Дашка

Глава 5

Время шло, а я до сих пор не решилась дать окончательный ответ Черепу. Как бы сказала моя подруга Дианка: чего медлишь? И, вероятно, оказалась бы права, но…

Меня все еще беспокоили некоторые нюансы, например, отношения. Нет, даже не так. Девушка без претензий. Что это вообще? Как? У меня сложилось ощущение, что изначально план Черепа был иной, но после слов Хмурого о Юле, он резко передумал. Будто хотел одной девушкой вытеснить из мыслей другую. Или нет?

Чем больше я думала обо всем, тем сильнее запутывалась и в себе, и в предложении Черепа. Ему нужна была домработница, в конечном счете, или кто? Если так, к чему разговоры о девушке и свободных отношениях? Ну, допустим, я стала бы его провожать на работу с обедом, встречать с горячим ужином, по вечерам смотреть вместе телевизор и так далее. Да не пройдет и недели, как я рисковала влюбиться в него по уши, а расстаться потом для меня стало бы огромной проблемой. И оно мне надо? А ему? Или Череп у нас – «железный человек» без чувств и сердца?

Но даже это все отходило на задний план, когда вспоминала то самое условие помощи. Если близнецы каким-то чудом заставят Юрку, скажем так, забрать на себя долг, чем он расплатится? Анализами или почкой? Это же не решение проблемы, а просто перебрасывание на другие плечи. Да, братец поступил несправедливо и все такое, но загонять его собственными руками на верную смерть как-то неправильно. А себя загонять в гроб, Дашка, значит, правильно?

И тут я очутилась в тупике. Мне уже казалось, правильного решения просто нет, и стоит чем-то пожертвовать. Только чем? Собой или квартирой? А вытянет ли она на ту сумму? Черт возьми! Но что дальше? Куда идти, что делать? Юрка же снова «упадет мне на хвост» и следом влезет в долг еще крупнее, ведь почувствует окончательную свободу действий и безнаказанности.

– Послушай, я… – начала говорить, спустя долгое время, но Череп перебил меня, словно понимал, что попытаюсь отказаться.

– Не глупи, а подумай, как следует. Все равно до утра я тебя не выпущу из квартиры, так что времени принять окончательное и бесповоротное решение у тебя предостаточно. Взвесь все «за» и «против». Я прекрасно понимаю, что конкретно вывело тебя из равновесия, но другого варианта предлагать не буду, хотя могу. А, знаешь, почему? Да потому, что это в итоге окажется пустой тратой огромных денег. Твой полоумный родственник на фоне безнаказанности начнет творить такую муть, из которой ты рано или поздно уже не выйдешь сухой из воды. Конечно, сейчас можешь перебить меня и авторитетно заявить, что не станешь дальше отдуваться за братца, только не учитываешь одного – у тебя и спрашивать никто не станет. Просто возьмут, что пожелают, и точка. Где спальня знаешь, постель возьмешь в шкафу.

Череп ушел, словно больше не хотел ничего говорить и слушать. Я тяжело сглотнула и стерла слезинку, успевшую скатиться по щеке. Как только погас свет в дальней комнате, прибралась на кухне, вымыла посуду и ушла «к себе». Рыться в чужом шкафу не захотела, так и улеглась на диван без постельного белья.

Мужчина был прав во всем, но… Но, не могла я добровольно подвести Юрку к черте. Вот если бы как-то все обставить по-умному, чтобы и овцы целы, и волки сыты. Как? Ума не приложу.

Долго думать не вышло, дико клонило в сон, все мысли разбегались, в итоге махнула рукой. Утром, обо всем подумаю утром.

***

И снова предо мной стояла какая-то непосильная задача – из чего готовить завтрак? И выйти я не могла за продуктами, все как по заказу прям. Череп еще спал, у меня же с шести утра сна ни в одном глазу. Что же делать?

Я уселась за стол и подперла щеку ладонью. Утром моя проблема виделась совсем под другим углом, и решение было почти принято. Только для начала мне следовало поговорить с братом, а уж потом объявить свою мысль Черепу. Вероятно, она не пришлась бы ему по вкусу, но, ничего не поделаешь.

