Досчитай до десяти

Глава первая. Роман.

Будильник зазвонил, как всегда, неожиданно. Любимая мелодия постепенно становилась ненавистной, ведь она настойчиво вытаскивала из мягких объятий сна. Роман вытащил руку из-под одеяла, нащупал на тумбочке телефон, отключил звук. Попытался открыть тяжелые веки. Сквозь ресницы, он увидел темноту. Начиналось новое темное морозное утро. Роман провел рукой по кровати. Он спал один. Снова один! Как же ему надоело каждое утро просыпаться в одиночестве. Ни одна женщина не задерживалась у него дольше недели. И, тем более, дольше, чем на ночь. Роман потянулся за сигаретой. На тумбочке лежала пустая пачка. Вставать, идти в коридор за новой пачкой не хотелось. Потерев глаза, Роман уставился в темный потолок. Ему уже исполнилось тридцать три. Он ни разу не был женат. Ни разу у него не было серьезных и длительных отношений. Ни одна женщина не задерживалась надолго. Роман после школы провалил экзамены в институт, пошел в армию. Отслужив положенных два года, он остался на сверхсрочную. Армия дала ему очень много. Прежде всего, она дала ему уверенность в себе, в своей правоте, в своей силе. Только не дала ему главного: она не дала ему жизненного опыта без приказов и устава, без казармы и плаца. И не научила его жить не по приказу, а по зову сердца. Наверное, поэтому у него и не складывались отношения с женщинами. Ведь женщиной управлять очень трудно, мало кто из мужчин достиг этого умения, а те, кто достиг, вынуждены были его постоянно совершенствовать. Женщина– субстанция непостоянная. Изменчивая и противоречивая. К ней нужно уметь приспособиться. А, вот, как раз приспосабливаться-то Роман и не умел. Всегда рубил правду-матку. Поэтому, после первой ночи, женщины навсегда исчезали из его жизни. А утром он недоумевал, почему? Роман снова потянулся за сигаретами. Покрутил в руках пустую пачку, смял ее, кинул обратно на тумбочку. Нехотя откинул одеяло, босыми ногами прошел по холодному полу в ванную. Включил воду, опершись на края раковины, посмотрел на свое отражение в зеркале. Белки глаз были иссечены красными прожилками, под глазами синели мешки, лицо припухло. Перебрал вчера. Нормально перебрал. А что за повод? Ах, да, Олег прижал очередного клиента, и заработал баллы, вот и отмечали. Как говорится, результат на лице.

Роман, после армии долго не мог найти работу, а потом, случайно, наткнулся на объявление в газете, требуются сотрудники в офис. Хорошая физическая подготовка приветствуется. Все про него. Он каждое утро делал зарядку, бегал по пять километров по вечерам, и стрелял, всегда точно в десятку. Офис оказался агентством по сбору долгов. Так, Роман стал коллектором. Работа ему нравилась. Она напоминала армию: четкие указания, кто, где, и сколько. И первое время у него неплохо получалось. Во времена несовершенства законодательства, люди боялись коллекторов, и их визит вызывал священный ужас. Поэтому, долги возвращались практически сразу. Шло время, народ умнел, по телевизору стали показывать передачи, про зверские и незаконные методы агентств по сбору долгов, и народ стал менее покорным. Уже нельзя было просто постучать в дверь, и грозно погрозить пальцем. Собственники квартир откровенно хамили, из-за закрытой двери, угрожали милицией, и, все чаще приходилось уходить ни с чем. Люди отключали телефоны, меняли номера, и найти их было все сложнее. Приходилось переходить на новый уровень. Знакомиться в социальных сетях, втираться в доверие, а потом делать свое грязное дело. Роман не считал его грязным, он ощущал свою правоту.

Он посмотрел на текущую из крана воду, еще раз взглянул на себя в зеркало, провел рукой по небритой щеке, решительно завернул кран, включил душ, встал под прохладные струи. Холодная вода выбивала хмель, освежала мысли. Когда тело больше не могло терпеть холод, Роман вышел из душа, докрасна растерся полотенцем, накинул халат, и пошел в кухню. Насыпав в чашку две ложки кофе, пару кусков сахара, он, наконец, закурил. Открыл окно, чтоб морозный воздух выветрил запах табака. Пару снежинок упали на подоконник. Роман смахнул их дрожащими пальцами. Вот это новость, пальцы дрожат! Неужели он вчера настолько перебрал, что теперь руки трясутся? Надо завязывать с алкоголем! Чайник закипел, Роман затушил сигарету, налил кофе. Сделал пару глотков, снова закурил. Вместе с кофе все было вкуснее. Все, хватит курить, надо приводить себя в порядок, и на работу. Он выкинул сигарету в окно, допил кофе, зашел в ванную. Включив воду, выдавил пену для бритья на ладонь, намазал на щеки, решительно провел бритвой. Почистил зубы, брызнул на лицо лосьон, почувствовал, как к щекам прилила свежесть. Губы порозовели, глаза заблестели. Не так стали заметны синяки под глазами.

