(Не) желанная для генерала-дракона

Глава 8. Изар

Изар.

Моя жена стоит перед зеркалом и чему-то смеётся. Даже не знаю, как на это реагировать, и чему тут можно радоваться. Мелькает мысль, что нельзя было её запирать и оставлять совсем одну. Но чушь же, всего полдня прошло. Она бывало и дольше оставалась в комнате, потому что не могла выбрать платье для прогулки.

Завидев меня, Дарина перестаёт смеяться и даже немного смущается. Значит, ещё не сошла с ума.

С мстительным удовольствием отдаю жене вместо книг по истории огромный фолиант со сказаниями и легендами. Она возмущается, спорит со мной. Ловлю себя на том, что так даже интереснее. Дарина раньше не позволяла себе огрызаться, и я только видел, как она прячет неудовольствие за улыбкой. Меня всегда это раздражало.

Слово за слово в споре жена оговаривается, что хочет девочку. Значит, она хочет детей. Но почему тогда пила настойку? Меня раздражает, что я никак не могу понять её. С другой стороны, всё просто: чего бы она ни хотела, что бы ни думала, я возьму своё. У нас будет ребёнок.

Дарина и сама замечает оговорку и прекращает пикироваться со мной, уходит в книгу. Сажусь в кресло и делаю вид, что читаю. А сам жду, когда Дарина сдастся и попросит свои романы. Она никогда не любила сложности.

Но этого не происходит. Жена и правда читает сложный непривычный язык сказаний, и на её лице явно отражается интерес. Пожимаю плечами и открываю свою книгу. Это тоже своего рода легенды, передающиеся из поколения в поколения в нашем роду на протяжении множества веков.

Меня интересует одно – что за метка появилась на запястьях Дарины? Она очень похожа на символ нашего рода, и соткана из необычной магии, и вижу, похоже, её только я. И раньше метки точно не было! Вроде бы ничего плохого от неё я не чувствую, но нужно знать, чем она может обернуться. Я не привык оставлять уязвимости за спиной.

Углубляюсь в чтение, и вскоре нахожу кое-что. Нет, не ответы на свои вопросы, но ниточку, которая может к ним привести. В фолианте рисунок, изображение на древнем обереге рода. И оно явно было прообразом того, что сейчас красуется на гербе. Символ рода раньше выглядел слегка по-другому. Меньше завитков, более грубые линии, менее вытянутый. Но это он.

Дракон внутри приходит к выводу, что раз на жене наш символ, то она точно наша. Не временная спутница для рождения ребёнка, а та, кто будет рядом всю жизнь. Я сильно сомневаюсь, но пока что не спорю. Дарина – моя, и в этом плане ничего с появлением метки не поменялось.

– Вытяни руки, – говорю жене. Я должен убедиться, сравнить.

– Что? – поднимает на меня она взгляд. Незамутнённый, без подозрительности или опасений. Всегда бы так смотрела.

– Запястья покажи, – поясняю и подхожу к ней. – Как в прошлый раз.

Дерзит, но слушается. Придерживаю её руку и веду большим пальцем по символу. Да, это он. Древний символ рода, изначальный. И как я сразу не понял? Изучаю метку дальше, чтобы понять, каким заклинанием можно достичь такого эффекта. Это работа не мага, а священнослужителя, потому что от метки чувствуется божественный свет. Но когда Дарина успела встретиться со служителем? Или, может, это был священный ритуал? Не станет же сам драконий бог вмешиваться и оставлять какую-то метку.

Когда дохожу касанием пальца до последнего завитка, Дарина вздрагивает. Я увидел что хотел, а теперь надо найти больше информации. Хотя бы теперь знаю, где искать. В легендах, что зародились до того, как символ рода слегка поменял изображение.

Делаю шаг назад и задеваю что-то ногой. По полу катится пузырёк, такой же, что я обнаружил утром. Открытый.

Так она выпила его снова? После осмотра врача?

Гнев растекается по венам и ударяет в голову. Я готов рычать или растерзать тут всё.

– Дар-рина, – говорю то ли я, то ли дракон. Усилием воли подавляю гнев, но не полностью. – Как ты это объяснишь?

