожно сглотнула, стремительно пролистывая в голове страницы чужого дневника. Застыла, неверяще всматриваясь в полуистертые записи, побледнела, покачнулась, а слова все всплывали и всплывали, словно потускневшие от времени воспоминания.

«Я провел в Восточном лесу более пяти веков. Я изучил их так, как только мог. Понял наконец, что без их участия не обошлась ни одна Катастрофа, каждый раз отбрасывающая нас в развитии на много веков назад, а их, наоборот, делающая еще сильнее. Я ужаснулся, когда мысль о будущем пришла мне в голову. И ушел, как только нашел лазейку в их совершенной защите.

Эльфы – не люди. Вот что я понял, когда задумался о побеге. Они настолько нам чужды, что мы вряд ли поймем мотивы и причины их поступков. Да, они научились прятать недобрые намерения за роскошной паутиной слов. Искусно нам подражать. Намеренно приблизились, заставив нас поверить, что мы во многом похожи.

Но это далеко не так. На самом деле они никогда не были нам близки. А единственное, что их интересует, это наша сила. Магия. Умения. То, чего мы сумели достичь без их подсказок. Им нужно наше Сердце. А оно, как ни удивительно, тесно связано с Зандом и, как мне кажется, намеренно не дается им в руки, потому что за пятьдесят сотен тысяч лет, что существует мир, оно лишь однажды рискнуло отдать себя Высоким. И больше никогда этой ошибки не повторяло.

Я не дал им возможности увидеть мою смерть и попытки заменить мое сердце своими мертвыми душами. Я ушел и поселился так далеко от бессмертных, как только смог. В Снежных горах, на окраине обитаемых земель. Чтобы ни Восточные, ни Западные, ни гномы, ни люди, ни тем более Ковен, успевший немало узнать насчет Сердца – во многом, каюсь, из-за меня, – не смогли больше воспользоваться этой силой. Теперь пусть все определяет случай. Пусть Сердце само делает свой выбор. И пусть этот несчастный с честью выполнит возложенную на него миссию…

Почему несчастный, ты спросишь? Очень просто: потому что за тысячу лет ему придется много раз видеть, как уходят в небытие его близкие и друзья. И потому, что ему предстоит прожить эти века в одиночестве.

Я устал нести эту ношу, мой друг. Я пытался это изменить, создавая семью за семьей и частенько уединяясь с женщинами. Но так и не нашел в себе сил, чтобы до конца донести этот груз.

Я стар, мой неведомый читатель. Уже очень стар и ослаблен. Тысяча лет не прошла для меня бесследно. Мои силы были растрачены впустую. Часть их осела в Восточном лесу, на радость Высоким. Часть я бездарно разбросал по свету. Часть отняли семья и подрастающий внук. Но самую важную частичку я все же успел спрятать – там, где ее никто не найдет и не отнимет. В Занде. Внутри Перводерева. Рядом с собственным, живым еще пока Сердцем, которого никому, кроме избранника, не дано коснуться.

Если ты слышишь меня, не трогай эту силу. Если знаешь, о чем я говорю, не пытайся ею овладеть: простому смертному это неподвластно. Она уничтожит твой разум, как когда-то чуть не уничтожила мой. Сожжет изнутри. И ты, как и я, уже никогда не будешь прежним.

Помни об этом. Никогда ее не касайся. И никому не доверяй, если хочешь уцелеть в грядущем водовороте борьбы за мое уставшее Сердце…»

Айра вздрогнула, когда по академии прозвучал сигнал гонга, означающий окончание трудного учебного дня, и пришла в себя. Ошеломленная, растерянная, испуганная неожиданным видением. Затем встретила озадаченный взгляд лера Леграна. С огромным трудом удержалась, чтобы не вскрикнуть. После чего едва дождалась, когда эльф отойдет, и, наклонившись к Керу, едва слышно прошептала:

– Найди Викрана. Скажи, что нам срочно надо увидеться. Ты все понял? Беги.

Метаморф пискнул и спрыгнул на пол.

Лер Легран пожевал губами, исподтишка посматривая на собирающуюся Айру, проследил за тем, как поспешно она выбежала следом за маленьким другом, а затем отошел к окну и надолго задумался, скрупулезно перебирая в памяти все, что успел узнать о необычной ученице.