Долго выжидать мне не удалось – мужчина проснулся и вышел на кухню в одних лишь шортах, выставляя напоказ идеально натренированное тело. Я залипла, рассматривая выпирающие кубики пресса, и едва не потянулась к ним рукой, чтобы потрогать, ощутить жесткость… Уф! Фантазия начинала подкидывать мне слишком горячие образы, пришлось тряхнуть головой.

Череп скрестил руки на груди и ухмыльнулся. Вот, гад! Знает же, какое впечатление на девушек производят качки, даже я не исключение. Однако пускание слюней пришлось быстро прекратить, так как впереди меня ждал не очень приятный разговор.

– Наверное, спортивный зал зарабатывает на тебе немало денег, – проворчала и отвернулась.

Так, Даша, соберись! Черт возьми, это оказалось адски трудно, я усилием воли пыталась смотреть куда угодно, но не на Черепа. И почему он такой, блин, идеальный?

– Итак, я жду ответ.

Мне в любом случае пришлось повернуться и смотреть мужчине в глаза. Он сощурился, будто понял, что сейчас услышит не то, что желает. Я вздохнула и начала говорить:

– Твое предложение действительно очень заманчивое, но мне бы очень не хотелось подставлять таким образом брата. Да, я знаю, какой он и все, что ты хочешь мне сказать. Череп, Юрка моя единственная семья, после смерти мамы мы всегда держались вместе. Да, не без проблем, только я все равно знаю – он есть у меня, я не одинока, понимаешь? У тебя ведь тоже есть семья, как бы ты отреагировал на моем месте? Ты бы так же боролся до последнего за родителей или братьев и сестер, какими бы непутевыми они ни были.

Я знала, что поступаю нечестно, пытаясь сыграть на чувствах Черепа, но никак не ожидала того, что услышу в ответ:

– Дашка, я детдомовец, а моими родителями были алкаши, которые, в конечном счете, набухались в хлам и спалили хату вместе с собой, – он иронично улыбнулся, а у меня встал ком в горле. – Так что не выйдет пронять меня семейными ценностями, уж прости. Если пофантазировать и прикинуть, будто я на твоем месте, а мой брат творит всякую дичь, то я бы не стал прикрывать его, ни за что. Вот так вот, – Череп развел руками.

Прекрасно, мой план с треском провалился. Мужчина просто не оставил мне никаких лазеек, тут или соглашаться, или отказываться. Что же делать?

– Мне очень жаль, – не знала, что еще сказать.

– Плевать. Не то, чтобы меня заботило мое детство… В итоге я стал тем, кем стал. А ведь мог пойти по стопам горе-родителей.

Разговор не клеился. Понятное дело, Череп ждал конкретики, а я до сих пор сомневалась. Ох, Юра, за какие грехи ты мне достался?

– Я не могу потерять и его. Ты же понимаешь, что у него нет, и не может быть тех денег. А я… продам квартиру и…

– У меня нет слов, – Череп ударил кулаком по столу и нагнулся ко мне, – Ты же понимаешь, что второго шанса не будет? Дашка, будь умнее, забей уже на родственника, который без проблем продал тебя «за кусок хлеба».

Мужчина давил на больное место, пытаясь прогнуть меня, но я отрицательно качнула головой. Мне нужно поговорить с братом, может, в этот раз удастся достучаться до его здравого смысла?

– Прекрасно. Пошли.

Череп достал ключи и открыл замок, распахнул двери, выпуская меня из квартиры. Внутри заклокотали эмоции, я же понимала, что, стоит переступить порог, и все, на помощь уже могу не рассчитывать. Пытаясь не заплакать, с благодарностью посмотрела Черепу в глаза и обняла его напоследок. Все-таки всхлипнула, когда он крепко обнял меня и шумно вдохнул.

– Спасибо за все, для меня никто и никогда не делал столько, сколько ты за последние два дня.

Я видела, он хотел что-то сказать, но не решился. Что ж, задерживать мужчину не стала, переступила порог и быстро спустилась, пока не передумала. Боже, надеялась, что не ошиблась, и буду потом жалеть, спустя некоторое время, о своем глупом решении.