Роман прошел в комнату, достал из шкафа чистые джинсы, рубашку, носки. Оделся, брызнул на шею пару пшиков туалетной воды, обулся, накинул дубленку и вышел из дома. Сев в машину, Роман проехал через ворота, и направился в офис.

Нравилась ли ему его работа? Однозначно, да. Эта работа дала ему возможность купить дом в престижном районе, хорошую машину, заниматься любимым хобби. Да, он любил свою работу, и считал ее правильной.

Приехав в офис, Роман сел за стол, включил компьютер, перебрал папки на столе. Кто сегодня? Долг пятнадцать тысяч. Теперь уже шестьдесят пять. Долг тридцать тысяч. Уже сто пятьдесят. Долг десять тысяч. Теперь пятьдесят. Роман не понимал этих людей. Если ты взял кредит, почему не возвращаешь? Ты же взрослый человек, и когда его брал, должен был отдавать себе отчет в ответственности. Не можешь отдать? Не бери! Каждого, кто не вернул долг, Роман считал мошенником. Ничего, Роман Викторович Неманов выведет всех мошенников на чистую воду. Один, набираем телефонный номер, два, глоток кофе, три, затянулся сигаретой, четыре, выпустил в потолок колечко дыма, пять, первый гудок, шесть, глоток, семь, затяжка, восемь, гудок, девять, колечко, десять.

–Алло?

Глава вторая. Кристина.

Кристина Андреевна Резаева родилась в семье военного. Они жили в тихом горном ауле в Киргизии. Среди арыков, гор, и хлопковых полей. Жизнь в военной части текла размеренно и неторопливо. Теплый климат, обилие фруктов, после волжских зим, казались раем. Рай закончился, когда в Афганистане началась война, и правительство приняло решение, ввести туда войска. Отец Кристины, как настоящий офицер быстренько оформил себе перевод подальше от границы. Семья переехала на Украину. А его солдаты, его мальчики, отправились в Афганистан. Все. И не вернулись. Ни один. Семилетняя Кристина, прислушиваясь к разговорам взрослых, понимала, что папа сделал что-то не то, но своим детским умом еще не понимала, что папа попросту струсил, и бросил своих мальчиков умирать.

Семья обустраивалась на новом месте, на Украине начиналась весна. Буйная и свежая зелень, и запахи, умопомрачительные запахи, от которых можно было сойти с ума. В одну из весенних ночей, Кристина резко проснулась от того, что не могла дышать. Она даже не могла позвать маму. Как рыба, брошенная на берег, она пыталась хватать воздух пересохшим ртом. У семилетней Кристины это получилось плохо. Она кое-как дошла до спальни родителей и разбудила маму. Врачи скорой помощи, предположили, что у нее началась аллергическая реакция на какое-то растение. После обследования, приговор врачей был окончательный: срочно сменить климат, иначе, ребенок задохнется. Мама отвезла Кристину в Ярославль, к бабушке и дедушке, а сама вернулась на Украину. Для Кристины началась новая жизнь.

Бабушка с дедушкой обожали свою Кристину, Кристиночку, Тиночку, Крисочку. Они любили и баловали ее. Нет, у нее не было ничего необычного и особенного. Она выглядела, как обыкновенная девочка, но эта девочка была пропитана любовью и обожанием. Кристина выходила во двор в нарядном платьице, с неизменным бантом на голове, и чувствовала себя королевой. Она не обращала внимания на мальчишек, которые с палками носились по двору, не дружила с девочками, которые, как мартышки висели на турнике, она несла свою красоту гордо и неприступно. Гордость не позволяла ей смотреть вниз, поэтому, Кристина постоянно падала. Ее коленки всегда были зеленого цвета, потому, что одни ссадины заживали, а новые появлялись. И, казалось, что жизнь этой девочки легка и беззаботна, если бы не одно «но». Кристину любил дедушка, обожала бабушка, мама, а вот папе она была глубоко безразлична. И девочка это чувствовала. И когда отец приезжал в отпуск, он любил всех ее друзей, кроме нее. А Кристина не понимала, почему папа ее не замечает. А папа просто хотел, чтоб у него был мальчик, наследник, а родилась девочка, и он не мог смириться с этим. Естественно, маленькая девочка не могла этого осознать, поэтому просто не понимала, за что ее не любят. И она все время думала, как же исправить ситуацию. И, кажется, придумала.