Она в страхе отползает к изголовью кровати. Нервно хихикает и пожимает плечами.

– А что тут объяснять? – вздёргивает подбородок и говорит смело, но я же вижу, что пальцы подрагивают. – Это запасной. На непредвиденный случай. Я о нём и забыла, если честно.

Гнев сменяется обычным раздражением. Забыла – значит, не выпила ещё раз. Если не врёт.

Арр, достало! Я сдёргиваю одеяло и скидываю его на пол. Осматриваю кровать. Тянусь к подушкам, пугая Дарину резким движением. Подумала, что я ударю. Но я не буду, нет, она мне нужна здоровой. Скидываю и подушки, убеждаюсь, что за ними ничего не припрятано. Затем проверяю их, нет ли твёрдого внутри.

Когда берусь за край кровати и приподнимаю его, Дарина пищит и сбегает в угол спальни. Круглыми глазами она наблюдает, как я методично, не церемонясь осматриваю всю комнату, каждую вещь. Проверяю и картину, шкаф, комод и даже подоконник. В итоге нахожу тайник под половицей, где лежат ещё три настойки. Выливаю их в окно. Дарина никак не реагирует на это – то ли смирилась, то ли у неё есть ещё.

Прохожусь по всей спальне и вещам ещё раз, но больше ничего.

– Успокоился? – подаёт голос из угла жена. – Всё проверил?

Оглядываю комнату, только сейчас заметив, какой я тут устроил кавардак. Эмоции немного утихают. Дарина не спешит выходить из угла, прижимает к себе книгу и внимательно следит за мной.

– Не всё, – хмыкаю и приближаюсь к ней. – Осталась только проверить тебя. Раздевайся.

Глава 9

– Раздевайся! – гремит мой “муж” и горящим взглядом смотрит на меня.

Что, блин? А не многого ли он хочет? Может ему ещё мелодию напеть соответствующую и медленно, по одной детальке соблазнительно стягивать одежду?

– Разбежалась! – отвечаю я. Пока ещё смело, потому что он далеко и не может дотянуться до меня.

– Не-е-ет! Вот бегать не надо, – рычит Изар, явно не оценив моего ответа. – Мне тебе помочь?

Упс… Он делает шаг ко мне, а я замираю, как удав перед кроликом. Он же при желании скрутит меня на раз-два. Одной левой перевернул огромную деревянную кровать, а потом голыми руками разобрал пол. Просто потому, что посчитал, что так нужно.

Он со мной не то что одной рукой, он двумя пальцами со мной справится. Интересно, а нежным он этими пальцами быть может? Чёрт, чьи это мысли в моей голове? Не мои же точно!

Когда я понимаю, что Изар уже вплотную ко мне, становится поздно. Он резко дёргает шнуровку корсета, и тот трещит. Мамочки!

– Не трогай меня! – взвизгиваю я и пытаюсь убрать его руки от себя.

Толку-то? Он перехватывает меня за запястья и мимолётным движением фиксирует их за моей спиной в одной ладони. А другой… Кхм, распахивает остатки корсета и скользит по талии к спине, по спине к шее, от шеи к ключицам и вниз к…

– Отвали от меня! – пинаю его в голень ногой.

Изар на мгновение ослабляет хватку, я успеваю выдернуть одну руку, но толку мало – он просто поднимает меня за вторую и прижимает к стенке. Извиваюсь, как червяк перед тем, как его наденут на крючок, пытаюсь отпихнуть мужа от себя. Он протискивает колено между моих ног и ловко задирает юбку, ощупывая мои бёдра.

– Прекрати ёрзать, а то мой осмотр легко перейдёт в постельные игры. Или ты хочешь поиграть? – с лёгкой хрипотцой говорит мне на ухо Изар. – Может, тебе именно этого не хватало?

Он вжимает меня в стену, а сам всем телом прижимается ко мне. Чувству. его тепло, даже жар. Его мужественный запах. Его прикосновения по обнажённой коже бёдер…

– Тебе просто надоело быть послушной девочкой? – он переходит на шепот, опаляющий мою шею.

– Да как ты?.. Да что ты?!

У меня слов не хватает от возмущения из-за его наглости и нахрапистости!