***

Домой я шагала нехотя, прикидывая, как преподнести серьезный разговор братцу. Пять раз, пока шла, пожалела о том, что отказала Черепу, но каждый раз каким-то чудом находила аргументы в сторону Юрки. Все же, он моя семья, как ни крути. А Черепа я знала всего-то пару дней. Где гарантия, что он на самом деле поможет? Вдруг попользуется, а в итоге скажет: прости, ситуация оказалась намного сложнее и бла-бла.

Ну, так мне было проще принять глупость решения и перевесить чашу весов. Зазвонил мобильник, достала его из сумочки и удивилась, увидев на экране имя нашей соседки по лестничной клетке. Та звонила очень редко, только если случалась какая-то беда. От нехорошего предчувствия волосы на затылке встали дыбом, дрожащим пальцем провела по экрану и с тревогой ответила:

– Алло.

– Дашенька, у вас квартира горит, пожарных уже вызвали, приходи скорее.

Запаниковала и мгновенно сорвалась с места. Соседка что-то еще говорила, но я уже не слышала ни единого слова, в ушах беспрерывно звенело: «квартира горит». Что же там произошло? Сердце пропускало удары, пока я мчалась так быстро, как только могла. А Юра? Неужели он внутри… О, нет-нет! Вспомнив, как Череп рассказывал о своих сгоревших родителях, тяжело сглотнула и ощутила, как похолодели руки.

Оказавшись во дворе, сразу же бросилась сквозь толпу к подъезду, но меня остановили пожарные, они не пускали внутрь.

– Но это моя квартира! – закричала в панике, в этом момент меня покинул здравый смысл.

– Мне очень жаль, но внутрь нельзя, посмотрите, как дымит, вся квартира в огне.

Каждое слово пожарного отдавалось тупой болью в груди. Я оглянулась на толпу зевак и сквозь слезы попыталась найти брата. Да где же он? С каждой секундой внутри росла тревога, меня трусило, а перед глазами плясали черные мушки.

– Там… там… внутри… – из-за шока и слез не смогла толком сформулировать вопрос.

До последнего надеялась, что он где-то гуляет. Я фактически задыхалась, пока пожарный удерживал меня на одном месте, другие тем временем активно тушили пожар. Мысли хаотично метались между вопросами о том, где же сейчас мой брат, и о том, что же нам теперь делать? Там же было все: документы, вещи, дорогие памяти фотографии…

– Дашка, – услышав сбоку голос Юрки, я в буквальном смысле выдохнула от облегчения.

Но ненадолго. Он оттащил меня в сторону, прочь от посторонних ушей. Почему-то на лице брата растянулась довольная улыбка, хотя веселого в сложившейся ситуации было мало. Мы же теперь погорельцы! Благо деньги остались у меня в сумке, хоть что-то радовало.

– Ну, как я все придумал, круто же? – он был весьма доволен собой.

Я сощурилась, мне мгновенно подурнело, брат же не хочет сказать, что…

– Да чё ты напряглась, у нас же страховка за хату есть, как раз покроет долг.

Это он поджег квартиру, теперь не осталось никакого сомнения. Я глядела на него так, словно сомневалась в адекватности родственничка. Нет… Все лишь дурной сон, ну, не может Юрка быть настолько идиотом, чтобы добровольно оставить нас фактически ни с чем!

– Ты прикалываешься? – зашипела, переживая, что меня могут услышать. – Какая страховка? Назначат расследование и, если поймут, что был умышленный поджог, мы с тобой ничего не получим! Скажи, что ты просто пошутил, и у нас случилось короткое замыкание…

Юрка стал белее мела, а я поняла, что теперь внутри огромная дыра вместо сердца. Череп был прав – я слепая идиотка, доверившаяся совершенно не тому человеку.

– Поздравляю, теперь мы официально бомжи. Меня уволили, ты не работаешь, на нас висит два кредита, впереди куча волокиты, а сейчас еще ночевать негде. Я теперь даже продать не смогу квартиру, пока не сделаю хоть какой-то ремонт.

Говорила равнодушно, устала от всего. Да, душа рвалась на части, и на самом деле мне хотелось реветь белугой, но пришлось сдерживаться. Юрка был ошарашен моим заявлением, молчал и с непониманием хлопал глазами. Уж не знаю, что больше повергло его в шок: отсутствие страховки или мое увольнение с работы, плевать.