В школе Кристина не была отличницей, но училась старательно и исправно. Учителя ее хвалили. Она отличалась особенным упорством. А в классе в четвертом, Кристина влюбилась в спорт. И тут она поняла, что вот он шанс понравиться папе! Она будет лучше всех мальчишек вместе взятых. Она перестала быть королевой, и стала настоящей сорви-головой. Нет, она не хулиганила на уроках, не била окна из рогатки, но она лучше всех во дворе каталась на велосипеде, очень ловко крутилась на турнике, отчаянно прыгала по крышам гаражей. Зимой она каталась на коньках, а летом, ставила рекорды в беге. А папе было все равно. Он просто не замечал Кристину. Она была не просто хорошей, она была лучшей! Лучшей, среди мальчиков! Она набивала шишки. Но все было зря. Папе она была не интересна. Кристина ничего не понимала. Падая с велосипеда, Кристина разбивалась в кровь. Но свои раны она всегда обрабатывала сама. Не ныла, не плакала, просто промывала ободранные локти и колени, мазала их зеленкой, безжалостно отрывала засохшие болячки, снова мазала, чтоб быстрее зажило. Дедушка пророчил ей медицинское будущее. И она очень хотела стать врачом. Хирургом. Чтоб резать и спасать. Бинт, шпатель и шприц были ее любимыми игрушками. И велосипед. Иначе, как быстрее добраться и оказать помощь? Ее уважали мальчишки, любили девчонки, приветствовали учителя. И девочка Кристина, уверенными шагами шла в свое будущее. Рядом с любимыми бабулей и дедулей.

Счастье рухнуло в один день. Вернее, в одно лето, когда Кристине исполнилось шестнадцать, с разницей в месяц ушли из жизни бабушка и дедушка. И Кристина осталась одна. Нет, мама была рядом, но девочка была одна. Мама видела ее только во время отпуска на протяжении восьми лет. Она не понимала свою дочь. У нее были свои взгляды на ее воспитание, но было поздно воспитывать шестнадцатилетнюю девочку. Папа с мамой не приехал. Он просто бросил их с мамой, так же, как тогда, в Киргизии, своих солдат.

Кристина закончила десятый класс, и мама запретила ей поступать в медицинский, настояла, чтобы девочка пошла в педагогический. Кристина привыкла слушаться старших. И мечта стать врачом, так и осталась мечтой.

Кристина ненавидела учебу, но бабушка приучила ее все доводить до конца, поэтому институт она все-таки закончила. Правда, параллельно закончила курсы медсестер, и после педагогического, пошла работать в больницу. Ночные дежурства, забота о пациентах, не приносили Кристине больших денег, но она получала удовольствие от того, что делала. Ее любили пациенты, любили коллеги, но в один прекрасный момент, курсов оказалось не достаточно, чтоб работать медсестрой. Законодательство имеет особенность меняться, и Кристине пришлось поступать в медучилище, чтоб получить специальное образование. Не случайно существует поговорка: «Не было бы счастья, да несчастье помогло». Как только вышел закон, Кристина обнаружила, что беременна, поэтому в декрет она уходила с должности медсестры, и, пока вынашивала ребенка, спокойно училась.

Глава третья. Славик.

Славик родился, похожим на ангелочка. Белокурые волосы, карие глаза, окруженные густыми ресницами. Стройный, улыбчивый, он всем нравился. Аккуратный, вежливый. Его обожали все родственники. На всех гулянках, он был душа компании. Родственников со стороны отца он знал плохо. У отца было два брата. Один– военный, всегда где-то далеко служил, у него была дочь, которую Славик видел только раз, когда ему было пять лет, а сестре два. Все, что он помнил, то сестренка была очень хорошенькая, кареглазая и темноволосая. Такой он ее и запомнил. И больше никогда не видел. Второй брат отца часто приходил в гости со своей дочкой. Его двоюродная сестра была совсем на него не похожа. У нее были зеленые глаза, русые жиденькие волосики, сестра была младше его на одиннадцать лет. Ему было с ней скучно, а она, как липучка везде следовала за ним, и не давала покоя. Но, Славик был вежлив и воспитан, и терпел свою глупую, маленькую сестру.

