Шестой знак. Том второй

Интересный вопрос?

Еще как!

А вот вам другая задачка: если у земли нет настоящего Ишты, то кому тогда подчиняется этот хранитель? А если у нее есть… назовем владыку пока не Хозяином, а охранником… так вот, если у нее есть охранник, то должен ли хранитель его слушаться? Если да, то почему в таком случае его здесь нет? А если нет, то почему тогда я его в лесу не ощутила? Он же должен был меня почувствовать и как-то отреагировать, правда?

И даже если предположить, что те зеленые лисы – младшие хранители, то почему они живут в лесу, вдалеке от Знака, вместо того, чтобы охранять его… ну, к примеру, от того же владыки, раз уж его так не любит земля?

Или из-за магической защиты дворца земля просто не может до них докричаться?

Гм. Возможно. Но тогда как они это допустили? И почему за столько веков не попытались восстановить нарушенное равновесие? Хотя, может, они раз попытались? И возведенная вокруг Знака каменная громада на самом деле не только охраняет Знак от чужаков, но и лишает хранителей возможности к нему пробиться?

Добравшись до этой мысли, я нахмурилась.

Но если все так, то получается, что нынешний повелитель тут ни при чем: дворец был возведен задолго до его рождения. И не исключено, что заключенная в нем магия появилась так же давно.

Но какой был резон его предкам так себя подставлять? Зачем рисковать благосклонностью Знака с самого начала? И как они потом разрешали это противоречие, вдобавок к своему дабараэ?

Честно говоря, понятия не имею. А чтобы разобраться, мне, опять же, позарез нужен наш разобиженный владыка и его библиотека, в которую без него меня никто не пропустит.

Выводы?

Промаявшись от безделья вторую половину дня, ближе к вечеру я решительно выбралась из гостевого крыла и потребовала от Нига проводить меня в малую трапезную. Тот, конечно, удивился, потому что за прошедшую неделю я впервые изъявила желание поужинать вместе с другими гостьями повелителя, но послушно проводил. И меня, и господин Иггера, который не рискнул доверить мою охрану на этом мероприятии даже благоразумному Веге. Ответственный, значит.

Я, правда, не особенно надеялась, что встречу здесь без вести пропавшего владыку, но попробовать все равно стоило. Поэтому я стойко отсидела положенные два оборота трапезы, ловя на себе любопытные, недоуменные и даже откровенно завистливые взгляды. Однако, что примечательно, ни одна из обряженных во все те же отвратительно розовые платья «невест» не рискнула со мной заговорить. Более того, за время ужина никто из них не произнес ни единого слова: они молча туда пришли, отстав от нас с Нигом буквально на несколько минок, так же молча расселись по заранее оговоренным местам, в полнейшей тишине поклевали салаты и вычурного вида плюшки, а потом все в том же угрюмом молчании дружно поднялись и, как цыплята, друг за дружкой вышли, оставив меня наедине с богато накрытым столом и стремительно растущим раздражением.

– Я должна увидеть владыку, – требовательно повернулась я к вздрогнувшему от неожиданности «дворецкому». – Можешь это устроить?

– Г-госпожа…

– Я спрашиваю: можешь или нет передать ему мою просьбу? – сухо повторила я, а господин Иггер добросовестно перевел.

– Н-нет, госпожа! – испуганно выдохнул Ниг, уставившись мне прямо в глаза и стремительно побледнев. – Повелитель велел его не беспокоить! И просил передать свое сожаление по этому поводу…

– Когда ты его видел?

– Вч-чера утром, госпожа. Когда понял, что…

Я недобро прищурилась.

– Договаривай.

– Когда понял, что вы снова хотите попасть в сад! – выпалил Ниг и тут же съежился. – Простите, госпожа. Мне показалось, что вы не откажетесь от своей идеи, для чего и отправились гулять по дворцу. Но мне не хотелось, чтобы вы снова нарушали пожелание господина, поэтому я взял на себя смелость…

Я смерила слугу задумчивым взглядом.

Не ожидала, что он рискнет без приказа сунуться к повелителю. А парень, кажется, очень ответственно подошел к своим обязанностям и искренне верит, что должен предугадывать мои желания. Более того, каким-то чудом у него это действительно получается, так что, наверное, к Нигу имеет смысл присмотреться повнимательнее.

– Хорошо, – медленно проговорила я. – Ты спросил у повелителя… и что тебе ответили?