Он так же резко, как поймал, отпускает, и я бы упала, если бы Изар не удерживал меня у стены. Убедившись, что я уверенно стою, дракон наконец, отходит.

Его могучую фигуру сзади охватывает послеполуденный свет из окна, поэтому он кажется ещё больше, кажется просто недвижимой огромной скалой. Изар сжимает зубы, сосредоточенно рассматривает меня, а потом просто молча выходит из комнаты.

Уф… прижимаю ладонь ко лбу и сползаю по стенке на пол. С этим драконищем бесполезно идти напролом, он же непробиваем! Надо думать, как мне выпутаться из этой патовой ситуации, и как избежать… Ну… Того, чего требует Изар.

Одно хорошо – я теперь знаю точно, что есть в этой комнате, а чего нет. Вот настойки пустоцвета нет, а, значит, и гнева дракона из-за этого на меня не будет.

Дверь уверенно открывается, и в комнату входит служанка, вкатывая, по-видимому, мой обед. Неплохо, учитывая, что одним круассаном сыт не будешь.

Служанка замирает, ошалело оглядывая весь бардак, который тут устроил “мой” благоверный.

– И это не я, – усмехаюсь я, привлекая к себе внимание.

Служанка окидывает растрёпанную и взъерошенную меня, сидящую у стенки, поджав ноги. Всё бы отдала, чтобы узнать, что за мысль пробежала в голове у тётушки, но сейчас это не настолько актуально, как…

– Вам подготовить ванну? Как обычно? – чуть недовольно спрашивает она, как будто ей претит мысль, что у нас с Изаром что-то могло быть.

– Да, пожалуй, – я поднимаюсь и пытаюсь хоть чуть оправить платье, а потом бросаю это гиблое дело. – И помоги мне раздеться… окончательно.

Спустя полчаса я лежу в тёплой ароматной ванне, окружённая пеной и лепестками роз. Если это у Дарины такое “обычно”, то как же по праздникам? Хотела бы узнать, честное слово. Если бы не сжатые сроки.

Пытаюсь расслабиться и насладиться тишиной и спокойствием, но ничего не входит. Даже веки закрытыми держаться не хотят. Поэтому я раздражённо вздыхаю, обмываюсь, натягиваю свежую сорочку и накидываю кружевной пеньюар, который принесла мне служанка.

Конечно, зачем мне сложные красивые платья, если я всё равно заперта в спальне?

Выхожу, а служанка вздрагивает:

– Как-то госпожа быстро сегодня, – как будто в никуда бурчит она. – И в каком виде. Хорошо, что работники уже успели уйти, а то бы увидели они все прелести, которые должны быть доступны только господину.

Что? Почему она меня об этом тогда не предупредила, да ещё и принесла это безобразие? Она специально? Понятно, от неё добра лучше не ждать.

Но, по крайней мере, дело она своё знала. Кровать, которую, как и пол, вернули в нормальное положение, уже заправлена, вещи разложены по местам и даже на туалетном столике порядок.

Служанка отработанным движением расправляет последнюю складку на покрывале и подходит к тележке с едой. Достав из кармана небольшой округлый предмет, она касается им каждого из блюд, и, опять же обращается к вазе около входа:

– Ужин тёплый, постель в порядке, а спасибо всё равно никто не скажет. Мне больше здесь делать нечего, – и служанка гордо удаляется из комнаты.

Плюхаюсь на кресло и придвигаю к себе тележку. Ароматы тушёной говядины с варёной картошкой помогают переключиться на более насущные проблемы в виде утоления голода.

Второй раз за день отмечаю, что повара у Изара очень искусные, потому что мясо просто тает на языке. Оно в меру солёное и перченое, с тонким запахом чёрного перца… И чего Дарине спокойно не жилось тут и не рожалось? Никакого декрета брать не надо, готовить, стирать, убирать и прочее не надо. Эх…

Когда за окном гаснут последние лучи солнца, а море сливается с небом, превращая вид из окна в бесконечную тёмно-синюю даль, я решаю, что пора выныривать из книги и ложиться спать. В конце концов, утро вечера мудренее. Может, новый день принесёт мне хорошие новости.