Все практически сошло на «нет», когда ему исполнилось четырнадцать. Все ребята в его школе уже пробовали курить, и он не стал исключением, благо отец дымил, как паровоз, и сигареты в доме были всегда. В шестнадцать, он впервые попробовал алкоголь, но не втянулся. Да и курил только за компанию. После восьмого класса, он поступил в техникум. Учился неплохо. Закончил средне. И оставался красавцем. Двухметровый рост, карие глаза, смуглая кожа, тренированное тело. Обаятельная улыбка. Естественно, он очень нравился девушкам. И менял их, как перчатки. Ни одна из них не западала в душу. Однажды вечером, гуляя по парку с компанией друзей, он увидел двух девчонок, которые шли навстречу, увлеченно поглощая мороженое. Точнее, он увидел одну из них. Стройная, худая, спортивная фигура. Длинные черные волосы, большие карие глаза. У Славика перехватило дыхание, так она была хороша. Впервые, Славик познакомился с девушкой сам. Впервые, ему не хотелось показывать свою взрослость в виде смачного курения сигарет, или употреблением большого количества алкоголя. Впервые, ему хотелось быть вежливым и заботливым, беречь и защищать ее. Девушке уже было семнадцать, но Славик даже не думал о сексе. Он берег свои чувства к этой девушке. И хотел на ней жениться. Он не успел познакомить ее со своими родителями. Через пять месяцев после знакомства, его забрали в армию. В морфлот. На три года. Девочка обещала его ждать, и дождалась. Славик вернулся, и все продолжилось. Девочке уже исполнилось двадцать. Она стала еще прекраснее. Просто неотразимая. А главное, она его дождалась, не думая, и, уж тем более, не подпуская к себе других мужчин. После трех лет в армии Славик очень соскучился по женскому телу. К тому же, ему уже было двадцать три. Секс с любимой девушкой был потрясающий. Лето пролетело в любви и страсти. Чтоб не испытывать судьбу, Славик, решил познакомить свою девушку с родителями. То, что произошло дальше, было похоже на страшный сон. Как только они переступили порог родительской квартиры, и счастливый Славик произнес: «Мама, папа, познакомьтесь, это Кристина», отец, почему-то побледнел, и отступил назад. Потом, собравшись духом, сказал:

–Познакомься, сынок, это твоя сестра.

Славику показалось, что все девять этажей его дома, рухнули. Кристина стояла бледная, и с ужасом смотрела на него. Но, как оказалось, это было не самым страшным. Через месяц, Кристина сообщила, что она беременна.

Глава четвертая. Маруся.

Встречаясь со Славиком, Кристина думала, что встретила мужчину своего мечты. Они были прекрасной парой. Прохожие, встречая их на улице, оборачивались им в след. Славик был заботливым и нежным. И Кристина хотела, чтоб именно он стал ее первым мужчиной. Она берегла себя для него три года, пока он служил в армии. Их первый секс был прекрасен. И второй и третий, и десятый был самым лучшим. Ведь это был секс с любимым мужчиной. Все рухнуло от одной фразы: «Познакомься сынок, это твоя сестра». У нее потемнело в глазах. Славик, ее Славик, такой близкий и родной, оказался очень близким, но не родным, а двоюродным. Не успев прийти в себя от осознания того, что она переспала с собственным братом, Кристина испытала еще больший шок, когда узнала, что беременна. Естественно, от Славика. У них было четыре недели, чтоб принять решение, что делать с ребенком. Славик был непреклонен: только аборт! Кристина аборта боялась, и была в полном замешательстве. С одной стороны, она панически боялась, что родит больного ребенка, ведь кровосмешение, как правило, ведет к врожденным уродствам. С другой стороны, она боялась делать аборт, так считала его убийством. И она решила оставить ребенка. И поклялась, что никто и никогда не узнает, кто его отец. И она унесет эту тайну в могилу. Девять месяцев она переживала и боялась. А когда родила, увидела, что ее девочка самая красивая, и совершенно здоровая. И она успокоилась, и продолжила жить со своей любимой Марусенькой, которая принадлежала только ей.