– Г-господин с-сказал, что какое-то время не с-сможет вас принять, – запинаясь, прошептал слуга и тут же уронил взгляд в пол.

– Не сможет или не захочет?

– Он сказал «не сможет», госпожа.

Я неуловимо нахмурилась.

– А он объяснил причины такого решения?

– Н-нет, госпожа. Повелитель не отчитывается перед слугами.

– И правда… прости, – тут же смягчилась я. – А что еще он сказал?

– Б-больше ничего, – виновато понурился Ниг. – Но мне показалось, что господин не очень хорошо себя чувствует. И он… простите… не хочет, чтобы вы об этом знали.

Я вздрогнула и беспокойно поднялась.

А вот это уже больше похоже на правду: кажется, повелитель все-таки перенапрягся, пока латал этот грешный Купол. Причем настолько, что уже вторые сутки не может прийти в себя и старательно скрывает этот факт от… кого? От меня?

Я снова нахмурилась.

Странно, конечно, но у каждого свои тараканы в голове – не хочет демонстрировать слабость, и ладно. Это я прекрасно понимаю. Тем более раз дело касается самоуверенного, гордого и высокомерного мужчины. Но меня тревожит факт того, что сильнейший маг этого мира, проживающий на территории огромного артефакта, построенного с целью сбора магического ресурса, вдруг на протяжении нескольких суток оказался не способен восстановиться. И мне это, признаться, очень не нравится.

Демон… как же некстати в этом дворце не действует моя сила!

Внимательно посмотрев на переминающегося слугу, я тихо спросила:

– Скажи мне, Ниг, что для тебя важнее: выполнение приказа или благополучие твоего господина?

«Дворецкий» съежился еще больше и затравленно покосился по сторонам.

– Что бы ты выбрал, если бы пришлось выбирать между здоровьем владыки и навязанным им повелением? Как бы поступил, если бы точно знал, что неисполнение его приказа может грозить тебе худшим, чем смерть, но при этом спасло бы ему жизнь?

Ниг звучно сглотнул.

– Я… я не знаю, госпожа.

– Плохо, – огорчилась я. – Потому что, боюсь, сейчас тебе придется делать именно такой выбор.

– Что вы задумали, леди? – вдруг осведомился господин Иггер, которому явно разонравилось происходящее.

– Хочу проверить кое-какие догадки. И, возможно, от одной из них будут зависеть наши с вами жизни.

– Н-нет, – отчаянно замотал головой слуга и поспешно попятился. – Нет, такого не может быть… Господин не может умереть! С ним ничего не может случиться!

Я скептически приподняла брови.

– Ты в этом уверен?

Под моим пристальным взглядом Ниг замер и испуганно округлил глаза.

– Два дня назад едва не был разрушен ограждающий Купол, – ровно сообщила я, и он тревожно дернулся. – Не сам по себе, конечно. Тень, как ты знаешь, очень упрямая леди. И ваше появление в этом месте ей сильно не по душе. Разумеется, она и раньше выказывала свое недовольство, но до некоторых пор повелители весьма успешно сдерживали ее напор и закрывали образующиеся в Куполе трещины. Вот и теперь владыка исполнил свой долг. Но при этом, боюсь, он мог не рассчитать сил, потому что даже магу разума трудно противостоять армии Айда и высшим демонам, стремящимся прорваться в Элойдэ-шаэрэ. И я не знаю, чем он успел пожертвовать ради того, чтобы ваш мир уцелел.

– Откуда вы знаете?! – прошептал побледневший Ниг.

– Какая разница? – поморщилась я. – Но если ты – маг, то должен уметь отличать правду от лжи. И должен понимать, что мне незачем тебя обманывать. Скажу больше – сегодня я настойчиво искала не возможность нарушить данное твоему владыке слово, а хотела найти его самого. Для того, чтобы убедиться, что с ним все в порядке, и увидеть, что в схватке с Тенью он пострадал не настолько сильно, как мне показалось. Поверь мне, талант к дабараэ еще не повод быть уверенным в том, что маг сумеет без последствий противостоять Пустоте. Потому что она слишком хорошо умеет убивать. Только иногда делает это не сразу.

«Дворецкий» неуверенно поднял взгляд и побледнел еще больше, заглянув в мои глаза.

– Вы… говорите правду, госпожа, – едва слышно прошептал он, снова попятившись. – Не понимаю, откуда вы могли узнать, но я верю вам.