Шелковое, пахнущее морозными розами постельное бельё приятно холодит кожу, шум разбивающихся о берег волн убаюкивает, а усталость и переживания дня помогают очень быстро уплыть в сон.

По щеке скатывается обжигающая слеза. Я стираю её основанием ладони и натужно всхлипываю, вглядываясь в светлое пятно от фонаря на стене, в котором покачивается тень от дерева, растущего перед окном.

Меня прижимает к себе крепче горячая мужская рука, а шеи касается дыхание, от которого бегут по телу мурашки.

– У нас всё получится, не переживай, – раздаётся обнадёживающий шёпот. – Мы попробуем снова.

Только вот надежды у меня почти не остаётся. Устала. Нет ни физических, ни моральных.

– Я не хочу больше пробовать, – поворачиваюсь лицом к мужчине и целую его в щеку. – Мне с каждым разом всё больнее. Прости…

Меня сильнее сжимают и утыкаются носом в шею, ласково гладя по спине рукой. Тепло. Уютно. Спокойно. Приятный аромат бергамота и перца, от которых появляется ощущение защиты и того, что всё действительно будет хорошо.

Просыпаюсь с лёгкой улыбкой, всё ещё ощущая чувство спокойствия и теплоты из сна. Открываю глаза и… на миг решаю, что я всё ещё сплю. Но нет. В мою шею, щекоча дыханием, утыкается Изар, а его сильная тяжёлая рука лежит сверху. Дракон прижимает меня к себе сильнее.

Глава 10

Не шевелюсь, стараюсь даже не дышать. С полнейшим удивлением обнаруживаю, что я тоже обнимаю “мужа”. Совсем не понимаю, как к этому пришло. А ещё я, получается, только что нежилась и чувствовала себя так хорошо в объятиях этого малознакомого тирана-драконища?

Это всё из-за сна. Да, он виноват. Слишком эмоциональные воспоминания.

Даже хочется их забыть. Лучше бы мне ничего не снилось.

Осторожно, стараясь не разбудить дракона, вылезаю из-под его руки. Когда уже думаю, что осталось немного, и я свободна, Изар сгребает меня к себе снова.

– Я тебя не отпускал, – сонным, хриплым голосом говорит он.

Переворачивается на спину и перетаскивает меня на себя. Я поначалу шокировано замираю, а потом бью кулаками ему в грудь. Ноль реакции. Упираюсь, чувствуя упругие грудные мышцы, и возмущаюсь:

– Отпусти! Мне вчерашнего хватило!

– Понравилось? – улыбается он, слегка прищурившись.

Злюсь, рычу и извиваюсь, чтобы вырваться из его хватки.

– Дарина, не провоцируй меня, – прижимает он меня сильнее и фиксирует. – Врач сказал, два дня, а прошёл только один. Потерпи хотя бы до вечера.

– Я протестую! Ты не можешь заставить меня! Это репродуктивное насилие!

Изар изгибает бровь, явно впервые услышав определение того, чем он тут занимался с Дариной.

– Слишком много ты в последнее время читаешь чего-то неправильного, – делает он вывод.

– Это тебе бы не мешало просветиться, – фыркаю я. – Отпусти.

– А ты, как я вижу, хочешь умереть? – он отпускает меня. – Я не позволю тебе этого сделать, и неважно, что ты об этом думаешь.

Поджимаю губы и молчу. Разговаривать бесполезно, надо бежать. Только как и куда?

Может, притвориться, что я всё осознала и поняла, буду послушной овечкой, и вытребовать прогулку? Куда-нибудь в порт, на воду посмотреть, а там сбегу и спрячусь на корабле. Ведь если тут море, значит, должен быть и порт…

– Я понимаю, – опускаю я взгляд, а потом смотрю на Изара из-под ресниц. – Просто мне нужно время.

Он не отвечает, лицо словно каменеет, и я даже не пойму, сработала ли моя игра или нет. А может, ещё больше разозлила? Ведь настоящая Дарина его обманывала.

Изар перекладывает с себя меня на кровать, а сам встаёт. Ловлю себя на том, что откровенно любуюсь его широкой спиной и тем, как перекатываются на ней мышцы. Изар неспешно надевает рубашку и штаны, уходит в ванную комнату.