Мама пыталась выведать, кто же отец ребенка, но Кристина умела молчать. Новоявленная бабушка не была в восторге от поступка своей дочери, и не стремилась ей помогать с малышкой.

Маруся росла беспокойным ребенком. Она плохо спала по ночам, и Кристина очень уставала. Учеба в училище, бессонные ночи, нехватка денег, казалось бы, должны были сломать. Любого, только не Кристину. Она помнила, какой ее воспитали бабушка с дедушкой, и не сломалась. Славик приходил в гости, гулял и играл с ребенком, но Кристина очень боялась, что все станет известно, поэтому искренне обрадовалась, когда ее любимый Славик женился. Ее Славик, ее брат. Она хотела, чтоб он был счастлив. А она уже была счастлива, ведь с ней всегда была его частичка. Маруся, как две капли воды похожая на папу.

После женитьбы, Славик часто звал Кристину в гости. Родители относились к этому с пониманием. Славик был нежен с Кристиной и обожал Марусю. Только Света, его жена была совсем не в восторге от визитов двоюродной сестры. Каждый их визит заканчивался скандалом. И Кристина ушла из его жизни так же неожиданно, как и появилась. И будто не было этих четырех лет. И этих чувств. Этой неземной любви. С уходом Кристины, жизнь Славика потеряла всякий смысл. А скандалы не прекращались. Все стало еще хуже после рождения ребенка. Света просто превратилась в мегеру. Постоянно орала на всех, а Славика просто ненавидела. Он все чаще стал выпивать, и вскоре они развелись. Славик был уверен, что теперь все будет хорош, но хорошо не становилось. Света постоянно требовала денег, а Славик, регулярно уходя в запой, забывал платить алименты. Света злилась еще больше, и жизнь напоминала ад. Когда их ребенку исполнилось восемь лет, Света вместе с ним переходила дорогу. Машину, которая их сбила, Света не заметила. Ее спасли, а ребенок погиб на месте. Когда Славик узнал о случившемся, он ушел в долгий запой, из которого ему не захотелось выходить, так он постепенно превращался в среднестатистического российского алкоголика.

Кристина не пустила его в свою жизнь. И Славик остался совершенно один. Нет, родители, с которыми он жил, были рядом, были и женщины, но ни одна не стала для него Кристиной.

Когда Марусе исполнилось два года, Кристина устроила ее в ясли. Ясли были далеко от дома, но Кристине было все равно. Ее Маруся была под присмотром, накормлена и ухожена. Однажды, после новогодних праздников Кристина зашла в комнату матери, чтоб позвать ее ужинать, но мама не откликнулась. Ее мама умерла за просмотром любимого сериала. Так, Кристина осталась совсем одна. Маруся стала смыслом ее жизни, и ее соломинкой, которая удерживала ее на плаву. Несомненно, Кристина Андреевна Резаева была борцом.

Глава пятая. Любовь?

После похорон мамы, Кристина вышла на работу. Она просто не могла находиться дома, постоянно натыкаясь на пустоту. Коллеги на работе ей сочувствовали. Чтобы решить финансовые проблемы, Кристина брала ночные дежурства. Иногда, она приводила с собой Марусю, если подруги не могла забрать ее к себе на ночь. Следили за Марусей всем отделением. Маленькую девочку невозможно было оставить надолго одну. Однажды, Маруся убежала в другое отделение. Кристина сбилась с ног, пока ее искала. Когда она уже была готова объявлять о пропаже по громкой связи, в коридоре показался врач, из урологического отделения, с Марусей на руках. Кристина с извинениями бросилась им навстречу, а он просто улыбнулся. От этой улыбки, Кристина забыла обо всем на свете. Она, как завороженная смотрела на этого мужчину, и не могла пошевелиться. Он смотрел на нее, улыбался, продолжая держать на руках Марусю. Эта сцена, к сожалению, не могла длиться вечно, поэтому, Кристина взяла Марусю. Прекрасный принц из урологического отделения, мило улыбаясь, вернулся на свое рабочее место.

До конца смены, Кристина не могла забыть улыбчивого врача. Его голубые глаза, уверенный взгляд, и сильные руки. Конечно, она узнала о нем все, что могла. Перевелся к ним из Питера, закончил военно-медицинский институт, демобилизовался, и поселился в их городе. Кажется, женат. Блин, женат! Да, странно было верить в чудо: тридцатилетний мужчина не может быть свободным.