– Хорошо, – очень серьезно посмотрела на него я. – Значит, мне не придется заставлять тебя нарушить приказ твоего господина и открывать портал к его покоям. И не придется доказывать, что, скорее всего, владыка, отказавшись от моей помощи, сейчас очень и очень рискует.

Ниг прикусил губу.

– А если вы ошибаетесь?

– Значит, я отвечу перед твоим господином. Тебя в любом случае наказывать не за что. Ты ведь все еще обязан выполнять мои прямые приказы?

– Если не входят в разрез с приказами господина… да.

– А разве господин приказывал тебе не приводить меня к своим личным покоям?

– Н-нет.

– Ну вот видишь, – улыбнулась я. – Значит, тебя не за что наказывать. Зато если я права, и мы опоздаем лишь потому, что ты слишком долго сомневался… скажи, что будет с вашим миром, если повелитель потеряет силу?

Ниг вздрогнул во второй раз и, крепко зажмурившись, отвернулся.

– Хорошо, я понял. Только я не смогу доставить вас прямо в покои господина – у меня нет доступа.

– Доставь куда сможешь, – посерьезнела я. – Только держись, пожалуй, у меня за спиной.

– Это еще зачем? – не сумел скрыть своего изумления Ниг.

Я негромко хмыкнула.

– За тем, что ваши «черные» плащи, охраняющие подступы к покоям владыки, вряд ли будут нас слушать. И потому, что они могут не понять нашего стремления туда проникнуть. А мне бы не хотелось лишиться твоих услуг раньше времени.

– Как прикажете, госпожа, – поежился Ниг и, тяжело вздохнув, щелкнул пальцами.

Портал привел нас в какой-то коридор, который, судя по росписям и обилию украшений на стенах, а также по наличию в ней личной охраны повелителя, располагался в непосредственной близости от его покоев. Правда, в данный момент времени стражникам в одинаковых черных доспехах, украшенных уже знакомым мне гербом в виде дракона с цветущей веточкой, было явно не до нас, поэтому наше появление осталось для них незамеченным.

Наскоро оглядевшись, я сразу поняла, что оказалась в правильном месте и в нужное время: стены коридора были густо покрыты изморозью, на полу образовалась настоящая ледяная корка, а воздух, несмотря на магическую защиту, был настолько холодным, что изо ртов охранников вырвались густые облачка белого пара. Доспехи воинов тоже покрылись тонким слоем инеем, образовавшим на металле красивые серебристые узоры. Брони, шлемы, ремни, сапоги, перчатки… даже рукояти покоящихся в ножнах мечей выглядели так, словно тут побывал Дед Мороз. Такие же узоры красовались на каменных колоннах, на идеально гладком полу и потолке, постепенно становясь тем плотнее и явственнее, тогда как виднеющиеся в противоположном конце коридора красивые двустворчатые двери и вовсе оказались полностью скрыты за толстым слоем наледи. А прямо возле них, беззвучно скаля огромные клыки, в угрожающей позе стояли две шестиногие Тени, в которых я моментально признала раздраженных охотников.

Собственно, охрана только потому и не обратила на нас внимания, что была всецело занята подопечными повелителя. Причем дело дошло до того, что весь десяток его личной стражи уже обнажил мечи и с решительным видом двинулся на штурм, явно отлично представляя, что такое Тень и почему коридор превратился в черт знает что. Правда, мне было непонятно, какого лешего они так долго тянули и почему не спохватились раньше, когда Ее следы только-только появились на стенах. Но тут, видно, сыграл роль испытываемый здешними жителями трепет перед так называемым господином. Так что, наверное, они до последнего опасались потревожить его покой или нарушить какой-нибудь приказ, и лишь когда стало очевидно, что повелитель больше не контролирует свой дар, рискнули вмешаться.

Гм.

Я скептически оглядела десяток чужих спин и покачала головой: что-то сомнительно, что охотники подпустят к себе хоть кого-то из охраны. У них, вполне вероятно, тоже есть приказ. Так что людей они если не убьют, то совершенно точно покалечат, пытаясь его исполнить. Если, конечно, не найдется кто-то, кому они поверят больше, чем излучающим тревогу стражникам.

Придержав за плечо выступившего вперед и уже открывшего рот Нига, я вежливо кашлянула. А когда весь десяток стражи проворно развернулся, с самым невозмутимым видом шагнула к дверям.