Вот совсем с этим драконом ничего не понятно. Пока его нет, я нахожу простое, наверное, домашнее платье, одеваюсь. Сажусь перед туалетным столиком и причёсываюсь. Изар возвращается, застаёт меня за этим занятием, и его брови поднимаются. Удивлён? Чему?

Не хочу смотреть на мужа, но то и дело поглядываю через зеркало. Он заканчивает утренний марафет, застёгивает рубашку и надевает жилет.

– Изар, – не выдерживаю я. – Я бы хотела прогуляться…

– Нет, – отрезает он, даже не дослушав.

– С тобой. Тебе не кажется, что для здоровья будущей матери плохо сидеть в четырёх стенах?

– То есть, ты уже согласна на ребёнка? – хмыкает он. – Быстро же. Стоило только вылить настойки и отрезать тебе все контакты.

Он приближается, разворачивает меня на стуле и нависает, чуть ли не касаясь любом моего лба.

– Не получится. Я доверял тебе, как своей жене, и ошибся. У тебя больше не выйдет водить меня за нос.

Чёрт. Я не привыкла лгать и юлить, и, видимо, получается у меня не очень.

– Я хочу ребёнка, – с обидой отвечаю я, – но не от тебя.

Ноздри Изара раздуваются, он шумно вдыхает и выдыхает. На шее увеличивается и пульсирует жилка.

– Не от того, кто держит женщину взаперти и заставляет… всякое, – продолжаю я.

– Ты сама на это согласилась, – сквозь зубы говорит он. – Я запросто мог жениться на твоей сестре вместо тебя.

Изар резко встаёт и, бросив на меня напоследок осуждающий гневный взгляд, уходит из комнаты. Хлопнув дверью так, что ваза около входа падает и с гулким металлическим звуком катится по полу.

Да уж, оказывается, Дарине ничего не стоило избежать этой свадьбы. Почему тогда она на это пошла? Явно была какая-то цель.

Вспышка боли пронзает виски. Вижу лицо девушки, она закусывает губу и сдерживает слёзы. Но они всё равно наполняют её глаза и катятся по щекам. “Я”, видя это, только хмыкаю и победно улыбаюсь… сестре. Эта девушка – сестра Дарины.

Выныриваю из неприятных воспоминаний усилием воли. Не хочу ассоциировать себя с Дариной, видеть её глазами. Как можно быть такой жестокой? Её сестра плачет, а она словно наслаждается этим!

Хожу нервными шагами по комнате, успокаиваюсь не сразу. Долго смотрю в окно, на море. Ну не может же быть такого, что у меня совсем нет выхода? Как мне завтра избежать… того, что задумал Изар? Симулировать кому?

Со вздохом возвращаюсь к книгам. В сказаниях информации мало, но хоть что-то. Мне же надо понимать культуру и логику местных, чтобы как-то договариваться.

И сказание мне сегодня попадается как раз подходящее. Про драконов.

Четыре бога-зверя создали этот мир, и каждый дал людям что-то от себя. Так появились оборотни. Драконий бог был самый сильный и звали его Раштар. Чтобы помочь своим удерживать власть, Раштар через своих вестников давал драконам метки, определяющие судьбу. Но Драконам не нравилось, что судьбу нельзя выбрать, только принять. Они при помощи магии научились избавляться от меток.

Раштар разгневался и наказал их. Сказал, что триста лет не будет вмешиваться в судьбы драконов. И отныне только сыновья драконов будут получать вторую ипостась. Девочки будут рождаться без неё, обычными людьми.

Поначалу в этом не видели проблем. Но потом выяснилось, что не все девушки могут так легко и просто родить дракончика, а подходят только те, у кого очень много магических сил. То есть, если у матери их мало, то и мальчик родится без ипостаси. И мне стало ясно, почему подошла Дарина. Потому что сила, которая пробудилась поздно, у неё оказалась довольно высокой.

В общем, сказание заканчивалось тем, что бог простит, только когда один из драконов примет волю бога и метка появится на его запястьях. А до тех пор меток бога на драконах больше не будет появляться.