И все-таки, Кристине было приятно думать о нем. Закрывая глаза, он видела его, с Марусей на руках. И на одиноком сердце становилось теплее. Вскоре, во время очередного дежурства, молодой заведующий урологическим отделением, пришел к ним ассистировать на операции. Кристина, помогая ему одеваться перед операцией, рассмотрела его более внимательно. Нет, он не разочаровал ее. Просто, он оказался несколько старше, чем показалось Кристине впервые. Заметив, как Кристина рассматривает его, он посмотрел на нее через отражение в зеркале, повернулся к ней лицом, улыбнулся, обнажая белоснежные зубы, спросил:

–А почему сегодня вы без дочки?

Кристина растерялась от этого вопроса, но, слегка краснея, ответила:

–Она сейчас ночует у подруги.

–У подруги? – Удивленно спросил уролог.– Папа тоже работает?

–Папы у нас нет,– ответила Кристина, опуская глаза. Впервые, после рождения Маруси, она стыдилась, что воспитывает ее одна.

–Так не бывает,-проговорил доктор.– Папы есть у всех. Меня зовут Влад.

–Да, Владислав Вадимович, я знаю.

–Не Владислав Вадимович, а Влад. Для вас, Влад.

Кристина посмотрела на него немного обескураженно. Поверх маски, на нее серьезно смотрела пара голубых глаз.

–После операции, приглашаю вас на чашечку кофе,– проговорил Влад, развернулся и зашел в операционную.

Впервые, Кристина с нетерпением ждала окончания операции. Когда вывезли больного, Кристина отвезла его в палату, передала документацию сестре реанимационного отделения, проверила палаты со своими больными, положила в карман халата шоколадку, подаренную больным еще днем, и отправилась в урологию. Подойдя к ординаторской, почувствовала, как бьется сердце. Справившись с волнением, постучала в дверь.

–Войдите, – проговорил мужской голос. Кристина приоткрыла дверь, заглянула. В ординаторской сидело трое врачей, среди которых, был и Влад.

–Откуда такая красавица?– Улыбаясь, спросил немолодой врач.

–Это ко мне, -поднимаясь с кресла, сказал Влад.

–Обидно,– с улыбкой проговорил его немолодой коллега. Влад взял Кристину под руку, и повел в другой конец коридора. Достав из кармана ключ, он открыл перед Кристиной дверь. Краем глаза, она заметила табличку: Беляев Владислав Вадимович, заведующий отделением. Ого, такой молодой, а уже заведующий? Кристина зашла в небольшой кабинет. Диван, стол, холодильник, шкаф, раковина. Скудная и скромная обстановка. Влад щелкнул кнопкой чайника, достал из шкафа две чашки. Кристина положила на стол шоколадку. Улыбаясь, он достал из шкафа блюдечко, с нарезанным лимоном. И початую бутылку коньяка. Чайник щелкнул. Влад насыпал кофе в чашки, налил немного коньяка в горячий, ароматный кофе. Подал чашку Кристине, и с улыбкой произнес:

–За знакомство?– Шутливо чокнулся чашками.

–За знакомство,– улыбнулась Кристина. Сделала глоток, поставила чашку на стол, отломила кусочек шоколадки, положила в рот. Прикрыв глаза, она поняла, что очень устала. Дежурство было тяжелое. Влад сидел, откинувшись на диване. Кристина встала.

–Спасибо за кофе, было очень вкусно.

–Уже уходишь? Так быстро,– удивился Влад. Он поднялся, взял Кристину за руку,– устала сегодня?

–Устала,– кивнула Кристина. Она почувствовала, что от этого мужчины исходит какая-то магическая волна, которая не дает ей сейчас убрать руку и уйти.

–Иди, поспи немного, – произнес Влад.– Проводить тебя?

–Нет, ложись, отдыхай, у тебя была тяжелая ночь.

Кристина вышла из кабинета, и пока шла по коридору, ощущала тепло его руки. Зайдя в сестринскую, она прилегла на кушетку. Сна не было. От кофе с коньяком, по телу разливалась теплая волна. Кристина встала, подошла к окну, за окном, огромными хлопьями падал снег. Надо же, выпал в последний день февраля! Еще вчера, кругом текли ручьи, уже по-весеннему пригревало солнце, а сегодня ночью, в город вернулась зима. Все было белым и свежим. И Кристине показалось это удивительно символичным: белый лист, с которого начиналась новая жизнь. Ей очень хотелось верить в то, что у нее действительно начинается новая жизнь. И в этой жизни не было ничего особенного, кроме обычного женского счастья.