– Господин Иггер, – властно сказала, пока никто не успел открыть рот. – Объясните этим людям, кто я, и скажите, чтобы опустили оружие. Ниг, немедленно вызови сюда илэ Мариоло. Мне понадобится его помощь.

– Я уже здесь, – чуть запыхавшись, вдруг вывалился прямо из пустоты вышеупомянутый маг. Молодец. Услышал свое имя и метнулся на зов еще до того, как растерянный слуга успел что-либо промямлить. Эх, до чего же удобная у них тут система оповещения… надо будет Эннару рассказать. Когда вернемся.

– Добрый вечер, сударь, – спокойно поприветствовала я озадаченного мага. Тот машинально кивнул, но потом рассмотрел, что творится в коридоре, и приглушенно охнул.

– Повелитель!..

Стража молча расступилась, когда маг испуганной птицей метнулся к покоям владыки, на ходу выплетая какое-то сложное заклятие. Илэ Мариоло они явно знали и не собирались чинить ему препятствий, из чего можно было заключить, что маг пользуется полным доверием владыки и вхож в его личные покои без каких-либо ограничений. Вот только охотники, к сожалению, об этом не знали или же получили прямой приказ не пропускать НИКОГО – при виде мага они распустили свои шипастые хвосты с ядовитыми железами на кончиках, раздулись, как шарики, грозно оскалились и синхронно зашипели. Да так громко, что господин чародей споткнулся на полном ходу и, не добежав до дверей всего нескольких шагов, замер, как вкопанный.

В тот же миг с его пальцев сорвалось сразу несколько десятков золотистых искр, устремившихся к стенам, потолку и обледенелым дверям. Ярко полыхнув и обдав столпившихся в коридоре людей волной приятного тепла, они устремились вперед… по пути стремительно разрослись до размеров теннисного мяча… еще больше потеплели… а затем с размаху врезались в обледенелые двери и, оставив на них небольшое подтаявшее пятнышко, бессильно угасли.

Илэ Мариоло вздрогнул, явно не ожидая от своей магии подобного пассажа, и забормотал что-то еще. Но тут уж я не выдержала и, сделав несколько быстрых шагов, успокаивающе положила руку ему на плечо.

– Позвольте мне, мастер?

От прикосновения маг снова вздрогнул и ошарашенно обернулся. Готовое сорваться с его пальцев новое заклятие зависло, озарив руки хозяина призрачным сиянием. Несколько синов спустя господин Иггер догадался перевести мои слова, и в глазах чародея проступило сомнение. Но затем он все же почувствовал идущую от моей ладони силу. Его зрачки изумленно расширились, рот непроизвольно приоткрылся, и оттуда вырвался приглушенный вздох, больше похожий на всхлип.

Не дожидаясь, пока он придет в себя, я обошла его стороной. Остановилась в паре шагов от напряженно замолчавших охотников и, чувствуя, как внутри снова просыпается частичка Дема, властно велела:

– Ко мне!

Тени тревожно присели, когда у меня резко изменился голос и потемнели глаза. Поспешно захлопнули пасти, свернули хвосты, нервно потянули ноздрями воздух. Какое-то время, словно не замечая воцарившегося за моей спиной гробового молчания, еще колебались и беспокойно косились на окаменевших людей, но затем все-таки неуверенно шагнули мне навстречу, одновременно с этим освобождая проход. Сперва один шаг… затем другой… третий…

Я удовлетворенно кивнула, когда ледяной нос одного из охотников осторожно потянулся к моей левой ладони, и требовательно положила руку ему на холку. Зверь тут же пригнулся, стоя на полусогнутых лапах, неопределенно зашипел, но вскоре затих, смиренно опустив морду. И лишь следил напряженным взглядом за приближением собрата, который до самого последнего мига продолжал неуверенно принюхиваться и скалить зубы.

– Молодцы, – сухо похвалила я Теней, когда они уселись возле моих ног. – А теперь откройте двери.

Охотники вскинулись, встопорщив короткую шерсть на загривках, но под моим ледяным взглядом увяли и, вздохнув, растворились в воздухе. Краешком глаза я еще успела заметить, как две смазанные тени метнулись к покоям повелителя. Удовлетворенно улыбнулась, подумав о том, что Дем и Гор, сами того не зная, передали мне намного больше, чем говорили. После чего услышала долгий протяжный скрип, закончившийся громким треском ломающегося льда, и внимательно посмотрела на медленно, с явным трудом расходящиеся в стороны створки, на которых успело нарасти, наверное, сантиметров сорок сплошной ледяной корки.