– Знаешь что! Разбирайся с проблемами дальше сам. Кредиты, как ни как, оформлены не на меня, платить больше не стану. Все деньги пойдут на квартиру. Я умываю руки, Юра.

– Э, Дашка! – он опомнился и схватил меня за плечо, встряхнул, словно куклу. – Не забыла ли ты, что обещала матушке?

Я горько улыбнулась. О, да! Вспомнил о том, что когда-то у нас была мама. Прошло то время, когда меня можно было разжалобить воспоминаниями о ней.

– Нет, не забыла. Ее ты уже загнал в могилу, а я, извини, еще пожить хочу.

С отвращением спихнула, как мусор, ладонь брата и пошла обратно к пожарным. Они мне дали на подпись документы, сказали, что по первичному осмотру установили очаг возгорания – штору. Какой же братец идиот… Мне стыдно было слушать теорию об умышленном поджоге, прекрасно зная, что так оно и было.

В конечном итоге меня впустили внутрь. Выгорело буквально все, осталось лишь пепелище. Я осматривалась со слезами на глазах и до сих пор не осознавала до конца, что происходит. И сколько всего еще предстоит сделать.

Юрка дожидался меня около подъезда. Вот на что он рассчитывал? Что заберет себе все денежки и уберется восвояси? Как же это оказалось тяжело… Слишком жестокий урок судьбы, но теперь я его усвоила на высший балл.

– Ну, Дашк… – заканючил брат, плетясь следом, как побитая собачонка. – А где мы будем ночевать?

Я остановилась и со злобой посмотрела в глаза Юре. Там ни капли раскаяния, пустота… Она и поддела последний гвоздь в коробке с терпением. Братец, словно открыл ящик Пандоры, только даже не догадывался об этом.

– Честно? Мне плевать, где ты будешь ночевать. На вокзале или с дружками, может, на лавочке в парке, пофигу. Хоть в подпольном казино. Все, нет у тебя больше брата, сгорел там, в квартире.

Меня обуяла ярость, когда недалекий родственничек продолжил плестись за мной дальше. Да, что ж такое!

– Проваливай, все, я не хочу тебя больше видеть! – закричала на всю улицу, на нас даже стали оборачиваться люди.

– Ну, знаешь, систер, – он отрицательно качнул головой. – Такого я от тебя не ожидал. Смотри, не пожалей потом.

Последние слова он кричал мне в спину, так как слушать бред из его уст было выше моего терпения. Куда теперь идти? Что делать? Была мысль позвонить Дианке и попроситься к ней хотя бы на одну ночь, но потом передумала. У нее и так забот выше крыши, а тут еще и я с проблемами.

Я зашла в первое попавшееся кафе и засела там практически до позднего вечера. Слава Богу, при мне был паспорт и деньги, первое время можно выкрутиться, но мне срочно нужна была работа. К сожалению, даже в этом заведении никто не требовался.

Выйдя, с шоком поняла, что пришла фактически к дому Черепа. Надо же, даже на «автомате» ноги сами ведут к нему. Во дворе уселась на лавочку и снова заплакала. Конечно же, стоило бы поискать комнату для ночевки или дешевую гостиницу, но… Как же мне надоело решать все самой, тянуть на своих хрупких плечах, словно ответственному мужику.

– Дашка? – меня окликнули сзади, голос был знакомым, однако я не могла быстро припомнить, кто это.

Мужчина вышел и встал ко мне лицом, это оказался один из близнецов, вероятно, Хмурый. Пришлось мгновенно стереть слезы и натянуто улыбнуться. Да, плохая была идея отсидеться тут. Специально оглянулась, тогда мужчина уточнил:

– Черепа нет.

Кивнула. На самом деле, подсознательно я всеми фибрами души хотела именно его тут встретить, а не друга. Хотя, наверное, так даже лучше.

– Рада была встретить, пойду я уже.

– Ну, уж нет.

Мужчина уселся рядом и внимательно рассмотрел мое лицо и одежду, даже принюхался, гад!

– Такое ощущение, что ты один сплошной кусок шашлыка, – он хохотнул, а я…

Опять расплакалась, вспоминая, во что превратилась моя квартира. Услышала, как Хмурый чертыхнулся – наверняка не знал, что со мной дальше делать.