Ничего не понятно, но очень интересно. Особенно под вкусный кофе и эклер, которые мне принесли на завтрак.

Откладываю книгу и опять подхожу к окну. Гордые и упрямые драконы получили за то, что не слушались бога. Но, судя по Изару, урок они не вынесли. До сих пор считают, что они тут самые умные и властные.

Дверь открывается, и я радуюсь, думая, что принесли обед. Но когда оборачиваюсь, вижу хмурого Изара.

– Одевайся, – говорит он.

Глава 11. Изар

Выхожу из нашей спальни, а у самого в голове только одно: желание вернуться и стянуть с Дарины это платье. Простое, в отличие от всего, что она надевала до этого, но горгулье известно, насколько соблазнительней она в нём выглядит.

После всех её поступков и слов она надеется, что я её выпущу? Пусть даже не думает. Доверия к ней теперь нет. Будет сидеть под замком, пока лекарь не скажет мне, что она беременна. МОИМ ребёнком. Эта женщина может рожать только от меня.

Дракон согласно рычит. Удивительно, до этого ему было всё равно, рядом Дарина или нет. Он вообще на неё не реагировал. А сейчас стоит этой пигалице оказаться в поле зрения, как он тот же поднимает голову и навостряет хвост.

Ему плевать на то, что в ближайшие сутки Дарина не понесёт. Он полночи меня изводил, пока я не прижал её к себе.

Какая же она нежная и хрупкая. А как прижималась! Словно искала защиты. Зато стоило проснуться, как сразу обросла колючками. Ещё смеет на меня злиться, что я всю настойку вылил. Да ещё немного, и остался бы я без жены и без наследника.

Вдовец без права на правление. Горгулий зад! Иногда кажется, что она специально к этому ведёт.

Сразу приходят на ум странности в ее поведении и словах. Раньше у меня не было ни малейшего повода в ней сомневаться, но сейчас…

Возвращаюсь и формирую следящее плетение, которым опутываю входную дверь. Это на первое время. Потом займусь самой комнатой. И отправлю стражу на ближайший утёс, чтобы следили за окном спальни.

По белоснежной мраморной лестнице спускаюсь в столовую. Длинный стол, покрытый льняной скатертью накрыт на двоих, но я приказываю Кербине отнести завтрак моей жене в спальню, а сам ем один.

С другой стороны, последнее время я и так завтракал в одиночестве, потому что к тому времени, как Дарина заканчивала свои утренние приготовления, я уже уходил в кабинет.

Хм… И как давно это всё продолжалось? Она это делала намеренно?

Пальцы сжимаются на столовом серебре с такой силой, что вилка и нож гнутся. Подзываю слугу, прошу заменить, а сам смотрю как по белому фарфору растекается ярко-жёлтый желток яичницы.

Как же Дарина не вовремя со своим упрямством. На границе с соседним кланом неспокойно. Вчера пришло сообщение о пропаже патруля из двух магов и дракона. Их так и не нашли.

Мне протягивают новые приборы, и я заканчиваю завтрак.

Всё утро приходится разбирать донесения. Клан Гвальдров стягивает к границам войска. Судя по данным разведчиков, у них тоже неспокойно, и тоже пропадают солдаты. Мне только этого развлечения ещё не хватало.

Скоро пурпурный бал у Правителя в резиденции. Туда должны стянуться все претенденты на трон.

Гвальдр не сильно надеется на чудо – его жена родила уже троих девочек и, судя по словам повитухи, вот-вот родится четвёртая.

А вот Неррит, который женился не так давно, сейчас самый настоящий конкурент. И главная причина этому – настойка пустоцвета, которую пила Дарина. Потому что с её магическим даром у нас просто не может родиться девочка.

Так что, по сути, на балу произойдёт официальный выбор следующего Правителя. А, значит, к этому времени…

В дверь стучат, и я снова ломаю перо. Надо отправить Патрика закупиться.

– Войдите, – отвечаю я, откладывая обломки в сторону.

Поклонившись, в кабинет входит Патрик. Он, худой и длинноногий, очень забавно смотрится в костюме камердинера. Иногда даже напоминает мне цаплю.