– Аллар милосердный… – не сдержал эмоций господин Иггер, когда перед нами распахнулся непроницаемо-черный вход, выглядевший, как врата в Подземелье. Оттуда пахнуло таким холодом, что моя кожа мгновенно покрылась огромными мурашками, а подол на платье стал похож на накрахмаленный колокол – жесткий и готовый скорее сломаться, чем изменить форму. На стенах наледи стало раза в три больше, коридор промерз на всю глубину. Упрямая изморозь, покрыв инеем все доступное пространство, уверенно устремилась дальше, оставив после себя идеально гладкий каток вместо пола, припорошенные самым настоящим снегом колонны и тринадцать дрожащих от холода снеговиков, у которых на усах и ресницах в считанные сины выросли длинные сосульки.

– Плохо дело, – пробормотала я, ненадолго обернувшись. – Пожалуй, будет лучше, если вы постоите здесь.

Стража невнятно замычала, оказавшись запертой внутри обледенелых доспехов, как раки – в панцирях; господин Мариоло, отбивая зубами нервную дрожь, что-то квакнул – наверное, согласился с мнением охраны. Ниг жалобно всхлипнул, а господин Иггер, убедившись, что не может толком пошевелиться, сдавленно прошептал:

– Будьте осторожны, миледи… если с вами что-то случится, его величество мне голову оторвет.

– Я ему не позволю, – без улыбки отозвалась я и, стряхнув с платья мелодично зазвеневшие льдинки, двинулась вперед.

Правда, осторожничала я не оттого, что боялась – просто на каблуках по льду особенно не разгуляешься, а мне бы не хотелось навернуться у всех на виду и до кучи испортить новое платье. Это-то выбила из мастера Гриоло с огромным трудом. Вдруг ему потом совесть не позволить еще раз сшить такой шедевр?

Возникшие из ниоткуда охотники безмолвно пристроились по обе стороны от меня. Им-то царящий вокруг холод не мешал: в отличие от смертных, этим тварям такие погодные условия не в новинку, так что теперь я хорошо понимала, почему владыка дал им строгий наказ стеречь эти проклятые двери. Если вырвавшаяся из-под контроля Тень расползется по всему дворцу, Знаку придется туго. А вместе со Знаком – и земле, и вообще всему живому. Тот же Купол, по большому счету, мог не быть рассчитан на влияние Пустоты с внутренней стороны охранного заклятия. Но… черт его побери!.. почему повелитель вообще это допустил?! Почему он не сказал? Не позвал никого на помощь? Для чего было запираться тут, как в склепе, и надеяться, что оно как-нибудь само рассосется?!

Мельком оглядев покои, я раздраженно дернула плечом.

Ну точно… склеп и есть. Мрачный, без единого лучика света, холодный и почти пустой. Если бы не толстый слой льда на стенах и потолке… разика этак в два побольше, чем был сейчас в коридоре… я бы вообще ничего не увидела. А так еще можно разглядеть некогда роскошный ковер на полу, больше похожий на хорошо промороженную тряпку; огромное окно, закрытое промерзшей насквозь и ставшей жесткой, как пластик, шторой; большие рамы, где раньше были картины, а теперь красовались только причудливые узоры из инея; слившиеся в одно целое и покрытые целой шапкой из слежавшегося снега письменный стол и некогда удобное кресло. А также широкое ложе у дальней стены, где, как в ледяном гробу, совершенно неподвижно лежал припорошенный снегом повелитель, на лице которого застыла жутковатая гримаса.

Он был похож на настоящего покойника – бледный, с темными кругами под глазами и резко заострившимися чертами лица. Причем я не заметила, что он вообще дышит – за то время, что мне потребовалось, чтобы добраться до постели, грудная клетка владыки не совершила ни одного вздоха. Его ресницы не затрепетали, лежащие поверх одеяла и скрещенные на груди тонкие, как будто даже высохшие, как после тяжелой болезни, пальцы не пошевелились, а из-под плотно сомкнутых губ не вырвалось даже крохотное облачко пара, которое могло бы подсказать, что он еще жив.

– Ни-и-иг! – крикнула я, коснувшись руки повелителя и едва с шипением ее не отдернув: блин, холодно! Причем холод уже такой, что почти обжигает. – Ниг, у вас тут лекарь есть?!