– М-да…

Слезы затуманили взор, я закрыла глаза руками и попыталась взять эмоции под контроль. Только это оказалось непосильной задачей, слишком трудно осознавать происходящее. Не знаю, сколько еще продолжалась моя рефлексия, однако, стоило услышать голос Черепа, как слезы мгновенно иссякли:

– Проваливай.

Я икнула и тяжело сглотнула. Замерла на одном месте. Ох, понимаю, что вывела мужчину из себя утром, но зачем же так грубо?

– Все-все, ухожу, – со смешком высказался Хмурый и… ушел.

О… Так… это было не мне! Облегчение накрыло, словно теплым одеялом, сразу стало так легко и комфортно, будто вновь вернулась домой. Череп присел около меня на корточки и приподнял опущенный подбородок пальцами, так, чтобы я смотрела ему в глаза.

– Рассказывай, что на этот раз учудил твой полоумный родственник.

Как же мне было дико стыдно говорить, если бы он только знал. Однако выбора все равно нет, пришлось проглотить унижение и произнести на одном дыхании:

– Спалил квартиру.

Глава 6

Я не хотела смотреть мужчине в глаза, ведь он предупреждал меня по поводу брата, однако деваться было некуда, Череп до сих пор удерживал мой подбородок.

Так странно, что именно с ним я чувствовала себя действительно защищенной, несмотря на то, что моя жизнь теперь превратилась в ад.

Всего могла ожидать от брата, но поджог квартиры – это высшая степень идиотизма. Вот не пойму, надоумил его кто-то или сам додумался? Про страховку знает, откуда? Я специально не говорила ему, видимо, подсознательно подозревала, что подобный исход может произойти в любой момент.

– Надеюсь, с ним все в норме? Уснул с сигаретой? – спустя какое-то время уточнил Череп.

Я видела, что мужчина сдерживает эмоции, словно не хочет выливать на меня поток нецензурных слов. Вот как ему сказать, что все было совсем иначе?

– Он… в порядке. Поджог был умышленный, – мне пришлось отвернуть голову, так как от стыда хотелось провалиться сквозь землю.

– Я сейчас что-то не понял, – Череп грубо повернул мою голову за подбородок и, глядя прямо в глаза, договорил: – Твой братец специально спалил квартиру?

Кивнула, не в силах произнести ни слова. Череп шумно вдохнул и жестко высказался в адрес Юрки, я была согласна с каждым словом. Сейчас мне хотелось лишь одного – поскорее покончить с унижением и найти себе ночлег.

– Ну и какой в этом толк, не понимаю, – сокрушался Череп, – Оставить вас на улице, без документов и вещей?

– Понимаешь, когда умерла мама, я решила оформить страховку на квартиру, ведь она единственное мое имущество, а так могла спать со спокойной душой, зная, случись что, хотя бы получу компенсацию. Юрке специально не рассказывала, подсознательно боялась того, что и произошло. Как он узнал, понятия не имею. Может, рылся в моих вещах и нашел документы, а потом и придумал «гениальный план». Он мне так и сказал, что подпалил ради страховки.

Череп хлопнул себя по лбу и отрицательно качнул головой. Да уж, картина маслом. Понятно, что ни о какой компенсации теперь и речи идти не могло. Главное, чтобы страховая компания в итоге не выставила мне штраф!

– Лютый прикол. Кому расскажу, не поверят. У него мозги есть или крысы сгрызли на днях?

А что я могла ответить? Шмыгнула носом и стерла мокрые дорожки от слез со щек. И надо же было Юрке провернуть пожар именно в тот день, когда я, наконец-то, решилась продать квартиру! Может, это был знак свыше? Кто знает…

– Не кисни. Думаю, урок ты вынесла из ситуации и, наконец, перестанешь подставлять свою щеку для удара вместо него.

– Угу, слишком жестокий урок. Я осталась и без квартиры, и без денег за нее.

– Да ладно тебе, все наладится. Ты же видела мою хату, сказала бы, что в ней был пожар?

Я замерла и с широко распахнутыми глазами от удивления уставилась на мужчину. Неужели это та самая квартира, в которой сгорели его родители?