– П-простите… к-кто? – спустя пару синов донесся снаружи дрожащий голос «дворецкого».

– Лекарь! Доктор! Целитель… кто угодно! – крикнула я, снова коснувшись руки владыки. – Твоему господину требуется помощь! Кажется, он надорвался, и темная половина его дара вышла из-под контроля!

– Это невозможно! – приглушенно ахнул снаружи илэ Мариоло.

Я поморщилась.

Ну да, конечно – владыка же самый-самый… великий, могучий и неуязвимый. А то, что он тут лежит неживой и даже вдохнуть не может, потому что Тень завладела им целиком, это мелочи. Так, пустячок, о котором даже и говорить не стоит.

Позволив частице Дема завладеть моим телом целиком, я всмотрелась в побледневшую ауру повелителя и вздохнула. Ох, как же все было плохо! От лежащего передо мной мужчины, по сути, осталась одна оболочка. Полностью истощенное и лишенное ресурсов тело. Тогда как душа витала где-то очень далеко и, по-видимому, не собиралась возвращаться. Более того, у него появилась нешуточная проблема с даром: владыка действительно потерял контроль. Израсходовав все доступные резервы на борьбу с Куполом, он почти сжег светлую его часть, благодаря чему темная, наоборот, взяла верх и теперь стремительно захватывала новые территории.

Правда, судя по висящей над телом сложной паутине какого-то заклятия, повелитель все-таки пытался вернуть контроль, а когда это не удалось – отграничил рвущуюся через него Тень и на какое-то время действительно обезопасил свой мир от ее смертоносного дыхания. Но то ли что-то пошло не так, то ли просто сил не хватило, однако полностью остановить процесс не удалось. И повелитель превратился в открытую настежь дверь, откуда буквально выплескивалась сила Изнанки, превращая все, что есть вокруг, в вымороженную до основания, лишенную жизни пустыню. Причем пока не разрушится телесная оболочка призвавшего ее мага, этот процесс еще как-то будет сдерживаться, но как только она поддастся рвущейся изнутри силе…

С трудом угомонив свою темную частичку, я сглотнула и, обернувшись к дверям, снова крикнула:

– Ему СРОЧНО нужен лекарь! Господин Иггер, скажите этим недоумкам, что если повелителю не помочь, через пару дней никакой Купол не спасет их мир от гибели!

– Простите, миледи, но… вы не поверите – здесь нет лекарей! – спустя пару секунд деревянным голосом отозвался валлионец.

– ЧТО?!

– Они никогда не болеют, – так же механически пояснил командир, выслушав торопливую абракадабру от Нига. – Повелитель избавил их от этой напасти, поэтому они даже не знают, что такое насморк. А раз нет болезней, то нет и тех, кто стал бы их лечить… миледи, там действительно все так серьезно?

Я чуть не сплюнула.

– А как же маги? У них что, никто не знает целительных заклинаний?!

– Владыка знает…

– Вот жеж мать! – я с раздражением покосилась на мертвенно-бледное лицо вышеупомянутого владыки. – Как они вообще живут, если один человек обладает безграничной властью, а остальные только и могут, что слепо подчиняться?! Неужели никто ни разу не подумал, что повелитель может обессилеть?! Неужели никому в голову не пришло, что ему когда-нибудь ТОЖЕ понадобится помощь?!

Укоризненно покачав головой, я снова посмотрела на обездвиженного мужчину и тяжело вздохнула.

– Вот скажи: зачем ты превратил своих подданных в стадо баранов, а? Почему не подумал, что даже для самого лучшего мага когда-нибудь может потребоваться замена? Ты ведь для них и солнце, и луна, и защитник, и охранник, и тюремщик… даже заболеть без твоего приказа они не могут! И как только ты слег, во что никто из них до сих пор не верит, не нашлось тех, кто посмел бы принять за тебя решение…

Повелитель, конечно же, не ответил. И даже не шелохнулся, когда я присела на краешек постели и, положив правую руку ему на лоб, прикрыла глаза. В самый последний момент подметив, что безмолвные охотники улеглись у меня в ногах, но не рискнув на них отвлекаться. Сейчас у меня другая задача – повторить подвиг Гора и вернуть ненормальному магу хотя бы часть его сил. Я – Ишта. У меня должно получиться. Но сколько на это потребуется времени и моих собственных резервов…