Череп рассмеялся, видя мое замешательство. Я не знала, как реагировать, поэтому ляпнула первое, что пришло в голову:

– Надеюсь, я спала не в той комнате, где… – вовремя заткнулась, понимая, что вопрос выдался слишком грубым и неэтичным.

Черепа, судя по его безразличному выражению лица, вопрос не смутил и даже не огорчил. Мужчина пожал плечами и объяснился:

– Они сгорели на кухне. Напились в хлам, батя закурил сигарету и уснул. Ну а дальше уже сама можешь догадаться. Квартира была приватизирована и поэтому она оставалась за мной, как наследство. Если честно, то не хотел сюда возвращаться, но потом ввязался в ремонт, думал продать, а в итоге тут и остался. Слишком много сил и времени было вложено в квартиру, чтобы с легкостью избавиться от нее.

– Понятно.

Мне нечего было сказать, сочувствовать глупо, видно же, как Череп «любит» родителей, я тоже не могла похвастаться таким уж радужным детством, так как мама всегда больше опекала Юру, а мои интересы ставила во второй ряд. Может быть, потому он и вырос эгоистом, что ему во всем потакали и помогали? Тем не менее, я не обозлилась на родительницу, наоборот, сильно скучаю по ней в последнее время и реально понимала, как ей было тяжело тянуть нас двоих.

– Что с твоей матерью произошло? – внезапно спросил мужчина, а я не стала ничего утаивать, никакого секрета в этом нет.

– Рак. Она работала на трех работах, нервничала постоянно, переживала из-за сына, боялась, что в конечном итоге потеряет и его. Понимаешь, Юра точная копия нашего отца, мама любила его до безумия, а он ушел к другой женщине, когда мне было пять лет. Как раз перед смертью мама с горестью признала, что всегда видела в Юре бывшего мужа и поэтому отдавала ему всю свою любовь. Она покаялась предо мной, рассказала, что уже давно отписала квартиру мне, но очень просила не оставлять брата на произвол судьбы. Конечно, я согласилась. Мне всю жизнь очень хотелось материнской любви и поддержки, а она пришла ко мне лишь на пару часов. Братец манипулировал этими воспоминаниями, а я и велась. Думала, что мы семья и должны держаться вместе, ведь больше у нас никого нет.

Череп лишь кивнул, он задумался о чем-то, а я стала размышлять, что мне делать дальше. Есть ли смысл уточнять об его предложении? Все же, я отказалась утром, а мужчина дал понять – назад пути не будет. Ну, во всяком случае, хотя бы на одну ночь он меня должен был пустить, наверное…

Желудок громко заурчал, меня аж затошнило от голода. В кафе ничего особо не заказывала, лишь кофе и слойку, берегла деньги. Смутилась, когда Череп внимательно заглянул мне в глаза и хмыкнул:

– Ну, что теперь думаешь делать? – он поднялся на ноги и скрестил руки на груди.

– Я… не знаю. Переночую где-то, а завтра пойду искать работу, благо паспорт при мне, а не сгорел в квартире.

Не решилась попроситься к нему домой, слишком неловко и глупо теперь просить о помощи. Ничего, как-нибудь справлюсь.

– Где переночуешь? – настаивал на ответе Череп.

Да что ж такое? Как я могу дать ему ответ прямо сейчас? Похоже, что он не собирался от меня отставать, поэтому решила соврать:

– У подруги, она меня уже ждет.

Он широко улыбнулся, словно прекрасно знал, что я блефую. Вздохнула и все же призналась в итоге, надоело играть в кошки-мышки. Откажет, так откажет.

– Ладно, мне некуда идти. Только к тебе, если пустишь.

Череп хмыкнул и подмигнул мне. Сегодня он снова не прятал лицо, я стала привыкать к его увечью и уже даже не пугалась, а воспринимала так, словно и не было на лице никакого ожога.

– Итак, дубль два. Ты принимаешь предложение? Именно в том виде, в котором я его озвучил вчера.

– Да.

Ответила, даже не задумываясь. Если Юрке настолько плевать, что он в итоге оставил нас без жилья на долгое время, то почему я должна его жалеть и придумывать лазейки, чтобы помочь?!

– Жаль, что ты осознала это только сейчас. Но, с другой стороны, я так понимаю, даже если бы ты согласилась еще утром, квартиру бы это все равно не спасло.